Иллюзия контроля. Двойной контроль

День выдался солнечным и приятным, Уилл позвонил в дверь невысокого и ничем не примечательного здания, на котором было много листовок с фото питомцев, ищущих дом. За дверью тут же раздался собачий лай. Дверь приюта открылась практически мгновенно, и перед Уиллом предстал немного уставший, но такой… обычный Джеймс. Он вежливо отодвинулся в сторону. На этот раз на парне Марка была простая красная футболка, слегка поношенная, и старые джинсы, которые, казалось, видели уже немало дней в этом приюте. — Привет! — дружелюбно поздоровался он, и Уилл оказался в помещении, полном собачьих клеток. У стойки регистрации было много собачьих кормов, рекомендаций и каких-то бумаг, но Уилл не обратил на них практически никакого внимания. Вид собак в первых двух клетках у входа вызвал у него какой-то восторг. Следующие полчаса были потрачены на то, что Джеймс водил Уилла по приюту, знакомя со своими лохматыми подопечными и рассказывая истории того, как они попали в приют. От его манерности, казалось бы, не осталась и следа, разве что изредка что-то проскальзывало в его походке. Джеймс был невысоким, но крепким мужчиной, а его пепельно-русые волосы, слегка растрепанные, добавляли ему непринужденности. И Уилл невольно отметил про себя, в таком виде Джеймс казался куда более подходящей парой для Марка, вот только… это была лишь его часть. Мужчина носил свой образ простого непритязательного парня так же естественно, как Кайл носил свою маску БДСМ-мастера. — Это Джесси, она была найдена с перебитой лапой у бензоколонки. А это Лес, он немного осторожен с чужаками, но как только освоится, так сразу… Вольеры у нас снаружи, здесь зона карантина для новичков… — Уилл слушал истории вполуха, понимая, что это всё равно не запомнить, он тут же облюбовал жалко скулящую черную помесь борзой и бульдога с носорогом, которой по всей видимости очень нужно было внимание. Джеймс открыл для него клетку, и собака пару раз лизнула его в нос, пока Уилл отчаянно смеялся, не в состоянии увернуться от пса, и Джеймсу пришлось спасать Уилла от чересчур любвеобильной подопечной. — Класс, — произнёс Уилл, когда его первые восторги поутихли, и они вышли на улицу к вольерам. Уилл гладил отчаянно желавшую ласки Майорку по спине на безопасном расстоянии от морды собаки, пока Джеймс придерживал питомца за ошейник, чтобы та не зализала посетителя до смерти. После получаса брождения по приюту, Уилл произнёс: — Хорошее у вас тут место. — Ага, — признал Джеймс. — Поможешь мне выгулять собак? Лицо Уилла сразу расплылось в улыбке. — Конечно, — и он тут же добавил с некоторым сомнением: — Только я ни разу не делал это… — О, это несложно, я тебе пару поводков дам с самыми спокойными псами. Немножко поможешь мне, а то мы тут зашиваемся. — Почему? — С финансированием беда, мы в основном зависим от пожертвований, но в последнее время с этим не очень, так что многие программы фонда придётся, вероятно, закрыть, — признал Джеймс. — Большинство собак в вольерах, но крупные породы всё равно надо выгуливать. Тут есть пустырь за территорией — туда и ходим, немного благоустроили его своими силами, оградили, собаки не возражают. Я и Марка… просил мне помочь, — тут внезапно добавил Джеймс, словно в подтверждение догадок Уилла о том, что первые свидания пары наверняка проходили где-то в приюте. Джеймс производил впечатление человека, для которого волонтёрство и забота о животных были неотъемлемой частью жизни. — Хмм… Что ж, надеюсь, эта посильная сумма как-то поможет, — произнёс Уилл, вынимая из кармана чековую книжку и выписал чек на десять тысяч долларов. Джеймс округлил глаза, глядя, как Уилл кидает его в банку для пожертвований. — Боже, ты серьёзно? — прокомментировал он действия Уилла. — Почему нет? — пожал плечами Уилл. — Тогда надо водить тебя к нам почаще, — рассмеялся Джеймс, приглашая Уилла следовать за ним к вольерам. Джеймс смерил Уилла подозрительным взглядом. — Слушай… Марк рассказал мне… про твоего дядю и… мне жаль, что я неудачно выразился. Я думаю… ему бы стоило меня предупредить, — признался Джеймс, тон которого выдавал лёгкую досаду и раздражение, которое он испытывал по всей видимости по отношению к Марку. — Забудь, — пожал плечами Уилл. — Нам он тоже мало что про тебя рассказывал, — сказал