Я всегда выбирал жизнь.

      «Здесь живёт дворовая падаль». — Надпись на собственной двери, явно написанная от руки, могла говорить только об одном — Малфой действительно разозлился.       Тот даже не стал скрывать её отводящими чарами, так что соседи, вероятно, уже видели. Гарри только вернулся домой, после приятных посиделок с друзьями, а здесь его поджидало вот такое пламенное приветствие. Даже жаль, что он знает отправителя в лицо. Руки ему за это уже не сломать.       Он зашёл в квартиру, чтобы накормить своих животных. Сипуха всё также была агрессивно настроена к новому жителю, а хорёк в свою очередь словно издевался над ней, постоянно прячась под кроватью. Когда Гарри пошелестел пакетиком с вкусняшками, оба обитателя прискакали к нему, ожидая ужина.       — Ладно он прожорливый, ты то куда? — Обратился он к Ричи, который сейчас с удивительной скоростью поглощал пищу для сов. У Поттера в вещах затерялось достаточно много насекомых, которые и служили кормом. Как же хорошо, что в магическом мире, подобные «лакомства» гермитично упаковывались в специальные боксы, а то собирать их по полу было бы весьма скверно.       Хорёк ел за троих. Гарри не знал, откуда у маленького по размерам зверька, такой зверский аппетит. Малфой сказал, что тот просто обессилил, но всё же видеть что-то подобное в живую было весьма странно, ведь у Поттера домашних животных не было. Если не считать школьную сову, трагически погибшую уже очень давно.       Через некоторое время, он спустился во двор. Парень слегка опоздал, но надеялся, что Драко ещё здесь.       Как только он свернул, ноги зацепились за что-то липкое, и не удержав равновесие, Гарри свалился спиной вниз прямо на ближайшую кучу листьев. И это с учётом того, что вчера он определенно вычищал весь мусор. Поттер чувствовал, как мокрая склизкая субстанция покрывает открытые участки тела, и от этого становилось жутко неприятно.       — Как тебе приём? — Малфой вышел из тёмного угла с широкой улыбкой на лице, которая означала новые издевательства. — Мягкая посадочка вышла?       — Безумно. — Пропел Гарри, пытаясь достать палочку из рукава. Как же хорошо, что он не убрал её далеко. — Не хочешь присоединиться?       — Много чести. — Тот скрестил руки на груди и всё продолжал злорадно ухмыляться.       — Ну, я хотя бы предложил.       Поттер резко колдует Инкарцерро, после чего притягивает Малфоя к себе уже другим заклинанием. Всё произошло в считанные секунды, так что слизеринец вряд ли понял, что произошло. Как только тот впечатался в листву, Поттер приподнялся на локтях, и начал запихивать листву ему за шиворот, уже сняв заклинания.       — Тьфу! Отвали от меня!       — Конечно, минут через десять.       Драко использовал все свои силы, чтобы ударить Поттера по самым больным местам. Он отбивался локтями, пинался, но не уступал в этом бое ни на шаг. Куча была настолько огромная, что листьев хватило на всех.       — Достал!       Малфой резко налетел на парня и оттолкнул его от себя. И попытавшись встать, был погребён во второй раз. Гарри искренне забавляла эта ситуация, казалось бы, доведённая до абсурда. Детское ребячество, смешанное с новыми эмоциями, подталкивало на новые решения.       — Иди сюда. — Играюче пропел Поттер, хватая новую стопку листьев и заталкивая их куда только можно. Малфой пришел в дорогом свитере и поплатился за свои игры именно им. Вряд-ли получиться его отстирать, после сегодняшнего буйства.       — Ы-хы, какой ужас!       