Сказка о драконе и Принцессе (Девочка-которая-выжила-и-сбежала)

— Что будем делать? Марволо хотелось сматериться. Он не особо понимал что делать, так как всё что могли они сделали. Ни колдомедики, ни кто-либо иной не знал как остановить кровь Августа. И последней надеждой для всех как и всегда стал он — лидер магической Британии. Правда в их случае он действительно не знал за что хвататься и куда бежать. Когда-то, ещё будучи ребенком из приюта под именем Том Реддл, Марволо раскидал напавших на него детей одной лишь силой мысли. Их снесло волной, которая зародилась у него в груди. Маленький мальчик понял, что он не такой как все. И ещё, что если он чего-то хочет, то этого нужно самому добиваться, ведь никто за него не вступится, не защитит и не поможет. В школьные годы он собрал вокруг себя людей, что верили в него и постепенно его друзья стали считать его чуть ли не самим Мерлином. Они даже мысли не допускали что для него есть что-то невозможное. После школы Марволо официально изменил своё имя на второе, добился в министерстве фамилии матери и много лет путешествовал. Получал высшее магическое образование в Сорбонне, Риме, ходил вольнослушателем на некоторые магловские дисциплины, изучал в южной Америке и Африке традиционные магические искусства коренных народов, в перерывах составлял компанию то Долохову, то Руквуда в их поездках на восток и в Россию. Та жизнь была полна приключений, вечеринок, любовных романов и научных изысканий. Он был вечным студентом, одевался как истинный джентльмен, читал наизусть Шекспира, до хрипоты спорил с приятелями о политике и курил. Ранним утром, летом семьдесят третьего он внезапно понял, что повзрослел. Ему стало скучно и тесно. Ему захотелось большего. И он вернулся на Родину. Британия встретила блудного сына туманом и сыростью. Друзья, с которыми он поддерживал связь, встретили его роскошным приёмом у Абраксаса Малфоя. В тот же вечер за закрытыми дверями было много сказано, но ещё больше было выпито, а на утро они начали действовать. И спустя два года Марволо Гонт стал министром. В свои пятьдесят четыре года, благодаря собственной магии и некоторым экспериментам над собой, Марволо выглядел едва ли на тридцать пять, как впрочем и чувствовал себя, отчего практически все относились к нему как к самому молодому министру. За пять лет в должности, Марволо практически перекроил всю систему. Недовольных была тьма, особенно учитывая то, как быстро он менял Британию под себя, не давая людям привыкнуть. При этом больше было тех, кто готов был буквально молиться на нового министра. Его сторонники практически уверовали в то, что он знал всё и вся. Ровно до ситуации в Отделе тайн. — А я ебу? — Спросил он устало в ответ. И закурил. Долохов хмурился. Прошло двое суток, а результатов не было ни в поисках, ни в лечении и уже буквально опускались руки. Одно дело справляться с трудностями, преодолевать тяжёлые препятствия на пути к цели, но что делать, когда столкнулся с магом, который превосходил тебя по уму и силе, который сумел пройти по министерству с полумертвой девчонкой, уйти и затаиться так, что и следа не оставил. Ещё и проклятие его, явно самопал. — Гениальный же мерзавец. — Вздохнул Антонин практически с восхищением. — Угу. — Кивнул Марволо и затянулся. — Давай ко мне Мальсибера, есть одна идейка. Спустя несколько часов вышел экстренный выпуск Пророка. Мальсибер, который занимался связями с общественностью не был уверен в правильности действий министра, но сидящие рядом Абраксас с Антонином, угорающие над Марволо, не дали того отговорить. *** «МИНИСТР ПРОСИТ О ПОМОЩИ! Как нам стало известно, Август Руквуд, пострадавший в недавнем инциденте в Отделе Тайн (читайте подробнее на странице пять), так и не пошёл на поправку. Проклятие, которым его наградил неизвестный волшебник, не могут снять колдомедики. По их словам нужно контрзаклятье, либо специальное модифицированное зелье, которое, к сожалению, очень сложно разработать и это займет очень много времени, которого к сожалению нет у мистера Руквуда. Изначально наша редакция, как и всё население Британии, считало напавшего на министра и мистера Руквуда мага преступником и террористом. Мы терялись в догадках о мотиве. Как нам стало известно сейчас, на самом деле это всё было несчастным стечением обстоятельств. В Отделе тайн работали над артефактом, мощным пространственным порталом и один из сотрудников ввел некорректные координаты, отчего в итоге к ним в Отдел совершенно неожиданно затянуло двоих неизвестных. Судя по всему, до момента когда двоих неизвестных затянуло в портал, они подверглись нападанию, в котором пострадала девушка, а мужчина, защищавший её, просто продолжил это делать и в министерстве, приняв министра и сотрудников за угрозу, не особо разбираясь что случилось. По всей видимости, поняв, что случилось что-то экстраординарное, напавший мужчина испугался последствий и сбежал. Проведя расследование, в