Луч света в темноте

Драко смотрел в одну точку, не в силах сконцентрироваться. Он не мог перестать думать о Грейнджер и о их... ребёнке. Ему до сих пор казалось, что она соврала. Чтобы поиздеваться над ним или проверить его. Зачем? Он и сам не знал, но упорно убеждал себя в том, что не виноват. Он не может растить полукровку на пару с Грейнджер. Его родители не то что убьют его... Не существовало даже слов, которые бы описали, что сделают с ним отец и мать. — Ты вообще слушаешь меня? — с лёгкой обидой спросил Блейз, вырывая его из противного кокона мыслей. Драко тряхнул головой и нацепил усмешку. — Конечно, — кивнул он и опустил глаза на книгу в руках. — И что последнее я сказал? — Блейз приподнял брови, очевидно, издеваясь над ним. Не успел Драко сказать хоть слово, как он увидел Поттера, который стремительно шагал в его сторону. Малфой нахмурился, приготовившись к атаке, но ему не дали даже рта раскрыть. Поттер приблизился к нему и схватил за грудки. Блейз вскочил и попытался оттащить героя от Малфоя, но Поттер был зол и плохо соображал, что творит. — Поттер, отпусти его! — прошипел Забини, оглядываясь по сторонам, боясь, что их выгонят из библиотеки. — Ты сволочь, Малфой! — прорычал Гарри. — Я всё понимаю, но как ты мог?! — Да что я сделал, придурок? — раздражённо поинтересовался Драко, желая понять, что он натворил. — Как ты мог послать её на аборт? Слова Поттера выбили его из колеи. Драко завис, внимательно разглядывая лицо Поттера. Но тот не врал. Внезапно Драко понял, что сделал. Он отправил Грейнджер убить их ребёнка. Он сказал ей пойти и убить его. Конечно, так было правильно, но почему тогда ему было так тошно? Почему он думал об этом с ужасом и отвращением к самому себе? Почему? — Если это как-то отразится на её здоровье... Если с ней что-то случится... — Поттер что-то говорил, но он его не слушал. Аборт. — Где она? — хрипло спросил Драко, впервые осознанно посмотрев Гарри в глаза. Поттер растерялся и моргнул, не до конца понимая, что именно от него хотят. — В Мунго... — Чёрт! Драко вырвался из рук Гарри и выбежал из библиотеки, оставляя его и Забини удивлённо смотреть ему вслед.

***

Каким-то чудом ему удалось трансгрессировать из Хогсмида в Косой переулок. Драко не помнил, как бежал из школы. Не помнил, как добрался до больницы. Единственное, что отпечаталось у него на сетчатке, это взгляд маленького ребёнка, которого он мельком увидел возле входа в Мунго. Малыш так серьёзно смотрел на него, что Драко подумал, что тот всё знает. А потом мальчик улыбнулся, и Малфой почему-то улыбнулся ему в ответ, хотя настроение у него было далеко не такое радужное, как хотелось бы. Он буквально бежал за своим будущим, почему-то зная, что всё делает правильно. Драко никогда подобного не испытывал и редко так сильно задумывался о том, что его ждёт, но сегодня всё изменилось. Увидев Грейнджер, он затормозил, кажется, впервые с того момента, как услышал от Поттера, где она. Гермиона сидела в прохладном коридоре, низко опустив голову. Он сделал крохотный шаг, и она подняла потерянный взгляд и посмотрела прямо ему в глаза. Не прошло и секунды, как она расплакалась, прижав крохотную ладошку ко рту, чтобы сдержать громкие всхлипы. Драко резко сократил между ними расстояние и прижал её к своей груди, начиная поглаживать её по волосам. — Я не смогла... Не смогла сделать это... — плакала Гермиона, крепко сжимая его предплечье. — Прости... — Всё хорошо, Грейнджер, всё хорошо, — шептал Драко, чувствуя только облегчение. Он так боялся не успеть... — Что нам... теперь делать? — Я что-нибудь придумаю, слышишь? Что-нибудь придумаю, только не плачь. Гермиона вяло кивнула и попыталась успокоиться. Она продолжала сжимать его руки и всхлипывать ему в грудь, пока Драко гладил её по волосам, почему-то чувствуя, что всё правильно. Правильно. И снова это дурацкое слово. Драко не хотел видеть её боль и слёзы, это доставляло какое-то непонятное ощущение ужаса. Грейнджер не должна плакать из-за него или из-за того, что он полный ублюдок. И, по какой-то неведомой причине, Малфой захотел, чтобы она была счастлива. Вот просто так. И это снова показалось ему правильным. Возможно, он был слишком возбуждён из-за того, с чем они вместе столкнулись. Или дело было в том, что Драко наконец-то почувствовал что-то новое, а не только тотальный страх, лишающий сил бороться или даже просто думать. Он не знал, что изменилось. Но пока Грейнджер плакала, сжимая его руки, Драко ощутил огромное желание жить и что-то делать. Это не объяснить, но он понимал, что обязан взять ответственность за свой поступок. Наверное, впервые в жизни.

