Жизнь в штормовом цвете/Life in Storm green color

      – Что?.. Ребят, там моя бабушка.       Эйвери и Розье тут же остановились. Долохов покрутил головой, не понимая, кого Маргарет имеет в виду.       – Вон та, со шляпой соловья, что ли?       – Нет… На доске.       Близ «Трех метел» стояла информационная доска, на которой крепились всякие объявления, листовки и важные ориентировки. Как во сне, не отдавая себе отчета, Маргарет приблизилась к ней, протянула руку и… сорвала небольшой плакат, на котором красовался портрет ее бабушки. Клотильда глядела на нее грозно, как на врага.       – «Разыскивается опасная преступница, – прочитал Долохов вслух. – …По обвинению французского Министерства магии. Допустимо применить физическую силу, вплоть до угрозы жизни?..» Твоя бабка, Марго, что – Пожирательница смерти?       – Нет! – в ужасе возмутилась она.       – Ну, убийство при задержании допускают сейчас только при поиске Пожирателей, – подал голос Эйвери.       Она хотела разорвать листовку и так сильно сжала ее, что та затрещала. Долохов перехватил ее руку и сказал, что это может быть «важный документ» и уничтожать его нельзя.       – Может, лучше спросить твою бабушку лично? – предложил Розье.       – Я бы с радостью, но она не отвечает на мои сообщения. Не понимаю, в чем причина.       – А вдруг ее уже задержали? – спросил Розье.       – Если она известная преступница, в «Пророке» бы написали о ее задержании, – возразил Эйвери. – Марго, а вдруг вашу переписку читают?       – Что? – с непониманием ответила Маргарет. – Кто-то может читать личную переписку в сети?       – А ты не знала? – поразился Эйвери. – В некоторых случаях доступ к личной переписке может запросить Министерство. Возможно, поэтому твоя бабушка молчит?       Страшные предсказания юношей испугали ее. Она поспешно сунула листовку в карман и, будто так прерывая разговор, зашагала ко входу в паб.       В шумном пабе с низким потолком и плохим освещением было теперь не протолкнуться. Розье своим мрачным видом спугнул нескольких робких третьекурсников из Пуффендуя, и наконец компания смогла сесть у окна с видом на грязную весеннюю улицу.       – Хочешь выпить покрепче, Марго? – спросил Долохов.       – Нет. Лучше горной воды.       – Фу, какая ты скучная. А мы пьем огненный виски и не пьянеем.       – И в чем тогда смысл, если не пьянеете? – возразила она.       Пока Долохов отправился за напитками, Маргарет открыла магическую ленту.       JPotter (Джеймс Поттер): «Кто скупил все медовые ириски в “Сладком королевстве”? Это любимая сладость Лили. За что вы так?»       DogDog (Сириус Блэк): «Мадам Розмерта прекрасна сегодня, не находите?»       FrankL (Фрэнк Лонгботтом): «А что с каналом “Пророка”? У меня одного все поломалось?»       MarlenM (Марлен Маккиннон): «Я совсем не могу в него зайти с утра, не отображается просто. Может быть, сбой? Кто-то подписан на бумажный “Пророк”? Вам он пришел сегодня?»       Trell (Сивилла Трелони): «Чувствую, что газету постигла страшная участь»       DailyProphet (Ежедневный Пророк): «ПнлтРошдсЕилдюКслдб358;#’+*3»       – У вас так же, ребят? Это что?       – Тайный шифр, – с насмешкой сказал Розье.       – Чей-то кот получил доступ к волшебной палочке, – добавил Эйвери.       Долохов принес им стаканы. Все, кроме Маргарет, пили алкоголь.       – А в Британии есть другие новостные каналы? – поинтересовалась Маргарет.       – Да сдались тебе новостные каналы? – возразил Долохов. – Лучше садись ко мне на колени, это интереснее.       – «Новости волшебного мира» есть, – вместо него ответил Эйвери. – И американский «Нью-Йоркский призрак» пишет еще и о Британии. Тебе сейчас нужно это читать?       – Ты хочешь узнать, что с твоей бабушкой? – спросил Долохов, сменив тон на более дружелюбный.       – Я всего лишь хочу прочитать новости. Я журналист, забыл?       – У Розмерты за спиной тоже обклеено все твоей бабушкой, – сообщил Долохов. – Похоже на то, что ее очень хотят поймать.       