Поломанные

Джей сидит у окна, глядя, как дождь стекает по стеклу, льет, расплываясь лужами на асфальте. Который день плохая погода. Который день Джей ничего не может решить. Работу найти не выходит, что делать с ребенком — он не знает. Арон отказывается говорить о последнем, как и помогать. Они снова поссорились. Джей трогает свежий синяк на скуле и шипит от боли. Сколько это может продолжаться? Вот, вроде, он понимает, что ему сложно жить с таким человеком. Но уйти не может. Много чего останавливает. Страх за будущее, страх остаться одному, мнение общества, сам Арон со своими извинениями и обещаниями, что больше не будет... Омега сам не понимает, любовь это или зависимость. Это как наркотик, который обещает облегчение, но приносит только боль. А ведь когда они только начали жить вместе, Джею казалось, что все плохое уже позади: Арон был заботливым и любящим, старался ему угодить. Ничего не предвещало беды. Джей потянулся к нему, зацепившись, как за спасательный круг. Он считал Арона своим освободителем, спасителем, ведь если бы его не было, омега так и не осмелился бы противостоять Марку. Все сложилось таким образом, что Джей вцепился в Арона мертвой хваткой, решив, что с ним он точно будет счастлив. Картина менялась постепенно. Первые недопонимания, ссоры. Первые скандалы. Пощечина, удар. Извинения — и опять по новой. С годами обороты набирали скорость: теперь домашнее насилие стало чем-то привычным, обыденным. Джей и сам не промах — он зачастую провоцирует мужа своими колкими словами. Не умеет молчать, за что получает. И сам по себе Арон, вроде как, не так уж плох. Он красив внешне, у него приятный феромон. Да, альфа любит нудить и критиковать, а еще он ленивый до безобразия. Но сейчас альф нормальных не сыщешь, можно было бы смириться, если бы не одно «но»… Алкогольная зависимость. Когда Арон напивается, он становится чужим, словно темной тенью самого себя. Его личность искажается еще больше. Демоны лезут наружу, а заканчивается все это очередными травмами. Однако Джей все равно продолжает оправдывать его. Наверно, главная из причин, почему омега не уходит — это потому, что в глубине души верит, что Арон может измениться: мол, тот человек, которого он когда-то любил, все еще живет внутри. Джей надеется, что можно помочь ему избавиться от зависимостей, чтобы тот прекратил пить и проигрывать деньги в онлайн казино, брать микрозаймы у сомнительных организаций. Омега грязнет в своих же сомнениях и домыслах. В себя его приводит стук входной двери. Арон вернулся. Джей встает со стула, направляясь к плите, он хочет разогреть суп. У них кончаются деньги, даже хлеба и воды не на что купить. Придется доставать заначку — а так не хочется… Омега годами втайне от мужа складывал деньги, запихивая в игрушку. Там приличная сумма, но трогать ее не хочется. Тревожно… Это ведь на ребенка. Джей скорее всего оставит малыша, а ему нужно столько всего купить… Омега проходит мимо мужа, улавливая его настроение: Арон чем-то сильно огорчен и недоволен. Джей заходит в спальню, как тут его взгляд падает на полку, где стояла та самая игрушка. Ее там нет. Он сглатывает, походит ближе, найдя ее на полу. Он хватает ее, видит, что она вся разодрана. Внутри пусто. Денег нет. В груди стремительно холодеет. Как так?.. В квартирку не могли забраться воры, Джей был весь день дома. Только Арон несколько раз приходил и уходил. Неужели… он… — Ты… — омега выходит из себя. Он быстро идет в коридор, где Арон снимает грязную обувь, небрежно кидая ее на чистый ковер. Брызги болота пачкают недавно вымытый пол… — Ты, — омега тяжело