Проклятый путь

Крепко сжимая рукояти адамантиновых клинков, Эрен уверенным шагом двигался навстречу поднимающейся решетке, из-за которой его приветствовало слепящее фиолетовое свечение и гул нетерпеливых криков жестоких кровожадных зрителей. Как и прежде, на арене он появился первым, и хор голосов стал громче, приветствуя умелого бойца, запомнившегося темным альвам с прошлого представления, стоило только их собрату-полукровке показаться из-под высокой арки. Шагнув ближе к центру арены, Эрен обвел беснующуюся на трибунах толпу презрительным взглядом. Все они были для него на одно лицо, кровожадные, бессердечные чудовища из глубин царства кромешной тьмы и холода. Все, кроме одного, при виде которого простое презрение в сердце Эрена начало сменяться растущим гневом. В первом ряду на роскошном троне, спинку которого украшал широкий рельефный узор в виде раскинутых в стороны паучьих лап, восседала величественного вида женщина дроу в откровенном белом платье, расшитом традиционными для темных альвов узорами в форме колец паутины. Но вовсе не она приковала к себе взгляд парня. По правую руку женщины с неизменным высокомерием и надменностью во взгляде сидел дроу, лицо которого Эринар узнал бы среди сотни других отродий Нагаротта. Блестящие черные доспехи на нем сменились изящной приталенной мантией, выполненной в черных и фиолетовых тонах, но полуэльф все равно без труда распознал в нем того самого чародея-пидора, что был виновником всех недавних бед. Поблескивающие во тьме розовой ненавистью глаза Эрена с ненавистью впились в трижды проклятого колдуна, но тот, похоже, не обращал на это никакого внимания, устремив свой взгляд на другой край арены, где начала подниматься другая решетка, из-за которой показался сегодняшний противник хвостатого гладиатора. Стоило решетке подняться лишь на половину, как из-под нее, с каждым своим тяжелым шагом поднимая в воздух облака пыли, на арену вырвалась зеленокожая громадина со здоровенной палицей в руках. Эрен догадывался, кто станет его следующим противником, но до последнего надеялся, что встречи с ним ему все же удастся избежать. Похоже, сегодня у орука будет шанс исполнить все его угрозы, что альв выслушивал от него в течение последних дней. Не сбавляя шага и не обращая внимания ни на что вокруг, огромный орук несся прямо на ненавистного ему полу-дроу, и тому пришлось приложить немало усилий, чтобы вовремя уйти от первого сокрушительного удара усеянной шипами палицы. Отпрыгнув в сторону и сделав перекат по земле, Эрен вновь оказался на ногах, но был вынужден тут же рухнуть на землю, уклоняясь от все той же палицы, что Гарм с силой запустил в его сторону через всю арену. Врезавшись в высокую колонну, могучее оружие вдребезги разбило один из встроенных в нее кристаллов и рухнуло на песок арены, в то время как орук вновь помчался к своей жертве, готовый размазать ее голыми руками. Для своих внушительных размеров он двигался на удивление быстро, и Эрен не без труда уклонялся от громадных смертоносных кулаков, что наносили один удар за другим. Время от времени ему все же удавалось наносить скользящие ответные удары клинками, открывающие на теле громилы все новые и новые раны, но разъяренный гигант словно не обращал на это внимания. Еще несколько долгих и напряженных минут прошло, прежде чем Эрену наконец удалось обойти Гарма с фланга и, оказавшись позади него, глубоко вонзить клинок в спину врага. Рев боли огласил арену, а полуэльф, не теряя времени, тут же впился в спину Гарма вторым клинком и, подтянувшись на его рукояти, забрался гиганту на спину. Однако долго он там не продержался. Орук занес свою громадную ладонь за спину и, крепко ухватив своего врага за плечо, с силой швырнул его к себе под ноги. От удара у дроу потемнело в глазах, а резкая боль волной прошлась по всему телу. Но он был вынужден игнорировать это и в следующую секунду откатиться в сторону, выскальзывая из-под занесенной над ним огромной стопы, что намеревалась раздавить его в лепешку. Однако и подняться на ноги он не успел, потому что рука зеленокожего