Луч света в темноте

— Не рискуйте, не нарывайтесь, не… — В общем, ничего не делайте, да? — перебил её Драко с издевательской улыбкой на лице. Она стукнула его по плечу, кусая губы от ужаса. Через пару минут они уйдут, и неизвестно, когда вернутся. Гермиона из-за этого не спала всю ночь, смотря на спящего Драко. Она молилась. Так просто и банально, хоть и не считала себя верующей. Но, наверное, у всех может наступить момент отчаяния, когда ты начинаешь верить в то, что раньше не понимал. — Это не смешно, — буркнула она. Драко прищурился и положил палочку на кухонный стол, возле которого они стояли. Он приподнял её лицо за подбородок и посмотрел в глаза. Гермиона с трудом сдерживала слёзы. Она так хотела пойти с ними, чтобы помочь, но знала, что начинать этот разговор даже нет никакого смысла. Да и глупо возвращаться к той теме, ведь она понимает, что неправа. — Всё будет хорошо, — прошептал Драко, надеясь, что ему удастся успокоить её. — Да, это может занять больше времени, чем мы планируем, но мы вернёмся с крестражем. — Вернитесь в полном порядке, ладно? — она всхлипнула, чувствуя, что слёзы прорвались сквозь её барьеры. — Это самое главное. Просто вернись ко мне… Драко обнял её, позволяя оставлять мокрые разводы на его чёрной рубашке. Он гладил её по волосам и постоянно целовал то в лоб, то в макушку, шепча успокаивающие слова. Но их идиллию прервал Гарри, вошедший в комнату. Он неловко замер, взлохматив свою непокорную шевелюру. Драко отстранился и в последний раз за сегодня прижался к её губам своими. Гермиона углубила поцелуй, наплевав на Гарри, но Малфой быстро прервал его, делая шаг назад. — Пора, — лишь сказал он, пряча палочку в кобуру и накидывая на плечи мантию. Они с Гарри остановились возле входной двери и переглянулись, говоря о чём-то без слов. Секунда, и Поттер, напоследок кивнув ей, вышел на улицу. Драко бросил на неё мягкий взгляд и подмигнул, закрыв за собой дверь. Оставляя её в пугающей тишине…

***

— Так, ты уверен, что без проблем сможешь снять эти наручники? — уточнил Гарри, проверяя свою трансфигурацию. Драко пошевелил руками в нужном направлении и наручники исчезли с его запястий. Он поправил запасную палочку на предплечье и кивнул Поттеру. — Надо идти. — Да, — Гарри выпил Оборотное зелье и начал превращаться в одного из клерков, работающих в Министерстве. Стащить волос у проходящего мимо мужчины не составило труда, но вот войти в здание, где полно народу, который хочет твоей смерти, совсем другое. Но у них не было выбора. Разговор с Уизли особо ничего не принёс. Они не могли рисковать своими людьми, к тому же Поттер пообещал Грюму, что обмен между Орденом и Пожирателями состоится, а это значит, что ему невыгодно сейчас помогать им достать крестраж. Так что они снова сами по себе. В принципе, ничего не изменилось. Гарри стал немного полноватым мужчиной за сорок с тёмными волосами и сединой на висках. Он оглядел себя и, убедившись, что всё в порядке, снова кивнул ему. Драко взмахнул палочкой и изменил цвет волос, как и было запланировано. Когда они подойдут к охране, тогда действие чар закончится, и все увидят, кого именно привели в тюрьму. Им не нужна лишняя паника. Гарри вновь наколдовал наручники, и они вышли из своего укрытия. Министерство ничуть не изменилось. Атриум был тот же, но вот громкие лозунги и плакаты, кричащие о вреде и опасности грязнокровок выглядели жутко. Видимо, эти нарисованные люди были кем-то вроде тараканов или крыс. Именно так их представляло Министерство. И это действовало удручающе. Но казалось, что все краски покинули атриум. Больше не было фонтана. На его месте стояла статуя с маглами, которых придавливали к земле волшебники своим внушительным ботинком. Не было портрета Министра. Зато висел слоган, незабываемый и дающий право ненавидеть всех нечистокровных. «Величие исключительно в чистоте нашей крови» Драко сжал челюсть, желая разорвать баннер, но у них была совсем другая цель. Поттер увидел то же, что и он, но постарался проигнорировать все отвлекающие факторы. Драко смотрел по сторонам, запоминая лица, ходы и выходы. Всё казалось прежним, но он знал, что впечатление обманчиво. Он старался не сильно вертеть головой, но, увидев лицо Грейнджер на одном из плакатов, чуть не споткнулся. Это было ожидаемо, но ему всё равно не понравилось увиденное. Она была в розыске. Как и