Поломанные

Этой ночью Джею не удается поспать. Он слушает звуки дождя за окном, шум ветра, смотрит на почти голые ветки, которые шатаются со стороны в сторону в свете фонарей. Ему вновь тревожно. Оуэна рядом нет. Почему-то в последнее время рядом с ним Джей чувствовал себя спокойнее… Плохие мысли постепенно отходили на второстепенный план. Жаль, что сладкое забвение продлилось недолго… Всю ночь он ворочается: только заснет на минуту — ему мерещатся мерзкие руки Марка, липкие касания, его ухмылка в темноте и дикий взгляд. Он тут же вскакивает, убеждая себя, что это просто сон. И снова думает, обдумывает, вспоминает. Его пробирает до костей не только омерзение — к себе и к насильнику — но и сильная злость. Он сжимает зубы, слыша их скрежет. Марк должен поплатиться… Прошло столько лет, но кошмары такие же яркие. Почему плохие люди зачастую живут долго? Почему им все сходит с рук? Если ты сильный мира сего, то можешь пользоваться другими, как вещами, да? Наверно, Джей все еще внутренне верит в справедливость, но его вера с каждым годом все больше падает к нулю. Он размышляет об этом, встречая рассвет. За окном светлеет, ветки деревьев становятся отчетливо видны. Небо серое, по осеннему блеклое. Погодка пасмурная — отражающая внутреннее состояние смятения и ощущения бессилия. Джей медленно прикрывает глаза, но поспать ему не дают. — Утречко доброе! — в комнату врывается Одри. Размалеванный, в вырвиглазного цвета топе, в штанах с заниженной посадкой. Волосы торчат ирокезом. Теперь видно, что ниже ключиц у омеги татуировки крестов и каких-то звездочек. Руки тоже в изображениях созвездий. Любитель эзотерики и тут отличился. — Как спалось? Давай, пора вставать. — А Оуэн где? — Джей трет глаза, садясь на кровати. — Со вчера не возвращался, — пожимает плечами омежка. — А что, скучаешь? Джей мимолетно улыбается, пожав плечами. Он все еще в некой прострации. Он долго думал, перебирал в голове варианты. И понял, что один не справится. Ему нужен кто-то еще, кто-то, у кого есть ниточки влияния в этом городе. — Просто он ничего не сказал, — пожимает плечами Джей, осматривая комнатку, которая далека от понятия простоты. Это, скорее, барокко с его размахом и роскошью. Аж неудобно. — И давно вы вместе? — Одри беспардонно начинает расспрашивать об отношениях Джея с Оуэном. Мол, когда, как, где познакомились, что привлекло, что у них общего, часто ли ссорятся… Джей на все отвечает тактично, избегая упоминаний о договоре. — Ой, я представляю, как тебе с ним сложно, — продолжает Одри в своей манере. — Пока этот тормоз начнет действовать, состариться можно. Предлагаю ускорить процесс. Альф нынче мало, даже на него найдется спрос, так что нужно поскорее тащить его под венец. Подправим тебе прическу, подберем уход для лица, волос, тела, гардиробчик сменим… Да у него не будет шансов дать заднюю! — Не то, чтобы я… — Молчать, возражения не принимаются, я за тебя берусь. И Одри не врет. В следующие несколько дней Джей заново учится краситься, ухаживать за собой. Под грузом проблем он перестал уделять внимание себе самому, носил что попало, не следил за волосами и кожей лица. Но теперь у него есть возможность и время. Одри не отстает от него, очень настойчиво вмешиваясь в его личное пространство и порой раздражая советами. Проходит неделя, а от Оуэна ни весточки. Джей уже и не знает, что думать, до этого они были практически всегда вместе. Чем занят альфа, почему не напоминает о себе? Он словно покинул его с концами. Это расстраивает. В последнее время Джей и так чувствует себя неважно, у него побаливает живот, случаются приливы жара. А тут еще и Оуэн со своими «срочными делами»… Когда он вообще вернется? Чем он занят? С кем он? Эти вопросы терзают омегу, он сам за собой не замечает, что скучает по нему. И скучает сильно.

