Бескрайняя синева

На самом деле наблюдать за тем, как Макото гоняется за Сугуру с тетрадкой, свернутой в трубочку, чтобы отметелить его, было довольно забавно. После их пикника под сакурой всю следующую неделю Гето натурально доставал девушку, изображая из себя того самого парня из седзе манги: то руку галантно подавал, то делал настолько слащавый комплимент, что аж на зубах скрипеть начинало, а пару раз умудрялся даже зажать Макото у стены. Из-за заметной разницы в росте и комплекции со стороны это выглядело так, будто какой-то гопник силой пытается заставить старшеклассницу пойти с ним в кино — то есть максимально нелепо и до неприличия смешно. Короче, Сугуру для полноты картины разве что букетов роз не дарил и не признавался в любви, но шутку друга Сатору оценил и уже подумывал присоединиться к нему и даже купить парочку букетов в качестве совсем уж тяжелой артиллерии, чтобы взять Макото измором, но у той терпение лопнуло раньше, и досталось им обоим. Причем, ему просто за компанию. — Идиоты, — вздохнула Секо, курившая рядом. — Да ладно тебе, — Сатору поморщился. Запах сигарет ему никогда не нравился. — Может, у Сугуру это был единственный шанс показать свои настоящие чувства, а его так отвергли. — На месте Ран я бы в первый же день втащила ему. У нее на вас двоих просто ангельское терпение. Макото и Сугуру тем временем заканчивали второй круг по тренировочной площадке. Оба были до неприличия бодрыми, а Гето еще успевал шутить. Сатору помахал рукой перед лицом, отгоняя дым от себя. До них с Секо долетали обрывки фраз: что-то про мангу, свидания, хулиганов и… слипшуюся жопу? Последнее было со стороны Макото и заставило Сатору удивленно хмыкнуть. Видимо, Сугуру настолько ее достал за неделю, что приличных выражений не осталось. — Идиоты, — повторила Секо. Гето вдруг резко развернулся и поймал не успевшую затормозить Макото. Та возмущенно взвизгнула, попыталась пнуть его коленом в живот, но Сугуру соориентировался раньше и с поразительной легкостью закинул ее себе на плечо. Словно мешок с картошкой. Впечатленный таким неожиданным завершением погони Сатору похлопал и показал другу два больших пальца. Секо только цыкнула. — Ни ума, ни совести, — прокомментировала она, когда Сугуру подошел к ним ближе. — Да просто сложно было удержаться, — с виноватой улыбкой отозвался тот и получил тетрадкой по затылку. — А ты, Ран, уж могла бы и согласиться пойти со мной в кино. — Иди в задницу! Вообще-то Макото обладала удивительной гибкостью. Она умудрилась извернуться на широких плечах Сугуру так, что теперь лежала на них на манер воротника, как это обычно делали кошки, оказавшиеся на плечах хозяина. Правда, Гето на всякий случай обхватил Макото за бедро, придерживая, чтобы та не упала ненароком, но это были мелочи. — А на какое кино хотели пойти? — спросил Сатору. — Да выбрали бы по ходу дела, — отозвался Сугуру. — Секо, подсоби с сигаретой, а? Руки заняты. — Если ты так зовешь в кино всех девчонок, то теперь понятно, почему у тебя никого нет, — хмыкнула Макото. Гето этот выпад по-джентльменски проигнорировал, пока Иэйри возилась с его сигаретами. На территории колледжа вообще-то курить было запрещено, но если никто не видел — то можно. Сатору молча наблюдал за тем, как Сугуру принимал из рук Секо сигарету, как затягивался дымом и довольно щурился. И было во всем этом столько знакомого, столько родного, что ему невольно все те трагические события начинали казаться просто дурным сном. Может, оно все так и было? — Сегодня хотите пойти? — спросил Сатору, поправляя очки. — В кино в смысле. — Можно и сегодня, — кивнул Сугуру. — Что скажете, девчонки? — Только не на сопливую романтику, — весело фыркнула Секо. — Мне хватило недели наблюдений за вами. Еще и на большом экране я этой хрени не выдержу. На самом деле Сатору тоже был не приверженцем всякой такой романтики. Подобные фильмы казались ему скучными и однообразными. В них если с чего и можно было