весь Орден вместе с ним. За голову Гермионы предлагали даже больше, чем за его собственную. Но вот Поттер был нужен исключительно живой. Как иронично. Они даже не успели подойти к лифтам, где находился пост охраны, как их остановили авроры. Вернее, те, кто прикидывался ими, пока власть не поменялась. — Предъявите ваши документы, сэр, — грубо сказал один из мужчин. Его практическая седая борода делала его похожим на какого-нибудь Санту, но вот глаза кричали о ненависти и злости, что таилась в его душе. — Ох, конечно, — улыбнулся Поттер, доставая из внутреннего кармана мантии удостоверение личности того самого клерка, в которого он и превратился всего на час. Драко сжал руки в кулаки. Он посмотрел на часы, которые громко тикали у него над головой и почувствовал небольшой прилив паники. — Хм, мистер Митчелл? — спросил аврор, внимательно разглядывая Поттера под оборотным. — Вы у нас американец? — Да, я из Америки, — снова улыбнулся Гарри, не ощущая смены настроения. — Приехал по обмену опытом в прошлом месяце. Плохо. Поттер очень плохо врал. Драко понял, что весь план провалился. Реакция авроров стала прямым доказательством. Им нужно было выбрать кого-нибудь другого, а не чёртового американца. Англичане их терпеть не могут, особенно сейчас, в этот непростой период. — И как там? — поинтересовался аврор, складывая руки на груди. — Прекрасно! Солнце и полная свобода. — А здесь свободы нет? — с вызовом спросил аврор, вызвав на лице Гарри шок. Он понял, что прокололся. — Что вы, — с тревогой рассмеялся Гарри. — Конечно, нет. Я совсем не это имел в виду. — Взять их, — распорядился аврор, и к ним приблизилось два мужчины. — Что происходит? — не понимал Гарри, хотя видел, что всё пошло через одно место. Драко лишь прикрыл веки, пытаясь не взорваться от ярости. Он попытался незаметно дотянуться до палочки на предплечье, но выжидал подходящий момент, чтобы окончательно всё не испортить. — Отведите их на первый уровень. Уверен, заместитель министра захочет пообщаться с нашими предполагаемыми врагами, — выплюнул аврор и оставил их со своими подчинёнными. Гарри посмотрел на него, пытаясь решить, что делать дальше. Драко повёл подбородком, и Поттер спросил, кто сейчас занимает пост заместителя министра. — Долорес Амбридж, — сухо ответил один из авроров, заводя их в лифт. Драко тихо щёлкнул пальцами, чтобы волосы оставались под маскировкой. Поттер рядом с ним дёргал нитку на рукаве мантии, явно нервничая. Когда их вытолкнули из кабины и повели прямо по коридору, Малфой почувствовал знакомый холод. — Дементоры, — прошептал Гарри, тоже ощутив этот мороз по коже. Остановившись напротив двери в нужный кабинет, один из авроров постучал. — Войдите, — услышали они тошнотворный голос. Войдя в помещение, Драко не смог сдержать желания скривиться. Снова всё розовое. Снова полно котят. Снова эти мерзкие духи, от которых слезятся глаза. И Амбридж. Опять же, вся розовая. Да, это место будет сниться ему в кошмарах. Гадость. — О, Кларсон, Смит, чем обязана? — с любезной улыбкой поинтересовалась женщина. — Мы доставили к вам американца, — ответил, видимо, Смит. — Главный аврор велел привести их к вам. Они вызывают… подозрения. — Почему один из них в наручниках? — спросила Амбридж. Авроры переглянулись, понимая, что сами даже не обратили на это должного внимания. Это был существенный прокол. Олухи. — Я подозреваю, мадам заместитель министра, — с противной ухмылкой начал Поттер, — что это серьёзный преступник. Я чудом сумел поймать его в Косом переулке, когда он пытался ограбить одну из девушек. — И вы думаете, что это?.. Амбридж выглядела скучающей, пока не услышала ответ Поттера. — Малфой. Она вся встрепенулась и выгнала непонимающих авроров за дверь, не успевших понять, что именно произошло. Её глаза горели жаждой мести и желанием получить ещё больше власти. Амбридж была предсказуема, но им её реакция только на руку. — С чего вы решили, что это он? — на выдохе сказала она. — Позвольте воспользоваться палочкой? — Гарри, увидев кивок, взмахнул древком, и волосы Драко стали платиновыми. Амбридж ахнула от восторга. — Мерлин, это он! — Его палочка у меня, а на нём Силенцио, — пояснил Поттер. Амбридж встала из-за стола и подошла к ним ближе. И тут они увидели его. Медальон Слизерина висел у неё на шее и болтался на груди, привлекая к себе всё внимание. Драко почувствовал, как