дышит, внутри буря эмоций, все смешалось и закружилось воронкой. — Арон! — Чего надо? Че опять недоволен? Ну, помоешь, все равно весь день дома торчишь, делать нефиг. Ты же омега, в конце концов, это твоя обязанность, обслуживать меня и дом! Джей подлетает к нему, он готов с землей его сравнять. Все сбережения! Его деньги, которые он складывал копеечка к копеечке, отказывая себе порой даже в еде! Да он третий год в порванных кроссовках ходит! Уже забыл вкус шоколада и нормального, не дешевого кофе… Он экономил, как мог, хотел быть уверенным, что в кризисной ситуации деньги будут. Но теперь… — Ты их взял?.. Отвечай. В глаза смотри. Ты? — Джей тяжело дышит, его трясет от злости и обиды. — А-а-а… — Арон тут же переменяется в лице. — Это я должен злиться. Ты прятал от меня заначку, скрывал все это время, что у тебя есть деньги! Небось, у меня их воровал и складывал? Уйти от меня хотел, да? — Арон, ты хоть слышишь, что несешь? — Джей кривится. — Я отложил их на будущее, для ребенка, как ты не понимаешь? Верни их назад, верни немедленно… Куда ты их дел? Зачем забрал? Ты же знаешь, что мы оба сейчас без работы, что мы на мели! Только не говори, что ты их проиграл... — Мозги мне не долби, — рычит на него Арон, распространяя свой феромон. — Ты хоть знаешь, что меня чуть не убили? У меня вымогали деньги, если бы я не отдал, они бы расправились со мной, а тебя бы пустили по кругу и тоже расчленили, — его голос становится агрессивным. Движения резкими. — Ты меня блять обвиняешь, а?! Это я виноват по твоему? Омега сразу понял, что альфа закрыл долг по очередному микрозайму. Раньше ему с этим помогал папочка, но теперь тот зол на сына и отказался присылать деньги. Но легче от этого осознания не становится. Его сбережения! Заработанные с таким трудом! Столько потраченных усилий… — Но как ты мог даже не сказать?! — на глазах омеги появляются слезы. — Пока я дорожил каждой копейкой, экономил на себе, ты позволял себе и выпить, и хорошо поесть! Ты жил за мой счет и счет своего папы, и ты Альфа после этого? Кто ты? Ты просто ленивый альфонс, которому плевать на всех, кроме себя самого любимого! Ты не можешь обеспечить даже себя, а вместо того, чтобы решать проблемы, сбрасываешь их на близких, предпочитая плыть по течению и развлекаться, упиваясь алкоголем и играми… А теперь ты даже не понимаешь, что наделал! Я столько сил приложил, чтобы собрать эту сумму, а ты просто взял и отдал их! Говоришь, убить тебя хотели? Так а зачем ты брал в кредит у бандитов?! Объясни мне, что в твоей голове? Ты не понимал, что если не отдашь им деньги, то они будут их вымогать? Сколько тебе лет, Арон? Мне это настолько надоело, что я… Джей вскрикивает, отскочив, но Арон все равно задевает его лицо кулаком. — Ах ты сука, — рычит взбешенный альфа. Ему явно не нравится, что ему высказали правду в лицо. — И это твоя благодарность?! Я подобрал тебя, вытащил из дерьма, я не изменял тебе, хотя вокруг знаешь сколько омег?! Любой захочет быть со мной, а ты кому такой нужен? А? Кто захочет с тобой жить, если не я?! Посмотри на себя, ты даже в дешевые шлюхи не годишься, никто не заплатит тебе за твою растраханную отчимом дырку! Кому ты нужен?! Или к Нему поползешь, умоляя, чтобы… Джей хватает с тумбочки утюг и со злости кидает его в альфу. Последние фразы вывели его из себя. Арон вскрикивает от боли — попало по плечу. Альфа сразу догоняет его. У них начинается драка. Ожесточенная, как никогда прежде. Они бьют друг друга, Джей кусается, попадает альфе в пах. Но через минуту Арон таки перевешивает. Он сильнее, больше. Омега чувствует