В поисках чего-то важного

Краткое содержание: Когда время работы в «Киннетике» подходит к концу, Джастин возвращается к завоеванию мира искусства и решает потратить некоторое время на изображение своего самого любимого предмета.       — Тейлор!       — Да, Мистер Кинни?       — Могу я поговорить с вами в конференц-зале?       Джастин подавляет смех, услышав решительно официальный тон Брайана. Покинув рабочее место в художественном отделе, он направляется в конференц-зал, где находит Брайана, восседающего во главе стола.       — Вы хотели меня видеть, сэр? — профессиональным тоном спрашивает Джастин.       — Я нуждаюсь в твоих услугах, Тейлор, — равнодушным тоном отвечает Брайан.       — Неужели?       Джастин улыбается, закрывает дверь и ныряет в распахнутые объятия Брайана. После очень долгого поцелуя Джастин тянется к пряжке ремня Брайана. Он удивлен, нет, ошеломлен, на самом деле, когда Брайан останавливает его.       — Не это.       Джастин отбрасывает руку Брайана и снова хватается за пряжку ремня.       — Что может быть лучше, чем доставить тебе удовольствие, дорогой?       — Позже, — смеется Брайан, снова останавливая заигрывающие попытки Джастина.       Джастин хмурится, но Брайан берет его за плечи и разворачивает лицом к огромному столу. В центре лежат три резюме, разложенные в алфавитном порядке. Это претенденты на должность нового креативного директора, которого ищут с прошлого месяца.       — После долгих размышлений мы отобрали трех кандидатов… выбирешь? — просит Брайан, целуя Джастина в макушку.       Это еще более удивительно, чем то, что Брайан отверг предложение о минете.       — Ты хочешь, чтобы я выбрал? — Джастин в шоке смотрит на него.       Брайан кивает.       — Синтия сократила число претендентов с тридцати до двадцати. Потом мы с ней сократили количество до десяти. Мне было очень весело урезать его с десяти до трех, но теперь я застрял.       Джастин хихикая хитро смотрит на босса.       — Может, мне закрыть глаза и ткнуть пальцем?       — Я надеялся на более тщательный подход, — протягивает Брайан, усаживаясь в ближайшее кресло, — ты здесь уже месяц, знаешь команду, знаешь меня… у тебя получится.       — Ладно. — Джастин кивает, хотя чувствует себя немного неловко под выжидательным взглядом Брайан. В конце концов, он только временно входил в роль — просто одолжение партнеру. У него нет никакого опыта в найме или увольнении сотрудников, а это очень важное решение, за которое нужно нести ответственность. Джастин внимательно изучает резюме, вспоминая интервью, в которых участвовал с Брайаном и Синтией. Наконец, тянется к резюме, лежащему посередине.       — Ну, для начала, этот парень должен уйти.       — Почему?       Это как теле-викторина. Джастин почти уверен, что Брайан оставил это резюме в качестве теста. Он строит рожу своему вероломному партнеру, который улыбается и поднимает брови, ожидая ответа.       — Ну, ты любишь рисковать и выжимать максимум. Этот парень, наоборот, слишком ванильный. Универсальный ванильный бренд. У него отличные данные, но портфолио придает новое значение слову «предсказуемый». Ты и недели не протянешь с этим парнем. Он наскучит тебе до слез, — объясняет Джастин.       — Хорошая мысль, — замечает Брайан, — значит, остаются Том или Эллен. Кто из них?       Джастин берет резюме по очереди и пробегает глазами.       — Я бы выбрал Тома. — Решает он после некоторого раздумия. — У него нет такого опыта, как у Эллен, но его деятельность впечатляет. Думаю, что он вполне готов к следующему шагу. И, кажется, сработается с командой.       Брайан берет резюме Тома и задумчиво просматривает его.       — Ты прав.       — Да? — Джастин хмуро смотрит на него. — Не знаю, стоит ли тебе доверять моему мнению. Я-то получил эту работу только потому, что сплю с боссом.       — Верно, — усмехается Брайан, протягивая руку к интеркому и вызывая Синтию.       Она входит и забирает у Брайана победившее резюме.       — Найми Тома. Скажи, что он может начать в понедельник.       — Хороший выбор, дорогой, — улыбается Синтия Джастину.       — Спасибо, Син.       — Она тоже выбрала его, — подтверждает Брайан.       Они снова остаются одни. Брайан вскакивает, и в мгновение ока Джастин оказывается прижатым к столу, а губы Брайана скользят по его губам. Очень чувственно поцеловав Джастина, Брайан обхватывает его лицо руками.       — Куда я тебя сегодня поведу? Куда захочешь, все, что захочешь.       — Как насчет… — Джастин на мгновение задумывается, наслаждаясь тем, как большие пальцы нежно гладят его щеки. — Как насчет ужина и выпивки, а потом поездки в мою студию? Умираю от желания рисовать.       — Звучит неплохо, — Брайан снова целует его, — что собираешься рисовать?       — А ты как думаешь? — Джастин усмехается своей любимой теме. — Готов к очередной модельной сессии?       — Всегда готов, — мурлычет Брайан, его слова пронизаны намеком, — да, кстати, Тейлор, спасибо за помощь.       — В любое время, мистер Кинни. ***       До студии добираются ближе к одиннадцати. Джастин отпирает дверь и слегка спотыкается на входе — напитки, которые они пили за ужином, были крепкими: горло-обжигающими, взглядо-размывающими, сильно-раздражающими-желудок. Джастин обычно не пьет слишком крепкий алкоголь, но сегодняшний заставил почувствовать себя более, чем навеселе.       Он слегка шатается, когда тянется к мольберту. Устанавливает чистый холст, сбрасывает ботинки и замечает что-то летящее через комнату. И вдруг понимает, что это рубашка Брайана, за которой быстро следуют ботинки, носки, брюки и трусы. Джастин оборачивается и смотрит на абсолютно голого Брайана.       — Таким ты хочешь меня видеть, верно? — спрашивает Брайан чрезвычайно самодовольно.       — Таким я всегда тебя хочу, — бормочет Джастин, упиваясь великолепным зрелищем.       — Не собираешься ко мне присоединиться?       — Это же не я позирую, — смеется Джастин.       Брайан выжидательно приподнимает бровь.       — А почему бы и нет? — посмеиваясь, Джастин раздевается до трусов, чем заслуживает одобрительный кивок.       Расставив краски, он берет несколько кистей и засовывает их за резинку трусов, оставляя хвосты торчать наружу. Джастин задумчиво созерцает девственный холст, прикидывая, как разместить композицию. Тем временем Брайан бродит по комнате, явно демонстрируя себя и наслаждаясь каждой секундой дефиле.       — Скажи, где ты меня хочешь?       Это звучит низким, соблазнительным мурлыканьем, пронизанным похотью и предвкушением. Джастину приходится оторвать взгляд от Брайана, чтобы осмотреть комнату. Где ему нужен Брайан? На диване? У окна? Может быть, на одном из табуретов, поставленных посреди студии? Решение — нелегкая задача. По крайней мере, сейчас, когда он застрял в какой-то грязно-серой зоне между легким алкогольным флёром и серьезным опьянением, и Брайан стоит перед ним абсолютно голый и восхитительно выглядящий.       — Хм, — Джастин сглатывает вязкую слюну, изо всех сил стараясь сохранить ход мыслей, — где угодно.       Он зачарованно наблюдает, как Брайан неторопливо подходит к рабочему столу, вскакивает на него и ложится на спину. Естественно, Брайан предпочитает это место любому другому в студии; оно на переднем плане, в центре комнаты, и освещенное прожекторами. Блядь, это практически царственно. Или, может быть, Брайан просто выглядит так. Джастин складывает руки за голову и смотрит вверх.       — Эскизы на потолке? — смеется Брайан.       Джастин поднимает глаза и улыбается.       — Да, э-э, мне не хватало места на стенах.       — Я заметил. Знаешь, для них всегда найдется место дома. Или в «Киннетике».       — Ты действительно хочешь, чтобы мои работы валялись где попало? — спрашивает Джастин, думая о вещах, которые приносил домой или привозил в «Киннетик». Никогда не хватает места для всего. Альбомы для рисования можно сложить довольно аккуратно, но картины? Он постоянно переставляет, ищет способы уместить их все. Естественно, сделать это невозможно. Здесь слишком много картин и слишком мало места. Это должно сводить Брайана с ума… разве нет?       Видимо, нет, поскольку Брайан тихо отвечает:       — Я всегда хочу больше твоих работ.       Румянец разливается по лицу Джастина. Он подходит к мольберту и ставит новый холст, пристально рассматривая Брайана, впитывая каждую деталь: то, как его волосы спадают назад, шелковистые, мягкие пряди слегка переливаются на свету; изящный рельеф грудных мышц и самое запоминающееся — как его глаза медленно обводят потолок, с тихим восхищением любуясь эскизами. Джастин представляет, как ныряет, погружается в эти детали, чувствуя, что вполне может утонуть в них — особенно в этом выражении на лице любимого.       — Значит, возвращаешься к комиссионным? — лениво спрашивает Брайан.       — Да. Кажется, они снова набирают силу… Всю неделю получаю много писем, некоторые из которых выглядят многообещающими, — закусив нижнюю губу, Джастин колеблется, — это здорово, но я не знаю, за этим ли я сюда ехал.       Брайан наклоняет голову набок и встречается взглядом с Джастином.       — А зачем ты сюда ехал?       Джастин улыбается. Брайан, конечно же, знает ответ, но дело не в этом.       — Чтобы проявить свои возможности, выяснить, смогу ли я это сделать. Комиссионные — хорошее напоминание о том, что я на самом деле здесь нужен, и деньги тоже хорошие. Более чем, на самом деле. Но я хочу пойти дальше. И чувствую, что действительно…       Джастин замолкает без особой причины. Было время, когда он чувствовал, что не может поделиться этими вещами с Брайаном, но это было так давно. Теперь Джастин уверен, что может поделиться с Брайаном чем угодно. Так почему же он колеблется? Может быть, просто то, что хочется сказать, кажется слишком серьезным и нависает над ним, пугая своей потенциальной невозможностью.       -… действительно?.. — с любопытством спрашивает Брайан, снова уставившись в потолок.       Очнувшись от своих мыслей, Джастин выпаливает:       — Я хочу достучаться до людей, — набрасываясь на холст с карандашом, продолжает, — искусство было для меня всем, когда я рос. До того как встретил тебя и открыл для себя секс, — при этом они делятся снисходительной ухмылкой. — Искусство было моей главной отдушиной, — Джастин замолкает, вспоминая то время, — это дало мне передышку и утешение… Это поддерживало меня… Заставляло чувствовать связь с людьми. Я рылся в книгах и ходил в галереи, и это каждый раз казалось открытием. Как будто я нахожу людей, которые видят мир так же, как я, или которые могут перенести меня в мир с их точки зрения. Я хочу быть таким же для кого-то.       — Так и будет, — говорит Брайан с предельной уверенностью.       Слова согревают Джастина. Тем не менее, это большие амбиции.       — Это тяжело, — признается Джастин, переводя взгляд с Брайана на холст.       Брайан смотрит на него очень долго. Его глаза темные и серьезные, но в то же время нежные.       — Ты прошел через более жесткие условия.       — Верно, — соглашается Джастин.       