Прости я уведу твоего парня

      После того как прошла буря поздравлений и счастливых объятий по поводу поступления, Чжоу Ичэнь наконец смог немного выдохнуть. Но ненадолго. Уже впереди маячил главный экзамен первого дня в университете. От него зависело многое: профессора кафедры должны были оценить способности студентов и распределить их по правильным группам. Это был своеобразный экзамен-пропуск, и провалить его нельзя было ни в коем случае.       Институт, куда поступил Чжоу Ичэнь, считался одним из самых престижных. Здесь обучались не только талантливые студенты, но и дети известных и богатых семей. Каждый год набор делился на три группы по двадцать шесть человек, и попасть в сильнейшую считалось делом чести. Чжоу Ичэнь прекрасно понимал, какой уровень будет у его будущих сокурсников, поэтому готовился с особым усердием.       Чжао Юаньчжоу, хоть и радовался за любимого, всё же чувствовал грусть. Они больше не виделись каждый день, как раньше, и сердце сжималось от тоски. Но он старался держаться. В конце концов, разлука должна была продлиться не больше двух месяцев — шестнадцатое сентября было уже совсем близко. «Потерпи, и он освободится», — успокаивал себя Чжао Юаньчжоу.       Сам же Чжоу Ичэнь буквально жил за ноутбуком. Будущая программа была непростой, и он так уставал, что иногда засыпал прямо за столом, уронив голову на клавиатуру. Однажды утром, зайдя к нему, Чжао Юаньчжоу едва сдержал улыбку, увидев, как тот спал, пуская на ноутбук слюни. Осторожно подхватив своего «спящую красавицу» на руки, он уложил его в кровать, накрыл одеялом и, нагнувшись, чмокнул в мягкие губы, стараясь не разбудить.       — Ты опять меня не разбудил? — недовольно пробормотал Чжоу Ичэнь на следующий день, уткнувшись носом в подушку.       — Конечно, — спокойно ответил Чжао Юаньчжоу, поправляя ему одеяло. — Тебе нужен отдых, малыш.       — Но я же хотел хотя бы проводить тебя… — проворчал он, но глаза так и не открывал.       — Лучше спи. Я всё равно вернусь, — мягко улыбнулся Чжао Юаньчжоу и коснулся его волос.       Чжоу Ичэнь только тихо вздохнул, смирившись. Он знал — спорить бесполезно, ведь упрямство его возлюбленного ничуть не уступало собственному.       Когда Чжао Юаньчжоу узнал, что теперь им придётся видеться куда реже, он начал задерживаться у него под предлогом «посидеть немного рядом». Всё лишь потому, что слишком сильно скучал. Ичэню иногда приходилось буквально выталкивать его за дверь, напоминая, что их отношения должны оставаться тайной. Но и тогда Чжао Юаньчжоу смотрел на него с такой печалью, что сердце сжималось. Особенно тяжело было видеть, как он едва ли не плакал, когда Чжоу Ичэнь целовал его в губы, а потом закрывал перед его носом дверь, возвращаясь к занятиям.       Однако вскоре этот демонюга окончательно обнаглел. Он нашёл новый повод задерживаться — стал готовить. И, к величайшему удивлению Чжоу Ичэня, готовил он прекрасно, ничуть не хуже Ин Лэя. Еда получалась настолько вкусной, что после сытного ужина Ичэнь уже не имел сил сопротивляться. Расслабленный и довольный, он продолжал заниматься прямо на кровати, в то время как Чжао Юаньчжоу обнимал его со спины, даря тепло и покой.       Прошло две недели, и всё изменилось. Чжао Юаньчжоу стал оставаться всё дольше, а Чжоу Ичэнь уставал настолько, что уже не мог даже выгнать своего настойчивого гостя. Так его план по захвату хотя бы одной ночи в постели Ичэня увенчался успехом. И не раз. С тех пор Чжао Юаньчжоу всё чаще ночевал у него, а утром отправлялся прямиком на работу.       — Мммм, что ты сказал Вэнь Сяо? — сонно поинтересовался Чжоу Ичэнь, поймав руку, что коснулась его волос, и уложив её себе под щеку.       В ответ раздался тихий смешок и лёгкий скрип прогнувшейся кровати, когда Чжао Юаньчжоу сел удобнее. Пальцы его свободной руки снова бережно коснулись волос любимого, перебирая мягкие пряди, что слегка отросли и теперь падали на лицо Чжоу Ичэня.       — Сказал, что заключил договор с новой компанией страхования, потому сейчас много работы. На проверку того, что эта фирма не впадает в мошенничество клиентов. — всё же объяснил Чжао Юаньчжоу, стараясь успокоить своего котёнка. Пока говорил, он аккуратно подполз ближе и уложил голову Чжоу Ичэня себе на колени, позволяя ему уютно устроиться.       — Ммммм, ты всё ещё не придумал, как нам лучше сказать ей… о нас? — почти с болью поинтересовался Чжоу Ичэнь, ткнувшись лицом в живот Чжао Юаньчжоу.       — Нет, но я думаю. Мы всё-таки не можем просто ткнуть её лицом в это. Я уверен, что такая ситуация убьёт её, — тихо проговорил Чжао Юаньчжоу, задумчиво разглядывая парня, удобно устроившегося у него на коленях. Его ладонь мягко гладила волосы Ичэня, словно успокаивая не только его, но и самого себя.       Всего три месяца назад он даже не догадывался, что свадьба обернётся для него тяжёлым бременем. Что Вэнь Сяо — милая невеста, дарившая столько тепла, вдруг станет чужой. До их свадьбы оставался всего месяц, и Чжао Юаньчжоу тысячу раз прокручивал в голове одно и то же: признаться ли ей? Сказать, что он не любит, что уходит? Но всякий раз слова застревали в горле. Он помнил, как когда-то Вэнь Сяо была рядом: держала его за руку, когда брат едва не умер, прижимала к себе, не отходила ни на шаг. Она была доброй, слишком доброй. И именно это делало разрыв невозможным.       Чжоу Ичэнь говорил то же самое.       «Я не смогу просто заявить, что увёл её жениха», — его голос звучал в голове Чжао Юаньчжоу, заставляя сердце сжиматься. И как быть дальше, никто из них не знал.       Вскоре Чжоу Ичэнь снова заснул, словно убаюканный тихим голосом. Его руки разжались, дыхание стало ровнее, и он засопел, устроившись на коленях у возлюбленного. Юаньчжоу невольно улыбнулся — он выглядел как самый настоящий котёнок: мягкий, ласковый, но с характером. Такой, что терпит долго, но если переборщить с лаской — даст лапой по лицу, а если не понять намёка, то и коготки выпустит. Но даже в этом своём характере он был для Юаньчжоу бесценным чудом, которого хотелось хранить и любить всем сердцем.       «Может подарить ему кота? Такого же, как он сам?» — с тёплой улыбкой думал Чжао Юаньчжоу, залипнув взглядом на Чжоу Ичэне, который сладко спал у него на коленях, вызывая в груди целый океан нежности.

***

      На следующее утро мысль о подарке не отпускала Чжао Юаньчжоу. Он даже на работе пару раз ловил себя на том, что вместо документов перед глазами видел пушистого котёнка, свернувшегося клубочком рядом с Ичэнем. Мысль крепко засела в голове — и он решился. Вечером, заехав в небольшой питомник, он долго выбирал. Глаза разбегались: серые, рыжие, белоснежные… Но взгляд задержался на одном — маленьком котёнке породы регдолл. Белоснежная шерстка, тёмные ушки и мордочка, мягкий хвост и огромные голубые глаза — словно игрушка, слишком нежная для этого мира. Котёнок сонно потянулся и посмотрел прямо на него, а потом тихонько пискнул, будто признавая его своим человеком.       «Ты именно тот», — понял Чжао Юаньчжоу.       Вернувшись к Чжоу Ичэню, он тщательно спрятал коробку за спиной и, зайдя в комнату, увидел — любимый снова сидел над ноутбуком, зевая так широко, что казалось, челюсть вот-вот сведет. Он слишком сильно устает даже если спит по прихоти самого Чжао. На этот раз Юаньчжоу решил не мешкать.       — Что ты там прячешь? — подозрительно прищурился Чжоу Ичэнь, уловив странное выражение лица у возлюбленного.       — Сюрприз, — загадочно улыбнулся Чжао Юаньчжоу и поставил коробку на кровать.       Чжоу Ичэнь склонился ближе, осторожно приподнял крышку — и оттуда тут же высунулась крошечная мордочка. Котёнок жалобно пискнул и, пошатнувшись, вылез наружу, запутавшись лапками в мягкой тканевой подстилке.       — Чжоу Юаньчжоу!.. — воскликнул Чжоу Ичэнь, глаза его тут же заблестели. Он подхватил кроху на руки, прижал к груди и не смог скрыть улыбку. — Ты что, с ума сошёл? Он же такой маленький…       — Как и кое-кто ещё, — с лукавой улыбкой заметил Чжао Юаньчжоу, кивая на своего любимого, что с сияющими глазами держал котёнка. — Но я уверен, вы подружитесь.       Котёнок тихо замурлыкал, ткнувшись носом в ладонь Чжоу Ичэня. Тот растерянно посмотрел на Чжао Юаньчжоу и, не выдержав, звонко рассмеялся.       — Знаешь… он и правда похож на меня. Такой же упрямый, — сказал Чжоу Ичэнь, когда кроха вдруг попытался вырваться из рук и уползти по одеялу. — Но я всё равно его уже люблю.       Чжао Юаньчжоу в этот момент понял, что не ошибся. Взгляд Чжоу Ичэня, полный нежности, был лучшей благодарностью.