болезненные удары. В лицо, в грудь… в живот. — Нет! Не туда! Не в живот, ребенок! — кричит он истошно, но это продолжается. Арон добивает его ногами, а после хватает, почти бессознательного, и выбрасывает за входную дверь. Джей лежит, хрипит, от шока он не чувствует боль настолько ярко, насколько бы мог. Он кашляет кровью на пол, пытается подняться, смотря на соседскую дверь. Нужно позвать на помощь… Живот, его ребенок… Арон, как озверевший, лупил ногами именно туда, и теперь могут быть последствия… Но прежде чем подняться, Джей теряет сознание. Он не знает, сколько времени прошло. Приходит от в себя от ужасной боли. Болит все тело, но голова и живот больше всего. Омега хрипит. Телефон остался в квартире, он не сможет вызвать себе скорую… Он доползает до двери и стучит, скребется в нее. — Арон, помоги… у меня кровь… — хрипит. — Вызови скорую, умоляю… Но проходит десять минут, двадцать, полчаса — никто не открывает. Тогда Джей добирается до соседской двери. Он стучит туда и просит помощи. Но — тишина, хотя он уверен, что соседи дома, и даже слышали скандал и бойню… Он еле спускается вниз, на этаж ниже. Стучит в первую попавшуюся дверь. Тишина. Куда обратиться?.. Что делать? Ему все равно на свою жизнь, но ребенок… в чем виновато неродившееся дитя?! Джей в отчаянии пробует достучаться хоть куда-то. Один раз ему открывают, но увидев рыдающего омегу с окровавленным лицом, сразу закрывают назад, не решаясь ввязываться в чужие проблемы. Он сам выбирается на улицу. Сам, шатаясь, небольшими шагами идет в сторону больницы. Голова сильно кружится, ноги дрожат, он чувствует, что в штанах мокро… и это явно кровь. Боже, нет, пожалуйста… Он не хочет его терять! Он что угодно сделает, будет работать днем и ночью, но оставит этого малыша! Будет любить его, ведь любви достойны только дети… Будет заботиться, купать, кормить, воспитывать, рассказывать сказки и петь на ночь, убаюкивая, защищая от зла… Сын будет смыслом его жизни, его отдушиной и радостью. Они вдвоем прекрасно заживут, пусть в бедности, но зато в любви… Он станет хорошим папой, и он ни за что и никогда не поступит с ребенком так, как поступил с ним Женевьер… Он не предаст его ради денег или альф. Защитит ценой своей жизни, он глотку перегрызет его обидчику, только бы… Только бы маленький выжил! Но живот ужасающе болит, а вокруг никого, кто бы мог помочь. Медленно, шаг за шагом, плача от бессилия и страха, Джей продвигается в сторону больницы. Она недалеко, но путь к ней кажется вечностью… Остается всего сто метров, но голова сильно кружится. Он падает на колени, прямо в лужу, только сейчас осознавая, что он босой, без куртки, что ледяной ветер пробирает сквозь кожу и кости… Он начинает рыдать в истерике, обхватив себя за живот. Это все, это конец, он это чувствует. Ребенка не будет. Вообще не будет детей. Но за что? Почему так жестоко? В чем его вина?.. Перед глазами темнеет, и он отключается, сваливаясь в грязь…

***

К сожалению, на этом его жизнь не заканчивается. Джей открывает глаза. Он приходит в себя мучительно долго, собирая воспоминания по крупицам. Он в больнице, на койке, подключен к капельнице. Значит, его таки заметили… Омега смотрит вверх, на белый потолок. На трещину в углу, после на капельницу, на бутылочку, в которой все меньше и меньше жидкости. Тело все еще болит, голова словно налита железом. Тяжелая. Он еле поворачивает ее, рассматривая палату. Почти все койки заняты. На соседних стонут больные, каждый со своими ранениями. Джей же даже не мычит, никакая физическая боль не сравнится с той ужасающей пропастью, что разрослась у