Задний двор у дома ведьмы

      Стайлз еще никогда в жизни не боролась так яростно. Ее тащили, пинали, когда она выворачивалась и хватали за длинные кудрявые волосы, извалявшиеся в грязи, когда девушка кричала. -Да заткнись, ты, сука ненормальная! - Крупный мужчина сильно пнул ее в грудь, и она вскинулась, борясь за возможность дышать. Ей показалось, что она услышала треск собственных ребер. -Вас… найдут… - девушка говорила тяжело, кашляя и хрипя. Адреналин придавал сил, но боль была такой жуткой, а страх сковывал. -и убьют…       Ее похитили прямо на парковке Волмарт, перед тем, как Стилински успела сесть в свой джип. Ударили по шее, а она даже понять ничего не успела.       Это была группа охотников. Конечно охотников. Кто же еще? Стайлз пришла в себя уже в багажнике , буквально за пару минут до остановки и того, как ее выволокли из машины. Перед глазами все еще темнело, но этим людям было плевать, ее, как мешок тащили по земле прежде, чем она начала слабо отбиваться.       А теперь ее избивали. Сколько их было? Трое? Вроде больше. Губа и щека горели, а голова была такая тяжелая, что казалось, что она сейчас взорвется. -Да? И кто? Случайно не твои блохастые дружки? - Кто-то сел прямо перед ней на корточки. Она не могла разглядеть. -Кто-нибудь, замотайте ей бошку чем-то, откуда столько крови? Мы ее толком и не обрабатывали еще. Нельзя, чтоб она сдохла еще до места сбора.       «Почему никто не слышит?» - тягуче лились мысли. «Где ребята? Мы очень далеко?» Перед глазами блеснуло пламя заката и прояснился силуэт лесной тропы. «А вдруг, я все же умру здесь? Я… умру…? Я не хочу. Папа. Мне нужно к папе.» -… А-а-а-а! - Орал этот человек. Все вокруг замерли, время как будто остановилось на мгновенье. Она отгрызла ему щеку. Зубами. Во рту было мерзко и мягко. Стилински сплюнула.       Ее так сильно ударили по голове, как бешеную собаку за это. Но Стайлз не отключилась, начала отползать. Ведь нужно было бежать. Но она просто не могла встать! Все тело словно свело судорогой, а голова кружилась. Она не могла, но так хотела жить!       Ей на голень опустилась тяжелая нога, больно придавливая ботинком к земле и останавливая. -Ползешь, сука? Ну так ты до конца дней своих будешь ползать.