Слизеринец, кажется, уже бился в приятной истерике, и на его лице наконец-то появилась улыбка. Обычная, без привычной надменности и высокомерия. Драко просто в какой-то момент отключился от реальности и стал наслаждаться ситуацией.       — И не говори, Малфой. Тихий осенний ужа-а…       Рот наполнится листьями. Драко не побрезговал сделать даже это. И пока Поттер пытался избавиться от всей таблицы Менделеева, тот уже поднялся и отошёл на несколько метров. Малфой с удовольствием наблюдал за своей работой.       — Это не по правилам. — Гарри возмущенно взмахнул руками, палочкой убирая весь устроенный беспорядок.       — А они были?       Ну, стоило об этом тоже подумать. Всё же устроенная ловушка, изначально, была актом мести, а не обычным развлечением. В любом случае, сидеть в грязи на холодной земле было неприятно. Именно поэтому, Поттер быстренько поднялся.       — Их всегда можно написать. В следующий раз запрещается кормить меня листьями. Штраф — сходить со мной в кино.       Очередной шаг в огонь. Друзья, свежий воздух и длинные разговоры ни о чём, дали ему пинка, а Поттер не привык получать такие удары просто так.       Драко сразу же поменялся в лице. Со стороны тот теперь казалася чересчур задумчивым. Наверняка придумывал новый план мести. Для Поттера же эти минуты молчания были роковыми.       Да или нет? Вновь пошлет или согласится ради прикола? Малфои вообще знают, что такое действовать наобум?       Сложно.       С учётом их недавней ругани, тот может в полне покрыть Поттера матом.       Малфои ругаются матом?       — Ты написал письма?       — Что?       Письма, письма, письма… а…       Это полный провал.       — Так и знал, что у тебя работает только язык. Даже без связи с мозгом.       Драко разочаровался. Если пару минут назад у него горели глаза, видимо под эффектом шалости, то сейчас они вовсе потухли.       Казалось бы, одна мелочь, но из-за неё сейчас рухнула чья-то надежда.       — Я написал. — Соврал Гарри, и у него это отлчино получилось. Нервозности не было, а последствия этого решения купировались зельями. Невероятно удобно.       Ему всё же было неловко. Получается, что он не так уж и хотел помогать. Поттер за всё это время ничего не сделал, хотя изначально кричал о том, что попробует многое.       А что он мог...? Извинения здесь никому не нужны, а пытаться навязать свои чувства было бы верхом наглости. Откупиться, как это прозвал Малфой, тоже не выйдет, хотя на этот счёт у Поттера всё же был неплохой план.       Остатки безответственности. Теперь Гарри понял, почему жизнь продолжала шататься на канате, а не держаться стойко и уверенно как акробат. Чуть больше дисциплины, и меньше таких спорных моментов смогут улучшить качество жизни.       — Да? — Драко поднял бровь. Он определённо не поверил. — И что же тебе ответили?       — Не думаю, что девушки очень хотели мне что-то написать.       Звучало логично. Но если Малфой решит проверить — парню точно конец.       Слизеринец прищурился, а после обошел Поттера, словно тот был экспонатом в музее.       — Оцениваешь завидного жениха?       — Я его каждый день вижу перед зеркалом. — Этот гавнюк дико забавлялся. Ему нравилась данная ситуация, и кажется, Драко искал слова, чтобы продолжить этот абсурд. — Ладно, надо же оправдать своё имя. Допустим, я тебе верю, но в кино не пойду.       — Слишком великодушно.       — Хорошо. Тогда в знак нашей взаимной ненависти, завтра я сожгу твою квартиру.       — Лучше помоги с клумбами.       Поттер подмигнул ему, скрывая остатки своей лжи за мимикой. И Драко продолжил играть в эту игру, словно на самом деле являлся человеком, который написал правила.

