こい の よかん

      Ёндже, похоже, решил устроить из их с Дакхо годовщины настоящий праздник. Откуда-то достал шары и гирлянду с надписью, украсил весь дом, наготовил самых разных блюд и даже подготовил конкурсы и игры. Но, как говорится, хороший тамада, и конкурсы тоже интересные…              – Нет, пап, я не буду играть с тобой в пиво-понг! – руками и ногами отбивался Феликс, – Сейчас одиннадцать утра, и нам всем не по семнадцать!              – А, что же, в семнадцать ты, значит, играл где-то в пиво-понг? – надулся мужчина.              – О, луна… – юноша искренне хотел просто уткнуться в плечо своему истинному и разрыдаться от этого морального давления.              – Ну, давай, Ликси, один раз, пока мальчики жарят мясо, – жалостливо протянул омега.              – Нет, папа, я же уже сказал тебе!              – Что тут происходит? – Хёнджин заглянул в дом через заднюю дверь в кухне, – Дядя, Вас там дядя Дакхо просил с чем-то помочь.              – Ну, вот, опять он сам ничего сделать не может, – пробурчал старший, покидая дом.              Хван подошёл к избраннику, мягко приобняв за талию.              – Что тут было? – смешливо спросил он.              – Какое счастье, что ты пришёл, – с отчаянием стал жаловаться парень, – Он уговаривал меня играть в пиво-понг и не собирался отвязываться. Клянусь, ещё пару минут, и я бы взорвался.              – Вы оба отлично держитесь, – совсем тихо прошептал у порозовевшего от злости ушка вожак. Затем отстранился и спросил уже громче, – Откуда дядя, вообще, взял эту идею с праздником в стиле американской подростковой вечеринки?              – Его явно детство в задницу клюнуло, – заговорщически проговорил вошедший в кухню глава семейства, – Я даже спорить не стал, а то он бы ещё куда-нибудь свои задумки пихнул. Не удивился бы, если бы под раздачу попала ваша свадьба.              – Какая свадьба, отец? Мы об этом ещё даже не думали, – удивился Ёнбок.              – Ну, значит, стоит задуматься, – протянул альфа, пожав плечами, и вышел обратно на улицу с солонкой в руках.              – Поскорее бы уже сесть за стол, всё рассказать и выдохнуть, наконец. Не могу уже всё в себе носить, – страдальчески протянул младший, всё же утыкаясь лицом в широкое плечо Хёнджина.              – Ну, что-то тебе всё равно придётся носить в себе, – посмеиваясь, старший незаметно погладил ладонью только начавший округляться животик.              Умиротворению не суждено было длиться долго, потому что ворвавшийся обратно в дом Ёндже был полной противоположностью этому понятию.              – Пора за стол! Праздничный ужин готов!              Феликс даже не стал уточнять, что на часах по-прежнему была половина двенадцатого, так что на ужин их приём пищи явно не тянул.              Спустя ещё пятнадцать минут все (неужели!) расселись на свои места. Вначале наслаждались едой: Дакхо приготовил своё фирменное барбекю на гриле, от которого хотелось облизывать не только пальцы, но и локти. Время скрашивали лёгкой беседой на отвлечённые темы, из разряда погоды за окном и сбора урожая.              – Ой, а вы знаете, что Минхо приводил к нам для официального знакомства Джисона? – спустя ещё полчаса поднял волнующую тему Ёндже.              – Пап… – тяжело вздохнул старший сын.              – Ну, что? Я просто делюсь с ними последними новостями. Ликси с Джинни же сидят в своём семейном гнёздышке безвылазно! То, что ты отказался звать сюда Джисон~и, не значит, что я теперь ничего не расскажу твоему брату! Ты, вон, омегой обзавёлся, Бокки с Джинни вечно друг другом заняты, им не до нас. Теперь совсем с отцом одни останемся скучать.              – Пап, ну что за драма на ровном месте? – Ёнбок обречённо улыбнулся родителю, – Мы же объясняли, никто про вас не забывал, просто я всё ещё пытаюсь всё обустроить так, чтобы нам обоим было удобно, – юноша и сам понимал, что этим аргументом уже никак не оправдаться, но им больше и не требовалось, – Никто же не запрещал вам приходить в гости.              – Не будем же мы вечно к вам ходить… – только начал старший омега, когда его оборвал супруг.              – Хватит тебе, Дже. Наши дети уже выросли, у них теперь свои семьи. Не приходят и ладно, потом сами же будут жалеть об этом. А мы с тобой не пропадём – будем в походы ходить, разобьем себе личный огородик, заведём рыбок… Что-нибудь придумаем.              – Дяди, – начал Хёнджин, поднявшись и вытащив откуда-то небольшую коробочку, – Ваши опасения абсолютно беспочвенны. Вы вырастили двух прекрасных сыновей, которые вас любят и ценят. Я хочу выразить вам за это благодарность. И… мы с Ликсом подготовили вам подарок.              Мужчина протянул коробочку младшему, предлагая, чтобы он сам передал сюрприз родителям. Руки юноши заметно тряслись, но объятия любимого помогли успокоиться, пока родственники возились с бантом и упаковкой.              – Малыш, ты что-то приготовил? – предполагал Ёндже в процессе распаковки. Когда в руках у него и его мужа оказалось по одной пинетке, а на дне коробки виднелись детская одежда и мягкая игрушка лисы, глаза трёх представителей семьи Ли заметно округлились, – Это… Ликс, это..?              – Вы станете дедушками, – нервно улыбнулся младший. Хван стоял за его спиной, обнимал, стараясь придать уверенности, хотя и сам страшно переживал, – И дядей, – добавил парень, повернувшись к брату.              Ещё две долгие секунды прошли, прежде чем старший омега вскрикнул от счастья. За ним оживились и альфы. Всё семейство дружно налетело на пару с объятиями, поцелуями и поздравлениями.              – А какой срок? – с горящими глазами спрашивал Ёндже.              – Через три дня будет четырнадцатая неделя, – с неуверенной улыбкой ответил юноша.              – Как же… – было видно, как в головах у всех троих проходили математические расчёты, – Это уже третий месяц будет?! – озарение снизошло на папу. – Это вы столько скрывали?!              – Да, простите за это, – вожак наметил лёгкий поклон, на автомате прикрывая омегу рукой, – Мы хотели сначала попасть на скрининг.              – Мой маленький мальчик, это же сколько ты молчал, – Ёндже расплакался, вновь обнимая сына.              Пока Феликс был отвлечён на папу, а отец на них обоих, рядом с Хёнджином встал Минхо, закинув руку тому на плечо.              – Я, конечно, рад, что у меня будет племянник или племянница, – обманчиво счастливо начал он, – Но, ты же помнишь, что я говорил про то, что будет, если обидишь Бокки? – вожак недоумённо кивнул, – Так вот, теперь это и на малыша распространяется.              – Минхо, я никогда не обижу своего истинного, а нашего общего ребёнка уж тем более, – заверил младший альфа.              – Верю.                     

***

                    В целом, праздник прошёл замечательно. Тепло, душевно, по-семейному. Они сидели до вечера, а потом всё же решили расходиться. К пяти часам Ёнбок чувствовал себя измотанным, ноги отекли и болели, ещё сильнее ломило поясницу.              Сидя в уже родной гостиной перед камином, под боком у Хёнджина, который разминал его лодыжки, замотанный в плед омега чувствовал себя намного лучше. Его всегда забавлял контраст того, каким видел вожака он, и каким мужчина представал перед всеми остальными членами стаи. Даже отец и Минхо, пусть и не открыто, но всё же побаивались главы их волчьей общины. Стоило альфе покинуть стены дома, и он становился суровым и неулыбчивым, серьёзным до ужаса. Но за закрытыми дверьми… Он был таким чутким и нежным, что Феликс иногда даже начинал задумываться, действительно ли это один и тот же оборотень.              – Размять спину? – мужчина говорил хрипло – они долго сидели в тишине, каждый сосредоточенный на своих мыслях и делах. Омега немного дёрнулся от неожиданности, чуть не уронив на лицо книгу, которую читал.              – Нет, спасибо, Хён~ни. Дома на удобном диване стало лучше.              – Ты просто слишком долго сидел, так самая большая нагрузка на спину, вот и заболело, – поучал старший, продолжив массаж ног.              – Если честно, – вдохнул младший и отложил сборник мифов в стихах в сторону, – Я удивлён, что родители и Хо так радостно отреагировали. Они столько времени берегли меня от любых отношений и даже просто контактов с альфами, что, я подумал, подобная спешка их испугает.              – Вполне возможно, что они напуганы, просто скрывают это. Скорее всего, так оно и есть, – задумался вожак, – Их ребёнок кардинально поменял свою жизнь за очень короткое время. Естественно, такое заставит напрячься. Но также они видят и то, как ты счастлив, потому и не проявляют явного беспокойства. Ты зря накручиваешь себя по этому поводу, прелесть.              – Надеюсь, ты прав, – Ли подобрался под горячий бок. Сегодня альфа пах сильнее, чем обычно, древесно-цитрусовый феромон ласкал рецепторы, помогал расслабиться, – Я рад, что всё так сложилось. Пусть и сильно быстро, но таков наш темп.              Хван улыбнулся и поцеловал любимую макушку.              – Ляжем сегодня пораньше?              – Ты опять завтра весь день работаешь? – грустно вздохнул Феликс. Хёнджин всегда старался пораньше отойти ко сну, когда ему предстоял тяжелый день. А последнюю неделю и вовсе мог проспать полдня, хотя обычно подрывался спустя пять-шесть часов. Похоже, даже столь выносливого оборотня утомлял такой загруженный график.              – Да, нужно как можно скорее закончить со сбором. На днях ещё надо будет ехать на большую закупку.              – Зачем? Всего же хватает, вроде. Ты сам говорил.              – Да, это так, – подтвердил альфа, – Но нужно купить некоторые вещи на зиму. Если идёт снег, то дорогу в селение заметает, бывает и на несколько месяцев. Потому, едем на двух машинах с парнями. Крис и Бин – за крупногабаритными и стройматериалами. Я – в продуктовый, за всякими консервами и другими продуктами, которые долго хранить можно. Мы на каждую зиму так закупаемся.              – Могу я с тобой поехать? – Ёнбок посмотрел на истинного самым умоляющим взглядом на свете.              – Да, конечно, – по-доброму усмехнулся Хёнджин, – Чонин и Сынмин, скорее всего, тоже напросятся. Так что, скучать не придётся.              Мужчина размял шею, тяжело вздохнул, уже собирался подняться с дивана, но юноша потянул его обратно.              – Хён, у тебя всё хорошо? – парень обеспокоенно осматривал своего избранника, который в последние дни был сам не свой. Сначала Феликс списывал это на переживания от предстоящего объявления о ребёнке или на работу, но это всё уже сложно было назвать аргументом, – Ты какой-то странный. Что-то болит?              – Всё хорошо, прелесть, – Хван поцеловал хрупкую ладонь, накрывшую его щёку, – Просто устал. Ты и сам знаешь, сейчас много всего навалилось, но, надеюсь, через несколько дней я уже буду свободен от всей этой суеты. Закончим последние приготовления к зиме и отдыхаем до весны.              Ёнбок не поверил. У вожака всегда было и остаётся очень много дел, но прежде он себя так не вёл: скованно, устало, порой даже агрессивно. Старший никогда не срывал злость на нём, но на других – да. Ничего страшного, просто легко раздражался, мог нагрубить, но тут же извинялся. Это было ему несвойственно. Омега знал, что его пара пытается что-то скрыть, но решил пока что не допытываться. Он даст Хёнджину спокойно выспаться, завтра вкусно накормит, а потом уже будет задавать свои вопросы.              

***

                    Ответы пришли сами.              На рассвете Феликс проснулся от того, что резко стало холодно. Вторая половина кровати пустовала, но была ещё тёплой. Юноша поднялся и, накинув халат, отправился на поиски.              Мужчина стоял на кухне, жадно пил воду. Несколько капель скатились по его шее к обнажённому прессу, впитались в резинку штанов. Младший видел, как часто двигалась широкая грудная клетка, мышцы в плечах подрагивали.              – Хёнджин~а, что… – Ёнбок не успел закончить, как только его заметили, сильные руки усадили на кухонный остров с какой-то невероятной скоростью. Оказавшись лицом к лицу, так близко, в нос ударил резкий запах феромонов. Зрачки альфы почти полностью перекрывали радужку. Омега увидел достаточно, чтобы понять: – У тебя гон, да?              Хван не ответил – был слишком занят вылизыванием тонкой шеи. Затем его губы переместились на чужой рот, переплетаясь языками. Напор старшего и пугал, и возбуждал Ли одновременно. Больше, второе. Ёнбок с не меньшим остервенением ответил на поцелуй. Вожак надавил на него своим весом, заставив опуститься спиной на столешницу. Возбуждённый член терся об омежий пах сквозь слои ткани. Халат на хрупком теле разъехался в стороны, практически ничего не скрывая, кружевное бельё уже начало намокать от естественной смазки. Хёнджин отстранился от желанных губ, стал быстро опускаться поцелуями-укусами вниз, провёл языком по тонкой ткани в самом чувствительном месте. Феликс откинул голову на столешницу, громко простонав.              Ненужный кусок ткани быстро оказался на полу, открыв доступ к самому сокровенному. Альфа припал губами к колечку мышц, наслаждаясь соками своей пары, но не стал задерживаться надолго. Его рот быстро заменили длинные пальцы, начали нетерпеливо растягивать, пока сам мужчина вновь оказался лицом к лицу с истинным. Омега выглядел таким мягким, ранимым, жаждущим. Метка украшала тонкую шею, дарила им обоим чувство принадлежности друг другу, а небольшой животик прятал в себе продолжение их любви.              – Мой, – прохрипел Хван влюблено.              – Твой, – подтвердил Ёнбок так же чувственно, его руки обвили широкие плечи, притянули ближе для очередного поцелуя, – Войди в меня.              Хёнджин не мог отказать любимому. Быстро стянув штаны, он направил свой член к сжимающейся дырочке. Их стоны удовольствия слились в один. Терпения уже не оставалось, потому вожак сразу сорвался на бешеный темп.              – Прости, сладость, но долго я не продержусь, – тихо шепнул старший в алеющее ушко.              – Я тоже, – так же тихо ответили ему, – Твой запах кружит голову, кажется, я готов кончить только от него.              Из груди мужчины вырвался рык, почти звериный, а таз стал двигаться ещё быстрее. Шёлковая ткань халата на омеге скользила по поверхности кухонного острова, из-за чего старшему приходилось его придерживать за талию. Феликс чувствовал, как его икры бьются об угол столешницы, но не обращал на это никакого внимания. Единственное, что волновало их обоих в тот момент – место слияния их тел, пошлые шлепки кожи о кожу, влажные хлюпания. Их ароматы смешивались, наполняли всё пространство вокруг, забивались в лёгкие. Было так хорошо, что юноша не заметил, как оргазм накрыл его с головой. Он дёрнулся в крепких руках, почувствовал, как по животу и внутри разлилась липкая влага. Альфа уткнулся в его шею и продолжал движения внутри, пока не раздулся узел.              На то, чтобы вернуть способность думать и говорить, Ёнбоку потребовалось несколько минут.              – Хён~ни, ты давишь на живот, – шепнул он на выдохе. Мужчина мгновенно напрягся, член внутри дёрнулся, вызвав очередной стон наслаждения у обоих. Но вожак всё же приподнялся с залюбленного тела на локти, начал покрывать его своими метками.              Минуты тянулись медовой патокой. Юноша чувствовал, что узел внутри него уже спал, но альфа не торопился выходить, наоборот, вновь начал двигать тазом. Вторая волна удовольствия накрыла их обоих уже спустя несколько десятков фрикций. Лишь после этого гон слегка отпустил старшего.              Хёнджин пытался отдышаться, уткнувшись лицом в солнечное сплетение младшего. Когда дыхание выровнялось, он поднял первый за сегодня осознанный взгляд на любимого.              – Ликс, ты как? – В его голосе чётко слышалось беспокойство. – Маленький, ничего не болит? – Из-за отсутствия ответа, в глазах стал мелькать испуг. Омега лежал перед ним, раскрытый и затраханный; не было похоже, что в данный момент юноша вообще осознавал себя, – Феликс, ответь мне, – ладони старшего заставили расслабленное лицо подняться, посмотреть на него.              – Отстань от меня, – парень нахмурился, рукой отодвинул от себя встревоженного Хвана, – Сначала пихает свой писюн, когда не просят, а потом расслабится не даёт, – ворчал Ли, пытаясь сесть на столешнице, но ткань халата мешала это сделать. Осознав тщетность своих попыток, Ёнбок хмуро посмотрел на свою пару: – Не стой столбом, помоги своему беременному омеге.              Хёнджин мгновенно бросился на помощь, усадил младшего, но продолжил, на всякий случай, придерживать за бёдра. Мужчина увидел и почувствовал, как шёлк постепенно намокает от смеси смазки и спермы, которые вытекали из растянутого колечка мышц.              – Блять, Ликс, прости, – вожак виновато опустил голову, – Я не должен был кончать в тебя, ведь малыш…              – Успокойся уже, глупый альфа, – прервал его юноша, закатив глаза. Он понимал, что истинный чувствует себя отвратительно в данный момент – Хван никогда не матерился, только в самых чрезвычайных ситуациях, а потому его было необходимо успокоить, – Всё с малышом нормально будет. А мне твои присутствие и… не только… обязательны, – щёки налились алым. – Ты знаешь, что связь с истинным помогает мне укреплять иммунитет и восстанавливать гормональный фон. Так что, чем больше и чаще мы будем… связываться, – краска перешла ещё и на шею, – Тем лучше я буду себя чувствовать, а, значит, и ребёночку будет лучше растись.              Вожак не смог сдержаться от смеха. Феликс так любил быть своевольным и уверенным в себе омегой, но, иногда, он становился таким… Таким смущающимся, разнеженным, залюбленным, что альфе начинало казаться, что его чувства к этому волчонку растут в геометрической прогрессии. Он обожал такие моменты.              – Хорошо, ангел, я тебя понял. Пошли, вымоем тебя, пока гон снова не разогнался.              Мужчина подхватил хрупкое тело на руки и направился к лестнице, ведущей вниз, к бане.