Фиктобер: Мой сборник

      Утро у Снайпера как обычно не задалось. То ли не с той ноги встал, то ли не выспался, Бог его знает. Вчерашняя пьянка удалась на славу: башня трещит неслабо, а при попытке что-то вспомнить — туман в голове и непреодолимое желание пойти отлить. Опустошив мочевой пузырь в деревянном сооружении в огороде, он понял, что не знает это место. Ни интерьер, ни экстерьер не казались ему хоть каплю знакомыми. Где же он, чëрт, возьми, оказался? Нужно осмотреться. Манди прошёл на кухню, дабы разведать обстановку. На столе, укрытом изрядно потёртой скатертью с яблочным узором, он обнаружил записку. Прочитав её затуманенным взглядом, он смог вычленить только лишь слова "дальний родственник", "внезапная кончина" и "наследство". Стало понятно — дом принадлежит ему, а значит он волен хозяйничать здесь, как ему вздумается. В саманном домике хватало электричества, чтобы маленький холодильник работал без проблем. Накопав в нём хлеб, сливочное масло и кефир, он устроил себе королевский завтрак, попутно поглядывая на виды из окна. Деревня, коих миллионы, но это очевидно не его родная австралийская глубинка. Это не пустыня, а скорее степь. Много кустарников и деревьев, и даже двор его нового дома порос горцем птичьим. Солнце тёплое, но не обжигающее. Птицы горланят, от воробьёв до петухов, коровы мычат, собаки лают, и в целом это место кажется тихим, но в то же время оживлённым... — Сосед! — мысли прервал высокий женский голос, раздающийся откуда-то из-за забора, и Мик аж вздрогнул от неожиданности.       Он заглянул за занавеску — никого. Пришлось вставать, идти к калитке, проверять, кто к нему пожаловал. Мик быстро накинул на себя лёгкую ветровку. По какой-то причине при такой тёплой погоде он всё равно мёрз. Отворил калитку, а на пороге девчонка. На вид лет 15, волосы — взрыв на макаронной фабрике, а сама в крупных очках. С первой же секунды она показалась ему знакомой. Это же Алёна! Она в Mann Co. постоянно на грядках возится. Удешевляет производство продуктов. А сейчас она, видимо, вернулась домой на каникулы... И Мик вместе с ней. — Ты чего такой невесёлый? — спросила она и встала на цыпочки, чтобы посмотреть ему в глаза, но не удержалась и пошатнулась, едва не упав. — Ой! Спал плохо небось? Голова болит, да?       Снайпер в растерянности кивает. Аля полезла в сумку, висевшую у неё через плечо, и достала оттуда банан. — Бери, Мик, — попросила она с мягкой улыбкой. — Я не голоден, — сипло возразил он. — Да-да, знаю я твоё "не голоден"! Наверняка одну картошку съел и считаешь, что наелся, — Алёна фыркнула и надулась, ворча с беспокойством. — Тогда одевайся, бери сумку и возьми перекус с собой. Вдруг проголодаешься, пока гулять будем. — Да я только встал, — Манди лениво зевает и долго потягивается, прежде чем добавить, — Что-то мне лень. Может, в другой раз, а? — Ага, конечно! — она закатила глаза, едко усмехнувшись. — А потом этот другой раз никогда не наступит. Ничего не знаю, пошли. Дома ты и вечером посидеть успеешь, надо гулять, пока солнце. Давай, иди, собирайся. Не заставляй ждать... Даму, — последнее слово она произнесла с таким смешком, словно сама в него не верила.       Мик тоже не очень в это верил — ну какая из Алёны дама? Она девчушка ещё. Вон, сидит в своём клетчатом ситцевом сарафане на старенькой скамеечке, да ножками болтает. Хотя ей и было всего 24, Снайпер считал её чуть ли не зрелее всех наёмников, вместе взятых. Он, конечно, слышал, что девочки развиваются быстрее мальчиков, но считал это всего лишь глупым стереотипом. Однако он точно был уверен — Аля умнее своих сверстников. Пока 26-летний Скаут всё ещё ненавидел брокколи и стыдился перед пацанами надеть шапку, 24-летняя Алёна рассуждала как дряхлая старушка. При этом они оба выглядели как школьники. Забавная штука.       