Мальчишник в мэноре

      Боль резко вспыхнула в каждой клетке тела и ударила в голову с оглушительным звоном. Во рту — пустыня Сахара, глаза еле открываются со скрипом, а от неудобной позы на диване одна рука отсохла ко всем дракклам.       Какого хрена?       По спине пробежался легкий свежий ветерок, а от резкого порыва волосы на затылке зашевелились.       Драко простонал и приподнялся на диване. Когда его взгляд устремился наверх, всё внутри замерло.       Небо, конечно, невероятно красивое и чистое сегодня. Но, сука, какого хрена вместо потолка и стены огроменная дыра?!       Малфой озадаченно уставился на последствия какой-то невиданной бойни в Мэноре и сдавил переносицу.       — Бляяяяяя…       Через зияющую, как разверзшаяся трещина в душе Малфоя, дыру в его фамильном доме, влетела знакомая сова и на лету швырнула ему в лицо конверт. Птица сделала круг почета и нагадила на ковёр, недовольно чвякнув напоследок.       У меня хреновое предчувствие…       Воспоминания плавали на краю сознания где-то совсем рядом, но Драко никак не мог за них ухватиться. Смутные образы, много алкоголя, смех, веселье, два лучших друга… так, блять.       Драко вышел во двор, застав Нотта и Забини курящими на крыльце в глубокой задумчивости. В белоснежном каменном фонтане раздувалась и оседала розовая пена, а вокруг чинно вышагивали ощипанные павлины.       — Мда.       Теодор обернулся. В принципе, можно было не спрашивать, откуда у него ссадины на лице. Они, конечно, всегда умели веселиться безбашенно и на грани, но именно сегодня что-то смущало. Нотт был мрачным, и, едва увидев Малфоя, горестно вздохнул.       — Утро доброго, любезный друг.       Блейз сидел в прострации, каждый посторонний звук отзывался в его черепушке звенящим эхом, а руки дрожали так, что даже сигарету было трудно удержать.       — Кто-нибудь помнит, что тут произошло?       — Ммммм… Я помню только то, что мы отмечали твой последний день в качестве свободного человека, Малфой.       — Охуенно отметили, — прошептал Забини и метнулся в сторону, чтобы вывернуть желудок наизнанку.       Драко огляделся. Сад был частично разрушен.       — Я вообще ничего не помню.       — Аналогично. Блейз, есть идеи?       — Не-а. Но я помню, что мы смешивали что-то, что смешивать было нельзя. Что за письмо?       Драко взглянул на конверт, совсем позабыв о нём. На лоснящейся перламутровой бумаге сияли алые завитки «От Астории Гринграсс бывшему жениху Драко-сукину-сыну Малфою».       — Дай мне! — Тео быстрым движением выдернул из его рук злосчастное письмо и уставился на друга. — Кажется, братиш, его даже открывать не придётся.       — Да ладно, вскрывай уже… — пошатнулся Драко и сел на ступеньки рядом.       — Тут матом... Вау, не думал, что Тори знает такие слова, — присвистнул Нотт и протянул пергамент ребятам.       — Угу… может, всё-таки, как-нибудь восстановим события? — мрачно бросил Драко, пока Забини похрюкивал над письмом.       Теодор просиял фирменной улыбкой и загадочно ответил:       — Не просто восстановим. Мы увидим всё воочию. Но сначала нужно освежиться. Блейз, куда мы дели минералку?