него в душе. Там словно прошлось землетрясение, которое превратило внутренний мир в разруху. Сколько боли способен вынести человек? Джею кажется, что его уже ничем не ранить. Когда приходит врач, омега слушает его, как сквозь пелену. Ему сообщают, что переломов нет, но есть побои, множественные травмы мягких тканей, сотрясение мозга. И… да, у него случился выкидыш. Ребенка не спасли. Было поздно. Омега лишь поджимает губы. Из глаз катятся слезы, но ему кажется, что он ничего не чувствует. Вот бы сердце остановилось прямо сейчас… Все бы закончилось навсегда. Что его ждет? У него ничего нет. Он один. Дома нет, работы нет, родных тоже, с друзьями со школы он давно уж не общается… И даже сын его оставил. Джей скрючивается в позу эмбриона и беззвучно плачет. Вот бы хотя бы Лирой был тут, но и он далеко… Нет ни проблеска, не за что ухватиться. Он тонет в вязком болоте, даже не пытаясь вдохнуть. Если человека можно сломать, то он сломлен. И починке уже не подлежит. ...Дни в больнице тянутся друг за другом. Целых три дня ему разрешают полежать, полечиться. Дольше держать не могут: у него нет денег, чтобы заплатить за дальнейшее лечение. Джей очень удивляется, когда один из медбратьев приносит ему потрепанные тапочки, чтобы тот не шел из больницы босиком, а еще отдает свой вязанный кардиган. Омега благодарит его. В порыве он снимает с руки обручальное кольцо и отдает его медбрату, отплатив за его доброту. Голова все еще кружится, он чувствует слабость. Оказавшись на улице, он теряется в запахах, звуках, ярком свете солнца, которое совсем не греет. Что ж, нужно забрать вещи и думать, куда идти дальше. Джей замирает перед дверью квартирки. Он таки стучит. Знает, что Арон дома — тот точно не пойдет работать, он скорее найдет другого омегу, к которому присосется, словно паразит. Неожиданно Арон открывает. Совершенно будничным тоном тот говорит: — Где ты был? Апатичный Джей пожимает плечами. Муженек пропускает его вовнутрь. — Жрать нечего, а ты шляешься где попало. Что молчишь? Ну, да, я перебрал тогда чутка, но и ты не подарок, это ты меня спровоцировал. Прости… — Хорошо, — кивает Джей. Он идет в спальню, там все вверх дном, видимо, Арон искал еще заначку, но не нашел, так как больше ее нигде не было. — Так ты приготовишь жрать, а? Омега смотрит на беспорядок. Собирать вещи? Куда он пойдет? Бомжевать на улицу? Или не рубить с плеча и пока пожить тут, найти работу, жилье, а уже потом съехать? Но Джей чувствует, что он может простить и остаться. Ему кажется, что теперь ему без разницы, с кем жить. — Эй, оглох? Иди сюда, кому говорю, — раздраженно цокает языком Арон. — Ты глухой? — Где мой телефон? — Ну, мне же надо было расслабиться, — имеет ввиду выпивку. Понятно сразу, альфа продал его или поменял на бутылку. Это уже не удивляет. Странно, как он самого Джея не продал на органы. Хотя… это пока что не продал. — Ясно, — пожимает плечами омега, меланхолично посмотрев бесцветными глазами на мужа. Он уже все выплакал, все выстрадал, не осталось ничего, ни любви, ни ненависти. Пусто. Джей направляется на кухню. Он открывает шкафчик, осталось немного крупы, можно сварить кашу. В холодильнике пустота. Он захлопывает его, думая о том, что за коммуналку второй месяц никто не платил. Да и за съем квартирки скоро платить нужно… Все эти мысли проплывают мимо. Он словно заторможен, смотрит, как по столешнице пробегает жирный таракан. А со стороны входной двери раздаются громкие звуки. Кто-то стучит, и явно ногами. Альфа на свой страх и риск открывает, ведь если бы не открыл — гости выломали бы дверь. — Да блять, я же