посмеяться, так это с метаний главной героини между плохим и хорошим парнем. Потому что выглядело это все максимально клишированно и глупо. И вообще на такие фильмы ходили исключительно влюбленные парочки и исключительно на последние ряды, чтобы целоваться там. На влюбленные парочки их компания ну никак не походила. — Давайте на боевик какой-нибудь, — предложила Макото. Устав просто так лежать на плечах Сугуру, она ловко перебралась ему на спину и обхватила ногами за пояс. Сатору хмыкнул, невольно про себя сравнив девчонку с мартышкой. Гето же просто перехватил Макото поудобнее и выпрямился с невозмутимым видом. — Так и поедешь на мне? — с ухмылкой спросил он. — Так и поеду, — мстительно отозвалась та. — Но сначала все-таки занеси меня в общежитие — хочу тетрадь положить на место. Эти двое вместе выглядели так гармонично и мило, что начинало раздражать. Сатору молча стянул Макото со спины Сугуру и поставил на землю. Во-первых, чтобы друг нормально покурил, во-вторых, чтобы жизнь медом не казалась. Уж если кто из них первый и найдет себе девчонку, то это явно должен быть не Гето. Ну, или хотя бы признаться он не должен первым. А то будет потом ходить весь из себя такой важный и крутой. — Да ладно, я бы понес, — хмыкнул Сугуру и выдохнул в сторону дым. — Мне не тяжело. — Дело не в тяжести. Вы меня просто бесите. — Не завидуй, — парировала Макото. — Если так хочется — попроси Сугуру понести тебя на руках. Как принцессу. — Вот еще! — вместе с Сатору возмутился и Гето, да еще и с таким видом, будто его оскорбили до глубины души невинным предложением. Секо весело фыркнула, Макото бессовестно пожала плечами, мол, она всего лишь предложила, чтобы никому обидно не было, а каждый просто подумал в меру своей испорченности. Сатору уже готов был возмутиться, потому что никогда не интересовался другими парнями и даже мысли такой не допускал, но Макото уже юркнула в открытую дверь общежития, так что он даже не успел ничего ей предъявить. — Вот гадость! — только и выдохнул Сатору, поморщившись. — Да ты сам ее задираешь, а потом ноешь, — флегматично отозвался Сугуру, и Секо угукнула, соглашаясь. — Ты уж определись, чего хочешь. Чего он хотел, Сатору сам не знал. С одной стороны, задирать Макото было весело: она всегда реагировала слишком ярко. С другой же — со всей своей заботой о них она все-таки заслужила куда более лучшего отношения, чем такое. Но Макото не жаловалась, так что, наверное, все было в порядке. Да и по сравнению с шутками, которые доставались Сугуру, ей еще здорово везло. Хотя, наверное, что-то все-таки да задевало. Девчонки вообще были неприятно ранимыми существами. Даже та дикарка Утахиме. Только вот Сатору не мог припомнить, даже покопавшись в воспоминаниях себя прошлого, чтобы Макото хоть раз плакала за все время их знакомства. Злилась частенько, это да. Но вот слез не было ни разу. Ей настолько было плохо в родном клане, что она их все выплакала там? Что они с ней делали? Сатору недовольно поморщился, почувствовав, что начинает злиться. Подобное отношение к рожденным с Небесным проклятием его всегда раздражало. Нет, на самом деле консервативная политика стариков — вот что было корнем всех бед. Все начиналось именно с них. В этот раз он не должен был допустить трагедии. Хотя бы ради другого себя, который вернется в это тело, когда его отсюда вытащат. У этого Годжо Сатору жизнь точно должна быть счастливее, чем у него. И выжить здесь обязательно должны все, даже эта странная девчонка Макото, неизвестно откуда взявшаяся. — Да он просто флиртовать не умеет, — насмешливо произнесла Секо. Сатору уже открыл было рот, чтобы возмутиться, но от продолжения бессмысленного спора его спасла вернувшаяся Макото. — Кто не умеет флиртовать? — спросила она. — Да так, один знакомый, — весело фыркнул Сугуру, уворачиваясь от ее тычка в бок. — Не бери в голову. — Да вы тоже не умеете, так что не задавайтесь, — парировала Макото, спускаясь по