намокли ладони. У них получится. Должно получиться. — Драко Малфой, — заворожённо произнесла Амбридж. — Кто бы мог подумать. Мой бывший лучший ученик, который искренне ненавидел Поттера и грязнокровок, — она противно улыбнулась. — Предатель крови, выбравший своих врагов и ставший на их сторону. Драко сжал кулаки, продолжая молчать. Нужно потерпеть ещё немного. — И он у меня! — захихикала женщина, едва не потирая руки от предвкушения. — Ох, Тёмный Лорд вознаградит меня. Он давно тебя ищет. Давно хочет получить твою голову. — Ну так что, мадам? — прервал её Поттер, нервничая. Скоро действие Оборотного закончится. — Вы довольны его поимкой? Амбридж бросила хмурый взгляд на американца и закатила глаза. Она явно забыла о его присутствии, полностью потерявшись в своих воспалённых фантазиях. — Чего вы хотите, мистер?.. — Митчелл, — Гарри сделал к ней крохотный шаг. — Я бы хотел получить небольшое вознаграждение. Драко понял, что это их шанс. Амбридж отвлеклась. Малфой повернул запястья и наручники исчезли. Он тихо щёлкнул пальцами и запер дверь, накладывая заглушку на кабинет так тихо, что никто не заметил его махинаций. — Какое вознаграждение? — Амбридж выглядела по-прежнему возбуждённой, но тем не менее она продолжала не очень любезно смотреть на Поттера. — Медальон, — Гарри перестал притворяться и улыбнулся. Она открыла рот, держа палочку в руке, но было поздно атаковать. — К тому же вы нарушили своё главное правило, — лицо Гарри стало стремительно меняться, превращаясь в его собственное. — Никто не должен лгать. — Поттер… — Остолбеней! — выкрикнул Драко, посылая вспышку заклинания в женщину. Она упала, ударившись о стену. Гарри присел возле Долорес и сорвал медальон с её шеи. Он вскрикнул и зажмурился. — Поттер? Драко нахмурился, наблюдая, как Гарри ревностно сжимает крестраж в ладони. — Это он, — выдохнул он. — Надо стереть ей память, — Драко принялся за работу, пока Поттер осматривал кабинет. Гарри подошёл к её рабочему столу и стал выдвигать ящики в поисках полезной информации. Он нашёл какие-то карты и списки пойманных маглорождённых. — Малфой, взгляни, — Гарри передал ему чьё-то досье. Драко перевернул первую страницу и увидел колдографию Грейнджер. Примерно на пятом курсе. И надпись: «особо опасна». — Смотри, здесь весь Орден, — пробормотал Гарри, листая личные дела членов Ордена. Его близких. — Тварь… — Мы не можем забрать это, Поттер, иначе она сразу поймёт, что тут кто-то был, — напомнил ему Драко, видя у него на лице желание уничтожить найденные материалы. — Даже копии делать нет времени, нужно убираться отсюда. — Да, ты прав, — кивнул Гарри, убирая всё по местам. Когда они были готовы покинуть кабинет, Драко поднял в воздух тело Амбридж и уложил его на розовый диван, стоящий в дальнем углу. Всё выглядело так, словно она устала и прилегла отдохнуть. — Мы на первом уровне, — с тревогой говорил Малфой. — Нам нужно подняться в Атриум и прошмыгнуть мимо авроров. — Это была последняя склянка с Оборотным, — Гарри выругался. — Знаю, — с поражением согласился Драко. — Но выбора нет, мы должны выбраться. Иначе… — Гермиона нас убьёт, — усмехнулся Гарри. Драко улыбнулся, зная, что Грейнджер точно попытается прибить его за то, что он не сдержал данное ей обещание. Он не может так её подвести. — Да, мы должны хотя бы приползти обратно. — Ладно, тогда наложи на меня какие-нибудь маскирующие чары. Драко сделал это, ожидая, пока Поттер заколдует его волосы и изменит хотя бы немного черты его лица. Когда дело было сделано, они спокойно, хоть и с волнением, вышли в коридор. И им не повезло. Там стояли те же авроры, которые и привели их к Амбридж. Стоило двери захлопнуться за их спинами, авроры посмотрели на них и синхронно выхватили палочки. — Бежим! — Драко схватил Гарри за плечо, и они бегом направились к лифту. Авроры кричали заклинания им в спину, пока промахиваясь. Но им не могло везти вечно. Одно попало в Поттера, отчего он громко застонал, схватившись за бок. Драко быстро затащил его в кабину и прокричал заклинание, ослепляя авроров ярким светом. Лифт пришёл в движение, унося их наверх. — Куда тебя ранили? — лихорадочно спросил Драко, разглядывая бледного Поттера. Все чары маскировки развеялись, и теперь на него смотрели зелёные глаза Избранного. Поттер поморщился и сильнее зажал кровоточащий бок. — Кажется, это было