сказал, что все отдам! — возмущается Арон. — Я же отдал вам большую часть… — Отдавай сейчас или сдохнешь, — слышится грубый баритон. — У меня нет! Но я найду! Найду! — пищит альфа, видимо, испугавшись. Джей наконец выходит в коридор. Он равнодушно смотрит на двух высоченных амбалов с рожами закоренелых бандитов. Настоящие вышибалы. Сам омега кутается в кардиган, подаренный медбратом. Он ежится от холодка и смотрит на картину перед собой. Арона хватают за шкирку и начинают вымогать деньги, отдать прямо сейчас. Иначе — смерть. Пока один бандит запугивает должника, второй поворачивается в сторону Джея. Их взгляды пересекаются. Вдруг амбал переменяется в лице, его черты смягчаются. Он… улыбается? — Ангелок. Оуэн сразу его узнает. Достаточно одного взгляда. Даже запаха не надо. Оуэн смотрит на миниатюрного омегу и замирает. Его лицо… Оно побитое. Под глазами большие синяки, губы разбиты, нос, скулы, лоб… Джей шагает ближе, он заметно хромает, морщась от боли в ушибленной ноге. Оуэн сам идет навстречу. Омега его не узнает. — Ангелок мой, кто тебя так? — альфа не верит своему счастью. Но он вскипает, стоит только подумать, что омегу так сильно побили. Да он порвет на части того, кто это сделал! — Говори. Кто? — Он, — Джей указывает в сторону Арона, которого допрашивает второй бандит. Омега бесстрашно смотрит в темные глаза Оуэна. Этот взгляд ему знаком. — Можешь побить его? — вдруг просит сам Джей. — Я убью его для тебя. Оуэн не шутит. Как можно было так искалечить это нежное сокровище, милого светлого ангела?! Он зол. Альфа подходит к приятелю, кивнув на будущий труп. — Я заплачу тебе все, что он тебе должен. А ты отдай его мне. — Ты чего это? — не понял амбал. Но Оуэн молча хватает Арона и сильно бьет с кулака в челюсть. Слышится хруст. Пару ударов, и альфа без сознания. — Слабак. Как бить омегу, так он герой, а со мной даже сразиться зассал, — рычит злобно Оуэн, пнув упавшего вниз Арона. Джей смотрит на это, но внутри колет. Он жил с этим альфой три года… Все-таки, это большой срок. Омега разворачивается и заходит на кухню. Он смотрит в окно, неосознанно сжимаясь всякий раз, когда слышит удары и хриплые стоны Арона, его мольбы о пощаде. Тот орет, как никогда прежде. Но никто ему не поможет, потому что даже Джею тогда никто не помог. Соседи притворяются слепыми и глухими, наверняка все сейчас закрыли двери на замки, притихнув. Никто не посмеет вмешаться в потасовку бандитов. Несколько ударов — и тишина. Дверь за спиной тихо, протяжно скрипит. Джей неровно дышит, его пальцы сильно сжаты на ткани кардигана. — Маленький, — хриплый голос прямо за спиной, совсем рядом. Джей чувствует, как к нему что-то подходит. Вплотную. Этот кто-то слегка касается его плеча. — Собирайся, мы уезжаем. Омеге не нужно повторять дважды. Он идет в спальню, не обращая внимания на Арона на полу. Собирает только то, что ему нужно, в сумку. Выходит не так уж много. Его потряхивает, но все равно его реакция приглушена. И непонятно, это из-за пережитых потрясений или действия лекарств, которые ему капали этим утром… Но он смотрит бандиту в глаза, кивает ему и идет. Джей так и не осмеливается в последний раз посмотреть на Арона. Жив тот или мертв — он не знает. Омега идет следом за высоким, крепким мужчиной. Буравит взглядом его спину. Он не хочет думать, он слишком устал. Плевать, даже если его сейчас тоже убьют и продадут на органы… Просто плевать. Его усаживают в машину на заднее сидение. Куда-то везут, дороги он не запоминает. Смотрит на мелькающие здания за стеклом, постепенно прикрывая веки. Он сам не понял, как заснул.