***

      Одинаковые предложения уже настолько въелись в его суть, что в какой-то момент захотелось действительно всё бросить. Гарри знал, что если опустит перо, то больше не сможет писать дальше, а у него впереди ещё 73 девушки, перед котороми стоило извиниться.       Всего их было 148. Сто сорок восемь невинных жертв его осознанного выбора. Треть из них, наверняка, уже забыла о том, что произошло в школе. В целом, идея с письмами была достаточно… неприятной. Но Поттер не имел выбора.       Сипуха, которая не успевала всё это отправлять, сейчас отдыхала после длительных перелётов. Удобно, что через связи в Министерстве он узнал все адреса, и даже не потерял лишнего времени на поиск.       — Ханна, Дженифер, Панси… Панси?       Он даже не помнил этого момента. Совсем ничего. Как огромная амнезия, или же глубокий провал в памяти. Если бы Малфой не копался в его голове, то воспоминания были бы заброшены и дальше.       Малфой… Драко… какой же он сложный, моментами отвратительный и бесячий. Он вырос, поменял взгляды на те или иные вещи, но в последние дни не плюётся ядом. Его нервозность в первые встречи всегда можно объяснить простой неожиданностью.       Мог ли Поттер оправдывать его? Нет, и даже не хотел знать причины.       — Это для Паркинсон. Боже…       Он бросил очередное письмо в стопку, после чего откинулся спиной на кровать. Писать на ней было весьма неудобно, но выбора нет. Остальная мебель придёт только через несколько дней.       Ричи в очередной раз подхватил из тарелки вкусняшку, взял письмо и вылетел в открытое окно.       Осенний холод пробирался в квартиру быстро и заставлял мурашки постоянно пробегаться табуном по спине. Хорёк прижимался к Поттеру в поисках тепла, изредко издавая странные звуки. Гарри думал, что ему всё же здесь нравится больше, чем на улице.       — Как тебя назвать то? — Парень погладил зверька по голове, а тот в свою очередь громко зевнул. — Хм, может Иван? Говорят, русские правители страшны в гневе.       Хорёк залез к нему на грудь, после чего укусил за нос. Боль одним электрическим разрядом пронеслась по всему телу, от чего Гарри инстиктивно закричал.       — Ладно-ладно! У тебя наверняка нет паспорта и родословной. Если короли не подходят, то может… Иннокентий?       Второй электрический разряд вновь заставил его крикнуть. Соседи в восторге точно не будут.       — Какой требовательный. Отныне, нарекаю тебя Снобом. — Поттер подхватил зверька и поднял над головой. Ему не нравилось ни одно из подходящих имён, хотя Гарри вообще сомневался, что его понимают.        — Нельзя кусать меня за нос!       Зверёк вновь что-то пробурчал, после чего освободился из плена и юркнул под одеяло.       — И не надо обижаться!       В тишине этой ночи, где из основных звуков были только взмахи крыльев, Гарри ощутил свою истинную свободу. Он не обременен выбором, как и не зажат в строгих рамках. Теперь его путь зависит только от собственных решений, никто не сможет запереть клетку и уйти с ключом.       Даже если Поттер окажется взаперти, то только по собственной воле, но ему не хотелось даже думать об этом. Сейчас, лёжа на кровати в пустой квартире, он чувствовал себя намного счастливее, нежели в домишке на отшибе.       На завтра у него назначена первая тренировка, которая пройдёт на школьном стадионе. Это связано с тем, что новенькие из команды ещё учатся, но это не мешает им быть полноправными членами Соколов.       Игра… холодный ветер, сбивающий очки с лица, уже знакомая локация, где Гарри учился квиддичу, новые люди… Осознавая всю прелесть этих будней, парень широко улыбнулся, глядя при этом на белый бетонный потолок.       Он наконец-то нашёл своё место в этом мире.       Зашуршала бумага, и Поттер отвлекся на некоторое время. Хорёк пытался разорвать и без того хрупкие пергаменты, держа их в зубах.       — Стой, нет!       Следующие мгновения, Гарри носился по квартире, пытаясь отобрать драгоценные письма. Где-то за стенкой послышались шаги, угрожающие его жизни. И через пару минут, когда Сноб залез под кровать, в дверь агрессивно постучали.       Не сложно догадаться кто там стоял.       — Издеваешься? — Знакомый голос сквозил раздражением.       — Нет, извини. — Из спальни вновь послышалась возня. — Я буду тише, закроешь!       