You're warm

- Ну что ж, теперь давайте вы, ребята, расскажите нам на какой такой " забив" собираетесь в понедельник. Спокойный, но строгий, кажется, голос Сонхва прозвучал, как раскат грома на семейном застолье. Сан и Минги переглянулись, первый, судя по несвойственному ему укоризненному блеску в глазах, начал догадываться, что произошло. За некоторое время до того, как Сан с Уеном присоединились к остальным, Минги в разговоре с Чонхо нечаянно обмолвился по поводу мероприятия, которое они с Саном собирались организовать через пару дней. Как назло, в этот момент на кухне было подозрительно тихо, чего не заметил увлечённый разговором Ги, продолжив свободно разглагольствовать о том, чего говорить не стоило, вероятно. Тогда ребята решили пропустить это мимо ушей, но, видимо, все было не так просто. Сонхва, обычно отвечающий за серьезные разговоры в их компании, решил просто отложить обсуждение до момента, когда все будут в сборе. Оторвавшись от лицезрения Минги, Сан повернулся к другому своему другу, лицо которого, очевидно, было переполнено тревогой. Тот повернулся на него, и Сан постарался утешающе улыбнуться, чтобы хоть как-то успокоить Уена. Тот вздохнул и, вернув взгляд к задавшему вопроси Хва, решился начать. - В школе меня избивали. Уже год как. Простите, что не рассказывал. - он бегло обвел взглядом всех присутствующих и направил взгляд на стол - Сан с Минги и Чонхо пойдут с ними разбираться, а в следующей четверти мы с Саном переходим в школу Хо. Опустив голову и прикрыв глаза, Уен готовился к тому, что ребята будут возмущены и станут его отчитывать. Возможно, даже обидятся. Но он считал такой исход событий разумным и даже справедливым, так что не был слишком расстроен, он знал, что они в любом случае помирятся позже, если, конечно, не узнают причину его побоев. Он отчаянно пытался побороть слабость и не зареветь перед всеми сейчас, но услышав голос Хонджуна, который звучал взволнованно, его нос стало неприятно саднить, он знал к чему это ведет. - Это... Пиздец, Уен. Ты... Почему ты не рассказал? Это же... Ну... Понимаешь, это супер важно и, если бы мы знали, мы давно уже разобрались бы с этими уродами, почему мы узнаем только сейчас? Год, Уен? Хотя теперь это объясняет твое состояние последнее время. Мне правда жаль, что так произошло, но ты бы так не страдал, если бы рассказал раньше. Почему ты нам не доверился, Ён? Хонджун был расстроен. Он был разочарован, судя по его тону. Это было ужасно больно осознавать. Сегодня был его день рождения. И Уен испортил его. Своей эгоистичностью. - Я... Мне жаль... - Уен, почему? Ты же никогда не имел врагов, как вообще вышло так, что над тобой издевались? Я просто не могу поверить... Сонхва звучал не менее разбитым. Остальные же просто удивлённо уставились в одну точку. Где-то в в углу комнаты Ёсан, игравший в какую-то увлекательную игру на телефоне, убрал гаджет на соседнюю тумбу и будто мог разглядеть и потрогать напряжение, повисшее между ними. - Это из-за моей ориентации. Мы с Чанбином обсуждали его девушку, и он, почему-то, спросил, почему у меня нет девушки, на что я, забывшись, ответил, что женщины меня... Не привлекают... - Уен, быстро протараторив эти слова шмыгнул носом и продолжил объясняться - А эти идиоты были рядом и услышали и после не переставали меня гасить. Сначала они просто стебались, а потом, поняв, что я играю в похуиста, начали применять силу, когда мы пересекались вне школы... Уен опустил потяжелевшую голову на предплечья, сложив руки на столе. К глазам вдруг подкатила влага, и он ненавидел себя за эту слабость. - Уён... Мне очень жаль... Ты боялся рассказать из-за своей ориентации? Или почему еще? Я просто правда не понимаю, почему ты не рассказал нам... Хонджун был на грани. Казалось бы, не произошло ничего серьёзного, но для ребят подобная недосказанность была сродни предательству. Ёсан встал с насиженного пола и подошел к креслу, в котором сидел Уен, заставив того принять нормальное положение, залез на того, сев ему на колени, повернувшись к нему лицом. Он положил голову на плечо друга и обхватил за торс. Слезы потекли сами по себе, не поддаваясь никакому контролю. Он положил голову на плечо друга в ответ и обхватил того руками. Они часто сидели так, и подобного рода тактильность сейчас была необходима Уену. - Я правда боялся из-за этого. Я думал, что вы не примете меня и боялся, что факт того, что я гей заставит вас чувствовать себя некомфортно, и боялся, что вы можете перестать дружить со мной. Но после разговора с Саном я понял, что ошибался. Простите меня, умоляю. Я такой тупой. Я правда не знаю, почему так о вас подумал. Голос