режущее, — пробормотал Гарри, сглатывая вязкую слюну. — Блять… Снова это поганое заклинание. Драко увидел, что они почти на месте, и закинул руку Поттера себе на плечо. Он крепче стиснул палочку в свободной руке и приготовился к атаке. У них примерно десять секунд, прежде чем авроры и другие волшебники поймут, кто перед ними. Этого времени хватит, чтобы добежать до поста охраны, но не более. И то только при благоприятном раскладе. Блять, это полное фиаско. — Малфой, оставь меня, крестраж у тебя… — Ой, закройся, Поттер, — от отвращения поморщился Драко, не желая даже слушать нытьё очкарика. Гарри хрипло рассмеялся, не удивившись его словам. Лифт приехал на нужный уровень, и двери открылись. Атриум был спокоен. Драко расслабленно вышел из кабины с Поттером на буксире и радовался, что его волосы всё ещё оставались тёмными. Они прошли пару метров, когда за их спинами послышались крики. Те самые авроры, которых они оставили на первом уровне, поднялись следом за ними, и теперь все присутствующие узнали, кто перед ними. Крики разнеслись по огромному помещению, лишая их возможности подойти к каминам незаметными. Драко понял, что пора бежать. Он перехватил Поттера и, приподняв его над землёй, бегом направился к каминам. Через мгновение один камин за другим стали закрываться. Заклинания летели им в спины, и одно из них задело и Драко. Он даже не понял, что произошло, продолжая бежать. Запрыгнув в последний открытый камин, он увидел, что его схватили за ботинок. Переносясь по каминной сети с хвостом в виде одного из авроров, Драко решил выкинуть его. Представив в мыслях Косой переулок, а именно — Дырявый котёл, он толкнул Аврора туда, тут же отправляясь в безопасное место.

***

Гермиона переделала все домашние дела руками. Она даже приготовила два блюда на ужин, лишь бы хоть как-то отвлечься. Правда, она порезала себе все руки овощерезкой, потому что часто погружалась в свои мысли, но это ничего. Скорпиус уже зевал, вяло играя на полу. Он не хотел идти спать, сопротивляясь её уговорам. Но Гермиона, увидев, что уже почти десять, взяла его на руки и начала готовить ко сну. К счастью, он заснул почти мгновенно. Опустившись в кресло в гостиной напротив камина, она с тоской смотрела на огонь. Гермиона понимала, что они ушли в одиннадцать часов, а это значит, что они могут вернуться очень поздно. Но тревога не отпускала. И тут раздался едва ли не взрыв. Она подскочила и выбежала в прихожую. Там лежали Драко и Гарри. Поттера немного трясло, словно в лихорадке, а Малфой стоял на коленях, прижимая к груди безжизненную руку. — Господи… — Грейнджер, — пробормотал Драко и упал без чувств на пол. Господи, они оба были едва живы. Быстро осмотрев их и наколдовав диагностику, Гермиона поняла, что ей придётся выбирать. Она застыла, мучаясь от желания помочь в первую очередь Драко, но, судя по всему, Гарри её помощь нужна была больше. С громким стоном отчаяния она уложила Драко в их спальне и, вернувшись к Гарри, начала колдовать.

***

Драко с трудом разлепил веки, чувствуя адскую сухость во рту и боль в правой руке. Он медленно, с тяжёлым вздохом, поднялся на постели, не видя рядом с собой Грейнджер. Первая догадка была жуткой, но он заставил себя сначала проверить, где она может быть. Встав на ноги, он зажмурился от боли. Его торс был оголён. Он осмотрел себя и увидел, что его рука перевязана от кисти до плеча. Попробовав пошевелить конечностью, он только добавил себе ещё одну долю боли, поэтому оставил разбирательства со своим ранением на потом. Нахмурившись, Драко решил просто спуститься вниз. Грейнджер и Поттер нашлись в комнате Гарри. Она лежала в кресле, неудобно устроившись в нём. Драко мягко улыбнулся и легонько тронул её за плечо, а затем погладил по щеке. Она что-то пробормотала, нехотя открыла глаза и сонно улыбнулась ему. — Эй? — Привет, детка, — Драко опустился на полусогнутые колени и коснулся её волос. — Что с Поттером? — Самое страшное позади, — Гермиона немного изменила позу и поморщилась от боли в пояснице. — У него была страшная лихорадка, я даже подозревала, что началось заражение крови, но, к счастью, этого не было. — Что с ним? — Была задета артерия, поэтому он потерял очень много крови. Плюс трансгрессия сделала своё дело. Драко кивнул, задумчиво смотря на бледного Поттера, который спокойно спал у себя в постели. Нежное прикосновение к