FoxyMargo: «Уважаемые студенты, пожалуйста, напишите мне, получили ли вы сегодня выпуск “Пророка” по почте. Также сообщите, пожалуйста, есть ли у вас доступ к постам “Пророка” в магической сети. Спасибо за помощь»       NWW (Новости Волшебного мира): «Министерство магии Британии усиливает меры безопасности вокруг Азкабана после серии побегов заключенных, подозреваемых в связи с Волан-де-Мортом»       NYphantom (Нью-Йоркский призрак): «Министерство магии Британии провело экстренное заседание из-за сообщений о растущей активности Пожирателей смерти вблизи Хогсмида»       NWW (Новости Волшебного мира): «СРОЧНО: Министерство магии ужесточает меры безопасности в Косом переулке. Покупателей просят сохранять осторожность»       – Давайте лучше уйдем, – неуверенно заговорила Маргарет. – В Хогвартсе поспокойнее как-то.       – Ты думаешь, Пожиратели смерти так и заявятся в «Три метлы»? – с веселым смехом спросил Розье.       – Я не хочу проверять.       – Да не бойся, они нас не тронут, – с легкой улыбкой заявил Долохов.       – И это я тоже не хочу проверять.       – СМИ всегда все драматизируют.       – Ага, Министерство изображает, что работает – смешно.       – Да не бойся, мы тебя спасем. Заслоним, так сказать… если ты понимаешь, о чем я, детка.       В итоге уходить они отказались. Пока Маргарет написывала знакомым своей бабушки, Эйвери, Розье и Долохов бодро выпивали. Конечно, с раздражением подумала Маргарет, им-то чего бояться, ничто не помешает им перейти на сторону Пожирателей, если те явятся в Хогсмид прямо сейчас. Глупости, Маргарет! Никто сюда не явится! Держи себя в руках, как учил Снейп.       Наконец, уже порядком набравшиеся, юноши вывалились из паба и пошли в сторону Визжащей хижины. Маргарет шла за ними, опасливо посматривая по сторонам. Дорога петляла между деревьями, все дальше они отходили от домов и других студентов. Еще один поворот – и деревья их заслонят, их не увидят из Хогсмида, если что-то случится.       Глупости, Маргарет, что может случиться?..       «У меня не открывается. Совсем. Старых постов тоже нет» – «Я вижу вчерашние посты, а в новых набор букв какой-то. У кого так же?» – «Это сбой или что? В семь утра тоже не открывалось»       Стало очень тихо. Маргарет не заметила, как остановилась, чтобы прочитать сообщения. Юноши ушли далеко, решив, должно быть, что она не потеряется – все равно же дорога одна.       «Печать “Пророка” и обновление канала в магической сети приостановлены без объяснения причин»       Бабушкин источник!       Справа от нее раздался треск – словно кто-то ступал по промерзшей земле. У Маргарет перехватило дыхание. Она боялась пошевелиться, не то что посмотреть, кто там. Это просто олень… или лиса… или собака! Это просто собака… Это Сириус Блэк расхаживает в обличии собаки!       Треск прозвучал ближе. Теперь она различила – это человеческий шаг. Не собака. Не олень. Даже не оборотень. А человек. Кто в здравом уме будет прятаться за деревьями и наблюдать? Дыхание сбилось – усилием воли она его успокоила. Тише, тише, дыши, Маргарет. Сделай вид, что листаешь магическую ленту. Вот так… сейчас!       Она резко развернулась и бросила оглушающее заклинание в сторону звука. Кто-то из-за деревьев отбил его в Маргарет, и она от неожиданности едва не пропустила удар. Решив, что можно не церемониться, она стремительно рассекла воздух палочкой. Потом, когда человек отбил заклинание, она не дала ему передышки, а себе – времени, чтобы уклониться от прошлой атаки. На этот раз ее противник не успел среагировать, а она, упав на землю, чудом избежала собственного отрикошетившего заклинания.       – Ты рассеяна, но, признаю, неплоха, – сказал Снейп и подал руку, чтобы помочь Маргарет встать.       – А ты спятил! Я едва не померла от страха!       И она сунула ему под нос неутешительные новости.       – Не могу сказать, что я расстроен, – пренебрежительно сказал Снейп.       – А если бы я не успела среагировать, то что тогда?       – Ты всегда должна быть готова к битве, – возразил Снейп. – Каждый час, каждую минуту. Ты должна ждать нападения от каждого прохожего, знакомого и близкого.       – Это уже какая-то паранойя, – возразила она. – Не собираюсь я таким заниматься.       – Тогда ты быстро умрешь.       – Ну и пусть! – язвительно крикнула Маргарет и ускорила шаг, чтобы догнать остальных. – Главное – чтобы безболезненно.       Она оглянулась и помахала, чтобы он шел за ней. Снейп после колебания послушался.

