Son Arzum

— Ну, что Сейран ты готова? — Голос Каи звучал торжественно волнительно. Он был взбудоражен как от нового знакомства с дочерью кузена, так и тем, что совсем скоро перед его глазах будет происходить встреча, которая возможно пройдет довольно-таки сложно, волнительно и совершенно непредсказуемо. — Смотрю тебе твой дядя понравился, вы подружились? — Ферит обратился к дочери, поправляя её волосы, которые электризовались от батута. — Даааа! Он любит шарики! — Визжала девочка от переизбытка эмоций за этот день, тем самым сильно перевозбудившись. — Она невероятная! — Восторженно произнес Кайя. — Такая красивая, невероятно красивая, сказочно красивая. — Спасибо, Кайя. — Сейран с благодарностью посмотрела на Кайю, словно взглядом объясняя ему всё пережитое. — Спасибо, что был рядом с Феритом. — Конечно, я был рядом. Разве братья не для этого? Не для того чтобы быть рядом? Да, я и сам никогда не верил в твою смерть. Я просто знал, что твоя история, ваша история не может так закончится. Сейран мило улыбнулась и подойдя сзади к сидячему на диване мужу, обняла его за плечи. Она слегка начала их массажировать, чтобы помочь снять тонус и напряжение с предплечий. — Расслабься Ферит, ты весь напрягся. Мне кажется, это я должна больше волноваться. Все болезни от нервов, а ты мне нужен здоровый. — Сложно, я каждый раз представлял эту встречу и все то, что скажу и все те сожаления на их лице. — Я немного не понял сейчас. — Начал Кайя не понимая, ведь Ферит собирался оставаться дома. — Планы немного поменялись и ты останешься с ней дома, а мы с Феритом поедем. — Довольно улыбнулась Сейран. — Вы уверены, что она не будет плакать? — Лицо Кайи перестало улыбаться и было напугано так, будто его отправят сейчас в космос заботиться об НЛО. — Не уверены, поэтому мы поедем только в девять часов вечера. Мы уложим её спать и всё, ближайшее пять часов она точно не проснётся и даже попить воды. — Ответила Сейран, давая понять, что никто не собирается бросать его на произвол судьбы. — Иначе бы я и не согласился. Сейран такой план предложила только что, а мы до сих пор удивлены, как не додумались до него раньше. Позвони, пожалуйста, Латифу и попроси всех не расходится после «праздничного ужина» и собраться в гостиной к половине десятого. — Да, конечно. — Парень все ещё пытался переварить в голове происходящее. — Я думал, ты обрадуешься. — Ферит толкнул брата в плечо, пытаясь вернуть в их реальность. — Я рад. Даже слишком рад, думаю твоё права видеть эту встречу. Просто я переживаю, что вдруг она проснется. Я совсем не смыслю в детях, ты знаешь. — Не проснется, даже если проедет танк. Она очень крепко спит в первой половине ночи. — Уверила его Сейран, пока тот все ещё пытался понять за что ему такой нервное напряжение. — Давайте уже тогда думать, чем будем ужинать. Я голодный! — Облегчённо выдохнул Ферит и завалился на диван в гостиной. *** «Все пройдёт, я здесь, я рядом, я буду твоим лекарством, не переживай я всегда здесь» человек всю свою сознательную жизнь, нуждается именно этих словах и только эти слова парой является самым необходимым. Человек хочет, что бы его душа всегда питалась заботой от близких. «Мы вместе с тобой пройдём любую трудность, я буду оберегать тебя от любых проблем» — слова которые ты хочешь слышать от человека которому ты доверяешь и готов доверить себя. Но порой, так и не слышишь их, что в один час меняет тебя. Точнее меняет твой взгляд на эту жизнь и на то кто действительно близкий. Ничего не подозревавшая семья Корханов и Шанлы, сидели в ожидании чего-то в гостиной. Они снова обсуждали, что на этот раз выкинет младший наследник этого семейства. Орхан все же не переставал поднимать тему о том, чтобы отправить его на принудительное общение с психологом. Ведь так скоро, по его предположениям, возможно его сыну будет нужен психотерапевт, а не психолог. Гюльгун