схватила его за ногу, резко швырнув к центру арены, и заставила того кубарем покатиться по песку, поднимая в воздух внушительное облако пыли. Пока Эрен, преодолевая боль, поднимался с земли, Гарм уже подобрал брошенную им ранее палицу и уже вновь несся к своему врагу, готовый одним ударом оборвать его жизнь. И, когда громиле до его цели оставался лишь шаг, а смертоносное оружие в его руках уже было высоко занесено над головой для удара, альв резко скользнул прямо под ноги орука и, прокатившись между ними, оказался за спиной своего противника, тут же вновь запрыгнув тому на спину. Выдернув из спины Гарма один из своих клинков, которые так и оставались торчать из нее, он, спустя лишь долю секунды, вновь вонзил его в обтянутую зеленой кожей плоть, в самое основание шеи Гарма, заставив испачканный кровью черный клинок войти ровно между позвонками. Булава в руках орука, который едва ли успел осознать произошедшее, с силой врезалась в пустое место, где лишь пару секунд назад находился ненавистный ему остроухий. А после и сам Гарм, пошатнувшись, тяжело рухнул на песок рядом. Выдернув клинок из тела поверженного зеленокожего гиганта, Эрен свободной рукой ухватился за грудную клетку, откуда по всему телу расползалась обжигающая боль. Кажется, тот успел сломать ему пару ребер, но руки и ноги, к удивлению победителя этого боя, похоже, были целы. Не смотря на гримасу боли на лице и сгорбленную позу, стоящий на теле поверженного громилы полуэльф выглядел как могучий герой, одержавший верх над ужасным монстром. И один этот вид уже был достоин оваций, которыми сейчас сполна награждала его толпа на трибунах. Сам же Эрен чувствовал себя настолько паршиво, что, казалось, был готов прямо сейчас рухнуть на землю вслед за зеленокожей тушей и лишиться сознания. Но, как и прежде, в этом ему помогла неизвестно откуда вылетевшая крохотная стрела, что впилась в спину, ускоряя его переход в царство сна.

***

На этот раз яд прекратил свое действие почти безболезненно, но резкий укол в грудной клетке напомнила о себе сразу же, как пробудившийся ото сна полуэльф попытался пошевелиться. Спустя всего несколько минут после его пробуждения по другую сторону решетки показался кошмарный владелец полукровного гладиатора, по левую руку которого шаркающей походкой следовал сгорбленный гноблар (или как там дикие оруки называли своих мелких рабов, походящих на ещё меньших гоблинов?) с отсутствующим безвольным взглядом и полным подносом еды в руках. -Мой…несчастливый друг, я в тебе не ошибся. — как и прежде, неестественный голос гарида вторгся в сознание Эрена без всякого предупреждения, — Арена дома Падшего Феникса уже долгие годы не видела столь искусного бойца. Всего два боя, а о твоем мастерстве гудит уже весь город. Дом Фалленфикс или же Падший Феникс… Это название Эрену уже приходилось слышать. Там, в ином царстве реальности, прямо из уст столь ненавистного ему чародея… — Пока дому далеко до места среди правящих домов, но та популярность, которую, благодаря тебе, снискала их арена, может очень скоро это изменить — продолжил свою ментальную речь пожиратель разума, прочитав мысли Эрена, — Я чувствую ту ярость, что вызывает у тебя это название… и вижу, на кого эта ярость направлена. Это хорошо. Ярость лишь придаст тебе сил в следующих боях и сделает представления еще более захватывающими.....с тобой-то уж точно. — Лучше пойди прочь… пока на своей пернатой шкуре не испытал мою ярость. — злобно прохрипел альв, тут же разразившись громким протяжным кашлем, что отдавался в его груди вспышками сильнейшей боли. Гарида его слова, похоже, ни капли не задели. В его длинных кривых пальцах вдруг возник пузырек с полупрозрачной голубоватой жидкостью, который он, протянув свою тощую руку между прутьев решетки, опустил на пол рядом с подносом, оставленным большеносым коротышкой с обрезанными ушами. — Выпей это как можно скорее. — вновь зазвучал в голове полуэльфа его спокойный голос, — Это зелье исцелит твои раны и заглушит боль. Но прошу, не дай своей ярости погаснуть. Она тебе еще пригодится на