Глаз бесконечности

V

Главная резиденция клана Цугано утопала в густой тишине. Деревянные перегородки, украшенные тонкой росписью, отбрасывали мягкие тени от огня масляных ламп. В воздухе витал легкий аромат сандала. В центре кабинета, за низким лакированным столом сидела Ёшико — глава клана. Ее седые волосы были собраны в высокий узел, а на плечах лежало строгое, но изящное темное кимоно. Перо в ее руке скользило по свитку, пока рядом аккуратной стопкой копились бумаги. Скрипнула седзи. Вошел один из членов клана, поклонился и положил руку на колено. — Зачем пришел? — тихо спросила Ёшико, не отрывая взгляда от иероглифов. — Госпожа, — мужчина заговорил с заметным волнением, — сегодня в архиве проходила внеплановая проверка. Нашли расхождения в учетах. — Внеплановая? — она подняла глаза. — Причина? — Ошибки в учете медицинских поставок за прошлый квартал. Решили сверить и другие записи. Ёшико кивнула. — В разделе новорожденных обнаружилось несоответствие. — голос мужчины дрогнул. — В отчетах за конец того года, когда родилась Юна… ее имени нет. Ни в одном из реестров, ни в документах о родах. Тишина будто стала гуще. — Но ведь… сертификат о рождении имеется, — нахмурилась Ёшико. — Да. Официально заверенный. Но по факту… Юна появляется в реестрах лишь со следующего года. Будто ее не существовало в первые месяцы жизни. Мужчина замолчал, поклонился и, получив приказ выяснить все до мельчайших подробностей, быстро вышел. Ёшико осталась одна. Лампа потрескивала, ее свет мягко отражался в глазах женщины. Она медленно положила перо, но руки остались сложенными на столе. Первая и единственная, кто пришла ей в голову была мама Юны. «Эри…»