же традиционно сидела с переживательным лицом поглаживая спину своему золотому мужу. Ведь она верила, что сын вот-вот придёт в себя и вообще главное, что он живой, а что он делает уже не так важно. Корхан старший же, вновь намекнул на то, что у его друга есть внучка возраста Ферита и возможно, именно она поможет выйти из этого состояния. Предложение, которое, не очень нравилось Кязыму. Нет, не из-за предательства его младшей дочери, он попросту надеялся, что первого и единственного внука в этом доме родит его дочь — Суна. Тем самым они с ее мужем будут на шаг впереди, пускай и без положенной фамилии. Дверь в гостиную отворилась, но из-за бурных обсуждений никто не обратил на это внимание. Сейран делает первый шаг, ощущая дикий страх перед неизвестным, стряхнув охватившее её сильное оцепенение она делает второй решительный шаг и ощущает как её муж крепче сжимает её руку и вот наконец-то третий шаг, который делает её взору гостиную доступным. Эсме, которая не сильно участвовала в этих беседах и сидела напротив большинства, первая взглядом замечает дочь. В первые секунды силуэт Сейран начинает размыливаться, но потом вновь встаёт перед ней. Женщина закрывает глаза и вновь их открывает, пытаясь понять сошла ли она с ума. Но перед ней все так же безмолвно, наполненными слезами глазами стояла её младшая дочь. — Эсмеее! — Протянул Казым, который сидел между своей сестрой и старшей дочерью, завалившись на диване справа. Его руки были раскинуты на спинке дивана по свойски.– Ты, что сидишь как немая и глаза вытаращила так, как будто приведение увидела. — С издёвкой рассмеялся мужчина. — Сей-ран… — Выдала Эсме по слогам, все ещё пытаясь понять, действительность ли это или прямо сейчас ей вызовут псих бригаду. — Мама! — В полутоне ответила зеленоглазка, от волнения голос предательски прозвучал тихо и она попыталась откашляться. Резко взгляд всех повернулся в сторону только что прозвучавшего и почти уже забытого голоса. В моменте, вскочили все без исключения, лишь Халис схватившись за сердце завалился на диван ещё больше, словно провалится в её спинку. Первой к Сейран подбежала Суна, истерично повторяя имя сестры. Суна дотрагивалась до каждого сантиметра тела сестры, все ещё пытаясь понять настоящая ли она. — Сейран! — Суна наконец-то обняла сестру, поняв, что это действительно она. — Ты живая? Сейран, ты живая? — Суна не переставала вторить то имя сестры, то о том что они думали, что её больше нет. Сейран наконец-то выходит из состояния оглушения и обнимает сестру в ответ, сжимая объятия с каждой секундой все крепче и крепче. Зеленоглазка, много раз во сне видела встречу именно с сестрой. Она словно, словила дежавю в этом моменте, и пыталась обнять сестру ещё крепче, боясь вновь открыть глаза где-то в другой стране. Ферит стоял в стороне одновременно радуясь улыбке жены и в то же время ревнуя её, ревнуя встречу которую они вовсе по его мнению не заслужили. Следом рядом с Сейран оказались все кто был сейчас в особняке, пытаясь обнять. Рассказать о том, что они пережили, о том как скучали и о том, что о такой встречи мечтали лишь в следующей жизни. Все было очень сумбурно, речь каждого смешалось в голове у девушки, и получалось так, что она буквально не понимала о чем каждый из них говорит. Через час бесконечных объятий и возможности каждого выговориться и понять, что произошло и происходит, в гостиной наконец-то наступила минута молчания и переглядок. — Ферит, сынок ты, всё-таки, был прав! — Традиционным монотонным голосом сказал Орхан. — А мы считали тебя сумасшедшим. — Мужчина улыбнулся, на что улыбнулись и все остальные сидящие в гостиной, а кто-то даже пустил смешок. «улыбка, словно, ничего не произошло» «смех, от которого мне совсем не смешно » Лишь лицо Ферита было полное непониманием. Смешок, который в тот же миг дошёл до его слуха, был словно издёвкой над