Конец сновидений

Аванпост Акаяма высился в глухой долине на севере страны. Весной, когда таяли снега, долина была стратегическим сокровищем. В конце декабря она превращалась в мёртвую пустошь, но отсутствие отчётов всё равно будило тревогу. Какаши взбирался по внешней стене кубического здания, обходя зеркальные пятна льда, насколько мог. Сай должен был подлететь с другой стороны, а Наруто и Сакура вошли через главный вход. Даже в перчатках пальцы онемели, когда он наконец нашёл окно, чтобы влезть внутрь. Он и Сай собирали информацию скрытно, пока Сакура и Наруто работали обаянием, и Какаши отчётливо понимал, что предпочёл бы сейчас. Он скользил по тёмным комнатам, бесшумный и быстрый, выискивая признаки беды. Смех с нижних этажей заставил его замереть, и он подкрался к балкону, выходящему на внутренний двор. Из тени он видел Наруто и Сакуру за низкими столами, окружённых, кажется, всем гарнизоном аванпоста. Наруто увлекал мужчин и женщин рассказами о войне, иногда останавливаясь, чтобы задать вопросы об аванпосте. Сакура сидела чуть поодаль, окружённая толпой мужчин. На столе стояла огромная бочка саке, и Сакура подняла её с лёгкостью, словно это был пустяк. С изяществом гейши она разлила два стакана и протянула один мужчине напротив — великану, возвышавшемуся над ней. Тот потянулся к стакану дрожащими руками. — Двадцать девять, — объявила Сакура, опрокидывая свой стакан. Мужчина попытался повторить, но половина саке выплеснулась. Он попробовал снова, опершись на локти. Какаши смотрел, заворожённый, как стол рухнул под его весом, отправив и великана, и саке в полёт. Мгновение тишины — и один из мужчин схватил руку Сакуры, вскинув её вверх. — Победительница! — прокричал он, и рёв восторга разнёсся под стропилами у Какаши над головой. Ему следовало вернуться к заданию, но он не мог оторвать взгляд. Двое мужчин подняли Сакуру на плечи, гордо пронося по комнате. Рука одного скользнула по её пояснице, и пальцы Какаши сжались сами собой. Почему он так беспокоится? Сакура смеялась, и было ясно, что шиноби вокруг неё не предатели. Неужели он просто перегибает с опекой, потому что это её первая миссия после возвращения? Он стиснул зубы. Он должен был выстраивать границы между ними, пока миссии не стали опаснее — или пока Цунаде не объявит своё решение. После этого их близость станет уязвимостью. Ему нужен был план, что-то надёжнее текущей субординации.

***

— В итоге они просто замёрзли и вымотались, — объяснила Сакура. — После войны их боевой дух упал до дна, но Наруто явно вдохнул в них жизнь. У нас их отчёты за последние недели; они их написали, хоть и не отправили. Цунаде забрала свитки у Сакуры и небрежно бросила их в лоток. — Хорошо, что ничего зловещего, но если следующий отчёт опоздает, будут последствия. Мы все устали и замёрзли. Сакура уловила, как взгляд Цунаде метнулся к Какаши, и как между ними пробежала тень невысказанного. Но их отпустили, и Наруто уже тянул её за запястье, пока они покидали кабинет Хокаге. — Слушайте, давайте все вместе сходим на Хацумодэ сегодня! — Он оглядел Сакуру, Сая и Какаши. — Мы сто лет не тусовались всей командой. Какаши вскинул бровь. — Мы только что протопали кучу миль по снегу ради отчёта. Наруто закатил глаза, но его пыл не угасал. — Миссии не катят, и эта была тоской. Ну же, Сай! Сай пожал плечами. — Я за. Люблю храмы ночью. — Сакура, ты ведь пойдёшь, да? Она рассмеялась. Глаза Наруто сияли так, что, казалось, искры эмоций вот-вот вырвутся наружу. — Звучит здорово. Плюс, я хочу начать новый год с кучей удачи. — Ага! — Наруто кивнул с жаром. — Какаши? Какаши мотнул головой. — Прости, дела. — Серьёзно? — Наруто всплеснул руками. — Какие дела могут быть посреди ночи? — Делами, о которых тебе не стоит знать, — бросил Какаши, и Наруто фыркнул. — Ну да, конечно! Ты просто выкручиваешься, чтобы не тусить с нами. Но ты же не сможешь так делать, когда станешь… Какаши ожёг Наруто неожиданно острым взглядом, и тот захлопнул рот с громким щелчком. Блондин выдохнул. — Ну и ладно. Махнув Саю и Сакуре, он побрёл к своей квартире. Сай повернулся к Сакуре. — Что это значит? Сакура пожала плечами, глядя туда, где только что был Какаши… но он уже исчез. Она вздохнула. — Понятия не имею. Со мной теперь никто не делится секретами.