волосам вернуло его в реальность, где Грейнджер глядела на него мокрыми глазами, сдерживая свои эмоции изо всех сил. Драко понял, что им нужно побыть наедине, и взял за руку, возвращаясь в их спальню. Как только они остались одни, она всхлипнула и уткнулась ему в грудь. Драко слегка скривился от боли в правом боку, но ничего не сказал. Обняв её одной рукой, он вдыхал запах её волос и ощущал, как напряжение потихоньку выходит из него. Грейнджер всегда действовала на него успокаивающе. Она была его источником света и покоя. Только она спасала его от полного забвения в темноте. — Когда вы вернулись, я думала, что не смогу спасти вас обоих, — плакала Гермиона, цепляясь за него. — Вы оба были в ужасном состоянии. Мне пришлось выбирать… — Всё хорошо, — шептал Драко, зная, что ей тяжело. Он сам бы не хотел оказаться в такой ситуации. — Я так испугалась, — она подняла на него глаза, и Драко опустил ладонь ей на щёку. — Прости меня. — За что? Гермиона отошла и вытерла слёзы. Она взяла палочку и пробормотала заклинание, освобождая его руку от бинтов. Драко взглянул на неё и тихо ахнул. Его плечо и предплечье были в шрамах, напоминающих неумелые разводы на холсте пьяного художника. И палёная кожа только подчёркивала это сравнение. — Мне пришлось прижигать раны, — задрожала Гермиона. — Тебя расщепило. Ничего не помогало, даже бадьян. Я не хотела… Драко, прости меня… — Эй, иди сюда, — он притянул её к себе и взял за шею, вынуждая смотреть ему в глаза. — Ты спасла меня. Да, остались шрамы, но я мог потерять руку. И если бы мне пришлось выбирать, я бы выбрал то же, что и ты. Слышишь? Она лихорадочно кивнула, пока слёзы продолжали бежать по щекам. — Я могла придумать что-нибудь другое. — Может быть, но ты была в стрессовой ситуации и действовала так, чтобы помочь можно было нам обоим. Бесполезно гадать. Ты приняла решение. Ты спасла нас. Это хорошо. — Я хочу, чтобы ты знал, что мне плевать на шрамы, — Гермиона прижалась к нему и поцеловала в губы. — Мне всё равно, как ты выглядишь, я люблю тебя. Всего. Я люблю тебя, каким бы ты ни был. — Знаю, — Драко потёрся своим носом о её, наслаждаясь их взаимодействием. — Я люблю тебя так же. Иначе и быть не может. Гермиона больше не могла терпеть. Она снова поцеловала его, помня о его ранениях. Ей хотелось продолжить их поцелуи в горизонтальной плоскости, но она знала, что это очень опасно. Драко нужно время на восстановление. Им всем нужно. Так что они просто обнялись, стоя в центре комнаты, спрятанные от всего мира.

***

Драко с улыбкой смотрел на спящего у него на груди сына, аккуратно поглаживая его по спинке. Он наслаждался покоем и счастьем, которое было у него в руках. Каждый раз, когда он возвращался домой после убийственной миссии, Драко благодарил Мерлина и Бога за то, что тогда переспал с Грейнджер. Если бы не их случайная ночь, он бы здесь не оказался. Гермиона продолжала бы его ненавидеть, вероятно, была бы влюблена в Уизли и никогда не стала бы его. И тогда не существовало бы этого маленького человечка, который безвозвратно и навсегда украл его сердце. Скорпиус разбил все его прежние представления о детях. Раньше Драко думал, что дети — сплошной геморрой, пелёнки и крики. Конечно, без этого тоже никуда, но сейчас он понял, как это здорово — быть отцом. Не просто номинально, а по-настоящему. И он хотел им быть. Хотел растить, воспитывать своего сына. Хотел любить его, поддерживать, помогать и направлять. Хотел дать ему то, чего сам был лишён. Хотел, чтобы он был счастлив. Драко и не думал, что может быть таким спокойным, рассудительным и уступчивым. Он менялся рядом со своей семьёй, и за её пределами тоже. Он стал мягче. И не знал, хорошо это или плохо. Скорпиус немного поёрзал, продолжая спать и сосать свой кулачок. Драко поцеловал его в макушку, вдыхая этот неповторимый запах. — Привет, — услышал Драко и повернул голову. Гарри. — Ну здравствуй, Поттер, — полушёпотом сказал Драко, усмехаясь. — Снова воскрес, да? — А ты как думал? У меня девять жизней, и это как минимум, — Гарри взлохматил волосы и тихо вошёл в их спальню. Он улыбнулся, заметив Скорпиуса. — Ты сам как? — Нет ничего, что могло бы не дать мне и дальше портить жизнь гриффиндорцам, — протянул Малфой, на что Гарри закатил глаза. — Где Грейнджер? — Она проверяет наши запасы зелий в кладовке, — Поттер махнул рукой и снова запустил