***

— Грейнджер, это необходимо сделать, — устало сказал Драко, смотря на её кислый вид. — Ты ведь сама понимаешь. — Понимаю, но поставь себя на моё место, — Гермиона встала и начала наворачивать круги вокруг дивана, на котором сидел Драко в Выручай-комнате. — Они же убьют меня. — Я этого не допущу. — Почему? — она резко остановилась и взглянула на него. Драко склонил голову набок, разглядывая её. И пусть прошло совсем немного времени после того, как он забрал её из больницы и они смогли более-менее спокойно поговорить, между ними всё ещё не было понимания. Да и откуда бы оно появилось, если они почти всю жизнь ненавидели друг друга. Разумеется, то, что сейчас они могут вести вполне цивилизованный диалог, было существенным прогрессом, и никто из них не пытался давить на другого, но каждый из них чувствовал, как сложно прислушиваться и идти навстречу человеку, которого когда-то хотя бы немного, но презирал. Подумав об этом, он медленно встал и подошёл к ней. — Ты носишь моего ребёнка, их внука. Они обязаны тебя принять, как бы ни пытались думать иначе. — Они будут ненавидеть меня. И его тоже... Она понуро опустила голову, но Драко приподнял её лицо за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Мне казалось, что чужая ненависть тебя не волнует. — Одно дело, когда тебя ненавидят за какие-то надуманные факты, а другое, когда считают тебя виновной во всех своих бедах. — Грейнджер, — тяжело вздохнул Драко, — они моя семья. Как бы сильно ты ни была против, этот ребёнок тоже часть этой семьи. Как и ты, — надавил он. — Тебе придётся принять это, как и моим родителям. Гермиона уныло кивнула, почувствовав, как между ними что-то изменилось. Она робко посмотрела на него, видя, что он не отрывает от неё своих глаз. Она помнила, что в последний раз, когда они оставались по-настоящему наедине, между ними не было и сантиметра расстояния. Та ночь... Гермиона вспомнила, как сильно переживала из-за Рона. Как ненавидела Лаванду и как испытывала отвращение к Кормаку, который весь вечер у Слизнорта пытался обслюнявить ей лицо. Тогда она тайком схватила бутылку шампанского со стола и спряталась в библиотеке, чтобы попытаться залечить свои раны. Как оказалось, в этот вечер было плохо не только ей. Она наткнулась на Малфоя, когда бутылка уже была пуста, а в голове помутнело от алкоголя. Драко сидел в одиночестве, которое разбавляла бутылка виски. Он смотрел в окно, походя за загадочного принца из сказок. В ту ночь Гермиона была сама не своя. Она подсела к нему, не говоря ни слова. Но Драко, наконец-то заметив её, начал вести с ней беседу о зельях. Это была именно та тема, что в последнее время интересовала их обоих. Не считая их более насущных проблем, разумеется. Гермиона не помнила, как начала смеяться, прикрывая ладошкой рот, но в её голове чётко отпечатался момент, как она споткнулась на ровном месте и упала в объятия Малфоя. Вот тогда-то всё и началось. Это был неожиданный секс, который привёл к уже известным последствиям. Гермиона ясно видела, как Малфой задирает юбку её платья, параллельно кусая её шею, пока она стонет ему на ухо, зарываясь пальцами в мягкие волосы. Она тогда так сильно дёргала белоснежные пряди, что случайно вырвала пару волосков. Драко целовал её как в последний раз. Он был в меру нежным, особенно когда она прошептала, что он первый, кому она позволила так далеко зайти. Наверное, в тот момент они должны были остановиться, но этого не произошло. Ей двигало желание почувствовать себя нужной и желанной, а им —возможность забыть о реальности хотя бы на мгновение. Гермиона мельком посмотрела на губы Малфоя, возвращаясь в настоящее. Она думала об их вкусе, о том, что он делал этими губами с ней в ту ночь. Ей хотелось снова прикоснуться к его волосам, но она не знала, имела ли на это право. Теперь они связаны. Навсегда. Но изменило ли это что-то между ними, она не знала. Драко осторожно опустил руку ей на щёку, начиная поглаживать нежную кожу большим пальцем. Гермиона замерла, надеясь, что ей не придётся делать первый шаг. Но стоило ей представить, что он наклоняется и целует её, как Драко отвернулся, словно осознав, что между ними происходит. Снова. — Будь готова завтра к одиннадцати. Я зайду за тобой, — сказал он, быстро покидая Выручай-комнату, оставляя её одну. Снова.