***

Оуэн поднял всех своих знакомых. Через связи он узнал об отце много нового. Оказывается, тот пустил корни везде, где только мог, и даже с Дереком у него есть некоторые договоренности. И врагов у него тоже хоть отбавляй. Это нужно быть не только богатым, но и очень удачливым, чтобы при таком раскладе оставаться живым. Марк устроился очень даже хорошо: стоит признать, что он сильная личность, и его психопатические склонности и умение манипулировать помогли ему подняться на пьедестал, с которого его не так просто сбросить. Конечно, у него много охраны. Марк осторожен. Даже его автомобиль хорошо защищен, перед каждой поездкой машину тщательно проверяют. За безопасностью следят десятки нанятых людей. Подобраться к нему возможно, но это не так уж просто. Марк словно пропал. Его нет ни в одной из его квартир или домов. В загородном тоже. На работе появляться перестал, слушания дел, в которых он выступал в качестве адвоката, перенесли. Марк притаился, как хищный зверь в чаще, выслеживающий желанную добычу. Вот только ничего он не получит. Оуэн хоть немного, но знает его. Его уязвимые места. Знает, на какую приманку можно его поймать. Сейчас Марк зациклился на Джее. Вот только использовать омегу в своих планах Оуэн не собирается: нельзя допустить, чтобы он пострадал. Вместо настоящего Джея будет другой, нужно найти максимально похожего человека. По идее, Марк должен повестись за это, выдав свое местоположение, и пока он будет сбит с толку рядом с подставным «Джеем», его можно будет оглушить и закопать где-нибудь за городом. Если не удастся поймать Марка на «живца», то в ход пойдет запасной план под названием «обрубание связей». Больше Оуэн не сомневается. Он хочет его смерти уже по настоящему, и если у него будет возможность, он таки нажмет на курок. Выстрел будет незамедлительным. Зло нужно рубить на корню, Марк никогда ничего не осознает, не изменится, и тем более, каяться не будет. Как говорится, горбатого могила исправит. Оуэн пропадает так на неделю. Он не беспокоит Джея, Джей ему тоже не звонит. Можно подумать, что они чужие друг другу люди. Оуэн едет лесной дорогой, сжав руками руль, он начинает все больше и больше осознавать, что и сам в некоторой степени помешался. Он влюбился в Джея словно по щелчку пальцев, сразу решив присвоить его себе. Джей вроде и не был против, но был ли у него выбор? У омеги не было ничего: ни средств, ни дома, ни друзей. Потому остался. Не по желанию, а вынужденно. И чем тогда Оуэн отличается от собственного отца? Он тоже намеренно удерживает Джея рядом, не давая ему вольную: за своим слепым желанием быть с ним он не заметил, что поступает так же эгоистично, как поступает Марк. — Черт… да чтоб его, — ругается себе под нос Оуэн. Насильно мил не будешь — и эта поговорка идеально подходит к его ситуации. Джей не любит его. У омеги не горят глаза при встрече с ним, тот не желает сближения, не хочет прожить с ним всю жизнь. Они неплохо ладят, как друзья, но как пара… увы, не сходятся. Нет со стороны омеги ни страсти, ни заботы. И даже теперь, за всю неделю разлуки, Джей ни разу не написал и не позвонил: это очередное доказательство его безразличия. Оуэн не знает, как так вышло, что теперь Джей для него неотъемлемая часть жизни. Он — человек, который без угрызений совести мог расправиться с противником, не зацикливался, когда друзья уходили в землю. А вот рядом с омегой становится слабым. Не от страха, не от вины — от какой-то безысходной нежности, которую не умел и не должен был чувствовать. Оуэн уже попросту не может без него. Он привык к Джею как к воздуху — и потому теперь задыхается. Обнять бы его еще раз, вдохнуть бы запах… И мир вокруг обрел бы краски и покой. Это невыносимо. Он и сам больной, его ломает при мысли, что нужно отпустить омегу. Мрак снова сгущается над