И оставив дверь открытой, Поттер буквально влетает в спальню и пытается поймать дикое животное. Тот, к слову, бросает все дела и мигом выбегает в коридор. Глаза Драко в этот момент округлились до предела.       — Нет, нет, уходи! — Слышится агрессивный шёпот, за которым следует новые шорохи. Кажется, хорёк со своими играми добрался и до другого Хорька. — Поттер, мать твою!       Сцена на лестничной клетке очень сильно напоминала кадр из какой-нибудь комедии. Малфой стоял неподвижно, пытаясь вжаться в струну, пока зверёк полз по его одежде вверх.       — Я сниму его.       — Он расцпрапает мне горло! — Пушистое создание обвилось вокруг его шеи. — Боже, какой он вонючий!       — Постой смирно.       Гарри даже не знал, что именно ему сейчас стоит сделать. Хорёк явно не желал идти к нему в руки, и когда он зашипел, Малфой инстинктивно шагнул назад.       — Пиздец. — Драко осторожно тянет руки к тушке животного. Второй никак не реагирует, словно всё так и должно было быть. Как итог — превозмогая свой страх, или что там Малфоя напугало, он осторожно снимает хорька со своей шеи. — Ты его мыл хоть раз?       — Нет? Холодно, он же заболеть может.       — Ты совершенно не умеешь заботиться о животных.       И гордой походкой прошагал в сторону своей квартиры.       — Стоять! Всё я умею.       — Ни черта. Он боится. И, вероятно, ты его бесишь. — Драко осторожно погладил хорька по голове. Тот принял ласки, и когда Гарри уже хотел забрать его, зверёк неожиданно зашипел. — Видишь? Я с ним солидарен.       — Ты только что орал на весь свет, чтобы я его забрал!       — А теперь не хочу.       — Ну, заебись. — Гарри не готов был мириться с подобным. — Знаешь что? А мы вместе его помоем. Тогда он поймёт, что я ему не враг.       И не дожидаясь ответа, впихнул Драко в его же квартиру, захлопывая дверь за собой.       — И это у меня нет чувства такта?!       Поттер лишь улыбнулся на подобное заявления и ничего не ответил. Малфою будет проще с чем-то смириться, нежели сейчас начинать новую ссору. И Гарри хорошо это понимал.       — Научи же меня заботиться о животных.       — Только ради него.       Парни прошли чуть дальше, а после завернули направо. Их встретила небольшая ванная комната вырвиглазного белого цвета. По сравнению с остальной квартирой, это место больше всех напоминало больницу для психов.       Гарри ожидал увидеть здесь множество косметических средств, баночек и кремов, но по итогу — ничего подобного. Всё как и у всех: зубная щётка, несколько мыльных пренадлежностей… ароматические свечи?       Увидев удивленный взгляд, Драко немного пояснил:       — Мама притащила. Всё пытается найти мне невесту.       Поттер не совсем понимал, для чего он это сказал. Некоторое сомнение закралось в дурную голову, но это была лишь догадка. Гарри знал, что Драко не будет приводить в эту квартиру девушек.       — И как успехи?       — Мне кажется, тебя это не касается.       Малфой включил воду, и Поттер тут же смирился с тем фактом, что зверька они будут мыть руками.       — Меня касается всё, что так или иначе с тобой связано.       — Ого, у тебя что, наконец-то появились яйца? — Сарказм в его голосе, кажется, никогда не исчезнет.       — Я серьёзно. — Гарри смотрел ему в глаза, но… не знал, стоит ли сейчас говорить о том, что было на сердце.       Видя перед собой такого Драко, хотелось уложить его в кровать и вечно подносить горячий чай. На языке вертелись слова о том, что Малфой стал действительно ему дорог. За то короткое время, что они живут по соседству, можно было привыкнуть к неожиданным встречам на лестничном пролёте, к его тихим шагам за стенкой, такой разной, но одновременно знакомой интонации.       Влюбленность… Гарри не мог называть это таковым. Это что-то намного глубже, нежели первое помутнение рассудка от головокружительной красоты. Не страсть, и не любовь. Можно вечно теряться в догадках, но так ли это сейчас важно?       Несмотря на все сказанные слова, и даже не сказанные, Поттер точно был уверен в том, что хотел бы прожить не одну жизнь, находясь рядом с ним. Но… сказать что-то подобное, он не имел права.       Свобода… или собственноручно созданная клетка?       — Собираешься всю работу скинуть на меня? — Сказал Драко серьёзным голосом, при этом держа хорька в немного наполненной ванной.       И это вывело Поттера из небольшого транса. Он инстинктивно схватил первый попавшийся шампунь и выдавил себе на руку, не прекращая думать.       