***

На следующее утро Какаши наконец-то основательно взялся за наши тренировки, хотя сам все еще едва передвигался при помощи костылей. — Тема сегодняшнего занятия — продувка чакры или откуда у ниндзя берется сила. Теоретический курс, — спокойно объявил он, словно мы снова сидели за партами в академии. — Эээ… а может сразу к практике? — протянул Наруто, недовольно почесав затылок. — Мы же это все уже проходили в академии… — Я сказал теория, значит, будет теория, — отрезал Какаши так, что спорить дальше уже не хотелось. Его единственный глаз чуть прищурился, и он начал читать лекцию так, будто держал перед собой невидимый учебник, — Как вы помните, чакра делится на два вида — физическую и духовную. Только в гармонии они дают результат. Наруто закатил глаза, Саске скучающе отвернулся, но я слушала внимательно, хотя все эти слова знала наизусть. Какаши скользнул по нам взглядом: — Наруто и Саске делали все наугад. А вот Юна, как я погляжу, хорошо контролирует чакру и держит ее в балансе. Я смущенно улыбнулась. «Просто стоило мне в четыре года переступить порог клана, как меня тут же загнали на тренировки и строго наказывали за каждую попытку сбежать или схалтурить.» В памяти всплыло одно из наказаний: я стою на коленях посреди двора, держа над головой тяжелый деревянный таз, полный воды. Секунды тянутся вечностью, плечи горят огнем, дыхание сбивается… и все ради того, чтобы я «усвоила урок». Одно воспоминание — и меня тут же передернуло. — Тем не менее, повторение лишним не будет, — словно подытожил мои мысли Какаши. — Итак, первое задание: хождение по дереву. Без рук. Наруто и Саске ошарашенно переглянулись. А у меня сама собой появилась легкая улыбка. Хоть раз задание, в котором я могу позволить себе немного передохнуть. Такому я научилась еще во времена академии. Так же благодаря систематичным тренировкам в клане. Но радость продлилась недолго. — Юна, — неожиданно заметил Какаши, уловив выражение моего лица, — не слишком радуйся. У тебя будет другое задание, — мужчина улыбнулся сквозь маску. Моя улыбка мгновенно сошла на нет. — Объясню потом. А пока… — он чуть отстранился, намекая на свое нынешнее состояние, и кивнул в сторону высокого дерева, — покажи мальчишкам, что я имею в виду. Я встала перед стволом дерева, чувствуя на себе любопытные взгляды Наруто и Саске. — Сосредоточьтесь, — сказал Какаши, — смотрите внимательно. Я сделала глубокий вдох, сложила руки в печать и прикрыла глаза. Поток чакры в теле тут же отозвался — знакомое покалывание пробежало по позвоночнику, словно легкий электрический разряд. Медленно, шаг за шагом, я направила энергию вниз, в ноги. Казалось, стопы будто стали тяжелее, наполняясь вязкой силой, которая прочно связывала меня с землей. Нужно было удержать ее на нужном уровне — не слишком мало, иначе нога соскользнет, и не слишком много, иначе древесина просто треснет под давлением. Сделала первый шаг к стволу. Подошва коснулась коры, и та не поддалась. Будто я стояла на ровной земле. Угол стал круче — и вот я уже спокойно поднималась вверх по дереву. Наруто открыл рот, а Саске приподнял бровь. Я продолжала идти выше, с каждым шагом контролируя равномерность чакры, не позволяя себе ни единой ошибки. Достигнув первой ветви, я легко опустилась на нее и, сев, позволила себе короткий взгляд вниз. — Вот так, — сказала я спокойно, будто это было самым простым упражнением в мире. — Чегооо?! — воскликнул Наруто, подпрыгнув так, будто ему в живот ударили. — Она вообще даже не запнулась! Саске же молчал, но взгляд его выдавал куда больше: смесь удивления и раздраженного интереса. Он резко отвернулся, будто не хотел, чтобы кто-то прочитал его мысли по лицу. Я же позволила себе легкую улыбку и спрыгнула вниз, мягко приземлившись рядом с ними. — Теперь ваша очередь, — добавил Какаши, и его единственный глаз прищурился в характерной улыбке. Наруто заскрипел зубами. — Ну все! Если Юна смогла, то я тоже! Даттебайо! Хоть я действительно тренировалась куда реже, чем Казуха, у меня все было строго по расписанию: в определенные дни и определенное время. Пока Какаши продолжал подробно объяснять принципы концентрации чакры, я неспешно спустилась обратно на землю и отошла в сторону. Теперь у меня было куда больше времени, чтобы наконец разобраться с этим проклятым мугенганом, который жил своей жизнью и не спешил поддаваться мне. — Ну что ж, Юна. Теперь твоя очередь. — внезапно раздался за спиной спокойный голос Какаши. Я едва не дернулась. Его появление было слишком тихим, словно он и вовсе слился с воздухом. «Надо бы выработать привычку чувствовать чужую чакру всегда. Даже во сне…» — недовольно отметила я про себя, стараясь скрыть растерянность. — Похоже, у тебя пробудился мугенган. — вспомнил о вчерашнем внезапном пробуждении Хатаке. Я неуверенно кивнула, — Что ж, я не знаю всех тонкостей мугенгана и не могу научить тебя тому, чему научили бы в твоем клане. Но я могу научить тебя основному: как вызывать и удерживать активацию додзюцу. — он коснулся повязки, закрывающей левый глаз, напоминая о своем шарингане, — У меня всего один шаринган, и даже с ним пришлось пройти долгий путь, чтобы перестать терять контроль. Я сжала руки в кулаки. Внутри поднялось что-то похожее на смесь страха и нетерпения. — То есть… вы можете помочь мне? — спросила я почти шепотом. — Могу. — его голос был серьезен и тверд. — Но это будет больно. И утомительно. Ты должна быть готова к тому, что пробуждение и контроль додзюцу не проходят бесследно. В его словах не было угрозы — только констатация факта. — Готова? — я решительно кивнула головой в знак согласия, — Начнем с малого. Сядь. Закрой глаза. Постарайся сосредоточиться на том ощущении, когда твой глаз менялся. Я буду рядом. У тебя ведь только один глаз активировался, верно? Я кивнула и послушно опустилась на траву, вдохнула глубже и приготовилась. А в стороне Наруто снова с грохотом слетел вниз, громко возмущаясь: — А-а-ай! Дерево