Кольцо Цитрандеи

      8 марта, 1977 год.

      Веред, или, как теперь её все здесь звали, Лили, с силой скомкала и откинула в сторону газету «Ежедневного пророка», забираясь с ногами на кровать.       Вот что у неё за жизнь такая? Сначала её пытался убить слетевший с катушек волшебник, который настолько помешался на бессмертии и страхе смерти, что не смог смириться с существованием девочки-подростка, проинтерпретировав Поттер в глазах своих слуг и всей Британии как народную злодейку и главный объект по уничтожению.       Мало ей было скрываться от Реддла, всячески пытаясь искать и потом уничтожать его эти чёртовы крестражи? Терять друзей и близких? Смотреть, как умирают ни в чём не повинные люди просто потому, что они не были достаточно «чисты» по мнению Пожирателей Смерти? Слышать молитвы людей по всей магической Британии, которые ещё не теряли веру и пытались призывать к ней, едва достигшей семнадцатилетия, девчонке, так слепо надеясь на то, что она, даже ещё не окончившая Хогвартс, сможет свергнуть Волдеморта? Каково им, интересно, сейчас?       Скольких людей уже убили в её времени? Остались ли ещё те, кто хоть во что-то верил?       Много вопросов, но слишком мало ответов.       Одно Веред знала точно: они звали, просили, умоляли, верили, а она не смогла. Не сумела. Подвела всех и в том числе директора Дамблдора, который в этом времени ещё был, на радость, жив. Потому что она была ребёнком. Но какая кому разница до её жизни, если на кону стоит благо всего магического мира?       Никому, конечно.       Наверное, это просто была её судьба, которая сама получала удовольствие от мучений Веред Поттер, на этот раз закинув её в прошлое, в самый разгар первой магической войны, где Волдеморт успел стать главным героем страшных баек.       Где его сторонники с силой, которой не было даже в её времени, с удовольствием и жестокостью калечили и пытали невинных людей. Веред вновь кинула взгляд на газету, лежавшую недалеко от неё, и отвернулась, утыкаясь лицом в колени и желая заплакать.       Почему… Почему ей даже умереть нормально не дали, а отправили слышать, смотреть и ужасаться по второму кругу?

Ежедневный пророк.

«Ужасы, терзающие магическую Британию, продолжают пронимать наш мир до костей».

Срочная новость! Вчерашней ночью, 7 марта 1977 года, на окраине магловского графства Норфолк, произошло жестокое убийство. Семья маглорождённых волшебников, состоящая из пяти человек, была жестоко убита сторонниками Того, чьё имя нельзя называть! Эти люди, а точнее, нелюди, позволяющие себе такие жестокие преступления, измывались, пытали и резали заживо невинных людей. Под раздачу попал Маклан Корфик, работник Отдела обеспечения магического правопорядка, включающий в себя сектор борьбы с неправомерным использованием магии, в особенности тёмной! А также его супруга и трое их детей, одному из которых не было и года! Тела найдены в обезображенном состоянии, а над домом завис странный знак: черная змея, выползающая из черепа! Люди, нашедшие тела, дали господинам аврорам показания, которые, скорее всего, напрямую относятся к преступникам. Из дома убитых быстрым шагом выходили две высокие фигуры. Вероятнее всего, мужские.

Третий силуэт было сложнее разобрать, но, как комментируют очевидцы, человек привлёк к себе очень много внимания, громко и пронзительно смеясь и хватаясь за плечо одного из мужчин. Именно этот третий человек и выпустил страшный символ.

Несмотря на всё это, мы просим Вас сохранять спокойствие. Или хотя бы пытаться не нарушать правила, которые были введены несколько месяцев назад нашим доблестным Министерством магии и главой Отдела магического правопорядка, Бартемиусом Краучем:

1. Не выходить из дома после наступления тёмного времени суток.

2. Закрывать свои дома на все замки и запирать всевозможными заклинаниями. Но только теми, конечно же, которые не входят в список запрещённого реестра!

3. Сообщать немедленно в Аврорат при странных всплесках магии или странных личностях в чёрных плащах!

4. Сохранять спокойствие и не поднимать панику!