ступенькам. — Нашлись тут боги флирта. Сатору переглянулся с Сугуру. Это буквально звучало как вызов. А вызовы они любили и просто обязаны были принять. Потом посмотрели на идущую рядом Секо. — Даже не думайте, — сразу предупредила та. — Ты даже не выслушала нас, — надулся Сатору. — И не буду. Ран! Занимайся с ними сама! Макото тихо цокнула и покачала головой, даже не удостоив их взглядом. Будто ей только что предложили помочь не двум симпатичным парням, а заставили сидеть с мелкими орущими детьми, за которыми нужен глаз да глаз. Что было совершенно неправдой, ведь Сатору, как минимум, ментально был старше всех своих товарищей. И не какой-то там Макото было цокать на него! Что она вообще себе позволяла? Это что, такое дерзкое объявление войны? Потому что иначе Сатору подобное просто никак не мог обозвать. — Так мы на что идем? На боевик? — подала голос Макото, спрыгивая с последней ступеньки, и обернулась к ним. — Или вы так зациклились на этом дурацком флирте, что хотите пойти на сопливую мелодраму? Наверняка что-то да идет для любовных парочек. Нет, Сатору совершенно точно не хотел идти на романтическую чепуху. Уж точно не с такими девчонками, как Секо и Макото. И точно не в компании Сугуру, который потом еще и на смех поднимет — с него уж точно станется. — Боевик, — ответил за него Сугуру, за что Сатору был ему безмерно благодарен. — Иначе потом кое-кто будет дразнить нас ближайший месяц точно. Секо на это только плечами пожала, закуривая на ходу, а Макото показала им язык. Сатору тут уж не удержался и гримасу отзеркалил, чтобы эта паршивка особо не зазнавалась и не думала, что ей так просто все будет сходить с рук, только потому что она девчонка. Секо они, может, и жалели, потому что понимали, что та может дать отпор только словесно, а вот Макото поблажки давать уж точно не хотелось. Во-первых, потому что удар у неё был хорошо поставлен, во-вторых, потому что она что-то такое задевала внутри Сатору, и это что-то начинало неприятно свербеть, сосать под ложечкой.

***

Кинотеатр, куда они обычно ходили, был все таким же небольшим и уютным — каким Сатору его и запомнил. Будучи взрослым, он редко ходил в кино, предпочитая смотреть фильмы дома: то времени не было из-за постоянных командировок, то желания. Да и как-то грустно было в одиночку ходить в кинотеатр — сразу начинало не просто попахивать, а прямо-таки вонять старперством и одиночеством. А в глазах учеников Сатору таким уж точно выглядеть не хотел. В середине дня здесь почти не было посетителей. Кассир — парень лет двадцати пяти — смотрел на их компанию с подозрением, когда Сатору невозмутимо покупал билеты на всех. Сугуру и Секо отправились за попкорном и напитками, Макото стояла рядом, сунув руки в карманы, и лениво рассматривала афиши текущих премьер. — И что тут интересного? — спросил Сатору. Ему было не столько интересно (билеты все равно уже купил), сколько просто хотелось заполнить неловкую тишину, которая его раздражала. — Детский мультик, стремный хоррор про парня-червя… Или не хоррор? — Макото озадаченно почесала в затылке и махнула рукой. — Стремный все равно. Наш боевик… «Тайная проверка»? Он же? Сатору бросил взгляд на билеты и кивнул. Он даже не удосужился узнать название. Просто сказал, что нужно четыре билета на боевик. Ну, теперь хоть узнал, на что шел. И все-таки, «Тайная проверка»? Какое-то сомнительное название для боевика. — Звучит так себе, — поделился он мыслями. — Мне что-то напоминает, — отозвалась Макото. На постере была фотография девушки в школьной форме и двух мужчин в строгих костюмах, напоминавших якудза или телохранителей. Ярко-голубое небо над их головами резало глаза своей почти кислотностью, а стояли они на зеркальном не то полу, не то на окнах небоскреба? Сатору поправил очки, отмечая, что все-таки через десять лет постеры к премьерам будут делать лучше. Это же смотрелось не то что бы плохо, но весьма средненько. Исполнение хромало. Живые люди явно