пальцы в волосы. — Ты опять спас меня. — Ага, — беззаботно отозвался Драко. — Спасибо, Малфой, правда… — Поттер, мы делаем общее дело. Думаю, если бы меня серьёзно ранили, ты бы тоже притащил меня обратно, разве нет? — Конечно! — Ну тогда разговор окончен, — сказал Драко, ставя точку. Гарри кивнул, понимая, что немного смутил Малфоя своей благодарностью. Разумеется, Малфой и смущение — понятия несовместимые, но что-то подобное точно было. — Через пару дней нужно явиться на встречу с Грюмом, — вяло произнёс Поттер, вспоминая об этом. Драко поджал губы и вздохнул, наблюдая, как Скорпиус поднимается вместе с его грудью. — Не передумал? — Были бы варианты. Малфой рассеянно посмотрел вперёд, гадая, что можно придумать, но, к сожалению, пока ничего не пришло в голову. — У нас ещё есть немного времени, — он попытался его успокоить, но Гарри и так знал, что оттягивать неизбежное бессмысленно. — Да, — согласился он, слыша шаги Гермионы на лестнице. — Ладно, отдыхайте, я пойду к себе. — Поттер? — окликнул его Драко. Гарри вопросительно посмотрел на него, застыв в дверях. — Всё будет нормально, — уверенно сказал Драко. Поттер кивнул, молча благодаря его за поддержку. Гермиона вошла в комнату и посмотрела на них по очереди. — Вы?.. — Спокойной ночи, — улыбнулся Гарри и ушёл, прикрыв за собой дверь. Гермиона вскинула брови и взглянула на мужа. Драко осторожно сел с сыном на руках, чтобы отнести его в соседнюю спальню и уложить в кровать. Когда Скорпиус лежал в своей кроватке, укрытый одеялом, Драко задумался, смотря на него. Почувствовав, что он не один, он поднял голову и увидел Гермиону, с любовью глядевшую на них. — Ты чего? — улыбнулся он. Она пожала плечами, продолжая смотреть. Драко хмыкнул и сократил между ними расстояние, замерев в миллиметре от неё. Гермиона рвано вздохнула, опуская взгляд на его губы. — Нравится мой внешний вид? — игриво спросил Драко, обнимая её талию. — Ты полуголый с нашим сыном, — бормотала она, гладя его ничем не прикрытую грудь. — Это очень сексуально. Драко лукаво улыбнулся и взял её за руку. Оказавшись в их спальне, он больше не ждал и не сдерживался. Поцеловав свою жену так, как хотел последние несколько дней, Малфой притянул её к себе, буквально заставляя её проникнуть ему под кожу. Гермиона застонала от его напора и старалась отвечать взаимностью на каждое движение и касание. Драко резко подхватил её на руки и понёс в сторону кровати. Упав на мягкие простыни, они сплелись телами, прикасаясь друг к другу до ужаса интимно. Гермиона чувствовала, что вся выдержка убегает от неё, но ей не было жаль. Она всегда так сильно его хотела, особенно когда он проводил время со Скорпиусом. Наверное, в утверждении, что дети — мощный афродизиак, всё-таки есть доля правды. Драко оторвался от её губ и начал спускаться на шею, оставляя яркие засосы на нежной коже. Гермиона вцепилась в его плечи, зная, что завтра там появятся царапины от её страсти и несдержанности. Обхватив его торс ногами, она прижалась промежностью к его паху, ощущая всеми клеточками тела его возбуждение. Драко хрипло застонал, прекращая терзать её кожу. Он посмотрел ей в глаза, переводя дух. — Пожалуйста, — прошептала Гермиона, приподнимаясь на локтях, чтобы стянуть с себя его футболку, в которой ходила. Драко помог ей скинуть ненужную ткань и легко расправился с её лифом. Он сжал её грудь в ладонях, пропуская соски между пальцами. Гермиона коротко вскрикнула, и он остановился. — Скорпиус вчера больно укусил меня, — призналась она, краснея. Драко наклонился к ней и мягко поцеловал, извиняясь. Но ей это было не нужно, Гермиона и так знала, что он бы ни за что не причинил ей вреда специально. Поэтому она набросилась на него, яростно целуя. Он толкнул её на спину и начал стягивать с неё джинсы. Гермиона поёрзала и бросила куда-то сторону бельё. Драко замер и голодным взглядом прошёлся по её голому телу. Малфой провёл языком по губам, отчего Грейнджер чуть не застонала. Это было дьявольски красиво. — Иди сюда, — она попыталась обнять его, но Драко лишь покачал головой. — Потом, — сказал он, спускаясь поцелуями от её груди к низу живота. Гермиона хотела отстраниться и сказать, что не надо, но Драко никогда не слушал её возражения, если она просто его стеснялась. Он закинул её ноги себе на плечи и медленно начал входить в неё пальцем. Гермиона громко