***

Гермиона нервничала. И это было мягко сказано. Встреча и официальное знакомство с родителями Малфоя. Вот это новость. Скитер убила бы за подобную статью. Конечно, вряд ли они убьют её, но вполне могут отправить на аборт или попытаться подсыпать яд ей в чай, чтобы избавиться от ребёнка. И от неё самой. Гермиона аккуратно положила руку на живот, каким-то магическим образом чувствуя эту маленькую жизнь. Она ни за что не даст причинить ему вред. Пусть даже сам Волдеморт придёт за ней, она будет до последнего защищать своего малыша. Это было странно. Она никогда не планировала становиться матерью в таком возрасте, да и вообще не была уверена, хочет ли быть матерью в будущем. Но когда она только узнала о своей беременности, то почувствовала нечто необычное. Ей было страшно. Страх — первая эмоция, которая прорвала сквозь шок и неверие. Потом пришла паника и ужас. А затем осознание и принятие. Гермиона должна была быть более внимательной и должна была знать, чем может закончиться неожиданный секс. Драко тоже должен был об этом подумать. Они оба опростоволосились. Да, тут не поспоришь. Но теперь они смогли принять ситуацию и пробовали наладить некоторый контакт друг с другом. Хотя даже о дружбе между ними пока говорить слишком рано. Но то притяжение, что они оба чувствовали в библиотеке, никуда не делось. Оно всё ещё было с ними. Никуда не уходило, словно выжидая подходящий момент, чтобы напомнить о себе. Услышав шаги за спиной, она обернулась и убрала руку с живота. Драко остановился, впервые за этот день посмотрев ей в глаза. Он молча протянул ей ладонь, призывая взяться за неё, чтобы трансгрессировать вместе с эльфом, который ждал их в отдалённом переулке Хогсмида. Гермиона почувствовала, как желудок перевернулся и начала заваливаться набок, но Драко вовремя её подхватил. Он помог ей восстановить равновесие и отстранился. Она проглотила обиду, понимая, что он тоже переживает. Но ей нужна была его поддержка, потому что без его на удивление твёрдой руки она задыхалась от паники. Когда кованные ворота распахнулись перед ними, Гермиона с трудом могла передвигаться. Она смотрела по сторонам, приоткрыв рот. Вокруг настоящего замка располагался снежный сад. Ледяные скульптуры окружали их, создавая поистине магическую атмосферу. Замерев возле дверей в дом, Драко бросил короткий взгляд на сопровождающего их домовика, и тот испарился, предоставив им возможность самостоятельно дать о себе знать. Малфой поднял руку, которая налилась свинцом, и толкнул двери, заставляя себя сделать первый шаг. Гермиона взяла его за руку, наплевав на испуганный взгляд Драко. Ей нужна была хоть какая-то защита, поэтому она заглушила гордость, понимая, что одна в этом террариуме не выживет. — Драко! Услышав звонкий и радостный голос, они обернулись и увидели идущую к ним Нарциссу Малфой, великолепную во всём. Она обняла сына и только сейчас заметила гостью. Её глаза округлились, когда она поняла, кто перед ней. — Что?.. — Мама, это Гермиона Грейнджер, — Драко сильно сжал её руку, но она не издала ни звука. — Она... — Драко! — Люциус вышел из столовой, увидев сына. — Что ты тут делаешь? Его взгляд застыл, когда он увидел Гермиону. Драко прочистил горло и закончил предложение. — Она беременна моим ребёнком. Нашим ребёнком. Наверное, не существовало слова, чтобы описать ту тишину, что повисла в помещении в тот момент. Казалось, что само время замерло. Но в следующий момент Гермиону оглушили одновременные крики родителей Драко. — Что?! Она сделала глубокий вдох, приготовившись к непредсказуемой атаке. Ситуация была жуткой, и хотя всё происходило очень стремительно, Гермиона решила, что лучше так, чем затягивать и держать эту новость внутри. — Как это понимать? — ахнула Нарцисса, прикладывая руку к животу. Гермиона сглотнула