***

Первое посещение храма в новом году значило многое и для шиноби, и для жителей Конохи. Это был момент, чтобы стряхнуть тени прошлого года и набраться новой удачи для будущего. Сакура, невзирая на мороз, выбрала привычную форму шиноби, дополнив её красной шапкой и шарфом, найденными в дальнем углу шкафа. Её терапевт и Ино настаивали, чтобы она обновила гардероб, но всё, что она примеряла, вызывало лишь чувство дискомфорта. Наруто и Сай ждали её у каменных ступеней храма. Сай одарил её своей кошачьей улыбкой, но Наруто всё ещё хмурился, будто туча. — Ну серьёзно, что с тобой стряслось? — спросила Сакура, легонько стукнув его по руке. — Какаши не впервые нас продинамил, знаешь. Она пыталась говорить легко, но внутри всё скручивало от неуверенности и обрывков воспоминаний. Они взбирались по холму к храму, любуясь деревьями. Тёзки Конохи, укутанные тяжёлым снегом, заглушали звуки, несмотря на толпы паломников. Оранжевый свет фонарей вдоль тропы окутывал всё потусторонним сиянием. — Добрый вечер. Сакура обернулась, и ей понадобилась секунда, чтобы узнать женщину позади. Хината стояла в изящном кимоно, её длинные волосы были уложены и скреплены серебряными гребнями. — Хината, чёрт возьми, — выдохнула Сакура, — ты выглядишь, как в день своей свадьбы. Брови Хинаты слегка нахмурились в вежливом недоумении, и Сакуре понадобилась полсекунды, чтобы понять почему. — Я просто хотела сказать, что ты выглядишь очень красиво. Вот и всё. — Она натянула шарф повыше, скрывая румянец. Друзья знали о её сне и его влиянии на неё, но она утаила многие детали. — Ох. Спасибо. — Хината улыбнулась и повернулась к Наруто с робкой улыбкой. — Здравствуй, Наруто. Наруто уставился на Хинату с выражением, которое можно было описать только как «ошеломлённое». Сакура с смесью веселья и отвращения наблюдала, как его взгляд скользнул вниз по её фигуре и вернулся к лицу. Она ждала, что Хината покраснеет или, может, упадёт в обморок, но, к её удивлению, это лицо Наруто внезапно вспыхнуло алым. — Тебе не холодно, Хината-чан? — Он уже расстёгивал куртку, не дожидаясь ответа, и накинул её на плечи Хинаты. Сай вмешался. — Хината-сан выглядела так элегантно, пока ты не испортил её наряд своей уродливой курткой, Наруто. Наруто зыркнул на него. — Заткнись, Сай. Не тебе говорить о моде, если ты каждый день носишь одно и то же. — Это ты говоришь, оранжевый? — парировал Сай. — Мне не мешает, — тихо сказала Хината, плотнее кутаясь в куртку. — Спасибо, Наруто, но тебе теперь не холодно? — Не-а, — ухмыльнулся Наруто. — У меня чакра Курамы греет. Хочешь с нами на Хацумодэ? Хината мягко покачала головой. — Я встречаюсь с Кибой и Шино в храме, но могу пройтись с вами до того? Наруто улыбнулся. — Конечно. Они продолжили путь по тропе, и Сай свернул, чтобы рассмотреть особенно корявое дерево, пока Хината и Наруто шли впереди. Сакура смотрела на них с грустной улыбкой. Как бы ей ни хотелось, чтобы они были вместе, их брак во сне не был идеальным. Настоящая Хината не обязана любить Наруто только потому, что он был первым, кого она заметила. И, как Сакура переросла свою любовь к Саске, возможно, Хината становилась женщиной с другими приоритетами. — Почему ты так жутко пялишься на Наруто и Хинату? — Сай вернулся к ней. Она рассмеялась. — Просто поняла, что Хината выросла в прекрасную молодую женщину, у которой вся жизнь впереди, и это меня очень обрадовало. Двор храма бурлил, уставленный в два раза большим количеством ларьков, чем обычно, — все ради талисманов удачи (омамори) и бумажных предсказаний (омикудзи). Несмотря на толчею, Сакура легко находила путь, ориентируясь на звонкий голос Наруто. — Возьмём омикудзи? — предложил он остальным. — Если мне суждено ещё больше невезения, лучше знать наперёд. — Ты же в курсе, что это всё чушь, правда? Они обернулись на знакомый ленивый голос. Шикамару стоял чуть в стороне от праздничной суеты, и Сакура замерла, не зная, что поразило её больше: его зимнее кимоно в полный рост или Темари, стоящая рядом. — Эй, ребята, — махнула Темари. — Сто лет не виделись. Вместо кимоно на ней было чёрное платье, но она всё равно излучала царственную грацию. Сакура вдруг ощутила неловкость за свою форму шиноби. — Привет, Темари, — помахала Хината. — Что ты делаешь в Конохе? — Мёрзну до чёртиков, — ухмыльнулась Темари. — И терплю самую тоскливую экскурсию от этого лентяя. Она пихнула Шикамару, и тот хмыкнул. — Ты сама хотела на Хацумодэ, — буркнул он. — Я предупреждал, что будет холодно и уныло, но ты упёрлась. Темари пожала плечами. — Зато я заставила тебя надеть кимоно, и это уже победа. — Живу ради развлечения гостей из-за границы, — съязвил Шикамару. — Короче, я за предсказанием, — Наруто повернулся к ларькам. — Если удача на этот год уже тю-тю, хочу знать сейчас. Темари и Шикамару переглянулись и пожали плечами. — Ладно, мы с вами, — сказала Темари. — Если у великого Узумаки Наруто кончилась удача, это всем нам аукнется.