Уилл, хотя фактически сам редко общался с Марком, и в данном случае под «нами» он больше подразумевал Кайла. — Да уж… — протянул Джеймс, ставший внезапно мрачным. Он попросил Уилла остаться подождать его снаружи, пока сам вошёл в вольер и под громкий востороженный лай порядка десяти собак. С уверенностью человека, знающего каждую из них, мужчина пристегнул к ошейникам двух самых крупных псов и вывел их наружу. Передавая поводки Уиллу, Джеймс бросил на него ободряющий взгляд. Тот принял их с лёгкой растерянностью, но почти сразу заметил, что собаки ведут себя на удивление спокойно: лишь заинтересованно обнюхивают его, не пытаясь прыгать или облизать, как это делала Майорка. — Эм… ну привет, — поздоровался Уилл с собаками. Вскоре Джеймс вернулся с ещё двумя куда более строптивыми собаками, которые так и норовили вырваться, но Джеймс вовремя одергивал их. — Ну пошли, — беззаботно произнёс он. Когда они вышли за территорию приюта и двинулись по проселочной дороге, Джеймс вдруг спросил: — Марку следовало предупредить, что я крашусь, да? Местность здесь выглядела неухоженной и почти заброшенной, больше напоминая помойку. Вдоль дороги тянулись заросли диких колючих кустов и травы, почва была глинистой, и Уилл представил, как после дождя здесь размывает местность, так что собаки наверняка возвращаются очень грязными, а то и можно поскользнуться и они протащат тебя лицом по этой глине. Если они конечно гуляют с ними в такую погоду… — Эм… ну не то чтобы… — начал было Уилл. — Да брось, — фыркнул Джеймс. — Я видел, как они переглянулись. — А сейчас ты не… не накрашен, — сказал Уилл. — Ну да, — Джеймс кивнул, по прежнему не глядя на Уилла. — Не делаю это на работу, — вздохнул он. — Собакам всё равно, как я выгляжу, но… посетители пялятся. Так что… проще нет. И поэтому когда я не на работе… хочется немного побыть собой, что ли… Уилл кивнул. — Мне понравился твой образ, такой яркий, — произнёс он, и тогда Джеймс перевёл подозрительный взгляд на Уилла, пытаясь определить, льстит тот или издевается, но его собеседник выглядел на удивление искренним. — Хмм… ты серьёзно? — спросил Джеймс. — Ну да, тебе идёт, — тут же улыбнулся Уилл. — На самом деле я тоже пару раз переодевался, пока Кайл не одобрил, — ухмыльнулся Уилл. — Ну то есть… я не ношу что-то… ну… такое яркое, но пару пиджаков Кайл отбраковал, — продолжил улыбаться Уилл. Джеймс только хмыкнул. Какое-то время они шли в задумчивом молчании, если не считать тяжёлое счастливое дыхание собак, которые то и дело останавливались, чтобы принюхаться к чему-то или оставить метку. — Смотри только, чтобы они ничего тут не съели, — предостерегающе произнёс Джеймс, видя, что лохматый пёс Уилла заинтересовался чем-то и тянет его к ближайшему кусту, и молодой человек тут же дёрнул поводок на себя. — Берсерк и Герда спокойные. Берсерк ласковый медвежонок несмотря на имя, а вот эти… — Джеймс потряс в руках поводки с одинаковыми чёрными псами похожими на помесь немецкой овчарки. — Ник и Адам — те ещё бесенята. Ник сначала жрёт, потом думает, а если видит, что его за этим застал человек — жрёт быстрее. Совершенно не реагирует на команду «Фу». Адам — тоже недалеко от этого ушёл. — Уилл хмыкнул, а Джеймс тем временем продолжал: — Вообще почти у всех собак это бывает — это тебе не кошки. И Берсерк и Герда могут покуситься на какую падаль. Или на целлофановые пакеты, пахнущие едой. Герде как-то уже делали операцию по извлечению резиновой кости — подарок, от предыдущего владельца, надо полагать. Так мы её и нашли с кишечной непроходимостью. А в последнее время тут кто-то начал… раскладывать подозрительную еду. Ну там… мясо, консервы. Боюсь, что кто-то пытается их отравить. — Зачем? — Почем мне знать? Живодёры или просто… не нравится местным, что тут приют. Собаки вроде как… шумные, воют. Или вот ещё аргумент, что если одна из них сбежит, то обязательно набросится на первого попавшегося ей ребёнка и разорвёт его, — мрачно хмыкнул Джеймс. — У меня была собака. В детстве, — произнёс Уилл. — Вот как? Какая? — Мелкая. Я её… эм… — Уилл замялся. — Ну в общем, выпросил. Но потом… в общем-то, Харпер её отравил, я думаю — она ему надоела. Много тявкала, гадила не в том месте… — Уилл тут же хмыкнул. — Можно подумать, что он за ней убирал, а не прислуга. Но, в