Цена любопытства

В доме Лидии было тихо и спокойно, тут действительно казалось безопаснее. Лидия напоила меня чаем перед сном, не стала настаивать с едой, когда я отказалась. Я была благодарна ей, потому что она не задавала лишних вопросов и не лезла с разговорами. Она уложила меня на свою огромную кровать, а через время и сама легла спать. На такой кровати могли четыре человека свободно уместиться! Утром я проснулась очень отдохнувшей, чему удивилась. Я думала, что после такой ночи буду разбитой, но все было в порядке. Лидия отвезла меня в школу и исчезла. Встретив Софи, я сразу спросила, что вчера произошло. Она начала щебетать про горящую беседку и какого-то пьяного бомжа, которого скрутила полиция возле их дома. Никто не пострадал, ущерб был минимальный. Я с облегчением выдохнула, но в ту же секунду подавилась воздухом. Если Харви послал кого-то отвлечь Софи, значит он знал, где она живет. Возможно, он знал вообще все про моих близких и про меня. Стало жутко. Особенно пугало то, что ночью Харви исчез, и Дерек не смог его найти. Когда-нибудь он объявится, он плотно засел в этом городе, ведь у него есть цель. Повсюду поджидала опасность, и я судорожно размышляла, как защититься. Я смотрела на маркетплейсах цветки аконита, но их не так легко найти в продаже, как раз из-за ядовитых свойств. Съест какой-нибудь Бобик такой цветочек, и все, прощай, собачка. Я удивилась, когда, выйдя из школы, увидела перед крыльцом дорогущую знакомую машину. Возле нее стояли Дерек и Айзек, и они ждали меня. Я не хотела бы общаться, но, кажется, выбора у меня не было. Айзек объяснил, что пока не разрешится ситуация с Харви, он будет каждый день провожать меня домой, пешком, на машине или автобусе. А если он не сможет — это будет делать Дерек. Последний не сказал мне ни слова, просто стоял, скрестив руки, и смотрел на меня. Вчерашнее его «прости» казалось мне необычным событием. Вряд ли он часто извинялся. А вот мне хотелось попросить прощения за свои слова про его стаю. Я не знала, что произошло, и мое предположение могло быть глупым и жестоким. Но я тоже ничего ему не сказала, приняла правила игры. Замкнутый человек хочет тишины? Получит, ведь кто я такая, чтобы навязываться. Конечно, все эти прогулки под конвоем выглядели как домашний арест. Но я согласилась без нареканий, даже с благодарностью. Меня использовали, а теперь решили защищать. Частично ведь сами виноваты. Айзек проводил меня, и перед тем, как уйти, дал мне тканевый мешочек с каким-то порошком. — Это пепел рябины. Высыпь в комнате по периметру на всякий случай. Тогда ни один оборотень не зайдет, и тебе будет безопаснее. Я послушалась и сразу, как поднялась в комнату, сделала, что нужно. Хорошо, что мама не заходит ко мне прибираться, иначе возникло бы много вопросов. Мне показалось странным, что мешочек был небольшой, а порошка хватило на всю комнату. В этом мире кроме чертей бывает и магия? Я постепенно сблизилась с Айзеком во время таких прогулок. Он был странным, саркастичным парнем, и я чувствовала в нем трагедию. Что-то произошло в его жизни, он часто задумывался и выпадал из реальности. Но расспрашивать я не стала, у всех есть свои скелеты. А когда он уходил, я старалась игнорировать Артура, который прекрасно видел из окна, как меня каждый день ведут до дома чуть ли не за руку. Мол сегодня ты с одним, завтра с другим, а тебе вообще запрещено под страхом смерти общаться с парнями, сестричка. Знал бы Артур, что меня другая смерть поджидает, не делал бы такой важный вид. Мама, когда первый раз увидела Айзека, растерялась, а потом расспрашивала меня, кто этот симпатичный мальчик, и что мне сделал Дерек, что я так быстро его бросила. Пришлось врать, что они оба мои хорошие друзья, и ничего такого нет, они просто обо мне заботятся после случая с сердцем за ужином. Мама была очень рада это слышать, но поразила меня на следующий день — под коробкой таблеток на тумбочке я обнаружила упаковку презервативов, а в шкафу нашла смазку на водной основе. Так сильно мое лицо не пылало очень давно. После таких подарков я стала думать, что не просто так мама это затеяла. Конечно, она волновалась за меня, да и беременность мне противопоказана по причине больного сердца. Но что-то же натолкнуло ее на мысли о таком исходе моего общения с парнями. Ей так