***

Сакура бросила монеты в ящик храма и потрясла деревянный короб. Через мгновение из отверстия выскользнула тонкая палочка, показав номер: четырнадцать. Она достала предсказание из четырнадцатого ящика и подняла его к свету фонаря, чтобы разобрать текст. — Что там? — Наруто вытянул шею, полный нетерпения. Сакура приподняла брови. — «Большая удача», — она показала бумажку, ощутив неожиданный прилив уверенности. — А у тебя? Наруто вяло показал своё предсказание. — «Проклятье». — Ох, сочувствую, — Сакура постаралась изобразить сочувствие, аккуратно пряча свою бумажку в карман. — Но Шикамару прав, эти штуки не всегда точные. — Тебе легко говорить, мисс Удача, — буркнул Наруто, направляясь к дереву, где к веткам были привязаны десятки плохих предсказаний. — Это всё Какаши виноват, — пробормотал он, завязывая свою бумажку. — Что? Почему? — Сакура нахмурилась. — Потому что он не пошёл с нами? — Нет, потому что он станет следующим Хокаге и заставит меня ждать ещё два года! — выкрикнул Наруто, тут же зажав рот руками. — Он что? Наруто уставился на неё, глаза расширились. — Забудь, что я сказал. Голова Сакуры пошла кругом. — Когда это решилось? Почему он молчал? Почему Цунаде молчала? Перед глазами всплыл Какаши из её сна: лицо, словно высеченное из камня, усталый взгляд над Конохой. — Он бы ненавидел роль Хокаге. — Ещё ничего не точно, — Наруто нервно оглянулся на прохожих. — Но Цунаде, похоже, не хочет вечно быть Хокаге. Она планирует пару лет путешествовать и передать деревню следующему поколению. Но меня она не выберет, пока мне не будет хотя бы двадцать. — Он поморщился. — Говорит, я должен понять, во что лезу. С этим Сакура могла согласиться. — Но Какаши правда согласился занять её место, если она уйдёт? Не могу поверить… — Тшш! — Наруто ткнул её в руку, когда остальные подошли. — Ну наконец-то, ребята! — крикнул он с преувеличенной бодростью. — Что вам досталось? Хината подняла свою бумажку. — «Будущая удача». Сай похлопал по карману. — У меня «Малая удача». Шикамару и Темари переглянулись, ухмыляясь, и показали одинаковые предсказания. — Нам обоим «Средняя удача». Наруто скривился, будто разговор с Сакурой вылетел у него из головы. — Ты же говорил, что не веришь в эту чушь, Шикамару! Шикамару пожал плечами. — Не верю, но сто йен окупились, когда я увидел твою рожу. Небось, тебе досталось что-то паршивое? — Он кивнул на дерево, увешанное плохими предсказаниями. — О, смотрите, Куренай-сенсей, — Хината указала на палатку с талисманами. — Наверное, она сдаёт талисман для беременности, который мы ей подарили в прошлом году. Было принято возвращать старые талисманы, чтобы взять новые, полные свежей удачи. Куренай стояла в очереди с Анко, Гаем и горсткой знакомых Сакуре джонинов. В