Берегите себя и оставайтесь благоразумными! Не поддавайтесь на агитацию неправильных людей! С вами был корреспондент Ежедневного пророка, Олдон Фрексон. До новых встреч, да помогут нам Мерлин и Моргана!

      Веред скептически хмыкнула, все так же не отрывая лица от колен. Нет, Олдон Фрексон, не до новых встреч. Потому что те, кто так жестоко убил эту семью, придут и за тобой. Поттер даже знала, кто именно придет поквитаться за статью в газетёнке. Если хозяин ей разрешит, конечно. А если разрешит, то два верных пса обязательно пойдут следом.       Всё же судьба — та ещё тварь. Одна из этой семейки вон до сих пор учится в Хогвартсе и чуть не убила тогда Веред в дуэльном зале. Чёртовы Лестрейнджи!       Так что да, ее отправили не просто наблюдать за происходящим и мучиться, терзая себя изнутри за невозможность что-то предотвратить, а дали уникальный шанс впервые за всё время сидеть на месте и ожидать тихой смерти. Знать, когда и как это случится. И осознавать, что случится это с самым близким человеком, отдавшим жизнь за единственного ребенка. И не иметь шанса исправить, потому что она уже была не Веред Поттер.       Отправить Веред в тело Лили Эванс, чтобы та не только наблюдала за матерью из зеркала, а жила её жизнь, было удушающе несправедливо. Ещё более ужасно, чем если бы она перенеслась сюда в своём теле и поскакала воевать против Волдеморта вновь. Ведь Лили не могла просто так взять и стать символом народного ополчения, в которое бы все верили.       Внезапно Веред подняла голову. Стоп… Но если она оказалась в теле мамы, то что с самой Лили? Не могла же она… Нет, не могла. Она точно не могла перенестись в тело Веред. Или всё же могла? Поттер уже не была ни в чём уверена, мысли начали съедать заживо, и она откинулась на кровати, закрывая лицо руками, словно пытаясь выкинуть их из головы.       Но в конечном итоге не получилось, и она ударилась в размышления. В теории, если психопат Реддл опять не смог убить её, уже теперь в третий раз, то Веред могла и впрямь просто поменяться с Лили местами. И как бы жестоко и абсурдно не звучала следующая мысль, потому что Веред всё же рассуждала о своей матери, Поттер не могла не растянуть губы в издевающейся ухмылке. Если Реддл правда не смог лишить её жизни, то Веред очень надеялась, что он, наконец-таки, осознает степень своей ничтожности.       Даже с третьей попытки не смог этого сделать! С третьей! Веред представила, как его мерзкая змеиная рожа вытянется в удивлении, если они встретятся когда-нибудь вновь. Потому если в том теле она всё же правда выжила, то нужно было искать способ вернуться назад лишь для того, чтобы посмеяться над ним перед всеми его слугами и назвать криворуким.       Только вот когда неожиданное желание пошутить прошло и Поттер опять столкнулась с волной своих мыслей, она застонала вслух.       Гермиона когда-то давно рассказывала Веред о переселении душ. Что, мол, если магия вдруг почувствует, что ты недостаточно прожил или недостаточно сделал, то она отправит тебя в другое тело, поменяв с душой человека, который, в свою очередь, слишком многое потерял, сильно пострадав от этого. Но Поттер в этот бред никогда не верила. Она даже в безумные пророчества Трелони до конца не смогла поверить.       «Грядёт тот, у кого будут силы победить Темного Лорда». Так она там говорила? Иронично, что исход другой, хотя в пророчество пьяницы верил даже Дамблдор.       И даже если… На какую-то одну треть от логики, переселение души и вправду не пустой звук, то неужели Веред, попав в тело своей матери, получит долгожданный отдых, вдоволь настрадавшись в своём времени? Да не может этого быть.       Как минимум потому, что тут тоже есть Волдеморт! И ещё более сильный, чем в её времени после возрождения!       Ох, мам, если ты и впрямь попала в моё тело, мне тебя так жаль. Не каждый сможет лицезреть в своем сознании страшную волдемортовскую морду.       Да и она была бы не Веред Поттер, если бы даже тут не нахватала себе приключений на одно место. Вон уже завела себе врага в лице Карделии Лестрейндж, которая, видимо, сильно расстроилась, не сумев добить Лили Эванс во время дуэли.       