Ну, делать нечего — Манди надел самые лучшие из своих колхозных шмоток, словно собирался на свидание, но опрятность всё равно оставляла желать лучшего, поэтому свидание, очевидно, должно было быть на сеновале. Очки-авиаторы на месте, но шляпа набекрень. Фланелевая рубашка, доставшаяся ему от отца, была застёгнута на единственную пуговицу на худом складчатом животе. Складки формировала неровная унылая осанка, а руки сунуты в карман потрёпанных спортивных брюк. Однако туфли, которым 30 лет сносу нет, остались неизменными.       Аля оглядела видок Снайпера, пожала плечами и вынесла вердикт: — Сойдёт для сельской местности! — после чего она жестом пригласила его следовать за ней. — Айда покажу тебе кой-чего. Следуй за мной.       Она пошла впереди, к своему дому, а он за ней. Алёна открывает калитку, и они заходят во двор. С весёлым мяуканьем к ним подбегает рыжая кошка и трётся об обувь Снайпера. Он отшатывается в растерянности, и животное тут же в страхе убегает. — Хе-хе! Похоже, ты ей нравишься, но она боится тебя ещё больше, чем ты её, — хихикнула Аля, проводив взглядом любимую кошку, и пошла в сад, вслед за ней. — Да я и... Не боюсь? — пробормотал Мик угрюмо и пошёл рядом.       Они прошлись с шуршанием по крупной гальке. Под величественное кукареканье из соседнего дома, Аля продемонстрировала дерево шелковицы. — Эт чего такое? — Снайпер в недоумении поморщился и кивнул в сторону растения. — Тютина! — радостно объявила Аля, улыбаясь до ушей с неподдельной гордостью. — Щас объедать её будем. — Ну не знаю, — он смотрит на раскидистые ветки в недоверием, а затем срывает одну ягоду и давить её пальцами, чтобы проверить, — Она точно не опасна? Потому что если я побагровею, ты понесёшь меня домой. — А ты их не выдавливай, это тебе не прыщи! — отчитала Алёна. — Они очень красят одежду и кожу. Если ты испачкаешься, просто помоешь руки. Не помрёшь.       Она опёрлась на ствол дерева ногу, в белом носочке гармошкой и мятными кроссовками. Схватившись обеими руками за ветви, она начала лезть наверх. Из-под сарафана показались белые трусы, но ей было как-то на это плевать, в отличие от Мика, который чуть не подавился ягодами, решив всё-таки попробовать немного. — Bloody hell! Ты бы хоть предупредила, что собираешься залезать! Я на такой вид за завтраком не подписывался, — он тут же отвернулся, стараясь сохранить лицо, и хрипло крикнул ей, изо всех сил скрывая беспокойство. — И да, если ты упадёшь и разобьёшь голову, не жди, что я повезу тебя в больницу. Для этого есть карета скорой помощи. — Земля мягкая, падать не больно, — бодро ответила Алёна. — И вообще, чего ты там не видел? Это же часть униформы, все претензии направлять в компанию Mann Co. на имя мисс Полинг.       Аля ловко спрыгнула с дерева, набрав полный рот шелковицы. Она жевала сладкую мякоть, пока её рот был измазан тёмным соком, словно она маленькая хищница, поглотившая свою жертву и переполнившая своё чрево венозной кровью. Мик прочитал в её гречишных глазах одновременно и невинность, и безжалостность. Она и умиляла, и вызывала страх. Он подошёл к ней медленно, будто бы старался не спугнуть, потянулся к её лицу и аккуратно попытался стереть следы варварской расправы над ягодами. Однако Алёна, абсолютно игнорируя все нормы приличия, ловит его палец ртом. Снайпер вскрикнул на фальцете и отшатнулся, но быстро понял, что она не планирует откусывать ему палец, а лишь