понравился либо Айзек, либо Дерек, что она решила подготовить меня к открытиям взрослой жизни? Когда я представила, что мама думает о Дереке в моей постели, я даже прыснула. Он, конечно, был обворожителен, когда согласился на ужин, прямо прилежный бойфренд, но готова ли мама увидеть меня с ним под алтарем? Почувствовав, как в животе перевернулся и затрепетал обед, я помотала головой и постаралась вернуться к учебе. Нечего думать о глупостях, Джо, говорила я себе. Дерек даже не показывается, не говоря уж о проявлениях внимания, так что мне надеяться не на что. И, если честно, мне не очень хотелось, потому что со всей своей внешней привлекательностью Дерек все еще был опасен. Черт знает, что у него могло быть в голове. Возможно, поэтому он всегда такой тихий и хмурый. А еще он повел себя как предатель. И стоило мне подумать о том, что Дерека почти не видно — как на следующий же день он приехал меня забирать и это было крайне неловко. Посмотрите, какого слона мы везем вместе со мной домой, вау! Он ничего не говорил, и я тоже. И, к моему счастью, на неделю он снова пропал. Хотя мама была очень рада услышать, что Дерек вновь меня подвозил. И даже расстроилась, что он не зашел поздороваться и не остался на ужин. Айзек за время наших прогулок рассказал мне очень многое про оборотней. Он объяснил, что раньше не мог этого сделать, потому что Дерек ему запретил, а ослушаться альфу невозможно. Но запрет был снят, и он мог рассказать все, что я хотела знать. Я узнала, что кроме оборотней и банши, ведьмы и магия действительно бывают, но совсем не как в книжках. Айзек рассказал мне про китцунэ, про темных духов и койотов, немного прошелся по прошлому его стаи. Я убедилась в том, что слишком резко высказалась насчет стаи Дереку. Он не хотел им вреда, и действительно не успел спасти Эрику, а Бойд… Я надолго задумалась после рассказа о том, как именно умер Бойд. Через время Айзек честно признался мне, что идея провожать меня после занятий была озвучена именно Дереком. И что на то две причины — обеспечение мне безопасности, что главное, и слежка за Харви, как второстепенное. Ведь если Харви следит за мной, то однажды его удастся поймать, если со мной будет кто-то сильный. Кроме этих откровений я узнала, что те следы в лесу на деревьях оставил действительно Харви, когда дрался с другим оборотнем. И я бы ни за что не догадалась, что этим оборотнем был Лиам, тот самый новенький. В свою первую луну, когда он сорвался на меня, он убежал и наткнулся на Харви. Собственно, возможно именно так Харви и узнал, где искать Дерека — проследив за Лиамом после драки он мог увидеть Дерека возле дома Хейлов. И после этого решить, что его можно выслеживать там. А еще Харви мог впервые увидеть меня именно той ночью, и сделать выводы задолго до того, как мы встретились. Шло время, и моя голова забивалась физикой, презервативами, математикой и сверхъестественным, в которое я никогда не верила. Как будто и не следил никто за моим домом никогда, и убить меня тоже не пытались. Даже Софи с Кайлой отметили, что несколько недель назад я была мрачной пугливой тучей, а теперь вернулась в норму. Физически я чувствовала себя намного лучше, врач разрешил снизить дозировку лекарств с условием контроля за стрессом. Жизнь налаживалась. Но новостей о Харви все еще не было. Айзек говорил, что он постоянно в городе или вокруг него, они чувствуют его, как альфу, и чуют его запах. Но выйти на след никак не удавалось. Поэтому импровизированный домашний арест не кончался. Мартовское полнолуние прошло в тишине для меня, я крепко спала под защитой рябинового круга в комнате. На следующий день Дерек сказал, что Харви появился у его дома в лесу, наследил там, но никого не нашел и снова исчез. Постепенно Дерек стал чаще за мной заезжать. Обычно мы почти не говорили, но в один из дней он спросил, как мои дела в школе. Я не совсем поняла, зачем ему это, но он внезапно рассказал мне, какие были его любимые предметы, и как подмазаться к тем или иным учителям. Слушая его день ото дня, я со временем поняла, что ему одиноко. Он общался с Айзеком, тот жил у него, но общения не хватало. Айзек был ближе к Скотту и его друзьям, больше времени проводил с ними. И Дерек оставался один. Иногда даже интровертам хочется, чтобы их выслушали. И тогда я стала задавать