Бедная девочка, ну ничего, осталось потерпеть совсем немного. Веред была уверена, что когда Карделия закончит Хогвартс, Рудольфус и Рабастан в обязательном порядке научат младшую сестрицу всем навыкам и обеспечат ей хоть каждодневную практику. Или вручат книжонку «Сто и один способ наивысших навыков по истязательству недостойной грязи».       Да и как же она могла забыть о Беллатрикс? Вот она-то точно профессионал! Похлеще муженька и деверя будет. Веред до сих пор каждый раз начинало трясти в гневе, когда она вспоминала крики Гермионы на полу Малфой-Мэнора. Мерлин, Гермиона… Рон… Остальные, как они сейчас там?       Веред поднялась и приняла сидячее положение, уставившись прямо перед собой. Во время нахождения здесь она совершенно не вспоминала о друзьях. Во-первых, потому что разыгрывала вид больной девушки после той дуэли с Лестрейндж. Якобы та её сильно чем-то задела, и Эванс свалилась с болью во всём теле. Все, естественно, поверили, потому что Лили имела хорошую репутацию среди всех учителей. Мама выработала себе достойный авторитет и уважение, а Веред так нагло им пользуется и портит. Но это было нуждой!       Только так Веред могла подумать обо всём в тишине, без каких-либо нарушителей личного покоя. Хотя лучше бы её прервали, потому что Веред чувствовала, как начинает загибаться и слетает с катушек. Прекрасно, она станет вторым Реддлом.       А во-вторых, Веред не знала, как ей реагировать на происходящее. Ну, то есть… Где-то там, внизу, ходят обеспокоенные друзья Лили. Две подруги, одна из которых как раз и принесла Лили газету и чьих имён Поттер, к сожалению, не запомнила. Спрашивать, какое сейчас число и год, было бы максимально странно. Лили для всё-таки не память потеряла или не стала иждивенцем, а всего лишь слегла с болью в теле, поэтому это был единственный вариант.       Не хотелось с ними общаться, потому что… Ну, она не была привычной им Лили. Они все сразу это заметят. Веред же даже не знала, как вела себя мама, чтобы разыгрывать перед ними шоу «всё в порядке вещей».       А ещё… Ещё там, внизу, где-то был Джеймс Поттер, который упорно пытался всю последнюю неделю зайти в комнату Лили. Веред зажмурилась. Она не была готова к встрече со своим отцом. Не… Не вот так, по крайней мере. Ей надо было хотя бы разработать тактику. Наверняка поведение Веред будет кардинально отличаться от поведения его девушки, и он сразу что-то заподозрит. А игнорировать его было нельзя, Веред бы не простила себе, если бы Лили в итоге не стала Поттер и не родила…       Стоп. Веред открыла глаза и резко скривилась. А как ей тогда вообще находить с Джеймсом контакт? Ну то бишь… Они ведь с Лили наверняка целуются, обнимаются, милуются и всё прочее, что Поттер было почти не знакомо.       «Джеймс, прости, мы пока не можем с тобой нормально встречаться, потому что я не Лили. И я, если честно, не знаю, где Лили. И я, кстати, не знаю, вернётся ли она когда-нибудь, только не беспокойся. И вообще, хочешь шутку? Я ваше чадо из будущего! Так что… Это уже будет инцест, пап».       Вот так она, наверное, и скажет. А вообще… Как тогда, правда, ей появляться на свет, если она в теле вместо Лили? Веред же не сможет заниматься сексом с Джеймсом! Это буквально её отец.       По телу Веред пробежал холодок. Неужели… неужели это означало, что Веред Поттер не будет существовать в этой вселенной вообще? Нет… нет… нет… Она этого не допустит! А хотя…       Ее саму испугали такие мысли, но… Возможно, это было бы к лучшему? Лили и Джеймсу не пришлось бы умирать, чтобы спасти свою дочь. Они ведь были так молоды, у них ещё столько всего впереди должно произойти. А тут поехавший Волдеморт заявился к ним и потребовал ребёнка себе.       Веред готова была пожертвовать своим рождением в будущем, если бы это означало, что ее родители, принесшие такую жертву ради неё, будут живы. Плевать, что не вместе. Плевать, что будет сложно, они хотя бы будут живы.       