ужас, медленно распространяющийся по всему телу, и заставила себя держаться. Сейчас больше всего на свете она хотела просто сбежать и спрятаться где-нибудь в уединённом месте. Но это были несбывшиеся мечты. — Драко, немедленно объясни, что происходит. И что эта... девушка делает в нашем доме? — Люциус встал рядом с женой, разглядывая суровым взглядом сына и его гостью. Гермиона аккуратно посмотрела на Драко, видя, как между его бровями залегла морщинка, которую ей захотелось разгладить. Она тряхнула головой, прогоняя такие неподходящие мысли прочь. — Как я уже сказал, Гермиона беременна моим ребёнком, — сказал Драко, кивая в сторону столовой. — Давайте выпьем чаю и спокойно всё обсудим. Он спокойно взял её за руку и повёл в нужную сторону. Грейнджер шла за ним, думая, обернуться или нет. Решив не показывать своего удивления и страха, она закусила губу, чувствуя, как внутри поднимается тошнота из-за волнения. Столовая, где они должны были провести серьёзный разговор, завораживала своим видом и планировкой, но ей было не до декораций места, где её, возможно, попытаются убить. Она споткнулась и низко опустила голову, начиная глубоко дышать. Драко молниеносно оказался возле неё, придерживая за талию. Он притянул её к себе в объятия и погладил по волосам. — Что такое? — Тошнит, — она с трудом прогнала желание согнуться пополам и дать содержимому желудка покинуть её тело. — Прости... — За что ты извиняешься? — удивился он. Она посмотрела ему в глаза, чтобы ответить, но их бессовестно прервали. Люциус приблизился к ним и недовольно обвёл их взглядом. Нарцисса щёлкнула пальцами и рядом с ней материализовался маленький эльф, который поклонился хозяевам, почти задев длинным носом пол. — Вы вызывали меня, хозяйка? — Да, принеси нашей гостье... зелье от тошноты, — приказала Нарцисса, и эльф исчез выполнять поручение. — Не стоило... — начала было Гермиона, но её остановили взмахом руки. — Я тоже была беременна и прекрасно знаю, что это такое, — ровно произнесла она, чем вызвала удивление на лице мужа. Люциус растерялся, чем Драко решил воспользоваться. Он схватил зелье из рук домовика, когда тот принёс его, и дал Гермионе выпить полупрозрачную жидкость. Тошнота ушла в ту же секунду. Как только она смогла разогнуться, Драко отодвинул для неё стул в столовой и сел рядом, сразу же притянув её ладонь к себе и крепко сжав. Усевшись напротив них, Нарцисса и Люциус смотрели на их соединённые руки. Драко прочистил горло и вкратце рассказал им о том, как сам узнал о беременности. Он говорил и говорил, но Гермиона его не слушала. Она лишь могла думать о том, что это всё до ужаса напоминает подготовку к помолвке. Она не хотела выходить замуж в шестнадцать, хотя, наверное, нужно было думать раньше. Именно тогда, когда они с Малфоем решили заняться сексом в библиотеке, видимо, совсем забыв о противозачаточных чарах. Вернувшись в реальность, она поняла, что все смотрят на неё с вопросом в глазах. — Простите... — она постаралась улыбнуться. — Что вы сказали? — Я спросил, чем вы думали, мисс Грейнджер? — грубо повторил свой вопрос Люциус. — Ладно он... — он яростно махнул рукой в сторону сына. — Но вы... Вы чего-то хотите от нас? Денег? Влияния? — Отец. — Молчи! — крикнул Люциус. — Ты уже сделал всё, что мог! Надо было думать раньше! — Милый, — Нарцисса положила ладонь на плечо мужа, но тот никак не мог успокоиться. — Нет, не смей защищать его! Уж точно не сейчас! — он со злостью посмотрел на Гермиону. — Я хочу, чтобы вы немедленно убрались из моего дома! Мало того, что вы посмели явиться сюда, так ещё и пытаетесь убедить меня, что мой сын стал предателем крови, осеменив грязнокровку! — Выйдем, — глухо сказал Драко, резко встав изо стола. Люциус хмыкнул и вышел вслед за ним, оставляя Нарциссу с Гермионой наедине.