общем… с тех пор я не заводил животных. Джеймс посмотрел на него с явно видимым сочувствием. — Мне жаль… а почему ты думаешь, что… Харпер это твой дядя? — и на кивок Уилла, Джеймс продолжил: — Её отравил? — Ну… я нашёл её, когда она как-то в конвульсиях билась… пена изо рта… Короче… А он на днях обещал её травануть, если она будет лаять ночью снова, так что… Уилл замолчал, тяжело вздохнув. Ему было четырнадцать. Он помнил, как он вбежал в комнату Харпера с умирающей собакой на руках, как он в слезах просил его что-то сделать, но тот лишь сказал ему убираться и что ему дела нет до его собаки, и он не собирается её куда-то везти посреди ночи… А потом… Уилл сказал, что он сделает, что он попросит, если они отвезут Джесси… А Харпер просто грубо схватил его за шкирку и выставил вон из своей спальни. Джесси скончалась к утру… Боже. И зачем он только это вспомнил… Он хотел это забыть. — Мне очень жаль, Уилл, люди, которые поступают так с животными… не заслуживают жизни. — Он и с людьми не очень-то… — хмыкнул Уилл, но тут же замолчал, будто поймав себя на слове. Жаловаться сейчас он не хотел — день был слишком хорош для подобных воспоминаний. Однако в этот момент Уилла внезапно охватило острое желание увидеть Кайла. Только он, пожалуй, мог понять его сейчас как никто другой… Только он знал, что представлял из себя Харпер — во много благодаря рассказам Уилла, который сейчас снова почувствовал потребность рассказать всё, но он не собирался ни с кем больше делиться своими воспоминаниями из детства. Поэтому Уилл решил сосредоточиться на том, что происходило здесь и сейчас: Герда и Берсерк перебирали лапами словно два меланхоличных медвежонка, а Ник и Адам напротив вели себя куда активнее, и то и дело пытались по очереди рвануть то к одному кусту, то к другому. Это было довольно забавно… — Послушай, Уилл… А зачем… тебе вообще Кайл? — вдруг спросил Джеймс, отрывая его от собственных невесёлых мыслей. — А? — Ну что ты в нём нашёл? — Ну… — Уилл улыбнулся. Про Кайла он готов был говорить часами. — Он славный. Надёжный. Заботится обо мне, — Уилл тут же замолчал, так как прозвучало это как-то жалко, и это не утаилось от внимания Джеймса. — Да, но… ты можешь не работать, обедать ежедневно в «Сан-де-Франс», позволить себе выписать чек размером на хорошую месячную зарплату, и Марк сказал… что ты вроде как не беден. Зачем тебе Кайл? Неужели он… оказался лучшим? — с сомнением спросил Джеймс. — Ну… — Уилл глубоко вздохнул. Он думал, что может говорить о Кайле часами, но он понял, что явно не с Джеймсом, который даже произносил имя Кайла каким-то особенным тоном. — Он не такой, каким кажется со стороны. Он намного… глубже что ли. — Он хочет Марка, — перебил его Джеймс. — Что? — изумился Уилл резкой смене темы их разговора, и почти сразу же поморщился, почувствовав, что это уже перебор на сегодня. Это совсем не то, о чём он бы хотел думать сейчас или вести беседу. Джеймс поморщился. — Марк признался, что у Кайла стоит во время сеансов. И… я уж не знаю, он мне сказал это… ну вроде как в обиде на меня, но… Уилл сглотнул, и, тщательно выбирая слова, произнёс: — Ну… Я в курсе… ну то есть… Ну камон, он… — Уилл немного нервно засмеялся. — Ты представляешь, чем он занимается во время сеансов? Ну и вот… Но он делает это совсем по-другому… Джеймс фыркнул, и в его голосе явно проскользнули обида и ревность: — Да ладно, и как ты думаешь Марк узнал, что у Кайла стоит, раз этот Кайл такой неприкасаемый? Уилл хотел возразить, что Марк мог заметить… Ну или случайно коснуться, ну или вовсе наврать, чтобы позлить Джеймса. Но… он пытался вспомнить, как сам он понял, что привлекает Кайла, как впервые прижался к нему, и Кайл тогда его оттолкнул. Но уже через несколько сеансов Уилл уже без стеснения тёрся о член Кайла через его одежду… И тогда Уилл задумался, а что если… что если и Марку Кайл позволяет такие вот… вольности? Как-никак Кайл сам признался ему, что Марк ему «интересен». Кайл называл это именно так, «интересен». Не «у меня на него стоит» или не «я нахожу его физически привлекательным» или «мне нравится его доминировать», а именно это абстрактное «интересен», которое фактически могло означать что угодно…

