Няша с «Валармаша»

      Взболтав в омлет последние здоровые мозги в прыгающей на лавовом бездорожье экскурсионной тележке рядом с уже знакомыми по метро хоббитами, Келебримбор спрыгнул возле Чёрных Врат. Калитка казалась неприступной.       — Друг! — фокус не удался.       — Утюг! — створки даже не дрогнули.       Келебримбор походил взад-вперёд, шевеля извилинами.       — Куплю кольца оптом!       Огроменные воротины лениво поехали в сторону. Радостный нолдо подпрыгнул и в полёте показал калитке неприличные знаки. Калитка обиделась и умудрилась прищемить ему штаны. Вместе с жопой. Потирая больнючее место, Келебримбор пошёл в башню. Спросил у вахтерши, где палаты Саурона. Оказалось на самом верхнем этаже, с выходом на балкончик с огненным оком.       — Даж лифта нет. Ну тьмаааа, — недовольно бубнил эльф, взбираясь на последнюю пять тыщ сто сорок девятую ступеньку громадной лестницы. Постучался в двери, ему открыли. На пороге застыл сам владелец палат, судя по морде, очень охреневший.       — Привет-привет, ну как дела? — начал побледневший нолдо, вовремя припомнив своего друга из эатрички. — Как семья? Как детки?       Саурон быстро натянул холодный повелительный вид и зачем-то пригладил волосню. А затем очень буднично сообщил, как будто нолдо не хер-знает-скока веков не было, а он так, в пекарню до Ородруина за сосисками с дымком выходил.       — Угадай с одной попытки! Как, как? Херово! Четверо дома не ночуют и учебу прогуливают, две замуж за людских рыцарей бомжового вида выходят, одна, по-моему, уже понесла! А ведь ей ещё и четырёхсот пятидесяти нет! Трое хотят сбежать в Валинор, там, говорят, уровень жизни выше, один ночами призывает дух Мелькора, а другой вообще сказал, что он нам не родня!       — Да уж, как быстро растут чужие… то есть наши дети.       — Они когда мелкие были — ещё куда ни шло. А теперь у них переходный возраст! Пятеро украли техспирт и упоролись до больнички, остальные ночами читают порно-фанфики на палантире…       — Про нас с тобой?       — Если бы! Про Феанора и Мелькора, да ещё и по ролям!       Тут за спиной Саурона показались прекрасные молодые эльдар, все как на подбор в опрятных чёрных с золотым одеждах, венцах и с заплетенными в сложные причёски волосами.       — Доброго дня, дорогой атар. — Сказал один из них, и все как по команде, поклонились.       — Не желаете ли травяного отвара с пеплом и лавой? Или быть может вина? — сказал учтиво другой.       — Надеемся, что дорога вас не слишком утомила? Распорядиться подготовить для вас покои с видом на вулкан? — вежливо спросила одна из эллет. — Просим вас, отдыхайте и если что понадобиться — зовите нас. Всегда рады вам услужить.       Келебримбор посмотрел на Саурона, сообразившего ряху: «не виноватый я, у тебя галюны», и процедил:       — Сдаётся мне кто-то слегка преувеличивает… если не сказать, откровенно пиздит?       Саурон, злобненько прищурив яркие очи, поволок нолдо к выходу.       — Потом поговорим! Колечки правильно все сказали. Иди-ка поотдыхай пока. А вечером у нас концерт классический айнурской музыки!       Нолдо провалялся полдня, таращась на вулкан, в люксовых покоях. И наконец-то за ним пришли все те же вежливые эльдар. Под их сопровождением он прошёл в затемнённый концертный зал и сел на свободное место рядом с Сауроном. Начался концерт. Некоторые из кольцедеток играли на арфах и флейтах, другие хором пели отрывки из Айнулиндалэ.       — У меня к тебе два вопроса. — тихо сказал на ухо Саурону нолдо. — Очень важные и мешают мне спать ночами. Первый: отвечай, почему?       — Почему я напиздел? Так я отвечу. — не отвлекаясь от сцены ответил майа. — Да. Я их за эти хуеву тучу лет выдрессировал, и они теперь адекватные. Но ты себе даж в самом сладком своём БДСМ-сне не представишь каким трудом!       — Нет… я другой хотел спросить… — эльф сделал паузу подбирая слова.       Он хотел задать самый главный вопрос сразу, но почему-то сцыканул. Поэтому он тянул время за хер и решил выяснить сначала другой не менее важный момент:       — Саурон, почему Мордор квадратный?       Владыка же, как ни в чем не бывало, ответил с гордостью:       — Все в мире должно быть параллельно и перпендикулярно. Что не параллельно и перпендикулярно — то валяется.       Они посидели ещё немного. Наконец, нолдо совсем осмелел и незаметно взял руку майа.       — Да ладно, ты пошутил, я тоже посмеялся. А вообще-то я для тебя поэму написал. Про…       — Спасибо. Я уже оценил про кольцо и крыльцо. — перебил его Саурон и попытался отдернуть руку. Впрочем, весьма неохотно.       — Нет, новую.       Келебримбор набрался смелости и начал вещать:       Одни в любви клянутся вечной       Другие в верности до слез       А я тебе кольцо всевластия       Принёс.       С этими словами нолдо надел на сауронов палец колечко. Тут выступающие встали и изящно поклонились. И Саурон с Келебримбором отвлеклись на аплодисменты. Вместо эльдар на сцену вышел хор орков-инвалидов. Пели они гаденько, но в дань уважения ветеранам войны их все равно приглашали на все мероприятия, особенно ансамбль любили на вечерах встреч глухонемых. Когда орки начали играть на гармошках да балалайках свои народные и боевые песни, нолдо продолжил:       — А теперь второй вопрос: Может заново поженимся?       — И нахера, спрашивается? У тебя вон, космическая сверхдержава, завод с нанотехнологиями, такими, что валинорский Валармаш затопило уже завистливыми горькими слезами. Власть, баблище, распутные эльдар. Кого хошь выбирай…       — Нет, это все, конечно, хорошо, завод, держава. Но все без тебя как-то не так.       — Как не так?       — Вот так не так.       — Как вот так?       Нолдо, вконец, осмелел — терять уже нечего! — и пылко сказал:       — Да все без тебя не так! И все без тебя никак! Потому что я тебя, Майрон, люблю! Давай обратно поженимся! И теперь нормально!       — С вином и элем?       — С раками и драками!       — И можно теперь даже Мелькора пригласить!       — Может без него?       — Бывший начальник. Неудобно.       — Ладно, давай с Мелькором! Так ты согласен?       — ДА! Я так хотел это услышать!       Саурон, с оргазмом на лице, встал и быстро захлопал в ладоши. И надо же так было момент подобрать, что с его громким на весь зал воплем совпали последние нестройные аккорды орочьего выступления. Остальные зрители переглянулись. И каждый подумал: «Ебать, я тьма бескультурная! Владыка вон восхищается, значит годно! Главное- не спалиться!» И тут весь зал, как по команде, тоже подорвался и охлопал орков самыми бурными аплодисментами с криками: «Браво!», «Шедевр!» и «Бис!»       И пока умиленные ветераны-орки (а умилялись они исключительно потому, что предвкушали, как после концерта затребуют прибавку к пенсии в тройном размере) голосили на бис все свои ушераздирающие композиции по второму кругу, нолдо и майа страстно целовались и лапались. Прямо в первом ряду.       А все следующие концерты и корпоративы модная мордорская орк-рок группа проводила уже платно. И первый заказ получила сразу достойный — на свадьбу владыки и его эльфа.       