***

— Что ты устроил? — Что я устроил?! — взревел Люциус, захлопнув за собой дверь в свой кабинет. — Это ты привёл в наш дом грязнокровку и заставляешь меня поверить в её беременность! — Потому что она действительно беременна! — А ты уверен, что от тебя? — продолжал кричать отец. — Я верю ей, — Драко сжал кулаки. — Хочешь ты этого или нет, но она родит этого ребёнка, а я буду рядом. — Когда это ты стал таким самостоятельным и взрослым? — фыркнул Люциус. — Не припомню тебя таким, когда ты получал свою метку. — Я внезапно понял, что больше не могу быть слабым, — Драко отвернулся и посмотрел в окно. — Я знаю всё, что ты скажешь. Я осквернил наш род. Я подвёл тебя и маму. Я поступил опрометчиво, и теперь у нас у всех большая проблема. Но, знаешь, сейчас я понимаю, что не брошу их. Пусть всё произошло неправильно, но я хочу поступить правильно сейчас. Он замолчал, услышав в ответ лишь тишину. Драко вздохнул и посмотрел на отца. Люциус гладил рукой подбородок, о чём-то задумавшись. Раньше Драко всегда считал, что за подобные проступки глава семьи либо вычеркивает провинившегося из рода, либо просто убивает. Но почему-то сейчас подумал о том, что его ошибка может отразиться и на Грейнджер. И этого он хотел меньше всего. — Ты уверен, что она беременна и ребёнок твой? В этот раз его голос звучал успокаивающе, и Драко кивнул. — Абсолютно. Покачав головой, отец подошёл к нему и опустил руку на плечо. — Ладно, теперь поздно ругаться. — Ты даже ничего не сказал про аборт... — Потому что это мой внук. Пусть он и будет полукровкой, но он будущий Малфой, а значит, часть семьи. Драко поражённо смотрел на отца, не узнавая его. Именно этот человек сейчас находился на служении у Тёмного Лорда и носил метку Пожирателя смерти. Именно он учил Драко ненавидеть грязнокровок, а сейчас он говорит такие вещи. Это было поистине поразительно. — Но ты ведь понимаешь, что должен жениться на этой девушке? Это был тот вопрос, которого он одновременно и ждал, и боялся. — Знаю. Это будет правильно. Люциус, казалось, замялся, прежде чем снова спросить его о важном. — Ты уверен, что будешь счастлив в браке с ней? Малфои не разводятся. Драко нахмурился и провёл рукой по лицу. Не это он предполагал услышать от человека, который никогда не ставил на первое место какие-то сантименты. Но, видимо, сегодня тот день, когда прежние устои рушатся, а стереотипы попросту умирают. — Не знаю, — честно ответил он.

***

Когда они вошли в столовую, сердце Гермионы остановилось. Она встала, заметив в руках Драко какую-то коробочку. Не успела она осознать, что происходит, как он встал перед ней на колено и распахнул ту самую коробочку, в которой поблёскивало кольцо с огромным изумрудом посередине. Очевидно, оно принадлежало к семейной реликвии, потому что всё в нём кричало о древности и богатстве рода Малфоев. — Грейнджер... Гермиона, ты выйдешь за меня замуж? — тихо спросил Драко, смотря ей в глаза. Она не знала, что ответить. Разумеется, её ответ должен быть положительным, ведь она беременна от него, но ей было страшно. Вся её жизнь перевернулась с ног на голову, а теперь она носит в себе ребёнка, которого и близко не планировала. Более того, он от того человека, которого она с трудом могла переносить. Какая тут уж свадьба. Но выбора не было. И Драко тоже это понимал, потому что в его глазах стоял такой же страх неизвестности, как и у неё. И только из-за этого она ответила согласием. — Да, я выйду за тебя. Он встал, надел кольцо ей на безымянный палец и неуклюже сжал руку, бросив непонятный взгляд на родителей. Гермиона смотрела на дорогое украшение на своём пальце, гадая, что же теперь ждёт её дальше. Весь это день напоминал какой-то плохо написанный сценарий. Всё происходило до такой степени быстро, что казалось, кто-то выкинул из этой истории целый кусок, но потом она поняла, что так обычно всё и случается, когда не думаешь о последствиях и том, как они могут отразиться на твоей жизни. Гермиона смотрела на семейство Малфоев, частью которого почти стала, и на удивление не испытывала омерзения или того же презрения. Она видела на их лицах печальное принятие и невольно представила, каково сейчас им. Наверняка они, мягко говоря, недовольны тем, как Драко испортил свою жизнь. Разумеется, о ней никто не думал, но что-то в глазах Нарциссы подсказало ей, что она действительно понимает. Несмотря на то, что она приняла новость о её беременности чересчур быстро, это не делало их подругами по несчастью. Ни в коем случае. Но Нарцисса верила ей. Это бросалось в глаза. И именно этот момент стал для Гермионы в чём-то поворотным. Судьбоносным. Потому что она увидела, что Малфои не такие снобы и монстры, какими она всегда их представляла. Но, как бы то ни было, теперь она может попрощаться с прошлым. Больше ничего не будет по-прежнему.

