Not a casual acquaintance (Не случайное знакомство)

Стрим закончился на той самой ноте всеобщего помешательства в чате. Они отключили трансляцию, и в наушниках повисла оглушительная, приятная тишина, нарушаемая только затухающим гулом вентиляторов в системниках. Илья откинулся в кресле, вытер ладонью вспотевший лоб и посмотрел на Данилу. Тот сидел, уставившись в темный экран монитора, и на его лице застыла глупая, уставшая улыбка. — Ну, браток, — хрипло сказал Илья, — шипперят-то как. Словно мы не просто в «Огонь и Воду» играли, а целовались в камеру. Даня медленно повернул к нему голову. Его рыжие волосы были взъерошены от того, что он постоянно проводил по ним рукой во время стрима. — Да, жесть, — выдохнул он, но в его глазах не было раздражения. Скорее, усталое развлечение. — Начали прикалываться про то, какие у нас «совместимые ауры». Боже. Они собрали донаты — небольшую, но приятную сумму, которая светилась на экране как доказательство удавшегося вечера. Встали с кресел, и кости затрещали приятной усталостью. Илья потянулся, чувствуя, как напрягается каждая мышца. — Ладно, — Даня похлопал его по плечу. — Пошли поедим нормально, а то я за весь день только твой чай и впихнул в себя. Они пошли на кухню. Даня разогрел остатки вчерашней пиццы, и они ели ее прямо из коробки, стоя у столешницы и запивая колой. Было просто, по-домашнему, и от этого на душе у Ильи становилось невероятно тепло и спокойно. Он смотрел на Данилу, на то, как тот жует, как двигается его гортань, и думал, что самые счастливые моменты — вот эти, простые и ничем не примечательные. Когда последний кусок был съеден, Илья взглянул на время и с сожалением констатировал: —Ну, я, пожалуй, пойду. Тебе отдыхать надо, ты же еще не совсем отошел. Он уже сделал шаг в сторону прихожей, как рука Дани вдруг обхватила его запястье. Пальцы были сильными и теплыми. Илья обернулся. — Куда это ты так быстро собрался? — спросил Даня, и в его низком голосе снова зазвучали те самые, опасные и манящие нотки. Он не стал ждать ответа. Вместо этого он шагнул к Илье, и его губы снова нашли его. Но это был уже не тот больной, отчаянный поцелуй, что был днем. Это было нечто иное. Глубокое, влажное, полное осознанного желания. Он целовал Илью так, словно хотел поглотить, вобрать в себя. Илья ответил с той же страстью, вцепившись пальцами в его футболку, чувствуя, как все внутри него закипает и плавится. Следующее, что понял Илья — они в гостиной. Даня, не разрывая поцелуя, толкнул его назад, и Илья грузно рухнул на мягкий кожаный диван. Даня был сверху, его вес прижимал Илью, и это было невыносимо приятно. Его руки скользнули под футболку Ильи, и его шершавые ладони обожгли кожу на животе и груди. Илья застонал, когда Даня срывал с него одежду, его движения были резкими, нетерпеливыми. Вот футболка Ильи летит на пол. Вот Даня расстегивает его джоггеры и стаскивает их вместе с боксерами. Илья лежал обнаженный, дрожа от возбуждения и предвкушения, пока Даня так же быстро, не стесняясь, скидывал с себя свою футболку и штаны. В полумраке комнаты его тело казалось еще более монументальным. Мускулы играли под кожей, покрытой рыжими веснушками, когда он двигался. Он наклонился, и его губы снова коснулись губ Ильи, а рука скользнула между его ног, сжимая его член, и Илья выгнулся от прикосновения. — Перевернись, — прошептал Даня ему в губы, и его голос был густым, как мед, и пьянящим, как крепкое вино. Илья, покорный, перевернулся на живот. Подушки дивана пахли им. Даня провел рукой по его спине, затем по ягодицам, и Илья вздрогнул. Потом он услышал, как Даня открывает упаковку презерватива и склянку с лубрикантом. Холодная, скользкая жидкость коснулась его входа, и пальцы Дани, нежные и уверенные, начали готовить его. Сначала было непривычно, странно, но потом волны нарастающего удовольствия начали растекаться по всему телу. Илья стонал, уткнувшись лицом в подушку, его пальцы впились в обивку дивана. — Готов? — тихо спросил Даня. Илья мог только кивнуть, не в силах вымолвить ни слова. И тогда Даня вошел. Медленно, давая ему привыкнуть. Острая, жгучая боль на секунду пронзила Илью, и он вскрикнул. Но почти сразу ее сменило нечто иное — чувство невероятной наполненности, близости, единения. Даня был в нем. Весь его вес, его тепло, его суть. Он замер, давая Илье время, и Илья почувствовал, как его губы прикоснулись к его плечу, нежно, почти благоговейно. А потом Даня начал двигаться. Сначала осторожно, выверяя ритм. Но скоро они нашли его. Толчки Дани становились все увереннее, все глубже. Каждое движение заставляло Илью издавать какие-то первобытные, хриплые стоны, которых он сам от себя не ожидал. Мир сузился до этого дивана, до звука их учащенного дыхания, до влажного хлопка их тел. Илья был абсолютно подвластен ему, и в этом не было унижения — было освобождение. Даня держал его за бедра, его пальцы впивались в его кожу, и Илья чувствовал, как внутри него все сжимается, готовое взорваться. — Илья... — с рычанием произнес Даня, и его ритм сбился, стал хаотичным, яростным. Это стало сигналом. С последним, мощным толчком он застыл, и Илья почувствовал, как его тело содрогнулось в оргазме. Собственный пик Ильи настиг его почти одновременно. Он кончил на простыню под ним с громким, сдавленным криком, его тело выгнулось в немой судороге. Даня медленно вышел из него и рухнул рядом, тяжело дыша. Они лежали молча несколько минут, придя в себя. Воздух был густым и сладким от запаха секса и пота. — Это пиздец, — наконец выдохнул Илья, глядя в потолок и чувствуя, как по его спине стекают капли пота. — Ага, — просто сказал Даня, и Илья услышал в его голосе ту же ошеломленную усталость и удовлетворение. Они полежали еще, потом Илья неохотно поднялся. —Ну, теперь я точно пойду. На этот раз Даня не останавливал. Он проводил его до прихожей. Пока Илья одевался, он сказал: —Слушай, а пошли завтра ко мне? Погуляем... в одну интересную настолку. Я недавно купил. Даня улыбнулся, его усталое лицо озарилось теплом. —Да, милый, — он потянулся и снова, как тогда в первый раз, потрепал бордовые волосы Ильи. — Во сколько? — В 14:00? — предложил Илья. — Как раз на стриме будем играть, а потом... своя компания. — Хорошо, — кивнул Даня. Илья был уже в куртке. Даня притянул его к себе за шиворот и поцеловал. Уже не страстно, а нежно, прощаясь. —До завтра. — До завтра, — улыбнулся Илья и вышел. Он шел домой и не чувствовал под ногами земли. Все его тело гудело, но гудело приятно, каждый нерв пел о случившемся. А в голове стучала одна мысль: «Завтра. Снова завтра».