его головой. О лобовое стекло бьются тяжелые капли, где-то далеко гремит. Поздняя осенняя гроза… И эти раскаты грома вторят его внутреннему состоянию. Он приезжает поздним вечером. Заходит в особняк, особо не обращая внимания на охранников и прислугу в доме. Альфа намеренно идет в комнату Джея, но… его там нет. Кто-то из охраны подсказывает, где тот находится, и альфа направляется туда. Он видит омегу за круглым столом, за которым кроме него сидят несколько людей. Одри и его отшибленные друзья. Та еще компания, но Джей, кажется, в нее влился. Похорошел, посветлел, улыбается. Медового оттенка волосы хорошо уложены, на нем черная блузка с треугольным довольно глубоким вырезом — и это вместо привычных растянутых свитеров или застиранных футболок. Образ у него… более дерзкий. Оуэн не может отвести взгляда, он даже не моргает. В полутьме комнаты он видит только его. Компания увлечена картами — они играют в покер, делая ставки. По центру стола собрались кучки круглых фишек. Оуэна замечают не сразу. — О… какие люди, и без охраны, — смеется Одри, повернувшись в сторону входной двери. Джей тоже теперь смотрит на него, прямо в глаза, улыбается и молчит. И по его выражению лица альфа не может понять, скучал тот или нет. — Да проходи, мы тут развлекаем твоего омегу, пока тебя нет. Я бы на твоем месте не пропадал бы неделями, а то гляди, умыкнут такого милашку. Вон, Юстас на него посматривает, — подмигивает Одри, подливая масла в огонь. — Давай, давай, присаживайся. Оуэн подходит ближе, вставая позади стула, за которым сидит Джей, он прям видит, как плечи омеги напрягаются, а его запах становится сильнее. Словно чувствует, как участилось его сердцебиение. Альфа рассматривает карты, довольно неплохая комбинация… — Как дела? — тихо шепчет Оуэн, наклонившись к его уху. — Да так, — омега в свою очередь сильно сдерживает себя. Он зол и в то же время взволнован. Альфа взял и пропал, оставив его одного среди незнакомых людей, а теперь объявился, делая вид, что нигде не шлялся. — Не мешай мне играть, — шепчет Джей, чувствуя, как волнение усилилось. Оуэн воспринимает это по своему. Отходит от него и наблюдает со стороны. И да, омега действительно смог влиться в компанию Одри. Похоже, Джей имеет очень хорошие способности к выживанию в любой среде, он быстро адаптируется и подстраивается под обстоятельства. Что-то в нем изменилось. Нет, не внешний образ — взгляд стал другим. Смелее, выраженнее. Былого страха нет. А еще… Оуэн замечает, что тот самый Юстас, о котором упоминал Одри, проявляет знаки внимания его омеге. И Джей вроде как и не против. Это вызывает сильную вспышку ревности, которую альфа с трудом, но сдерживает. Адекватное восприятие борется в нем с собственничеством. С одной стороны, приковать Джея цепью он не может. С другой… смотреть на его взаимодействие с другим невыносимо. Хочется расквасить рожу этому гламурному Юстасу, который больше похож на петуха, чем на альфу. Оуэн уверен, что тот быстро подожмет хвост и исчезнет с радаров. Альфа сжимает кулаки. Он не должен спускаться до уровня Марка, но против себя идти сложно. Как же хочется его обнять, отобрать у всех, присвоить… черт. Оуэн не замечает, как игра подходит к концу. Он видит перед собой Джея, который все так же бесстрашно смотрит ему в глаза. Омега берет за руку и куда-то ведет. Джей и правда смелеет, он так сильно хотел его увидеть, что теперь почти что ликует. Оуэн смотрел на него жадным взглядом, словно хотел там же и сожрать, и это так не похоже на того спокойного, понимающего Оуэна, которого он знал раньше… Джей давно такого не чувствовал, если чувствовал вообще. Омега заводит его в свою комнату, поворачиваясь лицом к нему. Оба молчат, рассматривая друг друга, и оба при это неспокойно дышат. Обоим есть что друг другу сказать и рассказать. Омега