***

Гермиона с трудом смогла оторвать взгляд от своего отражения. Она провела рукой по юбке белоснежного платья, заставляя себя осознать, что это она, а не кто-то другой. Это она выходит замуж за Драко Малфоя. Разглядывая себя в зеркале, она вспоминала, как они с Драко рассказали её родителям о беременности и свадьбе. Её отец был, мягко говоря, в шоке. Казалось, он вполне был способен убить Малфоя, но сдержался. Её мама отнеслась к этому немного проще, но потом, когда они остались наедине, потому что отец позвал Драко в другую комнату поговорить, она задала, наверное, самый сложный вопрос в её жизни. — Дочка, ты любишь его? Гермиона тогда соврала. Сказала, что конечно, но внутри всё перевернулось в тот момент. Она хотела бы, чтобы врать было легко, но, увы. Ей казалось, что её сердце застыло, не в силах сделать новый толчок, потому что она так бессовестно лгала, смотря матери прямо в глаза. И всё из-за того, что она не смогла сдержать свои гормоны. Она тяжело вздохнула. Ей нужно было выходить. Родители Драко вряд ли оценят её задержку, к тому же им явно тяжело находиться с её семьёй в одной комнате, не пытаясь оскорбить их. Закрыв глаза, она прижала руки к животу. Повернувшись боком, Гермиона смотрела на свой пока ещё плоский живот, поглаживая его. Её платье было до колен, с закрытыми плечами и длинными рукавами. Его она выбрала специально, чтобы Нарцисса Малфой не успела раскритиковать её вкус. Когда они зашли в один из бутиков в Косом переулке, решая выбрать ей на церемонию наряд, она ткнула в первое попавшееся платье белого цвета, с ужасом представляя примерку на пару с Нарциссой. Хотя всё прошло относительно нормально, если забыть о том, что Гермиона случайным образом залетела от её сына, который, как и она, не смог вспомнить о важности предохранения. Да, всё было прекрасно. Оставалось только поверить в это самой. Вздрогнув от стука в дверь, она быстро натянула на лицо улыбку. Аккуратно открыв дверь, Драко вошёл в свою комнату, где она и подготавливалась к свадьбе. — Грейнджер, — Драко подошёл к ней и поднял ладонь, чтобы поправить её волосы, но, видимо, передумал и спрятал руки в карманы брюк. — Всё нормально? — Да, — она кивнула. Драко замялся. Он медленно достал из кармана пиджака небольшую коробку и поднял крышку. Гермиона ахнула. Перед ней были прекрасные длинные серьги с сапфирами. Она захотела к ним прикоснуться, но в последний момент посмотрела на Драко, не зная, можно ли это сделать. Он кивнул, и она робко провела кончиком пальца по маленьким камням, которые напоминали глубокий океан. — Это?.. — Это серьги моей прапрабабушки. Она получила их в подарок от моего прапрадеда, и с тех пор их передавали из поколения в поколение. Драко отдал ей в руки коробку с украшением и снял её жемчужинки. Она старалась не дышать. Пока он надевал на мочки её ушей семейную реликвию, Гермиона гадала, что стоит за этим поступком. — Моя мама должна была отдать их тебе, — закончив, сказал Драко. — Но она... — Я понимаю. Она старалась, чтобы это действительно было так, но обида уже зародилась в груди. Конечно, глупо надеяться, что его семья когда-нибудь её примет. Это маловероятно. Скорее весь мир перевернётся. Драко подал ей руку, чтобы она обхватила его предплечье, внимательно смотря ей в глаза. Гермиона улыбнулась, — почти искренне — и они вышли из комнаты, начиная спускаться на первый этаж, где их ждали родители. Сама свадьба прошла как в тумане. К ним из Министерства отправили работника, который принёс все необходимые документы и расписал их. Разумеется, не было громких клятв и обещаний. Они лишь выразили своё согласие на брак, а потом в молчании поужинали, отмечая праздник. Праздник... В это трудно было поверить. Гермиона редко представляла свою свадьбу, но она никогда не могла подумать, что этот день будет таким мрачным и оглушающим. Ей казалось, что она будет счастлива. Казалось, что её жених будет крепко держать её за руку и шептать на ухо слова любви. Но всё вышло иначе. Поднимаясь в комнату Драко, она волновалась касательно брачной ночи. Они ведь не должны... Или должны... Открыв дверь, он пропустил её вперёд. Она ощутила, как дыхание перехватывает. Драко остановился за её спиной и притянул к себе для объятий. Гермиона поняла, что не шевелится. Её тело было напряжено. Оно словно превратилось в камень. — Малфой, я… — Грейнджер, я понимаю, что... — он осёкся, подбирая слова. — Я знаю, что это сложно, но нам нужно закрепить брак. Иначе он не будет считаться официальным. Она ахнула. Это было какое-то издевательство. Естественно, когда они в прошлый раз занимались сексом, ей понравилось. Она не страдала и наслаждалась происходящим, но сейчас всё выглядело как принуждение. Она обернулась, закусив губу. Гермиона не понимала, как ей реагировать и что делать. Стоя напротив Драко, она могла лишь думать о том, каким он был во время их прошлого секса. Он был таким отдающим. Таким отзывчивым и внимательным. Значит ли это, что она должна дать ему шанс? Драко провёл пальцем по её щеке, наклоняясь к ней. Гермиона закрыла глаза, ожидая поцелуй, но он так и не случился. Распахнув веки, она увидела ожидание, написанное на его лице. — Я не стану, если ты не хочешь, но... Он выглядел неуверенно, поэтому она решила сделать первый шаг. Нежно прикоснувшись к его губам своими, Гермиона отстранилась. Ему не нужно было повторять дважды. Драко наконец-то поцеловал её, притянув к себе, вписав в свою грудь. Она помогла ему стянуть пиджак, отбрасывая тот в сторону. Драко мягко толкнул её назад, заставляя сесть на край огромной кровати. Гермиона наблюдала за ним, пока он снимал галстук и расстёгивал рубашку. Она сглотнула, зная, что не стоит бояться, но почему-то ей было немного страшно. Заметив, что она кусает губы от волнения, он помог ей подняться на ноги и снова повернуться к нему спиной. Потянув молнию вниз, Драко позволил платью упасть к её ногам, давая своим глазам разглядеть тело Грейнджер. Она была очень красива. Гермиона открыла рот, чтобы попросить его отвернуться, понимая, что это глупо, но Драко медленно опустил её на кровать, нависнув сверху. Глядя ему в глаза, она представила, что у их ребёнка будут такие же. Этого ей захотелось очень сильно. В этот самый момент. Драко замер в миллиметре от её губ, отчего она почти возненавидела его. Решив больше не бояться, она вновь поцеловала его, зарываясь пальцами в мягкие волосы на затылке, позволяя ночи спрятать их тела, переплетённые между собой. И пусть всё остальное подождёт.

