Как бы ни было больно, мы любим друг друга.

      Вокс в шоковом состоянии стёр кровь со своего экрана, чувствуя, как дрожат кончики собственных пальцев. Поведение Аластора всегда нарушает все понятия здравого смысла, но, несмотря на собственный идиотский спектакль с Валентино, он всё ещё живой.       — Я уже понял, что нужен был тебе только для того, чтобы избавиться от контракта. Никогда в жизни ты бы не позволил мне весь этот бред без личной для себя выгоды. — Произнёс грешник по мысленной связи через радиоволны, чтобы никто не мог подслушать.       — Смотреть вашу еблю в планы не входило, хотя была вероятность того, что ты это сделаешь. Честно признаться, даже если бы я был бисексуален, гнусавая моль никогда бы не легла в мою кровать. Он уродец-садист, возомнивший о себе слишком много, да и не особо заботился о твоём удовольствии. — Такой вывод можно сделать, понаблюдав от силы минуты три, не больше.       — Можно подумать, ты был тактичнее. Я помню от силы три встречи в баре, когда твои тени за спиной не пытались запустить в меня стаканы из бара. Мне просто повезло, что в эти короткие встречи они были поглощены эмоциями оттого, что ты убивал других. — Вокс, будучи слепо влюблённой жертвой собственного стокгольмского синдрома, не замечал очевидных вещей.       — Я не заставляю себя содержать и не угрожаю, что брошу тебя при самом первом удобном случае. Не ты управляешь корпорацией, а Валентино и Вельвет, без их сил и знаний ничего бы у тебя не вышло. Попал ты в такую кабалу, что мне даже жаль немного. — Вдруг в радиодемоне, судя по интонации голоса, пробудилась самая мрачная личность.       — Если ты видел с самого первого дня, что я такое дерьмо на палочке, зачем вдохновлял меня на всё это мракобесие? Ты бы мог тупо пройти мимо и найти демона для постоянных унижений по выгоднее как минимум! — Экран телевизора начал рябить и то и дело показывать то, как большие красные зрачки на мониторе плачут.       — Дорогой мой Вокс, есть вещи, которые от нас не зависят, у бога отвратительное чувство юмора. Не удивлюсь, если где-то в параллельной вселенной на наших с тобой играх зарабатывают большие бабки. — Как-то уж слишком театрально сказал житель отеля «Хазбин».       — Очередной вывод дочери любителя уточек? Или сам додумался, сидя на унитазе после очередного невкусного ангела? — Выдохнув, теледемон попытался взять себя в руки.       — Брось, дорогуша, ты и сам уже начал обо всём догадываться, наш мир слишком за разные виды отношений. При этом у главных королевских особ пиздец со своими жёнами, но любовь к дочерям. Два раза в одну реку? Возможно, но не у главных персонажей трагедии. — В самом деле, слишком много совпадений, да и нет ни у кого нормальной традиционной пары в отношениях.       — Хочешь сказать, что моя одержимость — это кем-то навязанный бред? — Вокс, сам от себя не ожидая, телепортировался прямо в покои Аластора.       А точнее, в домик на болоте, пол которого украшен останками последних жертв. Хозяин этого живого могильника уже успел присесть в кресло у горящего камина. Его прекрасные оленьи уши наслаждались звуком потрескивания языков адского пламени.       — Не думай так примитивно, детка, я не унижаю твои детские истерики в мой адрес. Мне нет резона трахать тебя так запросто, потому что если ты получишь своё, я перестану быть интересен. — Маньяк говорил таким тоном, словно в самом деле объяснял ребёнку, почему небо голубое.       — Да иди ты нахуй! — Не выдержал Вокс и пнул ближайший череп ногой прямо в камин.       — Твой маловат, да и ты взорвёшься от стресса раньше, чем начнётся весь процесс. Не ори и послушай меня внимательно, я скажу тебе одну вещь, но на большее не рассчитывай. — Встав с кресла, демон в одну секунду оказался рядом.       — Чё за нах? — Успел подумать Вокс перед тем, как услышал фразу, после которой мгновенно отключился.       — Ты единственный, чей труп я мечтаю трахнуть, но никогда не сделаю этого, потому что люблю тебя, тварь ты со стокгольмским синдромом. — Аластор в очередной раз доказал, что их чувства не просты, даже ломая все каноны фанфиков их пары во вселенной.