***

      С того момента их уединения прошло два месяца. Всё шло настолько гладко, что Чжоу Ичэнь временами пугался этого. Всё складывалось почти идеально, будто судьба решила на время подарить им покой. Вэнь Сяо так сильно загрузили работой, что, посовещавшись с Чжао Юаньчжоу, они решили перенести свадьбу на три месяца вперёд. У обоих просто не было свободного времени, чтобы заниматься подготовкой. Так и сейчас — Чжао Юаньчжоу снова уехал в командировку. Но самым важным было то, что перед отъездом он посвятил весь последний день Чжоу Ичэню.       Он появился у порога квартиры с букетом алых роз в руках. Чжоу Ичэнь только открыл дверь, как тут же оказался в плену долгого и глубокого поцелуя. Всё произошло внезапно, стремительно. От напора Чжао Юаньчжоу у Чжоу перехватило дыхание, ноги слегка подкосились, и он, не задумываясь, схватился за воротник его рубашки, вцепившись так, будто это единственное, что удерживает его от падения. Губы обжигали жаром, по телу пробежала волна мурашек. Это было так горячо и жадно, что Чжоу, не в силах сдерживаться, затянул любимого в квартиру, захлопнул за ним дверь и, прижав его к ней спиной, вновь поцеловал — уже сам, с таким же нетерпением, как и он.       В этот момент они не заметили, как из руки Чжао Юаньчжоу выпал букет красных роз. Он мягко осыпался на пол, а вот тяжёлая ладонь на талии Чжоу Ичэня он заметил очень хорошо. Сильные пальцы уверенно сжали его бок и прижали к себе так плотно, что между ними не осталось ни малейшего расстояния. Воздух вокруг будто загустел от напряжения. Они не виделись целую неделю из-за плотного графика Чжао Юаньчжоу. Да, они переписывались каждый день, но этого было мало. Сейчас же они восполняли всю накопившуюся за это время разлуку.       Чжао Юаньчжоу резко перехватил инициативу. За одно мгновение он развернулся, прижал Чжоу Ичэня к двери уже сам, и их поцелуи стали ещё глубже и настойчивее. Он мягко, но уверенно поднял обе руки Чжоу вверх и прижал их к двери, переплетя их пальцы. Теперь Чжоу был полностью в его власти, и это только сильнее разжигало его изнутри. Они отрывались друг от друга лишь на секунды, чтобы судорожно вдохнуть глоток воздуха, и тут же снова сливались в поцелуях.       Чжоу Ичэнь полностью отдался этому моменту. Он буквально повис на тех руках, что крепко удерживали его. Тихие, приглушённые стоны срывались с его губ, растворяясь в поцелуях. Спина выгибалась, тело отзывалось на каждое прикосновение. Кислорода катастрофически не хватало, грудь судорожно вздымалась, но никому из них не было до этого дела. Мир за пределами этой двери перестал существовать. Всё, что имело значение, — это они двое и это непреодолимое, обжигающее желание продолжать.       — Я… я скучал, — тяжело дыша и прерываясь на шумные вздохи, проговорил Чжао Юаньчжоу.       — И я. Бросил… меня на неделю, как ты мог… Чжао Юаньчжоу? — так же задыхаясь, ответил Чжоу Ичэнь.       После этих слов они замерли, глядя друг другу в глаза. Сейчас отвести взгляд было бы сродни смертному приговору — настолько крепко их связывало это мгновение. Грудь тяжело вздымалась, дыхание сбивалось, а губы пересыхали от жадных поцелуев.       Будто зеркала, они повторяли друг за другом каждое движение — проводили языком по губам, ловили воздух и снова тонули во взглядах. Внутри бушевала настоящая буря, от которой воздух вокруг них словно искрил и натягивался, как перед грозой. Переплетённые руки сжимались всё крепче, почти до боли, возвращая их в реальность.       — Я должен замолить прощение, не так ли? — с дерзкой ухмылкой произнёс Чжао Юаньчжоу.       Глаза Чжоу Ичэня блеснули опасным огоньком — этого было достаточно, чтобы дать ответ без слов. Не раздумывая, Чжао Юаньчжоу легко подхватил его на руки. Чжоу охнул от неожиданности и тут же обвил его шею, чувствуя, как в груди всё сильнее разгорается жар.       