подходит к нему первым. — Ты где… был, а? — начинает Джей, пытаясь унять быстрое сердцебиение. — Что-то случилось у тебя за это время, или… — Т-с… Ангелок, — перебивает альфа, надвигаясь на него мощной фигурой. Джей сглатывает, ясно ощущая действие его запаха на себе, его словно окружает колкий, но такой приятный аромат… — Что у тебя с Юстасом? — тон голоса Оуэна снова становится угрожающим, его феромоны выходят из-под контроля, но не душат, нет. Джей старается не дышать… потому что тело реагирует должным образом. Так, как устроено природой. — Это недоразумение… Ты серьезно? У меня с ним ничего не может быть, он предпочитает, эм, снизу, он любовник Одри, — быстро оправдывается омега и сглатывает, отступая на шаг назад и упираясь спиной в стену. Некуда бежать. Ноги подкашиваются, дыхание сбивается. Внизу живота становится тепло. Кровь приливает к паху. Что… но как... — Точно? — Оуэн наступает, смотрит в глаза в упор. Из-за плохого освещения его взгляд кажется темным. Но не злым. Страстным. — Прекрати ревновать, я не даю повода. Омега издает писк, когда Оуэн притягивает его к себе и впивается в губы. Целует властно, требовательно, и Джей сразу отвечает, взахлеб. Словно оба одинаково хотят этого… Они так давно не целовались, что омега уже забыл, каково это, чувствовать его грубые руки, сухие губы, язык… боже. Приятный спазм сковывает живот. Феромоны альфы действуют целенаправленно. Джей не просит остановиться, не сбегает. Он поддается течению — будь что будет. Его никогда не целовали так страстно. Он никогда не чувствовал, что его настолько хотят. Оуэн не отпускает, целует глубоко, с языком, почти не делая пауз для передышки. Альфа стискивает руками бока, гладит, спускаясь вниз, к заднице. Он на взводе. Он хочет его касаться. И пока Джей разрешает, Оуэн действует. Он спускает его штаны с бельем вниз, трогает ягодицы. Слегка шлепает, разводит их, почувствовав мычание в поцелуй. — Расслабься, ангелок… Омега не отвечает, жадно вдыхая воздух перед новым поцелуем. Джей чувствует, как его касаются в самом интимном месте. Все происходит слишком стремительно. Оуэн надавливает на его дырочку двумя пальцами, плавно погружая их внутрь. Дискомфорта нет. Феромоны кружат голову, внизу все сжимается, пульсирует. Пальцы приятно скользят — смазки достаточно… — Ха-аах, по… — Джей не договаривает, он отклоняет голову в сторону, вытягивая шею, и Оуэн сразу туда целует. Его горячие губы, дыхание щекочут кожу. Но еще приятнее альфа делает ему снизу. Джей смотрит в потолок, раскрыв рот, дыша неритмично. Безумие… чтобы с ним?.. Такое? Но Оуэн намерен довести начатое до конца. Альфа спускается вниз, на колени, не вынимая пальцев из дырочки. Он недолго смотрит на привставший член омеги — и без раздумий берет его в рот. У альфы нет опыта в минете, но он старается, заглатывая плоть, посасывая, чувствуя, как она твердеет во рту. — Стой!.. Ты что… — пищит Джей, заткнув себя ладонью. Омега смотрит вниз, пытается отстраниться, но альфа держит его. Оуэн двигает головой, лаская его член, попутно снова двигая пальцами. — Ах… — омега закидывает голову, смотря туманным взглядом вверх, тело словно не слушается его, голова отключается. Физическое удовольствие становится все сильней. Джей чувствует его губы, рот, язык на члене, ярко чувствует пальцы внутри. Не может убежать, да и не хочет. Он вцепляется руками в плечи альфы — и спустя миг испытывает пик наслаждения. Тело дрожит, внизу спазмы. Из члена вытекает прозрачная, омежья сперма. Перед глазами даже темнеет — Джей ошеломлен. Он впервые испытал оргазм, еще и… от ласк другого человека. Ему безумно стыдно. Еще хуже становится от осознания, что он кончил в рот Оуэна, а тот проглотил. Альфа встает, подтягивая на нем штаны. Смотрит на Джея, а тот прячет лицо за ладонями. Омега чувствует, как