вопросы и слушать. Неприятных тем из прошлого Дерек избегал, но он рассказывал мне про историю оборотней и про самые яркие события, делился мыслями насчет будущего оборотней. Кроме этого, он оказался заядлым читателем, потому что без работы ему почти нечем было больше заняться. Еще через неделю я узнала, что часть наследства родителей он перевел в инвестиции, что позволяло ему сносно жить и не беспокоиться о работе. Через время он стал интересоваться моей семьей, но всегда добавлял, что ему правда всего лишь интересно. Думает, что без таких уточнений я приму это за угрозу, решила я. Но за несколько недель я так привыкла к Дереку и его манере говорить, что за свою семью не беспокоилась. Во всяком случае, угроза исходила не от него. — Мне не нравится, как она готовит, — я улыбнулась. — Как ты можешь говорить, что было вкусно? — Ну, конечно, сочетание угля и сырого теста специфично, но я не привередлив в еде, — спокойно ответил мне Дерек. Мы ехали домой, оставался один поворот до нужной улицы. — Что лучше, сырой, но горелый пирог, или слишком кислая утка в яблоках? — Хм, — Дерек поднял брови, размышляя. — Трудно сказать, пока не попробую второе. — Обязательно позову тебя, когда мама будет ее готовить, — я засмеялась. Мы подъехали к дому, и я стушевалась. Иногда мне хотелось пригласить Дерека в дом, но я отгоняла эти мысли, вспоминая его красные глаза. Он опасен, твердила я себе, и игнорировала скромную радость, которая появлялась, когда он за мной заезжал. Да, я привыкла и почти расслабилась, но это не повод подпускать Дерека ближе. И пусть он очень красивый, и интересен мне, как непрочитанная книга с интригующим описанием, но терять голову я не хотела. Ничего хорошего в таком союзе не будет, нельзя терять бдительность, твердила я себе. Даже если опасен не он, есть другие, которые, как и Харви, могут угрожать мне, чтобы добраться до Дерека. Я хотела попрощаться и выйти, но заметила, что Дерек задумчиво смотрит в сторону моего дома. — Что такое? — Возможно, сегодня мне удастся сравнить, — ответил он. — Пахнет печеной уткой. Дерек улыбнулся, глядя на меня, а я как дурочка сдалась под этой улыбкой сразу же. О, как радовалась мама! Она усадила Дерека за стол, отрезала ему самый большой кусок, не прекращая щебетать о том, что уже начала волноваться, не повздорили ли мы с ним. Отец был как всегда радушен, много интересовался жизнью Дерека, и тот охотно отвечал. В этот раз он не стал так притворно себя вести, я заметила, что ему действительно было приятно здесь находится. Артур с его искривленным из-за недовольства лицом его совершенно не интересовал. — Мистер Дерек, — сказала Эмма, глядя на него огромными глазами, — вы говорили в прошлый раз, что познакомились с моей сестрой на вечеринке. — Это так, — Дерек кивнул, и отложил вилку. Эмма его заинтересовала, он улыбнулся шире, а я напряглась. — А сейчас вы встречаетесь? — Эмма, это неприлично, — тихо сказала я сквозь зубы. — В этом вопросе нет ничего неприличного, — Дерек посмотрел на меня с той же улыбкой. — Нет, Эмма, твоя сестра так и не дает мне своего согласия. — Что… — я покраснела и посмотрела на Дерека. Его глаза смеялись, но он не издевался, он просто шутил надо мной. Шутка мне не понравилась, а вот мама захохотала от души. — Наша Джо недотрога, это верно, — сказала она, похлопав Артура по плечу. Брат был похож на закипающий чайник. — Ей еще нет восемнадцати, если ты не знал, — пробулькал чайник, испепеляя Дерека взглядом. — Я знаю, — Дерек кивнул. — Но, насколько я помню, через неделю будет? Откуда он узнал, неужели Айзек ему все наши разговоры пересказывает? И почему он запомнил? — Возможно, став старше, она станет более благосклонна, — влез в разговор отец. Им всем было весело, а мне стало неловко. Какое вообще отношение мой возраст имеет к тому, что я ни с кем не встречаюсь? Если парни вокруг меня сплошь дураки или оборотни, то дело тут совсем не в возрасте. И почему Дерек решил так шутить? У нас никогда не заходил разговор о личных отношениях и особенно между нами. Да и не было никаких отношений, вообще ничего нас не связывало, кроме психа с белыми волосами. Этот ужин был провальным для меня, но очень веселым для остальных. Когда Дерек уходил, он задержался у двери и развернулся ко мне. — Пирог лучше, — тихо сказал он и ушел.