Мы любим Скабиора больше всех

Колдофото не может твой смех передать. Лишь улыбку. А я тебя должен предать. Правосудию в руки. Сначала поймать. Убеждаю себя я опять и опять: Ты мираж. Ты прохладный лесной аромат. Сдам в комиссию мой неразгаданный клад. Я мечтаю тебя для себя сохранить. Каждый день нужно мне на охоту ходить. Проклинаю тот день, когда в чертов лес Дин С егерями отправился я, не один. Я увидел тебя, и сердце зашлось. Побежал за тобой я, как бешеный лось. Крепко связаны руки. Окончился бег. Я догнал, а себя я потерял навек. Гнев в глазах золотым янтарем пламенел. Я застигнут врасплох, и я остолбенел. Ты мой плен, Азкабан, мой маяк, мой родник, Солнца луч и Луны перламутровый лик, Ты надежда, отрада, серебряный звон. Ты потерянный рай, ты мой Авалон. Ухитрился влюбиться, как Люмос зажег. И грядет безутешный суровый итог. Я к твоим волосам прикоснулся едва, Но раскатами грома звучали слова: «В списке нету указанных вами имен, И велит министерства суровый закон Нам доставить в комиссию вас и на суд. Вас вранье и уловки никак не спасут». Сам поймал, сам себе подписал приговор. «Что стоишь ты, задумался, а, Скабиор? Чем быстрее снесем, тем быстрее опять Возвратимся в леса, чтобы новых искать». «Да заткнитесь вы, черти, решаю я сам!» Я орал — на подручных, взывал — к небесам: Что мне делать, девчонку куда же мне деть?! Мне бы спрятать ее и в глаза ей глядеть. И катитесь все лесом: министры, отряд… Егеря же подходят и мне говорят: «У парнишки на лбу шрам как молния вспух». «Дадли Вернон, прикинь, как назвался, лопух!» Окатило меня как холодным дождем. «Шеф, что делать скажи и чего мы здесь ждем?» «Выдвигаемся, парни, сейчас, пару слов». Безнадежный, безумный мой план был таков. Я на ушко шепнул Пенелопе Кристалл: «Если сможешь, беги». И ей палку отдал. «Гарри Поттера я не могу отпустить. Постарайся понять, постарайся простить. Догадайся, уйди, испарись, скройся с глаз. Запасной жизни я для тебя не припас». «Я без Рона и Гарри уйти не могу!» Поглядела в глаза ты мне словно врагу. «Дура, просто уйди. Тебя просто убьют». «Гриффиндорцы друзей своих не предают!» «Никого из друзей все равно не спасешь, Если после суда в Азкабане сгниешь». Я пугал Азкабаном, но Поттера ждут Там, где деньги большие за шрам выдают. Отведем прямо в логово бешеных змей. Мест не сыщешь на карте темней и страшней. «Мою сумку верни, раз ты добрый такой». «Не могу». «Дай пошарить хотя бы рукой. Разреши мне забрать из нее только плащ». «Хорошо, но за то покричи и поплачь: Должен я привязать тебя здесь и раздеть. Егеря обожают на это глядеть. Развяжись и беги, как мы только уйдем…» У огромной сосны мы с милой вдвоем. Оторваться от губ и груди нету сил. «Скабиор, где ты там?!» Я сосок прикусил, Языком и руками задвигал быстрей, Под завистливый шепот и свист егерей. Застонала она от моих жестких рук. Егеря похотливый уменьшили круг. Каждый пялил глаза, и каждый хотел, Чтобы было побольше в лесах женских тел. В шею я ей шепнул на прощанье: «Прости». «Дадли Вернона кто будет первый нести?! Поднимайте и стройтесь сейчас же все в ряд!» Возбужденный и злой, лес покинул отряд. В Малфой мэноре пусто, и лорда там нет. Вдруг забрезжил надежды чарующий свет. Но мадам Беллатриса взялась за допрос. Шанс, что мы все умрем, многократно возрос. Младший Малфой сокурсника не опознал. Близко-близко уже наш печальный финал. Круциатус — и Поттер впечатался в пол. Отрывалась мадам, но пока силы впол. Нет чтоб денег нам дать и пошли бы мы вон. Заканючил отчаянно связанный Рон: «Может, вам отдадим дорогой артефакт? Дадли Вернон — не Поттер! Доказанный факт!» Показался из сумки серебряный меч. «Я снесу ваши вшивые головы с плеч! Кто из вас, негодяи, меня обокрал?!» Без разбора всех нас Круциатус ласкал. Зал роскошный на камеру пыток похож. «Не расскажешь, где взял, и точно умрешь!» Размахнулась, ударила гибким кнутом. Задушила меня, я свалился мешком. Я очнулся в подвале. А Поттера крик Из-за пыток из зала под своды проник. «Надо Гарри спасать», — пустота говорит. Со мной рядом любовь на коленях сидит. Невидимкой она проскользнула след в след. Много пленников здесь, а выхода нет. Щелкнув пальцами, быстро взметнулась рука. Позвала неприметного домовика. Вмиг исчезли блондинка, и Рон, и старик. Гоблин тоже исчез. Вновь послышался крик. «Гарри Поттер, скорей, негодяй, умирай!» «Егерь, хватит лежать-притворяться, вставай!» Я с трудом за любовью моей поспевал. До чего же глубок у Малфоев подвал. Я до судорог пальцами палочку сжал. Коридорами светлыми к смерти бежал. Скоро всех нас убьет Беллатриса мадам. Но любимую я никому не отдам. «Пропусти, дорогая, меня ты вперед». «Ты пока добежишь, а там Гарри умрет!» Я прицелился, бросился Остолбеней. Беллатриса сильна, мне не справиться с ней. Я прикрыл мою девушку мощным щитом. А меня Беллатриса достала кнутом. Вокруг шеи веревка стянулась кольцом. Я упал, захрипел, в пол уткнулся лицом. Кто-то тронул меня и руку мне сжал. Аппарации вихрь. А в спину — кинжал. Я очнулся на мягком. Тепло так, светло. Мое тело болит, и дышать тяжело. Слышал голос любимой сквозь мутный туман. Моя кровь пропитала уютный диван. На пол брошен небрежно волшебный кинжал. Впереди Авалон. Я к нему побежал. Мне не больно совсем, хорошо и легко. А любимая вновь от меня далеко.