Он - моё всё!

      Однако… до встречи с Пи`Бойдом, а позже с Пи`Юи и Пи`Та, мне пришлось пройти непростой путь.       И приобрести крайне неприятный опыт.

Спустя пару дней, дом Криста

      — Алло, — произнёс я, поднеся телефон к уху, и тут же услышал:       — Крист Перават?       — Да, это я. А теперь, представьтесь, пожалуйста, — отозвался я, размышляя о том, не решили ли мои друзья подшутить таким образом.       — Это Дэн, ди-джей на радиостанции. Ты приходил к нам ранее для того…       — Ааа, Дэн? Привет Пи`Дэн. Ой, я же могу звать тебя Пи, верно?       — Ха-ха-ха. Можешь, Нонг`Крист, конечно же, можешь, потому что теперь мы будем довольно часто видеться, — раздалось на том конце провода.       — Не понял… — пробормотал я. — Почему это мы будем часто видеться?       — Потому что тот самый продюсер сегодня вечером заедет на радиостанцию. И… Нонг, он хочет послушать, как ты поёшь свою песню!       — А?! — не сумев сдержать эмоций, воскликнул я. — Что?!!!       — Кхун`Сомчай хочет послушать, как ты поёшь, — медленно и с расстановкой проговорил мой собеседник, окончательно убивая надежду на то, что я чего-то не понял.       На то, чтобы глубоко вдохнуть и выдохнуть потребовалось долгих десять секунд, но лишь после этого своеобразного ритуала успокоения, я смог совладать с собой и тихо ответил:       — Пи`Дэн, я не певец. Я лишь сочиняю песни.       — Ох, — услышал я после небольшой паузы. — Совсем-совсем не поёшь? Может быть попробуешь…       — Я не думаю, что вообще смогу открыть рот и издать хоть звук, Пи, — честно признался я и добавил:       — Во мне нет смелости, чтобы стоять на сцене.       — Вот как?       — Да, именно так. Поэтому, я прошу прощения за то, что ввёл всех вас в заблуждение и…       — Стой-стой. А песня? Зачем ты тогда приходил? — воскликнули на том конце провода.       — Ааа, точно. Мне нужны деньги, так как карманных не хватает, — поведал я и услышал:       — Окей, Крист. Раз тебе нужны деньги — тогда тем более будь готов сегодня вечером прийти на прослушивание, окей? И… если так сильно нервничаешь — можешь взять с собой группу поддержки, идёт?       Последние слова, сказанные старшим, будто бы зажгли в моей голове лампочку, заставив выдохнуть:       — Точно! Так и поступлю! До встречи, Пи.       — Увидимся, Нонг, — весело отозвался он и отключился.       А я, улыбнувшись сам себе, быстро зашел в журнал вызовов и нажав на зеленый телефончик, стал ждать соединения с Фа Ин.

Спустя два года после встречи с продюсером, студия звукозаписи в Light Music Agency