***

      Час ночи. В мэноре играет музыка, в полумраке беснуются разноцветные вспышки, имитирующие освещение на маггловской дискотеке, куча незнакомого народа поглощает алкоголь литрами, а трое друзей под чарами скрытности снимают с себя маховик времени на длинной цепочке.       — Только попробуйте нажраться второй раз. Наша миссия — не допустить катастрофу и не дать мне сорвать помолвку. Слышишь, Забини?       — Опять Забини! Сколько можно обвинять меня во всех смертных грехах! Можно подумать, вас двоих там не было.       — Ладно вам бодаться, давайте лучше проследим за собой и поймем, в какой момент наша Золушка превратилась в тыкву, — заключил Теодор. — Нас не должны увидеть, так что постарайтесь заткнуться. Вмешиваться будем в крайнем случае.       — Это ты меня сейчас тыквой назвал? — прошипел Драко.       — Соберись, тряпка. Кажется, нам сюда.       Троица пробралась в большой зал, где Блейз активно зажигал с двумя красотками, танцуя с обеими одновременно.       — Да, Блейз, стиля у тебя не отнять. Что есть, то есть, — ухмыльнулся Нотт.       Забини не помнил событий ночи, но зато отлично помнил, как болело его лицо.       — Интересно, что дальше? — издевательски прошептал Малфой.       А дальше было феерично. Пьяный в стельку Блейз крутанул одну девицу от себя и не рассчитал силы. Она проплыла по залу и запнулась о диван, улетая куда-то вверх тормашками. Вторая девушка, возможно, сестра первой, увидев это со всей силы ударила Забини в челюсть, а затем обрушила на него серию хаотичных ударов, отчего он скорчился.       — Итальянские страсти кипят, — шепнул ему на ухо Теодор, а Блейз стукнул его по плечу в ответ.       — Мда… тебя уделала какая-то дамочка, теряешь хватку, Блейз.       — Да заткнитесь вы!       — Ну, с другой стороны ты жив-здоров, так что ситуация не критическая. Пойдём искать жениха.       — И не дать мне сделать глупости, — напомнил Малфой. — Иначе это ни в какие ворота…       Парни выглянули на улицу, где отчаянно куражился Нотт. Он едва мог стоять на ногах, но показывал небольшой кучке гостей фокусы. Опасные фокусы. Вот он выпивает на спор семь шотов подряд. Вот он лезет в фонтан и колдует себе русалочий хвост, жонглируя пираньями с криками: «Нет, не сожрут! Я их вожак!»       Тео в ужасе хмурился, постепенно вспоминая, чем это закончится.       Блейз уже не мог сдержать смех, когда Нотт с помощью невербальной магии реально отнял у кого-то из зрителей палец и приделал его к своей руке. Затем в кудрявую голову пришла шикарная мысль зажечь фаер и попросить кого-нибудь из толпы засунуть его ему в трусы.       — Теодор, обещай, что мы больше никогда не будем пить.       — Я в шаге от того, чтобы дать Непреложный обет, Малфой.       Тео грустно потёр задницу, ноющую от ожогов. Затем они трое двинулись дальше, искать Драко.       Когда они пробрались в одну из спален, Малфой остановил их, внимательно глядя на себя.       Он сидел на полу совершенно потерянный и плакал. Даже не так.       Малфой выл, обливаясь горькими слезами, хлестал текилу из горла и беспомощно стонал.       — Ёбана, Драко… с тобой что?       Блейз замер, осторожно положив руку на плечо удивленного Малфоя, и Нотт сделал то же самое.       — Погоди… надо узнать, что случилось.       Драко вскочил, решительно сжав кулаки.       — Акцио перо и бумага!       — Ну и кому ты пишешь? — прошептал Блейз.       — Ноль идей.       — Не ври…       — Да мы сейчас и так узнаем.       Сова выпорхнула в открытое окно, унося с собой ночную пьяную истерику жениха, и все трое прикусили язык.       — Ну и куда я потащился? — устало выдавил из себя виновник торжества, — За ним…