дальнейшем пути. Больше не проронив ни слова, мутант развернулся и заскользил по черному каменному полу темницы обратно во тьму, из которой и пришел, а его зеленокожий прислужник неуклюжей походкой заковылял вслед за своим хозяином. После этой беседы Эрен был оставлен один на очень долгое время. На несколько дней, как ему казалось, хотя ощущать ход времени в этом месте по-прежнему было очень непросто. Единственными посетителями его камеры были лишенные воли рабы гарида, что время от времени приносили ему неизменно мерзкую пищу. Отсутствие пожирателя разума и вечно оравшего прежде из соседней камеры Гарма было для Эрена единственной крохотной радостью в его заточении. Камера орука теперь большую часть времени пустовала. Лишь пару раз в нее приводили других сломленных, лишенных воли к жизни рабов, но эти бедняги не задерживались в ней надолго. Оставленный наедине с самим собой и с тяготящими его мыслями, Эрен спал крайне редко. Словно повинуясь последним словам гарида, пламя гнева не покидало его сердце с тех самых пор, как он вновь увидел друкхарского чародея во время своего последнего выхода на арену. По мере того, как полукровный невольник вновь и вновь прокручивал в голове воспоминания, его ярость то вспыхивала ярким пламенем, то вновь утихала, все же не затухая в его душе до конца, тлеющая подобно углям. За то долгое время, что он провел во мраке темницы, глаза Эрена привыкли к бесконечной тьме, а способность видеть в темноте обострилась, и теперь за пределами своей клетки он видел уже не одну только тьму. Вглядываясь сквозь прутья решетки, он мог разглядеть расположенные вдоль противоположной стены камеры, внутри которых изредка шевелились едва различимые силуэты и поблескивали полные отчаяния и злобы глаза других узников. Любой из них мог стать его оппонентом в следующем бою. Впрочем, высокий худощавый хозяин всех этих невольников уже давно не давал о себе знать, и дроу уже почти окончательно перестал думать о гладиаторских боях. Однако это быстро изменилось, когда, уснув в своей камере, он очнулся в уже знакомом для себя заполненном оружием коридоре, в конце которого его встречал сопровождаемый ревом толпы фиолетовый свет…

***

Как и в последний раз, Эрен быстрым твердым шагом направлялся к выходу на арену. Его раны, полученные в предыдущем бою, уже давно затянулись под действием зелья, а искусно выполненные адамантиновые клинки вновь покоились в его руках. Как и в прошлый раз, он уверенно пересек край арены и, не сбавляя шага, двинулся к ее центру под пристальными взглядами подозрительно притихшей толпы. Это стало его ошибкой. Едва ступив на песок арены, альв ощутил странное неестественное присутствие, природа которого ему была неведома. Одно он осознал сразу — он был здесь уже не один. Повинуясь этому призрачному тревожному чувству, Эрен рефлекторно отскочил в сторону, в то же мгновение услышав громкое хищное рычание и увидев размытый силуэт, стремительно пронесшийся прямо рядом с ним. Совершив молниеносную атаку, его таинственный противник тут же вновь скрылся из виду, хотя трудно было представить, как это вообще возможно на огромном пустом пространстве вокруг. Крепче сжав рукояти клинков, он принялся оглядываться по сторонам в ожидании следующего нападения. И каждый раз на самой границе его взгляда мелькало нечто неразличимое, непостижимым образом уходя от его взора. Полагаться на одни только глаза было бессмысленно. И лишь прислушавшись к своему уникальному дару, доставшемуся альву от неведомого планарного предка, Эрен смог избежать следующей атаки. Сделав перекат в сторону, он прочертил клинком широкую дугу в воздухе, но кроме воздуха его клинок ничего на своем пути не встретил. Вновь оказавшись на ногах, парень наконец впервые увидел своего врага. Его силуэт дрожал и размывался, то на несколько мгновений становясь полностью прозрачным и исчезая из виду, то внезапно смещаясь на метр-полтора в сторону. Но, не смотря на эти сбивающие с толку иллюзии, дроу все же удалось его разглядеть. Медленной угрожающей поступью прямо навстречу ему шло некое