министерстве пришли к выводу, что привлекать к ответственности напавшего не имеет смысла, он сам жертва обстоятельств и ошибки сотрудника Отдела Тайн. Министр лично готов оказать незнакомцу любое содействие в лечении девушки, их возвращению домой и также настоятельно просит: — Напавший на меня маг, если вы сейчас читаете это, то прошу вас о помощи. Мы будем крайне признательны, если вы поможете снять с нашего сотрудника своё проклятие и готовы принести любые взаимные клятвы о непричинении вреда. Очень хотелось бы разрешить непонимание, сложившееся между вами и министерством. Если вы готовы к диалогу, то свяжитесь пожалуйста с нами как можно скорее!» Снейп закончил читать статью вслух и усмехнулся, отложив газету на столик. Аврора слушала со слабым, но интересом. С каждым часом, проведенным в новом мире, её всё сильнее и сильнее напрягал факт отсутствия эмоциональной яркой реакции и притупившихся чувств. Хотя чисто на эмоциональном уровне она не напрягалась, просто логически понимала, что всё это ненормально. По идее нужно было сказать обо всем Снейпу, но Аврору останавливала мысль, что возможно это просто шок. Это временно. Это скоро пройдёт. Но в итоге становилось только хуже. — И что вы думаете, мисс Поттер, стоит ли помогать местным двойникам Темного лорда и его людям? — Мужчина внимательно смотрел на девушку, что-то в ней было не так, но что он всё никак не мог понять. Она шла на поправку очень быстро, что неудивительно, это же Поттер, настолько живучая, что её и Авада не берёт. — Не знаю. — Она пожала плечами. — Как решите так и будет. — У вас нет к ним никаких негативных чувств? Ведь эти же самые люди в иной реальности принесли вам много боли. — Это же другие люди. Разные миры. — Она постаралась внешне показать толику заинтересованности и вежливо улыбнулась. Снейп кивнул. — Пожалуй вы меня приятно удивляете своей рассудительностью и разумность. *** — Джеймс! Если ты не скажешь правду, то я лично тебя зааважу! — Истерично кричала Лили Поттер на кухне. Мужчина мрачно смотрел на жёнушку и только дивился, что он в ней нашёл в школьные годы? То что она не строила ему глазки как все другие? Так надо было радоваться! Сейчас бы загорал где-нибудь на пляже за границей с коктейлем в руке и какой-нибудь девицей под боком. А лучше сразу с двумя девицами. Или тремя. Вместо этого приходилось слушать истеричку, что после третьих родов растолстела и стала вылитой Молли Уизли. Такая же рыжая, крикливая и с выводком спиногрызов. Ладно как Молли родила бы наследников, так нет же, все трое детей девочки. И куда их Джеймсу девать? Все уйдут в другие рода. Ещё и характером все трое пошли в мать, постоянно кричали. Мужчина понимал, что наверное все дети кричат, они же маленькие, но почему-то совсем не чувствовал к ним особой отцовской любви и все трое дочерей его раздражали. Джеймс поморщился как от зубной боли. Дёрнул же его тогда юношеский максимализм провести с ней магический брачный обряд и ввести её в семью, теперь даже не избавиться. И Дамблдор, старик этот сладкоголосый, всё подбадривал его. У директора вечно были какие-то свои мутки, всё пытался лезть в политику. Это сейчас Джеймс понимал, что директор школы должен управлять лишь школой, а тогда, в шестнадцать, когда Лили забеременела впервые, он запаниковал так, что всё за чистую монету принял. Дамблдор сказал жениться, он и женился. Карлус и Юфимия Поттер, его родители, не одобрили брак с магглорожденной девочкой, которая не знала этикет, не пыталась понять их мир, была посредственной, ленивой и корыстной. Скандал за скандалом. А он реально как олень всё делал как говорил директор. Хотя ведь мог поступить как и сказали родители, забрать ребенка, дать Лили денег и посодействовать её поступлению в университет Америки. Ребенком бы занимались дедушка с бабушкой, а он был бы свободен. Но итогом стало то, что родители отсекли его от рода. Их не остановил факт того, что род Поттеров на них и прервётся. Как сказал Карлус: «Гнилое дерево нужно срубать, иначе однажды оно может упасть на кого-то или что-то, да и сад такое дерево портит, позорит его». Теперь Джеймс зашивался в аврорате, постоянно пропадая на дежурствах. Денег едва хватало, чтобы прокормить семью из пяти человек. И вот явился его отец и на повышенных тонах обвинял в том, что Джеймс покусился на магию рода, как-то обойдя со своей четвертой дочерью ритуал отсечения. Карлус угрожал, а Джеймс понятия не имел о чём он. Не было никакой четвертой дочери и Лили он изменять не мог. А жаль. — А ну закрой рот! — Крикнул он на жену, когда та совсем перешла черту, скатившись до грязных оскорблений. — Идиотка! Нужно было книги читать и изучать ритуалы, у меня не могут быть бастарды на стороне! — Но... Но... Но как тогда?... — Лили не знала что ответить. — Не знаю! Кто-то из дальней родни мог подсуетиться. Дела только это не меняет, отец именно мне сейчас перекроет кислород, думая, что это я замешан.