такой толпе отсутствие Какаши резало глаз ещё больше. Сакура наблюдала, как Хината и Шикамару устремились к Куренай, а остальные потянулись следом. — Здравствуйте, сенсей, — сказала Хината. — Не видели Кибу или Шино? — А где Акира? — спросил Шикамару, и имя ребёнка всё ещё отдавалось в Сакуре лёгким головокружением. Куренай одарила группу тёплой улыбкой. — Привет, всем. Мальчиков я не видела, а Акира дома с няней. Слишком холодно для него. — Я мог бы с ним посидеть, — возразил Шикамару. — Могли бы меня попросить. — И пропустить Хацумодэ? — В алых глазах Куренай вспыхнул лукавый огонёк. — Тем более, ты так шикарно выглядишь в кимоно. Шикамару залился краской, а Темари хохотнула. Куренай повернулась к ней. — Темари-сан, не знала, что ты в Конохе. Приехала с Шикамару-куном? Темари покраснела. — Ну… технически… Взгляд Сакуры оторвался от друзей. Ей не нужен был сон, чтобы знать, что Шикамару и Темари вместе; это было ясно ещё до войны, как бы они ни прятали свои чувства. Она приметила ещё один прилавок с талисманами, где очередь была короче, и двинулась туда. Послезавтра начинались занятия, и талисман для «успеха в учёбе» был бы кстати. Она изучала амулеты. Какими бы ни были причины отсутствия Какаши, его отсутствие ощущалось остро. Это было глупо — она ведь видела его только сегодня, — но она тосковала по его спокойному присутствию. Может, талисман напомнит ему, что, какие бы испытания ни ждали, Сакура будет рядом, как он был для неё. Там были амулеты для удачи, любви и безопасных странствий; были даже талисманы для шиноби, хотя их чаще брали их друзья из гражданских. Сакура уже хотела купить зелёный амулет с золотой стрелой для «успеха в карьере» (судя по словам Наруто, Какаши он пригодится), но тут её взгляд упал на нечто совершенное, спрятанное в глубине прилавка. — Этот, пожалуйста, — она протянула талисман и деньги. — Прекрасный выбор, — улыбнулся продавец. — Для вас? — Нет, для друга. — Повезло другу. Самые простые послания всегда несут больше всего силы, правда? Сакура погладила шёлковый мешочек амулета. — Хочу в это верить.

***

Когда Какаши вышел из дома в первый день нового года, на его двери что-то висело. Маленький красный предмет. Осторожно отвязав его от дверной ручки, он разглядел слово «счастье», вышитое на нём серебряной нитью. Кто-то оставил ему омамори. Он взглянул на дверь соседки. Сакура, наверное, ещё спала, отсыпаясь после поздней ночи в храме. Часть его хотела ворваться к ней и разбудить, чтобы поблагодарить, как она иногда будила его, когда только училась жить в реальности. Но он знал, что не сделает этого. Вместо этого он прижал талисман к губам, скрытым маской, и сунул его в карман. — Спасибо, — прошептал он. — И прости. Ты заслуживаешь друга получше, чем я.