***

      У ворот Мэнора стояла она.       Холодная. Серьезная. Собранная. Будто боялась дать слабину и уронить лицо перед врагом.       — Снова врёшь мне, Малфой? Я уж подумала, с тобой и вправду что-то происходит. Ты написал, что умираешь.       — Так и есть, Грейнджер. Ты не представляешь как… Как мне херово без тебя…       — О, да ты пьян. Давай поговорим, когда протрезвеешь.       — Нет. Нет, я не могу… Ох, блять, не могу так. Прости меня. Прости. Я всё просрал.       — Не нужно извиняться. Драко, прошлое в прошлом. Живи свою лучшую жизнь. Ты скоро женишься. И я тоже счастлива, поверь.       — Кто он?       — Давай не сейчас.       — Нет, скажи. Я должен знать.       — Это моя жизнь! И тебе в неё доступ закрыт.       — Хах… значит ты мне врешь.       — Нет, не вру. Я думала, что люблю тебя, Драко. Но, оказывается, в мире есть люди, которым не обязательно вести себя по-ублюдски, чтобы держать свою самооценку на уровне.       — Кто этот урод?       Гермиона развернулась и бросилась прочь от Мэнора, источая гнев.       — Тео. И он не урод! А твой лучший друг... Я люблю его, нравится тебе это или нет. Прощай, Малфой.       Драко взвыл и метнул в кусты бомбарду, едва справляясь с эмоциями.       Тео нервно сглотнул. Блейз опасливо отшагнул назад.       — И… когда ты хотел мне сказать? — голос Малфоя был бесцветным.       — В ближайшее время… Драко, я не хотел огорчать тебя.       — Огорчать? Это очень мягко сказано! Ты отнял у меня…       — Кого? Бывшую? Которую сам же и бросил? Очнись, Малфой. В этом мире не всё крутится вокруг твоей драгоценной персоны.       — Парни, заткнитесь, нас не должны услышать…       — Завали, Блейз! Этот змеёныш ещё смеет меня другом называть!       — А что ты хотел? Чтобы Грейнджер радовалась твоему кольцу на пальце и продолжала делать вид, что всё нормально? Ты ей сердце разбил, придурок.       — Ну а ты-то у нас благородный рыцарь! Откуда тебе вообще знать, что я чувствую! Я обязан вступить в брак с чистокровной!       — Да? Чтобы что? Не потерять свою кучу золота? Меркантильный самодовольный сноб.       Блейз безуспешно пытался разнять друзей, но был отброшен в сторону. Нотт и Малфой выхватили палочки и начали метать друг в друга проклятия. Земля взрывалась, но грохочущая музыка ювелирно скрывала эти спецэффекты.       — Экспульсо! Какой же ты подлый урод! Ты же знаешь, что я люблю её!       — Никого ты не любишь, Драко! Даже себя! Посмотри, во что ты превратился! Яиц не хватило, чтобы бороться за счастье? И ты просто смирился, заперевшись в золотой клетке?       — Иди нахуй, Нотт!       — Экспеллиармус!!!       — Завалите оба! — не выдержал Блейз. — Хватит. Всё. Порезвились и баиньки.       — Забини…       — Не, Нотт, вы тут сейчас не разберётесь. Кстати, я знаю, кто разрушил сад.       Они огляделись и увидели знакомые рытвины.       — Не. Вмешиваться. В. Прошлое. Никогда.       Теодор дёрнулся с места и направился в дом, скрежеща зубами.

***

      Драко из прошлого внимательно уставился на компашку во дворе и спокойно сказал:       — Все пошли вон. Вечеринка окончена.       Когда он скрылся в доме, Забини и Нотт бросились за ним. У обоих было неприятное предчувствие.       Первый Малфой метнул проклятие в стену, и она пошла трещинами. Гости опасливо переглядывались и потихоньку разошлись, оставляя жениха в одиночестве. Трое друзей из прошлого и все трое из будущего оказались в одной комнате. Чары скрытности пришлось усилить.       — Теперь у нас вдвое больше проблем, — прошипел Забини.       Остаток ночи вся полутрезвая компания грустно пила в зале. Музыка стихла, Малфой уныло развалился на диване, пока второй Малфой бесновался и нарезал круги.       — Я не понимаю… не понимаю, Нотт…       — Потом поймёшь. Надеюсь, ты придёшь на нашу с Гермионой свадьбу?       — Ты ещё и издеваешься?       — Я до сих пор твой друг. Даже когда ты думаешь, что я не нужен тебе. И даже когда я думаю, что ты не нужен мне, — вздохнул Нотт.       — Парни, это просто жизнь. Чьё-то плохо — это всегда чьё-то хорошо, просто смиритесь.       Блейза смерили два потерянных взгляда — стальной и иссиня-зелёный.       — Я не женюсь на Гринграсс. Пусть Гермиона знает это.

***

      Тео, Блейз и Драко вновь сидели на крыльце Мэнора. Курили долго и молча.       — Так кто же ощипал этих чёртовых павлинов… — протянул Забини, борясь с головокружением.       — Это была та девка, которую ты отправил в диван, — ответил Нотт.       — Мда…       Драко запрокинул голову и выдохнул, прикрыв глаза.       Видимо, придётся начать жизнь с чистого листа.       — Это я разнёс Мэнор, пока вы спали. И отправил Астории прощальное письмо.       — Зачем?       — Хрен знает.       Драко упал на спину и лениво вытянул руки. Сейчас ему не хотелось говорит даже самым близким друзьям, что внутри него уже давно неистово горело желание разрушить всё, что имело отношение к его чистокровной семье.       Когда утром домовик аппарировал во двор, он выронил поднос и замер, глядя на объем предстоящих работ.       Драко поднялся и махнул ему.       — Я сам, Джаспер. У тебя сегодня выходной.       Забини улыбнулся одним уголком губ и взглянул на Тео.       — Что сидишь, давай поможем ему.       — Блейз, только сначала нужна минералка.       — Много минералки.