выругалась, откидывая голову назад и выгибаясь в пояснице. Драко довольно улыбнулся и наклонился к её промежности, касаясь языком клитора. Она завыла от удовольствия, не в силах контролировать свои эмоции. Конечно, Драко часто прикасался к ней так, но она до сих пор не могла к этому привыкнуть. Почему-то, когда он целовал её половые губы, она натурально сходила с ума. Это было необъяснимо, но так приятно. Он добавил ещё один палец, и ей стало плохо. Она всхлипнула, чуть ли не плача. — Тише, Грейнджер, ты же не хочешь разбудить весь дом? — спросил Драко, снова надавливая на клитор языком. Она подавилась словами и повернула голову, закусив уголок подушки зубами, чтобы не закричать. Драко только издевался, не давая ей такой необходимой разрядки. Она ненавидела, когда он так делал. Гермиона вцепилась пальцами в его волосы и сильно потянула на себя. Драко поднял голову, заметив её лихорадочный и возбуждённый взгляд. — Снимай штаны, немедленно, — сказала она, тяжело дыша. Драко послушно выполнил её приказ и уже через минуту вошёл в неё по-настоящему. Гермиона обхватила его ногами и руками, чувствуя наполненность и единение с ним. Малфой схватил её за руки и прижал запястья к кровати, не давая ей пошевелиться. — Если ещё раз попробуешь командовать мной в постели, я привяжу тебя и отшлёпаю, поняла? — прорычал он ей на ухо, вбиваясь в неё, отчего по комнате разносились непристойные звуки. — Обещаешь? — с лукавой улыбкой поинтересовалась она, вскрикнув, когда он особенно резко толкнулся в неё. Его глаза блеснули огнём похоти, затягивая в этот безумный водоворот и её. Они двигались в едином темпе, одновременно сходя с ума от удовольствия. Драко продолжал кусать её шею, пока Гермиона вырывала ему волосы, даже не собираясь извиняться за свои действия. Каждое прикосновение и поцелуй были подобны резкому спуску с огромной высоты, когда дыхание перехватывает, но предвкушение захватывает, и ты совсем не думаешь о страхе. Каждый взгляд буквально кричал о том, что сейчас весь остальной мир может подождать. Гермиона ощутила, как внутри всё сжимается, а потом зажмурилась, полностью растворившись в моменте и своём муже. Драко сделал ещё несколько грубых толчков и, кончив, упал на неё, тяжело дыша. Было так хорошо. Гермиона обожала, когда он приходил в себя после секса, оставаясь всё ещё в ней. Она, наверное, была не совсем адекватной, но ей до безумия нравилось, когда Драко прижимал её к постели подобным образом. Мягко поцеловав её в губы, а потом и в лоб, он выскользнул из неё и лёг на бок. Гермиона тут же прижалась к нему, опуская веки. Драко обнял её, словно закрывая от всего остального мира. — Люблю тебя, — выдохнул он, прислонившись своим лбом к её. Гермиона опустила ладонь ему на щёку, поглаживая его немного колючую кожу. — И я люблю тебя. Он улыбнулся уголками губ, зная, что это абсолютная правда.

***

Гермиона с улыбкой наблюдала за сыном, который всё уверенней пытался встать на ноги. Конечно, ещё немного рановато, ему шёл всего седьмой месяц, но Скорпиус, как и его родители, был упрямым и любознательным. Поэтому он не смотрел на статистику и правила. Он хотел и делал. Упав на свой подгузник, Скорпиус захныкал, но, поняв, что никто на него смотрит, снова стал цепляться пальчиками за обивку дивана, чтобы попытаться встать. Гермиона покачала головой, стараясь не показываться ему на глаза. Неожиданно знакомые руки обняли её за талию и прижали к родной груди. Гермиона с удовольствием откинула голову назад, принимая ленивый и мягкий поцелуй Драко. Малфой хмыкнул, обращая внимание на сына. — Он не сдаётся, да? — шёпотом спросил он. — Конечно, нет, — усмехнулась она, гладя его руки, обхватывающие её талию. — Ты ожидал другого? — Нет, но не хочется лечить его многочисленные синяки, — задумчиво пробормотал Драко, видя, как Скорпиус психанул и зарычал на диван, который не собирался ему помогать в его нелёгком деле. — К сожалению, у нас все эти синяки ещё впереди, — вздохнула Гермиона. — И, думаю, синяки — ещё лишь малая часть того, что нас ждёт. Вспомни себя в детстве. Драко скривился, признавая, что она права. Как и всегда. — Может, он будет не похож на нас? Будет спокойным? — с надеждой спросил Малфой. Скорпиус взял свой игрушечный паровозик и кинул его на диван. Он с любопытством посмотрел на игрушку, а потом решил, что она снова ему нужна и начал залезать