всем, чего ему стоили эти обвинения. — Ты думаешь оказаться правым это что-то лёгкое и невероятно простое, словно перышко? Я очень хорошо усвоил то, как тяжело и обременительно быть правым, когда ты на стороне этой правды практически один. Тяжело, когда самые близкие тебе люди, ни разу не подняли свои пятые точки или не пошевелили своими извилинами, чтобы помочь мне, моей жене и моей дочери. Это такая глубокая боль, поверьте мне, вы бы не хотели её ощутить. — Дочери? — Задала вопрос Суна и все притихли, ожидая. — Айла она дома. С ней все хорошо. — Сейран взяла ещё немного паузы.– Психолог посчитал, что она не готова к такой бурной встрече с родственниками. Возможно, потом или как-то по одному, сейчас для неё это было бы слишком волнительно, она и так много пережила. Удивление всех на лице росло с геометрической прогрессией. — Я так боялась, спросить тебя о твоей беременности и чем она закончилась. Ведь после такого падения… — Суна искала подходящие слова. — И вы пришли одни. — Я никуда не падала, Суна. Это была лишь моя машина. Беременность прошла нервно, но слава богу это серьезно никак не повлияло на здоровье моей девочки. — Сейран решила не впадать сейчас в подробности о её сердце. — Я хочу видеть свою внучку! — Казым улыбался своей «искренней» улыбкой до ушей. — Куда вы её спрятали. Где наследница этих владений. — Кязым развёл руками, имея в виду особняк, не упуская возможности снова перейти на материальную сторону. — Она сейчас не будет знакомиться с вами. Она должна привыкнуть к той жизни, в которую мы её неожиданно переместили. Сделайте, пожалуйста, одолжении хоть сейчас и не лезьте в мои дела, как прекрасно это делали эти два года. Не дав Кязыму возразить, Суна перебила отца, который только что сделал тоже самое. — Как это произошло Сейран? Как так получилось? — Вопрос, который волновал сейчас всех больше всего. Пока Кязым радовался тому, что наследников этой семье, всё-таки, родит его дочь. — Я ничего не успела понять, мне перегородили дорогу, дальше я не успела заблокировать дверь и она тут же открылась и там стоял он. — Сейран боролось с собой, чтобы вновь произнести его имя. — Тарык. Он и его люди. С животом я особо была не в состоянии сопротивляться и тут же оказалась в его машине на задних сиденьях. В моей голове совсем не было мыслей, что для всех Я совсем скоро окажусь мертвой. Я не думала, что это разлука окажется в целых два года. Моя последняя надежда была на телефон, но к сожалению, после первого же звонка и всего лишь двух гудков, он заметил его и благополучно забрал. — Хорошо, что он ничего не сделал с тобой и с ребенком. — Выдохнула Гюльгюн. — Да, Слава Всевышнему. Про себя Сейран лишь подумала о том, о чем решила промолчать. Он не просто ничего не сделал, а сделался псевдо отцом для их с Феритом дочери. Он и есть центр вселенной их внучки. Ферит продолжал нервно поглядывать на часы. — Думаю, нам пора Сейран. Эта история с похищением настолько долгая, что одного вечера не хватит. Думаю, пусть каждый обдумает, своё прошлое. Надеюсь драматическими сценами мы закончили и я уже не нужен.Ты сможешь, когда хочешь навестить своих родителей или приехать сюда навестить сестру. — Лицо Ферита оставалось неизменно каменным. — Кайю, тоже надо отпустить домой, ему завтра с утра на работу. — Кайя? — Лицо всех было удивлённым. Суна вовсе была недовольной, ведь её муж скрыл о том, что её сестра нашлась. — Айла спит и мы оставили ее с дядей. Единственный человек, который ждал и искал её. — Ферит, перестань, пожалуйста. — Орхан подошёл к сыну в попытке обнять, но тот сразу же отстранился, убирая руки отца. — Мы понимаем, что тебе было тяжело и ты в большой обиде на нас. Но давай уже приходи в себя и переезжайте сюда скорее с моей внучкой. — Орхан улыбнулся сыну, похлопывая по плечам. На что Ферит, брезгливо посмотрел по сторонам. Давая всем понять, что