Ради такого повода Намо (который опять их женил в Валиноре, ну сколько можно, твари!) даже выпустил погулять деда Феанора, и охреневшего в кисель папашу Куруфина. За ними под шумок и остальные дядюшки, аккуратно пятясь по стеночке, свалили поздравить племяшку.       Куруфин и Аулэ дружно надирались в сторонке «ШОП ТОКА ЭТОГО НЕ ВИДЕТЬ!» и рыдали «КОМУ Я СВОЮ ДЕТОЧКУ ОТДАЮ!»       А вот матери Келебримбора и его бабке Нерданель Саурон очень понравился своими учебно-воспитательными талантами.       Нерданель, кстати, привезла с собой фирменный пирог:       — Что, мать, опять из глины? — весело подколол бывшую Феанор, который был, удивительно, в прекрасном настроении — хотя б так, какими-то колечками, но род-то продолжился!       — Ага, из отборной! Твой любимый! — ядовитенько отозвались скульпторша. А потом вдруг сникла, — Да мне настоящие и не кому готовить…       Феанор, припомнив рассказ внучка о упоротой лавстори с Сауроном, вдруг на полном серьёзе изрёк:       — Хватит дуться, как мышь-обдолбыш! Давай заново жениться!       Вот такие дела в Арде. Только все бабло на подарочки этим козличкам спустили, а тут и новая свадебка на подходе, ёбен-батон!       Мелькор, кстати, да, тоже был. И даже вёл себя прилично. Почти. Только два раза орнул:       — Саурон, ёб твою валу! Знал бы, что ты с ушастым трахаться будешь, ещё бы в первую эпоху тебя обратно Аулэ сдал! Ну да хер с вами, голубками! Горько, блять!       А также выдрал фикус из горшка, кадрился к паучихе Шелоб, которая пришла вместе с Талионом, и по-тихому вывернул все лампочки из люстры, напоминавшие ему сильмариллки. Щито поделать — травма юности.       В общем, мероприятия провели согласно всем канонам. Гости все были по мордорской моде в чёрном, барлоги играли на балалайках, Мелькор солировал орочьму хору ветеранов. Саурон и Келебримбор били мифрильные кубки топорами, запускали летучих мышей в небеса, возжигали домашний горн от огня Ородруина, потом от него же припертый из гавани кораблик — это уже по нольдорским традициям. Грызли глиняный пирог, чтобы выяснить, кто в доме главный. Оказалось, что главный — это Гнедыш Конежорович, который записал обоих на завтра без очереди и почти бесплатно в мордорскую стоматологию…       — А что было дальше, деда Тьелпэ? — спросила малышка с золотыми косичками, а остальные двадцать девять навострили остренькие ушки.       — А дальше они организовали союзное государство «Морэгион». Вот только неудобно было мотаться туда-сюда через другие страны. И Саурон с Келебримбором завоевали побыстрому территории между Эрегионом и Мордором, а там и других-то земель понты осталось. Кого мирно завлекли, а кто упирался — и военно, но все Средиземье в итоге заграбастали в свой кузнечно-производственный союз. Поставили столицу аккурат по центру да и с тех пор правят вместе. Филиалы Валармаша выросли, как галлюциногенные грибы на грядках Радагаста. В их главе встали подросшие кольцедетки. Они скоро тоже все попереженились с нолдор из Эрегиона, своих деток завели… а дальше вы и сами все знаете. Конец.       Малыши спать не собирались и требовали ещё сказок, но дед Келебримбор, после трёхчасового рассказа был почти дохлый. Он беспрекословно захлопнул книжку в надписью на обложке: «Ковка злых колец с нуля по доброй воле. Методическое пособие», которую якобы читал, и строго сказанул:       — Ещё сказку завтра. А сейчас быстро спать! Рано разбужу — у нас урок художественной ковки!       И тяжко привалил замученную башку на плечо коварно лыбящегося Саурона, который теперь вторую сотню лет блаженно балдел на честно заслуженном от всех этих гребаных воспитательств отдыхе.