облизывает, покусывает, посасывает, играет с ним языком, а после отпускает, оставляя в исступлении. — Что за...? Что ты творишь? — промямлил он, покраснев до корней волос, ведь ему не оставили ни единого шанса сохранить самообладание. — Я тебя соблазняю! Я видела, как девушки делали это в кино! — выпалила она с гордостью, поставив руки в боки и выпятив грудь, но затем взглянула на него исподлобья и сверкнула карамельными глазками из-под тёмных пушистых ресниц. — Получается? — Больше на нападение похоже, если честно... — Манди опустил взгляд, прячась за шляпой, но не смог скрыть ни румянец, ни сдавленную ухмылку, которую вызывала эта проказница. — А потому что с вами, мужиками, так и надо! — заявила Аля, звонко расхохотавшись и схватившись за живот, словно это было самое смешное, что она говорила за всю жизнь. — Вы совсем намёков не понимаете. Перед вами нужно стоять с плакатами "ДАВАЙ ВСТРЕЧАТЬСЯ!", шрифт 72, размер 50х100, на Красной площади! — но она останавливается, чтобы дополнить себя. — В прочем, я тоже не люблю намёки, поэтому скажу прямо. У меня есть к тебе деловое предложение: с меня ахуевший секс, с тебя — просто лежать на одеяле для пикника и не рыпаться. Ты согласен?       Лицо Снайпера вытянулось в изумлённом выражении, а из-под очков выглянули расширившиеся ореховые глаза. Это точно последнее, что он ожидал услышать — так прямо, так бесстыдно, так дико, что это заставило сердце биться чаще. Ему пришлось потратить время, чтобы прийти в себя, осознать сказанное и взвесить все "за" и "против". — Я, э... Ты ведь не прикалываешься, да? — уточнил он, не веря своим ушам. — Конечно, нет, кто ж так шутит?! — Алёна почти возмущённо всплеснула руками. — Давай быстрее, хорош титьки мять. "Да", "нет", "пидора ответ" — решай уже.       Мик нервно облизнул губы и поднял взор к небу, пытаясь, видимо, спросить совета у Бога, и заодно себе это вообразить, дабы навскидку понять, насколько ему этого хочется, и думал он, надо сказать, недолго, ведь тараканы в его голове посовещались и проголосовали единогласно, победила Хтонь Партия. — А, собственно, почему бы и нет? — протянул Снайпер с натянутой ухмылкой, тоже, что иронично, пытаясь неуклюже копировать флирт из фильмов. — Это определённо не то, что я ожидал, но... Знаешь. Я люблю девушек, которые устраивают мне настоящее приключение.       Алёна сдержанно усмехнулась, а её глаза засияли от восторга и энтузиазма. Они вместе расстелили плотный плед в клетку и расположились там, в саду, за забором, где их никто не увидит. Здесь они могли проводить время, не заботясь ни о каких делах. После фруктов Снайпер постепенно стал чувствовать, как мигрень отступает, а его голова опускается на мягкую подушку из чужих бёдер. Сам бы он никогда себе такого не позволил, но раз уж Алёна ему разрешила, почему бы не воспользоваться моментом? Манди закрыл глаза, после чего последовал мягкий сладкий поцелуй, который останется с ним в памяти навсегда. Он перевернулся на живот, чтобы иметь лучший доступ к ткани белья, зарылся под подол ситцевого платья и мокро поцеловал промежность. Несмело, словно пока только пробовал на вкус. Это было похоже на лесную чащу после дождя — природный, свежий, натуральный и живой. Более удачного сравнения и не подобрать. Пышное тело дрогнуло от прикосновения с заинтересованным причмокиванием. Мик не успел даже заметить, как ноги девушки вскоре оказались на его плечах. Он был в ловушке, но был абсолютно на неё согласен. Отодвинув надоедливую ткань, он жадно впился в пульсирующую плоть, словно она была чистейшим родником, а он — скитальцем, умирающим от жажды...