"Лолита"

Лололошка спокойно попивал чай. Вспоминать свое прошлое было, конечно, неприятно, но все же нужно было кому-то рассказать, он больше не мог в себе это держать. Это его сильно беспокоило, мучило. Ладно бы только душевно, но он начал шугаться всех. Ему стали противны прикосновения к себе. Он начал бояться людей, которые старше него… ну, не старше, но выглядели так, от чего становилось только жутко. Пару раз у него были мысли, чтобы переехать из блогер хауса в какую-нибудь квартиру, чтобы быть одному… да вот только Ричарда не хотелось расстраивать, он же уже привык, что его друг постоянно рядом… но ему же все равно придется уйти в другую реальность. Лололошка тяжело вздохнул и посмотрел на Дилана. Дилан лишь смотрел в стол. Кажется, он пытался сложить 1+1, но в этот раз у него это очень плохо получалось. — Что-то меня в этой истории напрягает, но я не понимаю что. Эграса… он получается твой первый друг? Как долго вы с ним прожили? А как отец его к тебе относился, как его вообще звали? — Всему свое время, Дилан, но моего приемного отца звали Тадмавриэль. Тадмавриэль… можно сказать, он положил начало тому, почему я так начал шугаться всего и всех. Да, потеря памяти мне помогла, но, походу, ненадолго. Раз мой разум решил вспомнить все с самого начала… — Тогда ключевым "злодеем" получается будет Тадмавриэль. Ладно, а как ты лишился родителей, ты хотя бы это помнишь? Или это дальше в истории будет? Лололошка опустил взгляд. Он мало помнил о своих родителях, но все же что-то припоминал. — Я потом тебе расскажу, в ходе истории, может, тогда более ясно вспомню… а так давай я лучше дальше продолжу.

***

Я, наверное, уже пробыл в этом доме две недели? Честно, уже не помню… но каждый день мне было жутко выходить из комнаты. Я боялся этого Тадмавриэля, который уже стал моим приемным отцом, но называть я его так не хотел… вообще никогда не хотел себе отца, но это потом. Мы с Эграселем сидели то в моей комнате, то в его. В общем, все делали, чтобы не попадаться на глаза отцу. Мы только могли пару раз выйти из комнаты, чтобы поесть, и то мы брали еду к себе в комнату. Ванная комната была в комнате Эграселя, как дополнительная комната. Так же Эграсель смог исполнить мою давнюю мечту: научиться читать и писать. Он каждый день терпеливо меня учил, даже хвалил, как у меня получалось все с первого раза, и с первого раза я даже запоминал… как бы смешно это сейчас ни звучало. Вообще-то, за одну неделю я научился и писать, и читать, от чего Эграса сильно удивился, как ему на это понадобилось месяца два, а я сделал это за раз. В общем-то, мы начали изучать разную науку по книжкам. Книжки мы, конечно, брали в библиотеке, пока там не было Тадмавриэля или он спал. Так мы однажды с Эграсой сидели в библиотеке. Тадмавриэля там не было, он был у себя в комнате, кое-то в веке он решил нормально отдохнуть, от чего нам давалось много времени. Мы с Эграселем выбрали книги, которые мы могли изучать, останавливаться мы не хотели, оба тянулись к занятиям и наукам. Мы перебрали пару полок и выбрали для себя книжек десять. Мы уже собирались идти обратно в комнату, как в библиотеку зашел Тадмавриэль. Заметив нас, он сразу подошел к нам и начал сверлить нас своим холодным взглядом, от которого были мурашки. Уши Эграселя сразу опустились вниз, он никак не ожидал увидеть своего отца здесь. Он быстро посмотрел на меня, будто что-то ждал. А я что? Стоял как вкопанный и не мог пошевелиться. Отвести взгляд я тоже не мог, я смотрел в эти… темные глаза, которые смотрели на меня. Тело предательски тряслось, а сказать я подавно ничего не мог. Почему я так его боялся? Сложно сказать… может, он напоминал мне моего отца? Точно нет… они абсолютно разные, даже их выражение лица было разное… — Эй, Ло, пошли, прошу. Дергает эльф за рукав меня. Я сразу вышел из этого транса и посмотрел на своего друга и слегка кивнул. — Да-да, пошли. Взяв книги, я и Эграсель быстро направились в комнату, а там уже заперлись и больше за день не выходили… Так мы с ним просидели до самой ночи, изучая книги, которые нашли. А после я ушел из комнаты Эграселя… но я не пошёл к себе, я решил сходить в садик, который был на территории дома. Мне там очень нравилось, но я ходил туда только ночью, когда хотел побыть один. Совсем один… там было для этого все. Красивый вид, комфортные уединенные места… Вообще-то там было хорошо. Пройдя в сад, я направился сразу к пруду, которое там было. Оно, конечно, было не сильно большим.