подобие громадной кошки с полной белых как кость шипов черной шерстью, из-под которой заметно выпирала внушительная мускулатура, хищно оскаленными зубами и зловеще взирающими на свою новую жертву желтыми глазами. Но больше всего в глаза бросались оснащенные длинными острыми когтями лапы, которых у неведомого зверя было целых шесть штук, и пара тонких растущих из спины существа щупалец, концы которых были усеяны множеством похожих на те же самые острые когти наростов. Вид этой неведомой хищной потусторонней твари был способен вселить страх в сердце любого обитателя этого мира. А момент, когда ее силуэт, дрогнув, вновь исчез из вида, способен был породить в сердце панику. Но сейчас Эрен как никогда был готов согласиться со словами гарида — он собирался выжить любой ценой, во что бы то ни стало. Вновь доверившись своим ощущениям, альв ловко ускользнул от очередной атаки, сопровождавшейся злобным рычанием зверя, где угадывалось шипение змеи. За ней последовала еще одна, уже совершенно с другой стороны, а после еще вторая с третьей. И каждый раз Эрену удавалось опередить зверя на шаг, замечая, как тот выдает свое присутствие несдержанным рычанием и неосторожной поступью, оставляющей следы на песке. Все же глаза и уши ему в этом бою пригодятся наравне с чутьем. Но в тот момент, когда ощущение присутствия потусторонней твари вспыхнуло ярче прежнего, она оказалась настолько близко, что времени уйти с ее пути у альва уже не было. Следы на песке вдруг прервались, и громадная шестилапая кошка возникла прямо перед полуэльфом, вытянув ему навстречу свои когтистые лапы в длинном могучем прыжке. Уходя от острых когтей, Эрен упал на спину, выставляя вперед оба своих клинка. Но зверь, неведомым образом оказавшись ровно между смертоносных адамантиновых лезвий, подмял альва под себя, уже намереваясь впиться зубами в его шею. Сильным ударом ноги Эрен не дал этим планам свершиться и повалил существо на бок, выкатываясь из-под придавившей его к земле туши. Но он совсем забыл про щипы на спине зверя. Резкая боль в спине дала парню знать о его оплошности, когда множество острых костяных наростов впилось в его тело в районе левой лопатки, оставляя на нем не меньше десятка жутких колотых ран. Вскрикнув от боли, Эрен выронил один из клинков, но, не теряя времени, другим тут же перерубил попытавшийся достать его хвост зверя. Оглушительный визг потусторонней твари раздался над ареной, а ее очертания принялись хаотично искажаться, подрагивая и смещаясь вблизи ее истинного положения, когда Эрен, хватаясь за свою чудовищную рану, отшатнулся в сторону, все еще сжимая один из клинков в руке. Мало-помалу придя в себя, зверь взглянул на хвостатого бойца своими желтыми глазами, ярость в которых вспыхнула с новой силой. Раненный монстр вновь помчался к своей жертве, собираясь последним смертоносным прыжком покончить со своим врагом, который сейчас, истекая кровью, едва держался на ногах. Боль у основания отсеченного щупальца не покидала зверя ни на миг, а ярость застилала его рассудок кровавой пеленой. И это мешало ему сосредоточиться на искажении собственных очертаний, которые по-прежнему дрожали, но уже не скрывали местонахождение своего владельца. И когда потусторонняя тварь совершила очередной длинный прыжок, альв резко пригнулся, опустившись на одно колено и выставив клинок на пути врага. Острое адамантиновое лезвие вспороло брюхо ускользающего зверя прежде, чем его лапы коснулись песка арены. Протяжно взвизгнув, зверь еще пару раз дернулся из последних сил, а после испустил последнее дыхание, тяжелой безжизненной тушей опустившись на землю. Сил подняться на ноги у Эрена уже не было. Не выпуская рукоять клинка из рук, полуэльф упал рядом со сраженным мгновение назад противником. Боль от раны в спине отдавалась в его мозгу, ввергая сознание в густой туман, а кровь продолжала стремительно покидать его тело, смешиваясь с кровью мертвого зверя в растущей красной луже на песке. Вместо восторженных криков над ареной повис гул недоумения, быстро стихающий в ушах теряющего сознание Эрена.