Чудеса случаются

июль 2011 года

      — Серег, давай поменяемся! — с порога выпалил Данилов, заходя в раздевалку, где Майский шнуровал свои берцы, готовясь к очередному выезду.       — Чего это? — удивился майор, отрываясь от своих мыслей.       — Я не могу с ней работать! Она невыносима, — выпалил Данилов, глаза его горели от возмущения.       Майский рассмеялся, сразу поняв, о ком именно идет речь. Взгляд его стал насмешливым, когда он вспомнил о непростом характере Риты Власовой, и как он проходил через то же самое.       — Смешно тебе? — продолжал капитан, не замечая, как его голос поднимается. — Она меня на заброшке бросила и уехала в Москву! А я потом попутку ловил. Ты считаешь, это нормально?       — Ну тише-тише, — сквозь смех попытался успокоить капитан Майский. — Да, характер у Риты не простой, но опер-то она хороший. К тому же, ты сам знаешь, что на ней держится половина дел сейчас.       — Да она меня ненавидит! — воскликнул Данилов, как будто это был решающий аргумент.       — Ты преувеличиваешь.       — Я преуменьшаю! — передернул Степан и добавил спокойнее: —Я женщин, конечно, не бью. Но ее иногда очень хочется.       Майор снова рассмеялся.       — Поверь, она тоже об этом мечтает, — ответил он с улыбкой, глядя на встревоженное лицо Данилова.       Майский покачал головой. Он знал, что с Ритой не так просто, но и с Даниловым тоже. В этой паре всегда было много эмоций и мало компромиссов. Сергей подошел к Данилову и хлопнул его по плечу:       — Степ, извини, но давай сам. Вы сработаетесь рано или поздно.       Данилов вздохнул и закатил глаза, а когда майор скрылся за дверь раздевалки, добавил шепотом:       — Или поубиваем друг друга.

***

      — Долго же вы собираетесь, Степан Андреевич, — упрекнула его Власова, когда дверца автомобиля захлопнулась.       — Может, сегодня я за рулем? — вместо ответа на ее язвительный комментарий предложил Данилов.       — В другой раз, — отказалась она.       Данилов снова попытался начать нормальный диалог, но, увидев, что Власова не настроена на беседу, быстро прекратил эту безнадежную попытку. Его удивляло, как сильно она стремилась контролировать все вокруг. Во время дежурств она всегда садилась за руль, сама перетаскивала фирменный чемоданчик и с энтузиазмом рвалась на задержание. Хотя у Данилова не было предрассудков по поводу разделения обязанностей по половому признаку, он предпочитал оставаться джентльменом.       Власова же была самодостаточной женщиной во всех смыслах. Придя в ФЭС, она не собиралась никому ничего доказывать, особенно коллегам-мужчинам. Предпочитала держаться на равных.       На очередном выезде Рита вновь не изменила своим привычкам: сама донесла чемоданчик до места преступления, сама осмотрела труп, оставляя при этом едкие комментарии в адрес напарника, сама отдала приказ местным полицейским о передаче дела ФЭС. Данилов, стоя в стороне, наблюдал за ее действиями с нарастающим раздражением. С одной стороны, он был рад такому развитию событий — он только начинал набираться опыта в оперативной деятельности после работы участковым. Но с другой стороны, его угнетало то, что всем процессом руководила именно Власова.       Когда они вернулись в служебную машину, Степан не удержался.       — Маргарита Сергеевна, Вы всегда так настойчиво отказываетесь от помощи, или только когда ее предлагаю я? — спросил он, пытаясь сохранить спокойствие.       Рита усмехнулась и бросила на него косой взгляд.       — Высокого же вы о себе мнения, товарищ капитан, — произнесла она с легким презрением.       — Понятно, значит, просто пытаетесь самоутвердиться, — протянул он, определенно желая ее задеть.       — Что простите? — возмутилась Власова, её голос стал резким.       — А что я не прав? — продолжал Степан, не собираясь отступать. — Вы же делаете все возможное для того, чтобы быть на равных. Хотя могли бы доверить мне часть своих обязанностей.       Рита на мгновение замерла, словно взвешивая его слова. Она не могла не признать, что в его словах была доля правды.       — Вы хотите сказать, что я предвзята по отношению к Вам? — наконец произнесла она, стараясь скрыть растерянность под маской уверенности.       — А это не так? — усмехнулся Степан.       — Я не скрываю, что Вы мне не нравитесь, но к работе это не имеет никакого отношения.       — Это взаимно. Поехали. — произнес он с легким высокомерием, словно подводя черту под их разговором.       В этой перепалке последнее слово осталось за Даниловым, что только усилило неприязнь Власовой. Она чувствовала, как внутри нарастает раздражение — не только от его уверенности, но и от того, что он умел находить слова, способные задеть. Рита отвернулась, стараясь сосредоточиться на дороге.