***

      FoxyMargo: «Важное объявление! Вы могли заметить, что сегодня вам не пришел “Ежедневный Пророк”. Канал “Пророка” не обновляется в магической сети на данный момент. Из своего источника я получила информацию, что “печать “Пророка” и обновление канала в магической сети приостановлены без объяснения причин”. Я постараюсь по возможности публиковать актуальную информацию. Пожалуйста, не разносите новости, если вы не уверены в их достоверности. Это очень важно»       Школьников мало заботило, что случилось с «Ежедневным Пророком». Вечером, возвратившись в Хогвартс, они обсуждали новую партию сладостей из Италии (эксклюзив в «Сладком королевстве»), атласную золотистую мантию мадам Розмерты и приемы обмана комиссии на ЖАБА, которые почерпнули в магазине магических проделок. Семикурсникам пришлось засесть за книги сразу после Хогсмида. Когда младшие школьники радовались и шумели, старшие злобно шипели на них, а если те не слушались, громко ругались.       Маргарет внезапно заплакала за домашней работой по трансфигурации. Эйвери стал ее успокаивать, наколдовал ей чай и говорил, что поможет ей закончить, если Маргарет за сегодня не справится. Она же вслух жаловалась, что у нее ничего не получается и она никогда не сдаст ЖАБА.       – Я лучше сразу уйду из школы, – повторяла она, позволяя Эйвери гладить ее по голове.       В глубине души она понимала, что не ЖАБА и проклятая Макгонагалл с ее предметом заставляют ее плакать. Просто слишком многое на нее навалилось, и нервы сдавали в самый неудачный момент. Воспоминания о Крауче, который лапал ее под одеждой, мертвый «Дамблдор», Амбридж, которая ее избивала, а теперь бабушка, странные новости, новая ответственность… а что делать после школы? Она не хочет быть взрослой, не хочет! От осознания, что через три месяца ей придется самой распоряжаться своей жизнью в страшном взрослом мире, Маргарет заплакала еще сильнее.       – Я хочу быть… как сейчас, – тихо призналась она.       Она не знала, понял ли ее Эйвери. Он молчал, но бережно гладил ее по голове, позволяя почувствовать себя в безопасности.       И Снейп, конечно, как она позабыла?       Ближе к ночи, когда Снейп подошел к ней и спросил о занятии, она честно сказала:       – Я не могу, у меня совершенно нет сил.       – Ответ не принимается, – сухо заявил он, словно она сказала что-то невозможное.       – Я устала, – пояснила Маргарет с раздражением. – Я знаю, что мы договаривались, но… У меня просто нет сил, понимаешь?       – Нет, не понимаю.       Она впилась пальцами в подлокотники кресла, чтобы сдержаться.       – Я написала сегодня две большие работы. Я хочу спать. Завтра занятия. И сегодня ты меня уже тренировал – там, в Хогсмиде.       – Зачем ты оправдываешься? Пойдем заниматься. Мы договаривались.       Так, успокойся, не смей кричать на него, Маргарет.       – Я не у тебя в рабстве, – четко сказала она и встала.       – А разве противник спрашивает тебя, хочешь ли ты драться? – насмешливо спросил Снейп.       – Нет, но…       – Противник спросит тебя, как ты себя чувствуешь?       Понимая, что он прав, но не желая уступать, Маргарет решила пройти мимо него – в спальню (и пусть только попробует догнать ее на лестнице). Но Снейп жестко схватил ее за предплечье и потянул на себя.       – Полегче! – выпалила она и попыталась вырваться.       – Мы идем заниматься, – холодно сказал Снейп. – Это не обсуждается. Не заставляй меня причинять тебе боль.       Нет, не трогай меня, нет! Она вырвалась и замахнулась, желая дать ему пощечину. Снейп не стал отталкивать ее в этот раз. Он смотрел на нее столь спокойно, что ей стало неловко. Маргарет опустила руку и отвернулась.       – Я очень устала, – прошептала она.       – Я знаю. Все устали. Но…       – Ты не знаешь, что я чувствую! Тебе наплевать!       