щеки горят. — Понравилось? — Не знаю... — Я до тебя никому не сосал, — признает альфа, заставляя омегу смутиться еще сильнее. Оуэн сам сильно завелся. Стояк выпирает бугром под штанами. Он хочет заняться полноценным сексом. Хочет заставить его кончить снова, но уже от члена внутри. Альфа хитро усмехается и убирает руки с лица Джея. Омега понимает, что продолжению быть. Он сглатывает, дыхание постепенно выравнивается. Оргазм расслабил тело настолько, что кажется, ноги не держат. Джей смотрит в сторону кровати, потом на Оуэна. Сам тянется, сам целует его в губы. И вдруг омега отстраняется, вытирая рот рукой: он чувствует привкус собственной спермы. — Ты милый, — комментирует Оуэн. Альфа без слов берет его руку и опускает себе на пах. Джей кивает, феромоны снова дурманят голову… И вот, оба уже на постели. Целуются, трогают друг друга. Омега в какой-то момент даже подсознательно хочет, чтобы в него что-то вставили… но тут альфа отстраняется, вставая. Оуэн направляется к своей сумке, копошится там, шелестя бумажками, упаковками. Находит таблетки. — Это наркотики? — влезает Джей, подходя сзади, заглядывая. — Нет. Омега сам читает название и вспоминает его. Это же… довольно известный афродизиак. Но зачем? У альфы и так стоит. Ему же всего тридцать! — У тебя проблемы… с эрекцией? Прости, что лезу… Извини. Оуэн тяжело вздыхает, откладывая таблетки обратно. Резко переменяется в лице. Поворачивается на омегу, хмурый. Как ему объяснить, с чем на самом деле связан прием лекарств? — Это ты меня извини, — после этого Оуэн берет пачку сигарет и исчезает за дверью, ведущей на балкон. Все закончилось так же резко, как и началось. Джей снова закрывает лицо руками. Жар не утихает, и он не может понять… неужели это начало течки? Столько лет его цикл не напоминал о себе. Омега чудом смог забеременеть тогда, да и дитя он потерял, но… течка? У него? Он прислушивается к своему телу. Его всем естеством тянет туда, куда ушел Оуэн. Запах альфы манит, тянет так, что попросту невозможно сопротивляться. Омега выходит тоже на балкон, вдыхает феромон на полную грудь, улавливая резкий запах сигарет и дождя вперемешку. На голову моросит. Оуэн молча курит. — Зачем ты их пьешь? — Я не могу рассказать тебе сейчас, — альфа поворачивается к нему. — Но я расскажу. Однажды. — Эта тайна настолько страшная? — Одно воспоминание о ней сводит с ума, — сжимает зубы Оуэн, он тушит сигарету о перила, все равно она не горит толком из-за противной мороси. — Она будет преследовать меня до самой смерти. Джей прикусывает губу, тихо приобняв его сбоку. Тянется, прислоняется, жмется, словно в поисках ответной ласки. Жар в теле не уходит. Он боится и стыдится того, что творит, но противостоять зову природы сложно… Оуэн поворачивается и обнимает его в ответ. Крепко. Гладит его по худой спине, по выпирающим лопаткам, прочерчивает пальцем позвонки. Альфа вдыхает запах. Еще и еще. Словно пропитывается им. И все вокруг становится неважным — проблемы и болезненные воспоминания отходят на далекий задний план. Но… феромоны Джея никогда не выделялись так сильно. Омега не вел себя так раньше. И пахнет он… соблазнительно. Так, что в паху снова теплеет и ноет. — У тебя жар, — вдруг понимает Оуэн, коснувшись в подтверждение его лба губами. Горячий. — Кажется, — бормочет омега, сразу спрятав лицо у него в складках одежды. — У меня, возможно, начинается течка. Я не уверен… — Хаа… вот оно что, — теперь альфе становится понятно, почему омега себя так ведет. Он уводит его в комнату, плотно закрывая балконную дверь. Думает сбегать к Одри за подавителями. Джей же резко хватает его за рукав и держит, не отпуская даже тогда, когда Оуэн настойчиво тянет руку в сторону. Омега то бледнеет, то краснеет, топчется на месте. И таки осмеливается сказать: — Может, останешься со мной?