Пока они дошли до дивана в прихожей, на Чжао Юаньчжоу уже не было рубашки — ловкие пальцы Чжоу успели сорвать её, а горячие губы проложили по его шее огненную дорожку, оставляя влажные следы прикосновений.       Когда Чжао Юаньчжоу опустил его на диван, Чжоу Ичэнь откинулся на спинку, призывно раскинув ноги, словно подзадоривая любимого. Чжао Юаньчжоу дьявольски прикусил нижнюю губу, только так можно описать этого мужчину, он смотрел на него так, что от этого взгляда перехватывало дыхание. Всё его поведение излучало опасную, почти хищную страсть.       Следующие мгновения были как вспышки: прикосновения стали медленнее, но глубже, намеренные, доводящие до дрожи. Чжоу Ичэнь вцепился пальцами в густые волосы Чжао, словно стараясь удержать его там где нужно.       Чжао Юаньчжоу с лёгкостью избавил его от тонкой ткани пижамных штанов и, будто намеренно дразня, провёл пальцами по самой чувствительной линии, заставляя тело отозваться на каждое прикосновение.       Его движения были нарочно неторопливыми — мягкие поглаживания чередовались с лёгким нажимом, и от этого у Чжоу Ичэня внутри всё сжималось от нарастающего напряжения. Не выдержав, он потянул Чжао Юаньчжоу вниз, направляя его туда, куда жаждал каждой клеточкой. В ответ получил лёгкий, чуть шалый укус в бедро и выдохнул дрожащий стон, будто вся кожа загорелась от прикосновений. Он уже предвкушал, как хорошо его парень будет просить прощения.       Когда тёплое дыхание Чжао Юаньчжоу коснулось самого сокровенного, по телу Чжоу Ичэня прошла волна жара. Он запрокинул голову, почти взвыв от переполняющих ощущений. Он, будто специально усиливая эффект, сжал его бедро сильнее, не давая уйти от этого накала. Пальцы Чжоу Ичэня судорожно вцепились в густые тёмные волосы любимого, а губы были прикушены, чтобы сдержать полный голос его страсти.       С каждым плавным движением, каждым уверенным касанием языка и губ Чжао Юаньчжоу сводили его с ума. Волны жара поднимались всё выше, с каждой секундой накрывая тело с головой. Гостиная наполнялась их дыханием и глухими стонами, которые отдавались эхом от стен, будто подчёркивая каждое мгновение. Между ними витала тяжёлая, почти осязаемая страсть.       И вишенкой на этом безумии был взгляд — прямой, уверенный, дразнящий. Чжао Юаньчжоу смотрел на него снизу вверх так, будто намеренно разжигал огонь ещё сильнее. Взгляд в взгляд. Движение в движение. Каждый миг между ними становился мучительно сладким испытанием на выдержку.       Всё это продолжалось не так уж долго, но достаточно, чтобы Чжоу Ичэнь, дрожа всем телом, не сдержавшись, вскрикнул, согнувшись пополам. Волна накрыла его внезапно и стремительно, как удар молнии — без предупреждения. Пальцы судорожно сжали волосы Чжоу Юаньчжоу притянув к себе и сжав так крепко, что наверняка оставили после себя сильную боль, а тело согнулось в приступе неукротимого жара.       Чжао Юаньчжоу послушно принял всё, не отстраняясь, и лишь спустя несколько секунд, когда Чжоу Ичэнь отпустил его, сел на колени, шумно выдыхая. Лёгкий кашель вырвался сам собой, он тыльной стороной ладони стёр с губ следы чужой страсти и ухмыльнулся — так по-хищному, что от этого взгляда по коже снова пробежала дрожь.       — Я же прощён? Не так ли? — его голос был низким и хрипловатым, а взгляд — тёмным, глубоким, будто затягивал в себя без остатка. Чжоу Ичэнь, тяжело дыша, ловил этот взгляд и тонул в нём, как в тёплой бездне.       — Именно. Сюда иди! — выдохнул он.        В его голосе звучала не просьба, а приказ, будто всего произошедшего было недостаточно. И Чжоу Ичэнь действительно хотел большего — намного большего.