Снейп глубоко вздохнул и ответил:       – Научись наконец держать себя в руках. И не устраивай сцен.       Чтобы он уже отстал от нее, Маргарет сама пошла в «амфитеатр», где ее уже ждали Долохов и Нарцисса. «Что мы делаем, Марго?» – «Марго, я… чувствую… умиротворение» – «Можно… тебя обнять?»       – Не расслабляйся, – сказал за ее спиной Снейп.       Она еле волокла ноги вниз, на «арену». Долохов встал и смотрел на нее со своего места. Внезапно он вскинул палочку и бросил в Маргарет незнакомое невербальное заклинание. Она не успела бы вытащить свою палочку. Вместо этого она наклонилась и быстро проехалась по последним ступенькам – было так больно, что она чуть не потеряла сознание.       – Тони, отстань! – воскликнула Маргарет тут же.       Долохов проигнорировал это. Не успела она встать на ноги, как он бросил в нее то же заклинание – ослепительная фиолетовая вспышка пролетела в нескольких сантиметрах от Маргарет. Она перекатилась по полу и наконец встала, чувствуя себя загнанным на охоте животным.       – Что это? – выпалила она. – Как его отразить?       Долохов молчал. Издали Маргарет увидела, как притягательно блестят его красивые глаза – сильно, почти маниакально, словно он упивался возможностью ее победить. Из последних сил она бросила в него заклинание, но Долохов отбился без всяких усилий. Он наступал на нее, любуясь ее слабостью, а Маргарет, уставшая физически и морально, более всего желала ему сдаться – и пусть Снейп говорит, что ему хочется. Новую фиолетовую вспышку она кое-как отбила, но Долохов не позволил ей передохнуть.       Заклинание попало ей в живот – и что-то в нем страшно разорвалось. От сильнейшей боли в своей жизни Маргарет сразу упала на колени. Она лихорадочно полезла под одежду, чтобы найти рану, увидеть кровь, понять, что с ней – но тело не изменилось, крови не было, только прикасаться к животу было пыткой.       – По-по-помогите…       – Встать!       Над ней стоял Снейп.       – Я… я… не могу…       – Можешь.       – Нет… пожалуйста…       – Северус! – возмущенно закричала Нарцисса.       – Замолчи, Цисси, я не с тобой говорю. Вставай, Фокс. Вставай!       Маргарет протянула к нему руку, но Снейп отступил.       – Вставай без моей помощи.       – Не… могу…       – Можешь. Вставай!       Это было ужасно. Она оперлась на пол, попыталась встать – и снова чуть не упала. У нее невольно вырвался всхлип – так было больно.       – Молчать, – сказал Снейп.       Кое-как, превозмогая сильную боль, она встала на ноги, но выпрямиться уже не смогла. В животе словно была огромная рана, а внутри шевелились металлические осколки.       – У тебя пять минут, – крикнул Долохов с другого края «арены», – потом действие станет необратимым.       Маргарет понимала, что хочет от нее Снейп, но не могла больше бороться. Она схватилась за живот, будто он грозил вот-вот разорваться – сейчас из него посыпятся органы…       – Сражайся! – Снейп стоял над ней и говорил отвратительно жестким тоном.       Она нацелилась сквозь пелену ужаса – в Долохова. Невербальное заклинание вылетело, но тот изящно отбил его в стену.       – Ты жалеешь себя! Не смей жалеть себя! Враг тебя не пожалеет!       – ХВАТИТ!       Кто-то очень большой бежал вниз по ступенькам.       – ХВАТИТ! ЧТО ВЫ ТВОРИТЕ?       Долохов немедленно бросился к Маргарет и зашептал контрзаклинание. Невыносимая боль ушла, осталась лишь сильная слабость, из-за которой она пошатнулась.       – Вы, Снейп, перешли грань! – кричал Слизнорт, непонятно зачем появившийся здесь посреди ночи. – Наличие дуэльной не означает, что вы имеете право… Хватит издеваться над девочкой!       – Я… все нормально, – пролепетала Маргарет, которую Долохов бережно усадил.       – Мисс Фокс, в Больничное крыло, срочно!       – Нет-нет, я…       – Профессор, – бархатным тоном заговорил Снейп, – мы не совершили ничего противозаконного. Мисс Фокс подтвердит, что все происходящее было с ее полного согласия.       – Да-да, – слабо ответила Маргарет.       Но Слизнорт, решивший, что над ней издеваются за ее происхождение, этому не поверил.       – Снейп, вы пойдете со мной в кабинет! Я не потерплю дискриминации на своем факультете!       Слизнорт разгневанно развернулся и пошел вверх, к выходу из «амфитеатра» и гостиной. Снейп нехотя зашагал за ним, как на привязи.       Когда он вернулся от декана, Долохов и Нарцисса уже отправились спать. Маргарет лежала на диване в гостиной, укрывшись с головой одеялом.       – Я буду месяц убираться у Слизнорта каждое воскресенье, – доложил Снейп, сев в ногах у нее.       – Ясно.       – Ты как? Тебе нужно в Больничное крыло?       – Нет.       Она сбросила с головы одеяло.       – Что это было?       – Любимое заклинание Долохова. Он сам его изобрел. Разрывает внутренние органы. Отменить действие можно, но время ограничено.       – И… ты позволил Долохову… разорвать мне внутренние органы?       Снейп встал и отошел – возможно, чтобы не смотреть ей в глаза.       – Ты слишком жалеешь себя. – Он уже говорил это раньше, а теперь повторил вновь. – Тебя не должно волновать, насколько сильное заклинание применит твой противник. Я знаю заклинания хуже и…       – И применишь их ко мне? – перебила Маргарет с раздражением.       Он тяжело вздохнул и приложил руку ко лбу. Выглядело это так, будто у него внезапно разболелась голова.       – Фокс… ты хотела научиться бороться – я учу тебя бороться. Поверь мне, я отношусь к тебе милосердно. Война страшнее, чем я и мои заклинания.       – Я не хочу больше бороться, – прошептала она. – Хочу, чтобы войны не было – вот и все.       – Хм… значит, все зря. Тебя убьют в первой же битве. Мне будет обидно.       Она бы лучше умерла сейчас, чем призналась ему – и самой себе, – что ее завораживает его мрачная жестокость. Возможно, дело было в том, что его облик и тихий голос не вязались с образом злого, безжалостного человека. И все же он таким был.       – Оставь меня в покое, – сказала Маргарет и отвернулась. – Я буду спать.       – Хорошо.       Но желание, чтобы он был с ней, казалось сильнее благоразумия. Она почти сказала это: пожалуйста, останься, пока я не засну. Но Снейп уже взял сумку и отправился в свою спальню.

***

      – Думаю, проблема в том, что у тебя нет своего фирменного заклинания, – прошептал ей на ухо Эйвери.       Мимо стола Слизерина шли смеющиеся когтевранки. Долохов, что не мог пропустить никого из женского пола, оторвался от утренней яичницы с беконом и с интересом уставился на их стройные ноги. Эйвери насмешливо фыркнул и снова повернулся к Маргарет.       – Я бы советовал выбрать любимое заклинание и оттачивать его до совершенства. Чтобы его сила была настолько…       Розье плюхнулся слева от него и стал ругаться на трансфигурацию – он не успел дописать домашнюю работу. Потом он извлек из сумки работу Снейпа и начал переписать из нее финальные абзацы.       – Что, Снейп разрешил тебе скопировать его работу? – удивился Эйвери.       – Нет, конечно. Я стащил у него, он проспал завтрак. Все будет нормально, я заменяю отдельные слова.       – Марго, а как заказать журнал… тот, что тебе давала твоя бабка? – с тоской спросил Долохов.       – Зачем?       – Нужно. Он мне очень поможет.       – Боюсь, тебе поможет только бром, Тони.       Долохов понял ее шутку и язвительно улыбнулся.       – А что такое бром? – полюбопытствовал Розье.       – Успокоительное, – ответила Маргарет.       – Марго, не отвлекайся. – Эйвери снова наклонился к ее уху, чтобы его не услышали посторонние. – У каждого из нас есть любимое заклинание. Мы доводим его до совершенства. Фирменный трюк. У меня это Трансмогрити.       – Впервые слышу, – призналась Маргарет.       – Это проклятие… м-м-м… изменяет человека, его тело меняется, как у… персонажа из магловских фильмов ужасов. И из-за этого он умирает.       – Это очень больно, ты забыл сказать, – вставил Долохов.       – Да, оно убивает. Его легче использовать в бою, чем… хм… ты понимаешь. Долохов никому не откроет формулу его заклинания, но ты с ним успела познакомиться.       «Любимое заклинание Долохова. Он сам его изобрел. Разрывает внутренние органы».       – У Розье – Конфринго.       – Снейп его упоминал, – сказала Маргарет. – Огнемет, который сжигает жертву.       – А у Беллы любимым был Круциатус. Иронично, не находишь?       – А Снейп?       – Сектумсемпра, конечно, – ответил Эйвери.       – Разумно использовать заклинание, которое изобрел под себя, – объяснил Долохов.       Маргарет нервно улыбнулась. Прошлая она непременно бы выскочила из-за стола и закричала, что не хочет больше иметь ничего общего с Пожирателями. Сейчас же…       – Я могу научить тебя своему проклятию, – с ласковой улыбкой начал Долохов и наклонился к ней через стол. – В обмен на маленькую «жертву» с твоей стороны. Понимаешь, о чем я?       – Не соглашайся, – вмешался Эйвери. – Он так уговорил Беллатрису на секс.       – Неправда, – запротестовал Долохов, – она сама хотела, она не могла устоять передо мной!       – Да брось, все знают! Он ничего не рассказал ей, а когда Беллатриса возмутилась, что ей воспользовались…       – Неправда! – обиженно воскликнул Долохов. – Она меня хотела! Она боялась признаться, что не устояла передо мной, как и остальные!       Они продолжали спорить, когда в «небе» появились совы с газетами и посылками из дома. Школьники повскакивали с мест, высматривая своих сов. На Гриффиндоре, Когтевране и Пуффендуе больше всего ждали новый выпуск «Ежедневного Пророка» – на Слизерине его не читали.       – «Пророк» пришел!       – О, неужели? Они объяснят свое молчание или нет?       Кто-то за столом Гриффиндора испуганно вскрикнул. Студенты, получившие «Пророк», в ужасе переглядывались.       – Пойду посмотрю, что там, – сказала Маргарет и встала.       Перед Сириусом Блэком на столе лежал свежий «Пророк». На его лице отпечаталось омерзение. Джеймс Поттер выглядел растерянным, Лили хваталась за его руку и что-то лепетала на ухо.       – Можно я взгляну? – спросила Маргарет.       – Я не верю! – выпалил Сириус. – Этого не может быть! Ты только посмотри!       – Тише, не кричи, – остановил его Люпин.       – Тише? Ремус, ты себя слышишь?       «Отныне “Ежедневный Пророк” является официальной газетой Пожирателей смерти».       – Это может быть шутка? – К ним подбежала запыхавшаяся Марлен Маккиннон.       – Шутка? – вспылил Сириус. – «Пророк» занялся черным юмором? Ты себя слышишь?       – Сириус, успокойся, – громче сказал Ремус.       Слева и справа студенты начали писать своим близким по магической сети – спрашивали, что творится. Неужели так началась война?       – Не бойся, Лили, – утешал Джеймс. – Министерство даст комментарий. Авроры отвоюют «Пророк». Вот увидишь, Лили…       Маргарет с отвращением швырнула газету на стол и открыла магическую сеть. Ей отвечали информаторы ее бабушки – спасибо, что они от нее не отвернулись. Чем же Клотильда заслужила подобную признательность… или преданность?       FoxyMargo: «ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ! “Пророк” захвачен Волан-де-Мортом и Пожирателями смерти. Пять работников “Пророка” убиты, остальные под угрозой их жизни примкнули к Пожирателям»       – Что? – ошеломленно воскликнула Лили. – Как ты узнала, что Пожиратели убили…       – Пять человек? – спросила Марлен.       – Свои источники, – сухо ответила Маргарет.       Ее ждали за столом Слизерина, но она не могла сделать и шага в его сторону. В животе неприятно заболело – от страха, от волнения? Или она просто вспомнила, как больно ей было от «любимого проклятия» Долохова?