выделялись на искусственно сделанное фоне. А ещё он прекрасно видел, как неровно их вырезали с исходника. И да, это очень сильно ему кое-что напоминало. Но этого же не могло быть? Откровенно говоря, Сатору не помнил (и не старался запомнить), что шло в кино в это время десять лет назад, и был ли этот фильм в принципе. Может, изменения коснулись не только появления Макото? — И что тебе это напоминает? — спросил Сатору. — Не могу понять, — Макото раздраженно выдохнула и сложила руки на груди. — Вертится мысль, а поймать ее не могу. Не могла же она знать? Макото обладала Небесным проклятием, и ни о каком даре предвиденья и речи быть не могло. Тогда о чем она говорила? Сатору тихо хмыкнул. Если все пойдет так, как и должно, то совсем скоро Яга отправит их на защиту Аманай Рико. Кроме него никто об этом знать попросту не мог, и фильм уж точно не должен был им ничего напоминать. Пока они разглядывали постер, вернулись Сугуру и Секо. Первый торжественно вручил Сатору большое ведро со сладким попкорном, и Макото тут же запустила в него руку, ничуть не смущаясь. — Идем? — спросил Сугуру и, бросив взгляд на постер, цокнул языком. — Выглядит так себе. — Тебе ничего ненапоминает? — спросила Макото. — А должно? — удивился он. — Вы поэтому тут стояли такие серьезные? — Глупости не говори, — отозвался Сатору и шлепнул Макото по руке, чтобы та больше не лезла к нему в попкорн. — Мы обсуждали, насколько отвратительно делают постеры, а потом удивляются, почему кассовые сборы такие маленькие. — Нарисованная от руки картинка смотрелась бы еще страннее, — заметила Секо. — Но явно лучше, — отозвалась Ран. Зрительный зал ожидаемо оказался полупустым. Сатору отметил несколько человек в первом ряду, парочку — на заднем, и на этом зрители, не считая их, заканчивались. Ну, так даже было лучше. Они устроились на местах в центре зала, хотя при такой заполненности могли выбрать абсолютно любые свободные. Макото уселась между Сугуру и Сатору, и последний подозревал, что это было сделано исключительно для того, чтобы иметь возможность подъедать и соленый, и сладкий попкорн. Секо расположились по правую руку от Сугуру и раздала им стаканчики с напитками. — Что у тебя? — спросила Макото. — И не мечтай, не поделюсь, — обрубил Сатору. — Жадина. — Тебе все равно не понравится, там суперсладкая газировка, — фыркнула Секо. — Пожалей себя, Ран. Сатору подозревал, что Макото все равно попробует чисто из вредности и желания насолить ему. Но вслух говорить ничего не стал, тем более, что свет в зале уже погас, и началась реклама перед показом фильма.

***

На экране творилась какая-то вакханалия. Перестрелки, беготня, взрывы… По сюжету старшеклассницу хотел похитить какой-то культ фанатиков, чтобы не то отомстить ее отцу, не то провести какой-то идиотский ритуал — Сатору особо не вникал в тонкости — и поэтому ей выделили двух телохранителей, обязанных сопровождать девчонку из точки А в точку Б, чтобы та воссоединилась с семьей. Сатору фильм совершенно не нравился. Главным образом из-за того, что девушка слишком напоминала Рико, ситуация была, если не один в один, но больно похожа на тот инцидент, даже культ засунули, хотя он и казался тут совсем уж лишним. Скосив глаза вправо, Сатору отметил, что Макото тоже отчего-то хмурилась и слишком уж пристально следила за происходящим на экране. Неужели было настолько интересно? Фильм был снят средне. Не плохо, но и далеко не шедевр. Дешевые спецэффекты, такая себе игра актеров — один из телохранителей явно переигрывал своими кривляньями, а старшеклассница наоборот не доигрывала. У Сатору пронеслась мысль, что лучше бы они пошли на романтическую чепуху, чем на это. Потому что здесь было слишком много того, что им только предстояло пережить. Он, конечно, планировал все изменить, но его-то прошлое никуда не денется. Не сотрется, не забудется. В его мире Аманай Рико уже давно мертва. Как мертв и Гето Сугуру, который сейчас широко зевал, явно