***

Открыв глаза, он сразу почувствовал, что у него на груди лежит голова Грейнджер. Его рука запуталась в её кудрях, а плечо немного ныло из-за не очень удобного положения. Драко хотел было встать, но она что-то пробормотала и закинула ногу ему на бедро, полностью подчинив себе. Он и подумать не мог, что Грейнджер снова подпустит его к себе. Конечно, секс был необходим для закрепления брака, но она выглядела такой испуганной, когда он сказал об этом, что ему показалось, что сейчас она просто ударит его по лицу и разорвёт их связь. Гермиона была робкой, но отдающей любовницей. Вроде бы она не делала ничего сверхъестественного, но секс с ней был горячим и непристойным. Драко не помнил, когда в последний раз получал такое удовольствие от секса. Разумеется, у него были разные девушки, но такая, как Грейнджер, впервые. Это и пугало, и вызывало странное чувство собственничества. Ему хотелось обладать ею. Чтобы она была только его. Драко провёл рукой по её волосам, задаваясь вопросом, что именно она чувствовала к нему. Наверное, ей было всё ещё страшно, потому что их отношения не были нормальными или хотя бы понятными. Ему самому хотелось поговорить с ней, чтобы выяснить, но найти подходящие слова вечно не получалось. Да и времени особо не было. С тех пор, как они рассказали своим семьям о беременности, их почти не оставляли наедине. Драко решил, что дождётся её пробуждения и сам начнёт волнительный разговор. Гермиона ещё спала, когда в его окно постучала сова. Он постарался максимально аккуратно отодвинуть от себя девушку и поднялся на ноги. Открыв окно и приняв запечатанный конверт, Драко смотрел, как птица удалялась от него, не решаясь узнать, от кого пришло письмо. Медленно распечатав конверт, он принялся водить глазами по строчкам, испытывая смешанные эмоции от прочтения. — Что там? — неожиданно разорвал тишину голос Грейнджер, отчего Драко вздрогнул и посмотрел на неё. Она сидела в его кровати, со спутанными волосами, прикрываясь одним одеялом. Драко подумал о том, что она очень красива, но почему-то ему было неловко говорить такие вещи. Он опустил глаза на письмо в своих руках, прикидывая, сказать правду или нет. — Это Пэнси, — вырвалось у него против воли. Почему-то он не смог соврать. — Она не понимает, куда я пропал и хочет знать, всё ли у нас в порядке. Гермиона приоткрыла рот, не находя слов. Она совсем забыла о Паркинсон и о том, что она была девушкой Малфоя. Грейнджер сглотнула обиду, внезапно почувствовав себя невероятно голой. — Видимо, она переживает, — её голос дрожал, и она прокашлялась. — Конечно, переживает, ведь вы же столько времени вместе. — Мы не вместе, — удивлённо сказал Драко, наконец-то замечая перемену в её настроении. — И никогда не были. — Но... Вы же... — Грейнджер, мы просто спали вместе, — он улыбнулся, осознавая, что она или ревнует, или испытывает смешанные эмоции по поводу того, что у него может быть девушка. — Она, разумеется, всегда думала, что происходящее между нами когда-нибудь выльется в свадьбу, но я ей ничего не обещал. — И теперь ты женат на мне, — тихо проговорила Гермиона, ощущая, как облегчение размеренно затапливает её сердце. — И теперь я женат на тебе, — повторил Драко, садясь на кровать рядом с ней. Её рука лежала в миллиметре от его. Малфой неуверенно коснулся её ладони, а потом переплёл их пальцы, заглядывая ей в глаза. Гермиона закусила губу, из-за чего он снова захотел опрокинуть её на спину и заняться сексом. — Я не буду изменять тебе, — Драко говорил спокойно, но