Стеклянный мальчик

На кухне у Твиков царил благословенный хаос. Начало лета впустило в дом пыльные лучи солнца, в которых танцевали мошки. Родители уехали на конференцию поставщиков кофе, оставив сына наедине с друзьями и полным холодильником еды. Твик, весь перепачканный мукой и зелёным пищевым красителем, с ожесточением выдавливал тесто из кондитерского мешка на противень. — Они должны быть зелёными! Идеально зелёными, как настоящие лягушки! — бормотал он, а тесто упрямо расплывалось коричневыми бесформенными пятнами. — Это не кексы, это экологическая катастрофа! Баттерс, сидя на высоком табурете у кухонного острова, с улыбкой наблюдал за этим представлением. Он медленно, почти медитативно, чистил яблоки для салата, снимая кожуру одной длинной спиралью. Здесь, в этом уюте, пахнущем ванилью и жжёным сахаром, он чувствовал себя в безопасности. Почти как дома. Точнее, как в том доме, о котором он всегда мечтал. В гостиной, неразрывно связанной с кухней арочным проёмом, развалился на диване Крэйг. Он был в наушниках, его пальцы яростно стучали по экрану смартфона — шла ожесточённая онлайн-битва с Толкином. Но одна его нога свешивалась с дивана и время от времени тыкала Твика в бок — молчаливый знак поддержки: «Я здесь, чудак». — Ладно, с выпечкой идея провалилась! — Твик с драматическим вздохом вывалил подгорелые «лягушки» в мусорное ведро. — Зато мы с Кайлом вчера воду из озера собрали! Там, кстати, не так уж и грязно, как все думают! Баттерс оживился: — А мы с Кенни вчера опрос проводили. Я сначала стеснялся подходить к людям, а Кенни... он такой просто подошёл к миссис Крейгер и спрашивает: «Как вы думаете, озеро просит помощи у города?» --- Флешбэк нахлынул яркий и тёплый. Сцена у магазина, где работал Кенни. Баттерс нервно теребил блокнот, чувствуя себя нелепо. А Кенни легко и непринуждённо беседовал с парой покупателей, не заглядывая в бумажки. Он улыбался, кивал, и люди улыбались в ответ. Потом он подошёл к Баттерсу. — Видишь? Не страшно, — сказал Кенни, и в его улыбке не было и тени снисхождения. — Они тоже люди. Просто спрашивай, как будто тебе правда интересно. Ты же умный, у тебя получится. В тот момент Баттерс почувствовал не жалость, а уважение. И это было важнее любой похвалы. --- Вернувшись в настоящее, воодушевлённый воспоминанием, Баттерс продолжил: — Кенни вообще... он хороший. Мне жаль, что он из-за меня тогда на физике... — он не договорил, замялся. Твик, помешивая новую порцию теста, не глядя бросил: — Да, он крутой. Жаль, что так вышло в тот день в классе, я до сих пор вздрагиваю, когда что-то падает громко. И тут Крэйг, отложив телефон на секунду, чтобы сделать глоток колы, добавил своё, желая поддержать: — Ага. Маккормик тогда реально всех вырубил. Респект ему. Жаль, что тебе, Баттерс, так плохо было, что аж до такого дошло. Фраза «тебе так плохо было» повисла в воздухе, как удар гонга. Улыбка сползла с лица Баттерса, сменившись маской ужаса. Он замер. Уютная кухня поплыла перед глазами, сменившись стерильным кабинетом физики, звоном стекла и всепоглощающей пустотой. — Я... я пойду проветрюсь, — его голос сорвался на шепот. Он встал и, не глядя на друзей, вышел из кухни. Твик бросился за ним, но Крэйг схватил его за запястье. — Дай ему время. Они замерли, прислушиваясь. Из-за двери ванной донёсся щелчок замка. Твик выглядел совершенно убитым. — Я облажался, да? — Нет, — коротко ответил Крэйг. — Он просто... ещё не готов. Он вернулся к игре, но энтузиазма как не бывало. Баттерс сидел на холодном кафеле в ванной, обхватив колени. Он не плакал. Он просто тяжело, прерывисто дыша, впивался ногтями в кожу предплечий, пока не появлялись красные, гневные полосы. Физическая боль, чтобы заглушить душевную. Он видел на экране телефона два пропущенных звонка от Кенни, но не мог заставить себя перезвонить. Через полчаса он вышел, бледный, но с усилием взявший себя в руки. — Всё в порядке. Извините. Твик молча протянул ему свежеиспечённого пряничного человечка. Он был корявым, но тёплым и пах имбирем. Баттерс взял его. Крэйг, закончив раунд, отложил телефон. — Толкин говорит, у команды Стэна тоже движняк. Они там ругаются из-за скейт-парка. Клайд хочет его в парке, а Венди говорит, что это испортит «исторический вид». Движняк, короче. Баттерс и Твик слабо улыбнулись. Проблемы других — ссоры из-за скейт-парков и «исторического вида» — казались такими... нормальными. Такими далёкими. — А почему бы нам всем не съездить на озеро в выходные? — неожиданно предложил Крэйг. — Не для проекта, а просто. Поиграть в мяч, позагорать. Посмотреть на это место не как на схему, а как на... место. Просто. Гениально. Твик тут же схватил телефон. «Всем! Предложение Крэйга! Выезд на озеро в субботу! Как идея?» Почти мгновенно пришёл ответ от Кенни: «Я за. Смену поменяю». Затем от Кайла: «Отличная идея для погружения в тему!» И, конечно, от Эрика: «О, бесплатный выезд на природу? Значит, еда и питьё за счёт спонсоров (то есть вас)? Я только «за». Если, конечно, Кайл не собирается читать нам лекции о биоразнообразии вместо того, чтобы жарить сосиски». Кайл: «Картман, ты невыносим!» Баттерс читал переписку. Вечный спор Эрика и Кайла стал уже привычным фоном. Он смотрел на имя Кенни и думал о предстоящей встрече. «Стэн и Кайл... они же были неразлучны. Что между ними произошло?» — мелькнула у него мысль. Он посмотрел на Крэйга. Тот, поймав его взгляд, лишь пожал плечами: — Толкин говорил, они поругались ещё в прошлом году. Сильно. Не из-за проекта. Кайл что-то сказал, Стэн не принял. Что именно — не в курсе. «Предстоящая суббота пугала его необходимостью выйти из тени и снова столкнуться с Кенни, но гулкий, как отдалённая гроза, спор Кайла и Эрика в чате и тёплый, упрямо упирающийся в его бок Твик на диване подсказывали, что света этого бояться не стоит — ведь теперь у него был свой ушастый, дымящийся и вечно ругающийся экипаж, набранный с тонущего, но всё ещё державшегося на плаву корабля под названием «Тупой проект».