ничего забывать он не собирается и готов их всех буквально уничтожить взглядом прямо здесь. — Да, сынок, давай перестань обижаться как в первом классе. — Халис тоже решился заговорить. — Ты уже теперь отец и думаю начинаешь понимать, что такое ребенок, что такое любовь к своему чаду. Ваша комната ждёт вас. Давайте отдохните там как маленькая семья и присоединяйтесь к нам. Ферит отрешённо попятился, сделав два шага назад от кучи людей, которые одновременно начали галдеть о том, что нужно простить друг друга и вообще оказывается они семья. От голосов поступающих со всех сторон, Ферит закрыл свои уши ладонями, словно прося их замолчать. –Хватит, хватит, остановитесь! — Голос Ферита оказался громче всех и в гостиной наступила тишина. — Вы не знаете ни грамма того, что я проживал, вы не знаете с чем я боролся. Вы как и всегда были в своих проблемах, вас никогда не интересовали мои дела, если они не касались имиджа нашей фамилии. Вы хоть раз за эти два года спросили, что я чувствую? Все было настолько просто. «Как ты себя чувствуешь сынок?». — Произнёс парень по слогам.– Да, я был сильно разбит, если бы вы спросили, я бы поделился. Я был морально повержен, если бы вы спросили, я бы дал волю слезам. Моя душа была в разбита вдребезги. Если бы вы попытались меня как-то поддержать, я бы не был в таком состоянии. Что сделали вы? Не видели, не слышали, не чувствовали! Теперь ты стоишь напротив меня и говоришь о том как счастлив и просишь все забыть! Я никогда не прощу тебя за то, что ты заставил меня отказаться от тебя, дедушка и от вас «семья» — Ферит указал пальцем на стоящих напротив. Притягивая оттуда к себе Сейран.– Да, от всего этого я вел себя агрессивным, я был на пороге сумасшествия. Это все происходило на ваших глазах, но не один из вас не заметил, что я всего лишь нуждался в словах поддержки. Я ослабел физически, настолько, что не мог держать в руке что-либо. Но снова никто из вас не заметил, что я хотел, чтобы вы всего лишь меня не осуждали. Я словно таял на ваших глазах. Не видели, не хотели видеть это. Посмотрите на меня, посмотрите на мою жену. — Ферит жестом показал на жену.– Мы бы не были такими, если бы вы однажды лишь прислушались ко мне. Сейчас прошу и дальше держать то расстояние, которое вы успешно держали на протяжении этих двух лет! Взгляд всех в том числе и Сейран упали на глаза Ферита, которые стали абсолютно красными и словно умоляли о помощи и кричали от душевной боли. Ферит решительно направился к выходу, ведя за собой жену. Сейран же понимая, что лучше помолчать, безмолвно плелась за ним. В гостиной особняка ещё долго стояла мертвая тишина, после того как его покинула молодая пара. *** — Поедем завтра за детской. Кстати, уже завтра я опубликую нашу фотосессию на своей странице. Не стал продавать ни одному журналу. Тишину в спальне наконец-то разрушил голос Ферита, который кажется начал приходить в себя. Ведь с того момента, как они покинули особняк, он так и не проронил ни единого слова. Кроме тех, когда они прощался с кузеном. Сейран же давала ему время, прекрасно зная, что Фериту главное не торопиться с словами и выводами. — Ферит, у тебя все хорошо? Я так испугалась, что тебе станет плохо, что твой сахар упадет. Сейран протянула руку через дочь, которая лежала между ними, положила свою ладонь на его щёку, которые он наконец-то побрил. — Ты что, ты вообще не должна нервничать сейчас, я в порядке. Ты рядом со мной, моя дочь спит прижавшись ко мне. Я сейчас самый счастливый человек на свете. Да, моя душа полна разочарований и непонимания. Но как только я оказываюсь в ваших объятиях, я забываю все вокруг. — Ферит берёт руку Сейран со своей щеки и прикладывает их к своим губам, целуя. — Я люблю тебя, муж! — Сейран улыбается в абсолютно темноте, но парень даже не видя понимал, что она сейчас широко улыбнулась. — Я люблю тебя моя фисташка!