***

Уилл никогда не видел Кайла таким злым. По-настоящему злым, при этом — в своём БДСМ образе. Кайл только что сказал, что его достали такие партнёры как Уилл и Реджина. Мужчину возмутило также, что Уилл пытался искупить свою вину тем, что отвёл его сына в дорогое заведение поужинать после кино. Кайл… впервые не играл свою роль, сколько вжился в неё. Его слова, тон, взгляд были настолько пугающе резкими, что Уилл не мог понять, где заканчивается Кайл и начинается его маска. — Раздевайся, — приказал Кайл тоном не терпящим возражений, в руках у него был стек, и выглядел он внушительно и грозно. — Прям здесь? — растерялся Уилл, окидывая Кайла нервным взглядом. — Ага, — и Кайл подпер дверь стулом, так что на кухню никто бы не смог войти. На самом деле Уилл хотел Кайла, он просто… жаждал его прикосновений. Он отчаянно нуждался в них, но… медлил. Уилл бы хотел, чтобы Кайл бросил его на кровать и начал нежно и расслабляюще целовать каждый сантиметр его шеи, раздел бы его, растянул и медленно вошёл. И тогда Уилл покорно раздвинул бы ноги и подался ему навстречу, стонал и просил бы ещё. Но… Кайл не предлагал ничего подобного сейчас. А Уилл не готов был уйти просто так, даже если бы Кайл и не закрыл за собой дверь. Молодой человек начал расстёгивать пуговицы своей рубашки, чуть подрагивающими руками, когда Кайл холодным и всё ещё раздражённым голосом произнёс: — Просто штаны спусти. Уилл тяжело сглотнул, не поднимая взгляда. «Штаны снимай», — всплыл в памяти Уилла до боли знакомый грубый голос, в тоне которого безошибочно угадывалось безразличие к желаниям самого Уилла. Быстрая дрочка об Уилла — всё, что частенько требовалось Харперу. И это было не самым худшим… это было хотя бы быстро. Но почти всегда болезненно. Уилл внутренне сжался, но начал расстёгивать свои штаны и спустил их с себя с трусами до середины бедра. Кайл сел и притянул его к себе, перебрасывая через колено. Уилл ойкнул и вздрогнул от первого удара паддла по своим ягодицам. — Не вздумай тут кричать, Уилл, — тихим вкрадчивым голосом произнёс Кайл, зажимая ему рот рукой в чёрной кожаной перчатке. И Уилл начал задыхаться от следующих ударов паддлом по заднице. Они были звонкими и громкими, и Уиллу стало страшно от того, что в комнату может войти сын Кайла. Он может их услышать, наверняка эти удары настолько громкие, что их слышно… везде… Так же, как Уилл переживал, когда Харпер вдалбливался в него слишком громко в своём кабинете, или однажды он сделал это с ним в коридоре, и не так далеко в доме где-то убиралась Сара, и Уилл старался не издать ни звука, сжавшись и замерев, и от этого было особенно больно принимать в себя член Харпера. Уилл почувствовал, как на его глазах выступили слёзы. Он поверить не мог, что всё это с ним делает Кайл… его Кайл. Почему он не мог хотя бы отвести его в комнату или в свою спальню. Комната хотя бы запиралась на щеколду, и дверь прилегала к дверному проёму более плотно, так что любые посторонние звуки в ней были не так слышны… Уилл тяжело дышал, стараясь просто замереть, чувствуя, как Кайл грубо вставляет в него несколько пальцев. Ему нужно просто немного потерпеть… потом Кайл успокоится и… простит его… и будет снова его Кайлом… только его… таким спокойным и ласковым Кайлом… И тут Кайл приподнял голову Уилла за шею, и мальчишка явно не ожидал этого, и он не смог вовремя взять себя в руки — Кайл уже заметил его слёзы… Харпер всегда лишь насмехался над его слезами, и становилось только ещё хуже… — Уилл… — произнёс Кайл таким родным мягким ласковым голосом. — В чём дело? — спросил Кайл, вынимая из него пальцы и ласково целуя. Уилл всхлипнул, хватаясь за шею Кайла, прижимая его к себе… Всё закончилось, Кайл… пришёл в себя, Кайл… снова его Кайл, целует и ласкает его, гладит, любит его… прощает его… Он поднял его на ноги и одел, прижимая к себе. — Прости… прости… Уилл, — шептал Кайл, целуя его и вытирая слёзы с его лица. А потом… когда уже в спальне Кайл объяснил ему, что, что бы он ни делал — это просто игра, и если Уиллу она не нравится, то ему просто следует сказать. А если партнёр продолжает делает то, что ему не нравится, то не надо встречаться с таким партнёром… И Уилл… почувствовал себя таким дураком. Было глупо сомневаться в Кайле… было глупо не остановить Кайла. Ему показалось, что Кайл испугался даже сильнее, чем он сам, когда осознал, что натворил… И это… показалось Уиллу милым.