***

Я сидел возле пруда, слегка касаясь одним пальцем воды и рисуя разные узоры. На душе у меня было тошно. Я безумно скучал по маме, от неё остался шарф, который я носил на постоянной основе. Каждый день вспоминал, как мы вместе гуляли по торговой площади или по лесу… Какая, в общем-то, разница, где мы гуляли? Ведь она была всегда рядом и всегда бы помогла. А сейчас я один — одинокий, ненужный никому ребёнок. Тяжело вздохнул и вытер накопившуюся влагу в глазах. Подтянув ноги к себе, прижимая их к груди, и залез рукой в карман. Достав маленькую безделушку, которую сам и сделал. Хоть что-то греет душу; я очень любил изобретать, хоть образования у меня никакого нет… я рос там, где умели считать до ста и всё — никакого образования. Но тянулся к науке и всяким изобретениям и постоянно что-то для себя изобретал. Хорошие были времена. Другая рука потянулась к заводному ключу, который находился сбоку от штуковины; повернув его несколько раз, она начала светиться мягким свечением. Когда свет погас, я вздохнул и поднялся на ноги. Слегка покачнувшись, чуть не упал, а потом посмотрел в темноту. Он замер на одном месте, а зрачки в глазах сузились. У мальчишки очень хорошее зрение, особенно ночью, и он без проблем разглядел чужой силуэт, который точно не принадлежал Эграссе — он принадлежал Тадмавриэлю. — Простите, я не должен был тут находиться… Голос предательски слегка дрожал, но это был первый раз, когда я что-то сказал старшему. Тадмавриэль лишь на это цокнул и закатил глаза. Он вышел из кустов и деревьев и подошёл ко мне. Что он там делал и как долго он там находился… я не знаю, но сейчас он здесь и это самое главное… — Безмозглый человек, который ворвался в мою семью. Как тебя вообще нашёл мой сын? Его всегда тянет на такой мусор, как ТЫ? Тот слегка прищурил глаза, что бы лучше разглядеть меня в темноте. На его лице читалась злоба? В первые видел на его лице такую эмоцию… — …Убирайся отсюда. Мало твоего присутствия в нашем доме, что я весьма похвально терплю. После этих слов старший быстрыми и широкими шагами направился в сторону дома. Я успел уже облегчённо выдохнуть "вот он… уже ад закончился, можешь успокоиться, Лололошка". Но радоваться было рано. Я снова услышал шаги, которые приближались ко мне… это был снова Тамвариэль. В груди снова все сжалось, как и само тело. Он стал напротив меня, угрожающе навис надо мной… нехорошо… очень нехорошо. — Эграса… Эграсель. Он нуждается в отце. Ты нуждаешься в доме. А я… Тут старший замолчал, прожигая своим взглядом моё тело. К чему он вообще это говорил? Да, Эграсель нуждался в семье… и эту новую семью он нашёл во мне, а я нашёл дом… хоть мне не очень комфортно в нем, но все же нашёл… После меня что-то осенило… почему же я так сильно боюсь Тадмавриэля. Да! У него был характер такой же, как у моего отца! Он был жестоким, не знающим жалости. Постоянно бил бедную женщину, которая являлась моей матерью. Она была прекрасной эльфийкой. Да, она была эльфом. В Археи, конечно, не приветствовалось слияние рас, но… любовь. Хотя можно ли это назвать любовью? Думаю, нет. О чём мы говорили? А, да — о моём отце. Одним простым словом он был тираном, но кара рано или поздно всех поджимает… И так получилось, что этот мужчина скончался от остановки сердца. Радости не было предела, хоть это звучит высокомерно… но всё же. Радость моя продлилась недолго: вскоре случился пожар, и мамы не стало. Я остался абсолютно один, и теперь передо мной стоит эльф, который смутно напоминает того тирана. Руку он, конечно, не поднимал, но было страшно. Я смотрел на переменчивое настроение взрослого: тот сначала уходил недовольным, а теперь стоял перед ним. — Если я вам мешаю, я могу покинуть ваш дом. Я не сильно в нём нуждаюсь… я… я… без него хорошо справлялся… почти… Голос предательски дрожал, а в голову лезли нехорошие мысли от страха… На глазах выступили кристаллики слёз. Уже проклиная себя за то, что вообще вышел сюда… мог просто сидеть в комнате или спать. — Ты можешь уйти… или можешь остаться. Говорил он с большой паузой, рассматривая меня. А после он опустился передо мной на одно колено, что было достаточно странно… что вообще в его голове творится? Он положил свою ладонь на мою щеку и слегка погладил. На это действие я вздрогнул и ошарашено смотрел на старшего. А тот как будто одумался и быстро встал на ноги и направился в сторону дома. А я так и остался стоять на одном месте.