Воспоминания о тяжелых временах проносятся над ним, как тень, обдавая холодом. Он уклоняется от ощущения и сосредотачивается на холсте, отдавая всю свою энергию перенесению сцены, развернувшейся перед ним, на холст. И довольно скоро погружается в работу. Теперь это его вторая натура; он знает каждый дюйм тела Брайана так хорошо, что рука движется практически сама по себе. Это почти мышечная память, на самом деле. Джастин с легкостью набрасывает грубое изображение, размышляя о том, что можно сделать, чтобы оно выглядело по-другому. На прошлой неделе он играл со светом, работая над десятками портретов и наполняя каждый из них различным освещением. До этого был одержим реализмом и гиперреализмом и неделями работал над собой, чтобы достичь безумного уровня детализации в своих эскизах. Сегодня вечером… А что будет сегодня вечером?       Джастин оставляет мольберт и отходит в сторону, рассматривая Брайана, пока образ не отпечатывается в сознании. Он потерял счет, сколько раз использовал его в своей работе; в конце концов, Брайан — его самая любимая модель на все времена. Но простой, заурядный рендеринг* не подойдет. Как и Брайан, Джастин любит рисковать. Как только он отказывается от идеи рисовать Брайана, как тот появляется, и решает повеселиться.       После нескольких напряженных минут созерцания, Джастин вспоминает про банки с краской, скопившиеся на табуретках вокруг стола. Вот что нужно этому портрету — цвет. Много-много цвета. Но с чего начать? Какие цвета он должен выбрать? Покусывая нижнюю губу, Джастин мысленно перебирает все возможные варианты. Но ничего ужасно интригующего в воображении не появляется, и он решает использовать более практичный подход.       — Лежи спокойно, — бормочет Джастин, осторожно приближаясь к Брайану, — я хочу посмотреть, какие цвета подойдут тебе больше всего.       Брайан удовлетворенно напевает, оставаясь совершенно неподвижным. Джастин обходит вокруг стола раз, другой, его глаза оценивают длину обнаженного тела. У него все конечности длинные и кожа гладкая… красота. Брайан, в двух словах — прекрасный, во всех отношениях. Джастин улыбается и проводит пальцем от колена к лодыжке, смеясь, когда тот извивается.       — Я сказал, лежи спокойно.       — Тогда не щекочи меня, засранец мелкий.       — Извини, — неискренне бросает Джастин, посмеиваясь.       Он достает кисть из-за пояса трусов, задумчиво разглядывая банки с краской, ассоциируя каждую из них с каким-то воспоминанием. Красный, как губы Брайана после нескольких часов поцелуев. Голубой, как тот свет, что раньше освещал их спальню в лофте. Желтый, как розы, которые Брайан всегда дарит на день рождения. Фиолетовый — богатый и пышный, как в том клубе в Челси, в котором они были три ночи назад, он буквально поглотил их во время танцев. Джастин опускает кисть в краску и восхищается фиолетовым блеском.       — Не открывай глаза, — шепчет он и вскакивает на стол, оседлывая бедра.       Брайан повинуется — его глаза остаются закрытыми, хотя, как только Джастин устраивается на нем сверху, ленивая улыбка растягивает губы. Это непреодолимо; Джастин наклоняется и целует, касаясь его губ, прослеживая изгиб мягкой улыбки языком. Брайан счастливо вздыхает и улыбается еще шире. Бесцеремонно, Джастин берет кисть и проводит ею по груди… Глаза Брайана распахиваются.       — Ты только что?.. — он смотрит вниз на толстую полосу фиолетовой краски, и глаза расширяются от ужаса. — Фу!       — Ты сказал, что я могу нарисовать тебя, — невинно говорит Джастин, размазывая краску по животу Брайана.       Тот хватает его за запястье.       — Я имел в виду на холсте, пизденыш.       — Дорогой, ты и есть холст, — произносит Джастин, мило улыбаясь.       Поскольку Брайан крепко держит его правое запястье, он выхватывает кисть левой рукой и начинает рисовать полосы на проступающих ребрах. Это невинное действие вызывает у того взрыв смеха; Джастин ухмыляется, зная, что это одно из самых щекотливых мест партнера.       — Ах ты, маленький… — Брайан хватает его в охапку и опрокидывает на спину. Отбирает кисть и отбрасывает ее, угрожая: — Я до тебя доберусь.       — Неужели? — Джастин улыбается и облизывает губы. — Что ты собираешься со мной сделать?       Удерживая Джастина прижатым к столу, Брайан смотрит горящим взглядом.       — Закрой глаза.       Джастин с радостью подчиняется. Он так любит быть наказанным, что не может дождаться, что же Брайан приготовил для него на этот раз. Предвкушение нарастает: Брайан удерживает его одной рукой, а другой скользит вниз по груди Джастина твердым и многообещающим прикосновением. Губы прикасаются к его шее, заставляя ахнуть, что вызывает самодовольный смешок. Язык скользит по ключице и Джастин стонет. Он вот-вот задрожит от возбуждения. Поцелуи уходят ниже, ниже и ниже, пока губы Брайана не касаются бедра. Джастин так поглощен этим ощущением, что едва замечает, как руки отпускают его и краска выплескивается на грудь.       — Какого хрена?!       Он открывает глаза и видит торжествующую ухмылку Брайана, держащего в руке банку, с которой все еще капают густые желтые капли. Они разбрызгиваясь падают на грудь Джастина, которая целиком покрыта растекающейся краской. Брайан начинает хихикать с дьявольским ликованием и Джастин использует эту возможность: его руки свободны, и в пределах досягаемости есть множество красок. Он хватает индиго и выплескивает в Брайана. Она приземляется брызгами, которые живописно ложатся от шеи до члена. Джастин хохочет, согнувшись пополам, видя, как рот Брайана открылся в крайнем возмущении.       — Я похож на гребаный тест Роршаха! ** — восклицает он, глядя на брызги.       Джастин напряженно всматривается в месиво краски цвета индиго.       — Я вижу… два парня трахаются.       — Что еще ты, блядь, мог разглядеть? — бормочет Брайан, но сквозь недовольство просвечивает намек на смех.       — Они вроде как похожи на нас, — усмехается Джастин.       — Естественно, — разражается смехом Брайан и улыбается в ответ.       По его груди стекает густой темно-синий ручеек. Джастин прикасается к нему указательным пальцем и закручивает потек в спираль, которая расширяется с каждым витком. Ехидно ухмыляясь, Брайан хватает еще одну банку, опускает туда кончики пальцев, а потом показывает их, как будто собирается брызнуть на Джастина.       — Не надо, — слабо умоляет тот, наперед зная, что это бесполезно. Он едва успевает закрыть глаза, как Брайан щелкает пальцами, разбрызгивая пурпур по всему лицу Джастина.       — Засранец, — ворчит Джастин, а Брайан, изображая безумный смех, размазывает целую пригоршню розовой краски по диагонали от левого плеча Джастина к правому бедру, — знаешь, хорошо, что этот стол прочный.       — Хммм? — Брайан, кажется, не слушает: он слишком занят, проводя пальцами по желтой краске на груди Джастина, выводя буквы.       Джастин смотрит вниз и фыркает, читая: «Собственность Брайана Кинни».       — Ну, все… — бормочет он, безмолвно благодаря стол за прочность.       Джастин хватает Брайана и грубо переворачивает его на спину. Брайан извивается, а Джастин окунает руки в оранжевую краску и размазывает ее по бокам Брайана. Потом аквамарин — по подбородку и волосам. Это, по-видимому, пересекает черту; Брайан выхватывает оранжевый и аквамариновый из рук Джастина и швыряет их в него. Они приземляются огромными, влажными пятнами, перемешиваясь друг с другом.       Ситуация быстро обостряется: это настоящая война, тела скользят в беспорядочной борьбе, пока оба полностью не покрываются краской. Джастин не может перестать смеяться, видя как бедра Брайана окрашиваются в янтарный и аквамариновый. Он извивается, еще сильнее скользя сотрясаемый смехом. Смотрит на Брайана и хватает его за волосы, размазывая по ним сиреневую краску. Брайан хмурится (хотя явно борется с улыбкой), очевидно, не особо впечатленный своим новым видом.       