Но… С другой стороны, если Веред не родится, то и Волдеморт не падёт. И пострадает столько людей, ведь Поттер была последним, что останавливало психа. Она была последней, кто смог перекрыть ему кислород не только к власти, но и к существованию на добрых четырнадцать лет. И если Веред не будет существовать, то вся Магическая Британия попадёт под деспотизм Волдеморта окончательно. А это… Это уже вмешательство в судьбу.       Да что там говорить, судьба уже крупно изменилась, когда она оказалась в теле матери, а мать, скорее всего, в её теле! Веред может только представлять, что же Лили сейчас чувствует, если она правда там. Поттер хотя бы знает, где оказалась, а вот Лили… Мерлин и все силы, хоть бы она только не попала в тело своей дочери. Даже если это означало, что Волдеморт в том времени победил.       И всё же не стоило забывать, что это был ещё не конечный Волдеморт. Спятит он точно только во вторую магическую войну, а через четыре года пойдут явные отклонения, но это всё ещё был в какой-то степени Том Реддл. Хитрый, амбициозный, склизкий, словно змея, харизматичный даже в змеином облике, а оттого и более опасный, он даже тогда, в её времени, привлёк столько сторонников повторно. Что же в этом времени, когда он ещё более опасен? Опасен, потому что имеет задатки адекватности. Хоть какие-то.       Поттер долго так сидела и думала.       Обо всём и обо всех. Перед глазами мелькало постаревшее лицо Сириуса, который не заслужил такой судьбы и чья молодая версия мелькала где-то внизу с отцом Веред. Лица Нимфадоры и Ремуса, у которых только родился сын, так резко оставшийся без родителей. Мелькали лица близнецов Уизли, один из которых потерял не просто брата, а часть себя. Лицо Добби, что спас её, Гермиону и Рона из подвалов Малфой-мэнора. Лицо Джинни, ставшей такой близкой. Лицо Невилла, потерявшего родителей из-за четверых убийц. Лицо Снейпа. Либо Дамблдора. Лица незнакомых ей людей, но тех, кто верил в неё.       Лица Гермионы и Рона. Тех, кто верил больше всего, и тех, кто остался там, будучи ещё живыми. Тех, кто был рядом. Тех, кто никогда не бросал и не оставлял. Тех, кто шёл до конца.       Через время Веред резко встала и подошла к зеркалу, вставая в полный рост и рассматривая новую себя.              Рассматривая маму и выкидывая из головы все прошлые мысли, где она страдала, где в неё так верили, а она была всего лишь маленькой девочкой.       Рассматривая девушку, которой когда-то хватило силы и мужества принести свою жизнь ради жизни дочери.       А потом… потом Веред истерично рассмеялась, словно отражение в зеркале стало каким-то ключом к разгадке. Или, возможно, просто накопились эмоции.       Странный мерзкий голосок в голове, но не тот, что раньше был голосом Реддла, а какой-то другой, совершенно новый, шептал ей, что судьба закинула её не для «отдыха» из теории переселения душ, а для повторной попытки спасения мира. Что теперь Веред Поттер будет спасать мир сама, без чьей-либо помощи.       Захотелось застонать. Это было нереально. Она даже не знала, сможет ли она почувствовать эти крестражи вновь, как в своём времени. И сколько их всего у Реддла сейчас? Кольцо, медальон, чаша, диадема и дневник? А если больше? Если Дамблдор не знал о чём-то ещё?       Но…       Если это будет значить, что мама не пострадает в том времени.       Если это будет значить, что все лица дорогих для Поттер людей, которые мелькали перед ней, будут в безопасности.       Если это будет значить, что хотя бы одна вселенная будет спокойна от тирана.       То Веред Поттер готова будет пожертвовать своим существованием в любых вселенных будущего, только чтобы близкие были живы и счастливы.       Настоящая Лили Эванс бы вздохнула с ужасом даже от мысли о таком, но Веред не была ею. Она была Поттер, а у них, что поделать, альтруизм был в крови. Только вот что-то ей подсказывало, что в её случае это никогда не было альтруизмом.       Это было настоящим сумасшествием. И Поттер в тайне надеялась, что это не было главной причиной схожести с Волдемортом, которую она чувствовала даже после того, как из неё вылетела часть его души.