Неужели, ему всегда было так сложно разговаривать? Гарри медленно прокручивал в голове воспоминания со школы, да и годы позже. Служба в Аврорате требовала определенных навыков, но командовать людьми и быть искренним — это две разные вещи. Говорить с друзьями о какой-то проблеме, или же выразить настоящие чувства — всё ещё до боли неоднозначные вещи.       А может, он был таким только с Драко? Эта неловкость, переменчивость взглядов и настроения — всё это достигало апогея только рядом с ним, и Гарри не мог приглушить собственные чувства.       Что если, он найдёт себе другого человека? Будет счастлив с ним и совершенно забудет о гнетущем прошлом? Изначально, Поттер хотел так сделать и просто раствориться из его жизни. Быть уверенным в том, что его ошибка была исправлена.       А что вышло…? Он закрутился в вихре собственных эмоций, и, к сожалению, смог проникнуться чем-то большим. Теперь, ему не хотелось уходить, как и запрещать себе быть с Драко. Только если тому не будет от этого больно.       — Камон, Поттер. — И вновь этот голос. Слегка раздраженный, но не бесячий, как когда-то. С одной стороны загадочный, а с другой достаточно нежный.       Как понять другого человека, если не можешь залезть к нему в голову?       Как найти в себе силы сказать важные слова?       Как перестать сомневаться и просто брать и делать?       Как разрушить громадную пропасть между ними и быть счастливым?       Столько вопросов…       Вода окрапляет лицо, заставляя вернуться в реальность. Шампунь начал вытекать из руки прямо в ванную. Град из пузырей медленно заполнил кромку воды, скрывая дно.       — Перестань витать в облаках. — Драко не смотрит на него, но Гарри делает то, что ему велено. — Осторожно, не попади водой в уши.       Хорёк, казалось, искренне наслаждался водными процедурами. Он всё рвался поплавать, но длинные белоснежные руки сдерживали эти порывы. Пальцы Драко очень красиво смотрелись в этой черной шерстке, и Гарри ненароком вспомнил, как они совсем недавно взбудоражили его нутро.       — Шампунь не навредит ему?       — Нет. Главное хорошо смыть.       — Почему ты видишь в моей заботе злые домыслы?       Вопрос прозвучал слишком неожиданно. Гарри и сам не знал, зачем его задал. Он просто пришёл к выводу, что если ты не можешь понять другого человека, проще спросить об этом прямо. А вот скажет ли Малфой правду — ещё один мучащий его вопрос.       — Почему не должен?       — Ну… потому что я честен с тобой.       — Поттер-р…       Он не скажет. Не потому что хочет соглать, а потому что ему тяжело. Сколько бы Гарри не пытался вытянуть хоть крупицу информации, Драко сразу же идет в отказ. Это логично, потому что в дневнике он всё так и описывал.       Непонимание, неуверенность в чувствах, сложность… а Поттер всё это время продолжал давить со своими вопросами.       — Ты крепко его держишь? — Гарри кивнул в сторону зверька.       — Да. А что?       Сейчас или никогда.       Когда Драко поворачивается к нему с застывшим вопросом на лице, Поттер двигается чуть ближе и накрывает его губы своими.       Если Малфой в сомнениях, если он не может что-то сказать открыто и быть искренним, тогда Гарри сделает это сам.       Без слов, и это достаточно понятный жест.       Может, именно поэтому Поттер выбирал язык тела, а не слов. Поэтому так отчаянно кричал о своей похоти, что аж самому в итоге стало тошно.       Это был немой крик о помощи, который, к сожалению, люди поняли слишком поздно.       А сейчас… он действительно поддался моменту и пытался вложить в этот поцелуй всё то, что так долго томилось в сердце и не было озвучено. Жар, от которого внезапно запотели очки, поднял температуру в комнате на несколько градусов. Драко не отвечал ему, находясь в полном замешательстве, и тогда Гарри отстранился сам.       Сказать, что повисла звенящая тишина — это ничего не сказать. Малфой смотрел на него совершенно потерянным взглядом, словно не понимал, где сейчас находится.       А Гарри… не мог даже собрать мысли в кучу, потому что их вовсе не было. Он продолжал исследовать черты его лица, словно видел их впервые. Парень не знал, что ему делать и стоит ли ещё что-то говорить. Этот поцелуй буквально означал: — «ты мне дорог». Здесь не было фальши, не было скрытых мотивов. Всё, как на ладони.       — Уходи. — Драко отвернулся от него, продолжая мыть хорька как ни в чём не бывало.       — Если я сейчас уйду, твоя голова взорвётся от мыслей.       — Нет, Поттер, ты не понял. Навсегда.       Вновь удар ножом по свежим ранам. Уйти сейчас — было сравнимо с тотальным проигрышем.       Гарри не любил проигрывать.       — Не уйду. — Тон сменился на более настойчивый. — Может, это ты не понял? Я не собираюсь бросать тебя вновь.       — И это говорит мне человек…       — Послушай же ты меня хоть раз! — Удивительно, но даже такая доза зелий не до конца забрала в себя весь накопившейся гнев. Гарри чувствовал, как наэлектризовываются кончики пальцев, и инстиктивно вытащил руки из воды. — Я не лгу тебе.       — Серьёзно? Ты несколько часов назад сделал это!       Сука. Он всё-таки распознал его небольшую аферу.       — О, Мерлин, да! Но я написал письма сегодня ночью. Я сдержал обещание. — Гарри взмахнул палочкой, произнеся несколько заклинаний, после чего вода вовсе исчезла из ванной, а хорёк больше не выглядел грязным пятном. — Ты мне, чёрт возьми, дорог. Не уйду я сейчас.       — Это говорит твоё эго, не более. — Драко не сдавался. — Ты просто вновь хочешь ощутить этот азарт от победы над врагом, вот и всё.       Он достал из ванной зверька и укутал его в полотенце. Малфой, казалось, держится слишком уж спокойно и уверенно.       — Это не так.       — Это так.       — Мне лучше знать.       — Да ну? Поттер, ты не можешь позаботиться даже о собственном животном, думая, что всё решится как-нибудь само. — Драко вышел из ванной. Его движения выглядели слегка дёрганно. Нервничает, но старается не подавать вида. — Неужели ты до сих пор не понял? Ты мне не нужен.       — Ты лжешь.       Гарри уже ни в чём был не уверен.       — А может, это ты лжёшь? Только себе. — Парень опустил зверька на кровать, крепче укутывая его в одеяло. — Пытаешься найти объяснение дикой привязанности ко мне, а сам уже мысленно перетрахал во всех позах. Поттер, похоть — не любовь.       — Ты заведомо отказываешься от варианта, который мог бы быть. Не веришь в мою искренность, потому что не хочешь испытывать боль.       Этот поединок однозначно был лучше предыдущих. И последние слова задели Малфоя за живое. Его взгляд изменился, как и тон в голосе.       — Это мнение основано на том, что ты прочитал мой чёртов дневник! Это было два года назад, Поттер, два! Неужели ты думаешь, что я не изменился за это время?       — А, то есть последняя запись о любви — это слова, выброшенные на ветер?!       Драко хотел что-то ответить, но Гарри не дал ему это сделать, продолжая топить за свою правду.       — Лжёшь себе здесь только ты, Малфой. Тебе проще окрестить меня предателем, нежели переступить через себя и понять одну простую истину — я изменился. Я готов идти дальше. Просто готов, без какой-либо причины. Заметь, я не просил тебя говорить что-то в ответ. Ты прекрасно понял мои чувства.       — Какая наивность. — Он нервно усмехнулся. — Ты считаешь, что я могу вот так просто тебе поверить?       — Слабо?       Последний выпад. Азарт, тяга к безумию. Вызов.       — Попробуй, Драко. — Продолжил он, пока парень напротив судорожно пытался найти подходящий ответ. — Я уверен, что чувства твои не пропали. Поверь, моих мозгов хватило, чтобы это понять.       В его глазах замер страх, и Гарри не совсем понимал с чем тот связан.       — Зачем ты это делаешь? — Голос Малфоя настолько резко изменился, что даже атмосфера в комнате заимела тоскливые ноты. Он накрыл лицо руками и отвернулся в сторону окна, видимо, пытаясь скрыть блики в своих глазах. — Я не хочу тебе верить.       — Что за бред?       — Это не бред! Блять, не давай мне чёртову надежду. Просто уйди уже!       — Нет!       Гарри подходит ближе, не взирая на все упреки в его сторону, и легко обнимает Драко со спины. Их тела находятся на безопасном расстоянии, и этот жест не выглядел пошло. Поттер просто хотел его успокоить.       — Ты же знаешь, что гриффиндорскую упертость сравнивают с тупостью?       — Поттер.       Драко медленно разворачивается и отталкивает от себя настырного парня. В его глазах читалась только боль, которую Гарри вытянул из сердца, заросшего хитином.       Не верит.       — Хорошо. Я докажу тебе. У меня есть идея.       Так и не услышав ответа, Гарри быстро хватает хорька на руки и уносится прочь.       Кажется, настали очередные загруженные будни.