Джастин падает на стол, хихикая. Это, безусловно, зрелище — Брайан Кинни с сиреневыми волосами, аквамариновым подбородком и шеей, окрашенный потрясающим сочетанием малинового, пурпурного и желтого. В уголке его рта проявляется противное зеленое пятно, Джастин притягивает Брайана к себе, вытирает пятно и целует. Еще немного и возня перетечет в нечто большее, но внезапно приходит вдохновение. Джастин вырывается из объятий Брайана и спрыгивает со стола, крикнув через плечо:       — Держи эту мысль! — Он несется к мольберту с озорной улыбкой. — И прими положение, пожалуйста.       — Какое именно? — Брайан вопросительно поднимает брови.       — Как было, — Джастин чувствует прилив нежности, видя ответную улыбку.       Брайан ложится на спину, вытянув одну ногу, слегка согнув другую в колене, правая рука заложена за голову, а левая лежит на животе, пальцы направлены к стоящему члену.       Резкий контраст между Брайаном, купающимся в цвете, и безликим, за исключением нескольких ярких брызг, окружением: стол — тусклое, серое дерево, и полки позади так же скучны, — поразителен.              Прожекторы обращены к Брайану, все остальное освещено тускло или скрыто тенями. Джастин в восторге и поглощен одной мыслью: Брайан светится. И он действительно светится, во всех смыслах этого слова. Все остальное кажется мрачным по сравнению с ним. Но разве так было не всегда?       В конце концов, Джастин теряет из вида унылый стол и затемненные полки. Он рисует Брайана и только Брайана, подвешенного в центре чистого холста. Его тело — мириады цветов, перемешанных вместе, ярких и красочных.       Полночь приходит и исчезает в мгновение ока, пока Джастин оттачивает детали: контраст солнечных желтых пальцев на фиолетовом прессе. Цвета, окрашивающие левую ногу, сливаются в яркий спектр теплых оттенков, и крошечные маленькие пятнышки разбросанны повсюду: зеленые — вдоль правой голени, брызги синего через плечо, оттенки розового вокруг ребер. Джастин замерев наблюдает, как краска стекает с Брайана и растекается по столу.       В этом есть что-то завораживающее — в медленном скольжении мокрой краски, сползающей ниже, ниже и ниже. Осторожно взяв в руки самую лучшую кисть, Джастин пытается воспроизвести это. Невесомо нежными касаниями, он создает радужные ручейки, которые следуют вниз по белому холсту в красочных глянцевых следах.       Когда все закончено, он окликает Брайана. Чертовски весело смотреть, как тот слезает со стола, Джастин снова сгибается пополам, беспомощно смеясь, не останавливаясь, даже когда Брайан практически хватает его.       — Пизденыш, — ругается он, но в словах есть и доля веселья. Он обнимает Джастина сзади, и тот зарывается в его объятия, пока они вместе смотрят на холст. Джастин чувствует, как губы нежно прижимаются к его уху, за мгновение до того, как Брайан шепчет: — Просто великолепно.       Это слово вспыхивает у него в голове и заставляет слегка задыхаться. Джастин берет Брайана за руки и крепче прижимает к себе.       — Ты хочешь это?       — Это и еще кое-что, — кивает Брайан, целуя его в плечо.       — Все, что угодно, — клянется Джастин, закрывая глаза, и подставляет шею.       — Едем домой, идем в душ, и там ты опустишься на колени…       Охваченный возбуждением и интригой, Джастин бормочет:       — Оооо, даааа       — …и смоешь с меня всю эту гребаную краску.       — Как скажешь, — смеется Джастин и притягивает Брайана еще ближе.       Еще один поцелуй, и Брайан отстраняется. Джастин смотрит и тихо восхищается любимым, пока тот идет за одеждой.       — И у нас будет очень серьезный разговор о судьбе моего костюма, — надевая рубашку торжественно объявляет Брайан.       — Я сдам его в химчистку, — обещает Джастин, но уже видит пятна краски, просачивающиеся сквозь белый шелк. Химчистка вряд ли поможет в этом случае. Подобрав свою одежду, добавляет: — Я куплю тебе новый на деньги от предстоящих комиссионных.       Это, кажется, успокаивает Брайана, и они заканчивают одеваться в уютной тишине***. Джастин быстрее заканчивает одевание и несет оставшиеся банки с краской и кисти к раковине, чтобы замочить их. Прихватив портфель Брайана, открывает дверь студии, отступая назад, чтобы выпустить того первым, надежно запирая дверь. Он чувствует, что Брайан не отходит от него. Джастин прячет ключи в сумку и Брайан, ухватив его за руку, ведет к лестнице.       — Кстати, — говорит он, сжимая руку Джастина, — ты все-таки добрался до меня.       Вспомнив их предыдущий разговор, Джастин краснеет.       — В самом деле?       — Как будто я позволю кому-то еще покрыть меня краской и испортить лучший костюм, — отвечает Брайан, пожимая плечами, и подносит руку Джастина к губам, нежно целуя пальцы.       — Это только для меня, да?       На лестнице почти кромешная тьма, так что Джастин совсем не видит Брайана. Он может только услышать очень нежный, обожающий ответ.       — Мы добавим это в список.       — Это замечательный список, — замечает Джастин, прижимаясь к Брайану.       Они спускаются на первый этаж и выходят из здания. Это никогда не перестает волновать, напоминать обо всем, что существует только между ними двумя. С течением времени, кажется, Брайан приберегает для него, и только для него, все больше и больше чего-то интимного.       Оказавшись на улице, они останавливаются покурить. Джастин достает две сигареты и зажимает их губами, наклоняясь так, чтобы Брайан мог зажечь их.       — Ты прекрасен, — тихо говорит Брайан, забирая у Джастина сигарету. Сделав длинную затяжку и выдохнув тонкую струйку дыма, тихо добавляет: — Охуенно прекрасен.       Под краской, размазанной по щекам, Джастин яростно краснеет. Он подходит ближе к Брайану, прижимаясь всем телом.       — А ты… Ты светишься, — шепчет он.       «Блядь, это чертовски глупо», — думает Джастин, внутренне съеживаясь.       Может быть, стоит обвинить во всем невероятно крепкие напитки? Он чувствует, что Брайан смотрит на него, но не хочет встречаться с ним взглядом, слишком смущенный таким шаблонным излиянием чувств.       Но потом чувствует, как ладонь Брайана касается его щеки, нежно поглаживая ее. Он поднимает голову и смотрит в потрясающие глаза. «Светящийся» и незачем это скрывать. Джастин сомневается, что сможет когда-нибудь выразить это словами, но опять же, кое-что лучше оставить невысказанными. А некоторые вещи, такие как сиюминутное выражение на лице Брайана, лучше всего запечатлеть другими способами. Наполненный новым вдохновением, Джастин лучезарно улыбается Брайану.       — Не хочешь завтра вернуться в студию? *Ре́ндеринг или отрисовка (англ. rendering — «визуализация») — термин в компьютерной графике, обозначающий процесс получения изображения по модели с помощью компьютерной программы. **Тесты Роршаха, основанные на интерпретации чернильных пятен, актуальны среди работодателей, которые хотят видеть в коллективе адекватных, психически уравновешенных сотрудников. Предлагая потенциальному работнику абстрактные картинки, напоминающие размытые пятна, психолог может четко определить, как человек поведет себя в той или иной ситуации, способен ли он справиться со стрессом, кто он по натуре — лидер или подчиненный. ***Мысли переводчика: вот прямо на покрытые краской тела? А потом поездка домой в таком виде? С фиолетовыми волосами?!!! Мне кажется, что ближайшая психбольница уже потирает руки в ожидании новый пациентов)))