      — И ещё раз, Кит. До-до-до-до-до.       Я послушно тянул первую ноту, поднимаясь от контроктавы до второй октавы и удивляясь тому, что всё ещё способен пропеть это и не задохнуться в процессе.       — Прекрасно, дорогой, — улыбнулся мой преподаватель по вокалу. — А теперь вторая нота. Поехали! Ре-ре-ре-ре-ре.       Что ж, наверное, вам интересен тот факт, как я оказался здесь, в профессиональной студии, с квалифицированным педагогом и в процессе распевки?       Окей, так и быть, удовлетворю ваше любопытство.       В тот вечер, прихватив свою девушку, я приехал на радиостанцию и после её недолгих уговоров — всё-таки Фа успела изучить некоторые мои слабости — согласился исполнить припев.       — Неплохо-неплохо, — подал голос продюсер, как только музыка стихла. — Но твой голос слабоват для этой песни, понимаешь?       О, естественно, я понимал. Я отлично понимал, что мне не место на сцене, потому что одна лишь мысль о том, чтобы встать рядом с такими звёздами, как Потато, Пэк Палитчок, Гетсунова, Аоф Понгсак и Бёрд Тонгчай, вызывала неконтролируемую дрожь.       — Но ты мне нравишься, Нонг. И… Крист, послушай внимательно, я не из тех людей, которые долго подбирают слова, стараясь пощадить чувства собеседника. Я привык говорить прямо. И мой вердикт в отношении тебя таков…       Увидев, что Кхун`Сомчай вдруг замолчал, окинув меня оценивающим взглядом, я на миг перестал дышать. Сердце стучало, словно отбойный молоток, а внутри росло какое-то странное предвкушение.       Будда, неужели я сейчас надеялся на что-то хорошее?       — Окей, — наконец перестав меня разглядывать, проговорил продюсер. — Вот что я вижу: ты недурен собой, твой тембр голоса очень даже неплох и твоя подача материала… Ты будто бы следуешь по невидимому для других пути, отчего композиция играет яркими красками.       «Это он обо мне? Реально? Вот так вот в лоб и столько хороших слов»? — пронеслось в мозгу, но тут в бочку мёда опустилась та самая ложка дёгтя и я услышал:       — Но при всех этих достоинствах твой голос невероятно слаб и… я заметил, что ты не знаешь, куда деть руки. Да и в целом твоё выступление не предназначено для широкой публики.       — Так и есть, — выдохнул я. Вот это описание действительно было правдой — я не чувствовал в себе сил и уверенности выйти на большую сцену. Да у меня исполнить эту песню здесь получилось лишь потому, что за стеклом сидели лишь трое: Кхун`Сомчай, Пи`Дэн и Фа Ин — моя небесная принцесса.       — Мы можем идти? — не стал тянуть кота за подробности я.       А к чему, если мне только что прямым текстом ответили: ты не годен для того, чтобы…       — Нет. Я ещё не договорил, Кхун`Крист, — в голосе продюсера мелькнула нотка холода — ему явно не понравилось моё желание поскорее исчезнуть. — Присядь сюда. А ты, Нонг`Дэн, и прекрасная леди, пожалуйста, выйдите.       В мгновение ока ди-джей, поднявшись из кресла, пошел к двери, а Фа, задержавшись рядом, сжала мою руку и, прошептав:       — Я буду рядом, — последовала за Пи`Дэном.       — А вот теперь поговорим серьёзно, Нонг. Но только в том случае, если на вопрос, который я задам, ты дашь тот ответ, который я хотел бы услышать, договорились?       — А если ответ будет не тем? — негромко подал голос я, смотря в его карие глаза, которые отливали желтым.       — Тогда будем считать, что тема закрыта, — улыбнулся он, внимательно смотря на меня и убедившись, что я молчу, проговорил:       — Ты хочешь совершенствовать свой вокал?       После этих слов в студии повисла тишина, а затем…       И по сей день я не знаю, какая именно муха меня тогда искусала, но факт остаётся фактом: мои глаза встретились с его, а губы приоткрылись, и оттуда вылетело тихое:       — Да. Хочу.

***

      Я хочу, чтобы ты знала, что ты — все, ты — любой ответ.       Я уверен, что отныне я счастливый человек.       Что я встретил тебя сегодня.

***

      Поворот головы на скрип двери и я вижу, как Фа Ин, улыбаясь машет рукой, после чего, глядя ей в глаза, допеваю:

***

      Того, что ты в моем сердце, достаточно.

***

      И приложив ладонь к сердцу, шепчу три заветных слова.       Да-да, вы не ослышались — я осознал, что полюбил свою небесную принцессу спустя год с момента нашего знакомства.       Сейчас, оглядываясь назад, я отлично понимаю, что это была не любовь, а своего рода запечатление. Прямо как у оборотней.       Она тогда действительно старалась: поддерживала меня, таскала обед и вкусняшки, звонила, если не могла приехать, осыпала комплиментами и…       Всё время, вот абсолютно всё время, тараторила о том, что когда я стану знаменитым исполнителем, для неё тоже наступит время сиять.       Ох, мне бы уже тогда обратить внимание на то, что несла эта небожительница. Может быть, и сердце осталось бы цело.       Но тогда меня больше интересовали две вещи: заработок, который появился из-за того, что Кхун`Сомчай предложил подписать контракт, в котором было указано, что свою песню я могу исполнять только с его разрешения, то есть на мероприятиях, организованных им лично или при содействии его агентства, но это будет щедро оплачено.       И вторая, более важная: я с удовольствием и удивлением развивал свой вокал, с каждой неделей становясь лучше и стараясь принимать всё новые и новые вызовы.       Следуя указаниям педагога, который не мог нарадоваться, видя мои маленькие, но частые успехи, я с улыбкой тянул ноту за нотой, пропевая любимую песню группы Гетсунова и предвкушал момент возвращения домой, поскольку в голове зрел возможный новый хит.       «Прекрасный подарок для моей любимой принцессы», — промелькнуло в голове, а после я, старательно отгоняя от себя мелодию будущей композиции, сосредоточился на настоящем, то есть на репетиции.       Короче, в то время я, как дурак, летал где-то в облаках.       И находясь в хрустальном замке собственных мечтаний, абсолютно не замечал, что его коварно разрушают снаружи.       А потом настал день, когда прекрасный, переливающийся на солнце хрусталь пошел трещинами и разлетелся на куски, впиваясь прямо в сердце.       Именно тогда я осознал, что такое предательство.       Именно тогда закрылся ото всех и предпочел одиночество.       И именно тогда я осознал самую главную истину…       Если хочешь быть счастлив — никогда и никого не впускай в свою душу.