на несчастный диван. Малыш кряхтел и пыхтел, но у него не получалось. Ноги пока не держали так, как надо, и он натурально закричал в потолок, словно спрашивал, какого чёрта. — Я забираю свои слова назад, — сказал Драко, поджимая губы. Гермиона рассмеялась и поцеловала его в щёку. Она отошла от мужа и поспешила к ребёнку, пока он не начал истерику. Взяв Скорпиуса на руки, она начала ворковать с ним, но мама мальчику была неинтересна. Ему нужна была игрушка. Скорпиус изворачивался на её руках, пытаясь дотянуться до паровозика. Гермиона дала ему его, и мальчик смотрел на игрушку пару секунд, после чего снова бросил его на пол, по-детски приказывая дать его. Гермиона закатила глаза и выразительно посмотрела на Драко, который тоже был удивлён поведением сына. — А теперь представь смесь наших характеров, — начала перечислять Гермиона, опуская сына на пол. — Наше упрямство, наше любопытство и наше неумение следовать правилам. Как думаешь, как скоро наступит апокалипсис, до его поступления в школу или после? Драко засмеялся. Она улыбнулась, падая в кресло. Скорпиус не желал успокаиваться, но собственная игра хорошо его развлекала, так что Гермиона решила, что лучше потом купить ему новую игрушку. Сейчас бесполезно с ним бороться. Малфой сел к сыну на пол и пощекотал его, отчего Скорпиус отвлёкся и заливисто захохотал. Он переключился на отца, начиная забираться на него, утаптывая своими ножками всё, что можно. — Сам виноват, — сказала Гермиона. — Да ладно, мы сможем с ним договориться, да, парень? — Драко посмотрел ему в глаза, видя, что Скорпиус теперь наблюдает за ним и слушает. — Твоё поведение никуда не годится. Что за порча имущества, а? Скорпиус моргнул, а потом шлёпнул Драко по лицу, отчего тот зажмурился. Мальчик оставил его, вновь начиная кидаться игрушками. — Ничего не говори, — хмуро предупредил Драко, но Гермиона не выдержала и рассмеялась. — Кажется, твой метод и серьёзный разговор не сработали. Есть ещё варианты? — игриво поинтересовалась она. Драко посмотрел на неё и хмыкнул. Он встал и наклонился к ней, загоняя в ловушку. Желанную ловушку. — Сомневаешься в моих методах воспитания, Грейнджер? — Тебе честно ответить? — она не могла перестать смеяться. Губы Драко дрогнули, но он усиленно пытался сохранить строгое выражение лица. — Это плохо, миссис Малфой. Видимо, вас давно не наказывали. Иначе почему вы позволили себе сомнения? — Хм, возможно, — она приподнялась и обняла его за шею, практически укладывая Малфоя на себя. — Я не возражаю. Драко набросился на её губы, сминая их в грубом, но чувственном поцелуе. Он взял её лицо за подбородок, зафиксировав положение головы, но Гермиона всё равно проигнорировала это, зарываясь пальцами в волосы мужа, лишая его контроля. — Блин, извините! Они оторвались друг от друга и увидели Гарри в дверях. Гермиона стремительно покраснела, сосредотачиваясь на сыне, который приполз прямиком к Поттеру. — Ты куда собрался? — ледяным тоном спросил Драко. Гермиона нахмурилась, замечая, что Гарри действительно одет так, словно планировал выйти на улицу. Он взял на руки Скорпиуса и улыбнулся ему. — Гарри… — Мне нужно идти, — сказал Поттер, не смотря на них. Он отдавал всё внимание мальчику. — Грюм давно меня ждёт и… — Ты только восстановился после ранения! — она вскочила на ноги, пытаясь достучаться до него. — Ты ещё слишком слаб и… — Гермиона, я всегда буду слишком слаб, — прервал её Гарри твёрдым тоном. — Я никогда не буду полностью готов и всё остальное. Нужно действовать, тянуть больше нельзя. Скорпиус резко начал плакать, будто чувствовал, что ничего хорошего не произойдёт. Гарри слегка прижал его к себе и отдал Гермионе. — Берегите себя, ладно? — он посмотрел на них по очереди и грустно улыбнулся. — Я благодарен вам обоим. За всё. — Поттер… — Драко явно хотел его остановить, но не мог подобрать подходящих слов. — Всё нормально, Малфой, — Гарри хлопнул его по плечу так, словно они были друзьями сотню лет. — Я принял решение. И оно правильное. — Гарри, пожалуйста… — Гермиона всхлипнула, слыша плач сына. Она должна была успокоить его, но не могла из-за собственной надвигающейся истерики. — Ты ведь знаешь… — Знаю, — он сжал её плечи и поцеловал в лоб. — Я знаю. Гарри несколько раз моргнул и ушёл, не давая себе времени на раздумья. Он закрыл за собой дверь так, словно понимал, что вряд ли вернётся.