не оценив старания режиссера и актеров. — Тц… Макото тихо цыкнула и поморщилась. — Ты чего? — спросил Сатору. — Да голова разболелась, — отозвалась она. — Слишком все мельтешит. Да, от такого вполне могло. Секо вон вообще зависала в телефоне. Когда ей стало скучно? Сразу или на середине фильма? Казалось, только Макото и Сатору напряженно следили за тем, что происходило на экране. Закончилось в итоге все на печальной ноте — все погибли, а глава культа успешно скрылся. И осталось непонятным, добился ли он своего, потому что ритуал провести так и не удалось. Отца старшеклассницы, кстати, показали только после титров, у могилы дочери, да и то спиной. Даже лицом не удосужился посветить! — Ну и отстой, — выдохнул Сугуру. — Скука, — согласилась Секо. — Я уже на середине сдалась. — Ничего не потеряла, — мрачно отозвалась Макото, вставая с кресла и разминая затекшие ноги. — Конец все равно слили. Будто сценаристу перестали совсем платить, и он решил, что и так сойдет. Сатору вынужден был с ней согласиться. Потому что если до концовки фильм еще выглядел средне, то после нее оставлял совсем уж отвратительные впечатления. Или все дело было в личном восприятии ситуации? Сатору затруднялся ответить, но заметил, что Макото выглядела не столько недовольной, сколько уж слишком задумавшейся. Чего это она? — Что, «Человек-червь» был бы лучше? — не упустил возможности поддеть ее Сатору. Макото скривилась и ущипнула его за бок. — Все лучше него, — ответила она. — Даже это. — А что тебе не понравилось? — Я даже не знаю, — Макото расстерянно пожала плечами. — Все? Ну, то есть совсем все. — Ой ли? — усмехнулся Сугуру. — Да я серьезно! Выйдя из кинотеатра, они отправились в ближайшее кафе. Откровенно говоря, Сатору просто хотелось заесть неприятное ощущение, Макото, судя по тому, сколько она заказала — тоже. Хотя что беспокоило конкретно ее, сказать было сложно, а расспрашивать не хотелось. Сугуру и Секо обсуждали заданное несколько дней назад эссе по классической литературе, а у Сатору мозг готов был взораться. — Укачало? — вопрос Макото вырвал его из мыслей. — Как по мне, было слишком ярко, и камера отвратительно тряслась. Если они пытались создать эффект присутствия, то вышло отстойно. — Не укачало, но ты права в кои-то веки, — хмыкнул Сатору. Не объяснять же ей все, верно? А то еще решит, что травма головы так и не прошла. Будет дураком считать и ехидничать при каждом удобном случае. А этого Сатору допустить уже никак не мог. И все-таки его этот фильм здорово напрягал! Словно предупреждение о грядущих неприятностях. Неужели и в том мире такой однажды шел? Если да, тогда это было бы очень смешно. Он бы посмеялся, не зная будущего, но сейчас совсем не хотелось. Сатору поморщился и выдохнул. Чем ближе была миссия, тем больше он волновался. Сатору верил, что обязательно справится — у него иного выбора не было — но что насчет остальных? — Вспомнила, что тебе фильм напоминал? — спросил он у Макото. — Нет. А тебе так интересно? — удивилась та. — Ты меня заинтриговала. — Еще скажи, что помрешь от любопытства! Сатору весело фыркнул. Нет уж, помирать от любопытства он точно не собирался, слишком большое удовольствие это доставит Макото. Ему хотелось подольше ее помучить, прежде чем вернуть тело другому себе. Думать о том, что он мог так и остаться здесь, оставив своих учеников, было не то что бы страшно… Неприятно. Да, точно. Неприятно было осознавать, что сейчас Сатору отбирал что-то у самого себя: время, проведенное с друзьями, чувства к этой странной Макото, которой и быть не должно. Но вот она сидела рядом, заставляла чувствовать себя дураком и в то же время вызывала желание устроить с ней драку прямо сейчас во что бы то ни стало. Этот Сатору определенно что-то испытывал к Макото. И теперь приходилось разбираться с его чувствами, потому что отказ от них означал лишь предательство самого себя. А это было бы совсем уж отстойно. Но как ни крути, фильм был дерьмо!