предательски дрожал, но звучал уже, на удивление, уверенно. Хонджун снова вздохнул и откинулся на спинку стула. Они с Сонхва переглянулись и синхронно произнесли - Все нормально. Переглянувшись вновь и мельком улыбнувшись, они посерьезнели. Сонхва продолжил. - Я понимаю, почему ты беспокоился, но мне немного обидно даже, что ты думал, что мы можем оказаться гомофобами. Но я надеюсь, что мы разобрались, все нормально, вы отпиздите этих паскудин, и они поймут, что зря родились на свет, и все такое, а потом свалите из этой школы и все будет хорошо. Так ведь? Сонхва повернулся на Сана, который был удивлен столь быстрым окончанием спора и, улыбнувшись, он кивнул. Уен усмехнулся Ёсану в плечо. - Теперь я точно уверен в существовании Усанов. Реплика Чонхо, как и всегда, была удивительно абсурдной точкой в их споре. Все, отойдя от нервного обсуждения, посмеялись, и Юнхо, деливший диван с Чонхо, толкнул того кулаком в клечо, сказав неразборчивое "ты конченый". Все встало на свои места и вечер снова вернулся в прежнее русло. Оторвавшись от друга, Ёсан вернулся к своей игре, опять сев рядом с Минги. Увидев это, Сан повернулся и посмотрел на Уена, поймав обратный взгляд, он легко улыбнулся уголками губ и, кратко кивнув головой в сторону двери, начал вставать. Уен, быстро поняв намек, тоже встал и направился следом. Уже будучи в комнате Хонджуна, которая была расположена напротив кухни, Сан закрыл дверь и сел в центр двуспальной кровати, похлопав рукой по месту напротив, приглашая друга присоединиться к нему. Уен послушно сел на указанное место и, глубоко вздохнув, ответил Сану улыбкой на его взволнованность. - Как ты? Сан осторожно взял друга за руку, начав поглаживать тыльную сторону ладони пальцем в поддерживающем жесте. Уен посмотрел на их переплетённые руки и, дернув уголком губ, поднял взгляд на Сана. - Все хорошо, Сан. Более чем. Боже, я так рад, что мы разъяснили это все. Спасибо. - За что? - За то, что волнуешься, Сана. Я ценю это. Щеки сидящего напротив начали покрываться едва заметным румянцем, и Уен усмехнулся, заметив крошечный знак чужого смущения. - Тебе не за что меня благодарить, это моя работа. Я рад, что все в порядке... Обнимемся? Сан раскинул руки и надул губы так, как обычно делал, когда не знал, как выразить эмоции. Он поддался вперёд, когда Уен обхватил его торс руками, уложив голову на чужом плече. В этом положении, легко поглаживая друг друга по спине, они просидели пару минут, прежде чем Уен отстранился, чтобы посмотреть на лицо друга. Он тихо усмехнулся, что больше напоминало быстрый выдох и потянулся руками к лицу Сана. Нежно обхватив чужие щеки, он наклонился к другу и мягко прижался губами к чужому лбу лишь на секунду, после чего посмотрел в глаза, в которых видел весь свой мир. В глаза человека, дороже которого у него никого и никогда не было и, возможно, не будет. Он хотел так много сказать. О том, как сильно любит, о том, насколько прекрасен его Сан, и о том, насколько он сильно нужен. - Спасибо, Сан. За то, что поддерживаешь меня всегда. Я безумно сильно благодарен тебе. Спасибо. Последнее слово прозвучало уже едва слышимо, предыдущее были произнесены мягким шёпотом. Уен убрал руки с Сана, вдруг подумав, что он скорее всего, нарушил норму дозволенного, учитывая, что теперь Сан, да и остальные его друзья, знали его небольшой секрет. Наверняка Сану это прикосновение могло быть неприятным, ведь он мог бы подумать, что в этом есть какой-то скрытый подтекст, хотя он и действительно был, не хотелось, чтобы кто-то кроме самого Уена его понимал. Но Сан не отпрянул, и на его лице не было заметно и капли отвращения или неприязни как таковой. Только усталое спокойствие. И что-то, что Уен пока не мог объяснить, но смог заметить на мгновение. Что-то, что не должен был выражать Сан. Но почему то в контексте того, что между ними происходило сейчас, это что-то казалось правильным. Они просто сидели, скрестив ноги перед собой в позе по-турецки, смотря друг на друга. Их колени соприкасались, и нечто, витающее между их лицами, казалось, можно было разрезать ножом. Воздух вдруг стал тягучим, липким и с трудом пробирался в легкие. Уен почувствовал, как сердце ускорило ритм своего биения и, судя по всему, старалось выпрыгнуть из его груди, судорожно ударяясь о ребра с каждой попыткой. Казалось, Сан чувствует то же. Дыхание человека, сидящего напротив, стало громче, и Уен краем глаза мог увидеть, как вздымается чужая грудь с каждым вдохом. - Нас... Потеряли, наверное. Пойдем? Сан быстро покраснел, произнося свой довод, и начал подниматься. Уен, кивнув несколько раз, активно соглашаясь, встал и направился следом.