что-то в его словах заставило её слушать более внимательно. — Я считаю, что изменяют лишь слабые люди, которые не способны сдерживать свои обещания. Мне всегда казалось, что так поступают только трусы. — Но наш брак... Мы оба понимаем, что он заключён не по любви. — Но он может стать чем-то большим. Гермиона удивлённо смотрела на него, никак не ожидая от него подобного заявления. Драко криво улыбнулся, поглаживая её ладонь. — Грейнджер, я понимаю, что наши отношения всегда были далеки от идеала, но мы можем попытаться... пойти навстречу друг другу. Не знаю, что ты думаешь о моих родителях, но они вырастили меня с мыслью, что дети должны расти в любви. Или хотя бы в уважении между родителями. Драко опустил глаза, сосредоточив внимание на её животе. — Я не виню этого ребёнка. Он ни в чём не виноват перед нами. И мне бы хотелось, чтобы ты его полюбила... — Я люблю его! — горячо возразила Гермиона. — Пусть он и появился совсем не так, как можно было ждать, но я очень люблю его и жду. Как ты мог думать иначе? — Это ведь мой ребёнок, — он пожал плечами. — А меня ты всегда ненавидела, вот я и решил... — Ненависти не было, — она перебила его. — Да, ты здорово меня раздражал и злил, но чаще всего я просто забывала о тебе, как только ты исчезал из поля моего зрения. — В таком случае, — он запнулся, поднимая на её глаза, в которых застыл вопрос, — мы можем попробовать? Попробовать построить что-то?.. — Что-то вроде семьи? — Гермиона робко улыбнулась. Драко кивнул, усмехнувшись. — Да, что-то вроде семьи. Гермиона потянулась к нему и поцеловала в уголок губ. Драко притянул её к себе, помогая ей забраться к нему на колени. Целуя Грейнджер, он по какой-то неведомой причине чувствовал покой и умиротворение. Это было сложно объяснить, но ему хотелось остановить время и застыть в этом моменте. Гермиона отвечала на его поцелуи, понимая, что её жизнь не закончена. Она видела страсть и что-то ещё в глазах Драко, поэтому больше не боялась того, что чувствовала сама. В груди быстро билось сердце, которое начало понимать всё раньше, чем её мозг. Оно тянулось к нему. Драко резко остановился и заглянул ей в глаза. — Что?.. — Кто-то идёт, — он дождался, пока она слезет с него и встал, прислушиваясь к тому, что происходит в коридоре. Стук в дверь рассёк тишину, и они оба вздрогнули. — Да? — Драко, вы уже проснулись? — спросила Нарцисса по ту сторону двери. — Да, а в чём дело? — Приводите себя в порядок и спускайтесь. У нас гости. Нарцисса быстро ушла, будто её и не было. Драко нахмурился, пытаясь отгадать, кто мог посетить их в субботнее утро, но никто не приходил в голову. Он бросил слегка настороженный взгляд на Гермиону и постарался не паниковать раньше времени. Гермиона всё поняла и, закутавшись в одеяло, побрела в ванную, по пути мягко коснувшись плеча своего мужа. Опустив руки на раковину, она посмотрела на своё отражение в зеркале и заметила, что её глаза необычайно ярко блестят. Хоть ей и было неловко, она откровенно наслаждалась тем, что происходило между ней и Драко. Да, ещё много нерешённых вопросов, но они смогли поговорить и решить некоторую часть их проблем. Она улыбнулась, вспоминая его руки на своём теле, и залезла в душевую кабину, чтобы привести себя в порядок после бурной ночи. Почувствовав странное ощущение на ноге, она опустила голову и ахнула. Её бёдра были в крови. — Драко! — с ужасом крикнула Гермиона. Быстро замотавшись в полотенце, она услышала щелчок открывшейся двери, а потом в глазах потемнело и всё померкло. — Грейнджер!