какое-то неправильное!!! Саске лишь тихо фыркнул. Но весь мой мир в этот момент сузился до дыхания, до внутреннего напряжения — и до голоса Какаши, звучавшего ровно и уверенно: — Не бойся. Чакра — твой инструмент, а не наоборот. Управляй ей. Управляй своими глазами. Я сидела на траве, стараясь успокоить дыхание. Лес вокруг будто растворился, и даже крики Наруто стали где-то далеко-далеко. Остался только голос Какаши. — Представь то чувство… то самое, когда твой глаз менялся, — мягко говорил он. — Не гонись за ним, просто позволь воспоминанию вернуться. Я нахмурилась, вжимая пальцы в колени. Внутри, где-то глубоко, словно проснулось дрожащее пламя. Оно было холодным и горячим одновременно. Я пыталась ухватить его, но оно выскальзывало, обжигало изнутри. — Хаа-а… — выдох сорвался с губ. И вдруг резкая боль пронзила правый глаз. Я схватилась за лицо, но Какаши тут же остановил меня легким, но уверенным движением. — Не закрывай. Дыши. — его голос был спокоен. Мир перед глазами дрогнул. Краски стали насыщеннее, линии — четче, и я почувствовала, как чакра вокруг оживает, будто каждый листок, каждая травинка дышат. Зрачок сам собой закрутился, трансформируясь в спиралевидный узор мугенгана. — В-вы… — я едва могла говорить, — все такое… громкое… — Это не звук, это твои чувства обострились, — Какаши присел на корточки напротив и всмотрелся в мой глаз. — Итак. Вот он. Боль усилилась. Казалось, что глаз сейчас разорвется, а голова расколется надвое. Я застонала, стиснув зубы. «Черт! В тот раз тоже было так больно?» — Б-больно… — пропишела я сквозь зубы, — Все уходит… Одновременно мир как будто сужался и расширялся, переворчавался вниз головой, становился то плоским, то опять объемным. В какой-то момент мне и вовсе показалось, что я вижу себя со стороны. — Юна! — голос Какаши резанул, как удар, но он все еще оставался ровным. — Слушай меня. Не позволяй этому поглотить тебя. Ты управляешь этим глазом, а не он тобой. Мужчина взял мою руку, тем самым помогая чувствовать реальность через осязание. Я тяжело задышала, пытаясь оттолкнуть это чувство и сконцентрироваться на холодной руке Какаши, и словно приказала глазу заткнуться. Вспышка — и все оборвалось. Я повалилась на бок, тяжело глотая воздух. Сенсей помог сесть, все еще держа меня за руку. — Молодец, — тихо сказал он, глядя на меня серьезно. — Первый шаг ты сделала. Теперь ты знаешь, что можешь вызвать Мугенган. Но самое важное — научиться гасить его по своей воле. Я опустила взгляд в землю. Сердце все еще колотилось, ладони дрожали. В стороне Наруто снова с грохотом упал вниз, а Саске раздраженно выругался. Лоб жгло, глаз будто горел изнутри, но самое странное случилось в следующий миг. Пространство передо мной дрогнуло. Воздух словно скрутился в спираль, дерево вдалеке на мгновение вытянулось и исказилось, будто отражение в разбитой воде. Я моргнула — и все исчезло. Лес снова был обычным. Я прикусила губу. «Что это?..» — Юна, — тихо произнес Какаши. Его голос в этот раз звучал настороженно, не так, как всегда. Я резко подняла взгляд — и увидела, что он тоже смотрит в ту сторону, где было искажение. Его единственный глаз чуть прищурился, словно он пытался уловить невидимую волну. — Вы тоже… заметили? — вырвалось у меня. «Почему? Я же подавила мугенган…» Какаши не ответил сразу. Он только покосился на мой глаз, в котором еще теплилось слабое свечение додзюцу. Потом снова посмотрел на лес и наконец сказал: — Это длилось долю секунды. Пространство… как будто сдвинулось. У меня похолодели пальцы. Значит, это не галлюцинация. Какаши еще какое-то время молчал, а потом резко отрезал, словно желая не пугать меня раньше времени: — Пока забудь об этом. Возможно, твой глаз еще нестабилен. Не активируй его без моего разрешения. Ни при каких обстоятельствах. — голос Какаши прозвучал спокойным, но в интонации проскользнула такая серьезность, что по спине у меня пробежал холодок. Я молча кивнула, чувствуя, как пальцы предательски сжались в кулаки. Но внутри, в самой глубине, уже осела тревожная мысль: это не был сбой. Это было… предупреждение. Я отошла в сторону в попытках унять дрожь в руках и сбить учащенное дыхание. И вдруг, краем глаза я заметила, как Наруто бежит ко мне, спотыкаясь о собственные ноги. Он выглядел растерянным, взгляд все время метался в сторону, где Саске все еще упорно пытался закрепиться на стволе. — Юна… э-э… — он остановился прямо передо мной, переминаясь с ноги на ногу и понижая голос почти до шепота. — Можешь… рассказать, как это делается? На мгновение сердце мое будто ухнуло вниз. «Он видел?..» — Только Саске не слово, умоляю! — вырвалось у него так поспешно, что я едва не выдала себя. Я моргнула, пытаясь удержать на лице легкую улыбку, будто ничего не понимаю. — Ты… сейчас серьезно? — спросила я, надеясь, что голос звучит естественно. — А? Ну… — он мотнул головой в сторону дерева. — Как ты так легко туда поднялась? Облегчение накрыло меня волной. — Ах… об этом. — выдохнула я, уже спокойнее. — Конечно, покажу. Облегчение разлилось по телу, словно после долгого бега удалось наконец остановиться и перевести дыхание. Не знаю почему, но мне очень не хотелось, чтобы Наруто знал о странных способностях мугенгана. Этот глаз пугал меня. Он словно живой, и это вызывало страх... Я посмотрела на него и поймала себя на мысли: порой он казался самым наивным человеком на свете. Но именно эта наивность делала его настоящим. Она возвращала меня на землю, когда собственные страхи грозили утянуть глубже. — Ладно, смотри внимательно. — я чуть улыбнулась, отворачиваясь к стволу.

***

Вокруг тянулся странный туман, и я не могла понять — сон это или что-то другое. Воздух был густым, пах чем-то холодным и влажным, как после дождя. Внезапно передо мной возникла женщина. Она стояла чуть поодаль, в простом белом платье до колен с 2 разрезами по бокам. Одежда была поношенной, но сидела на ней так, словно это не имело значения. Короткие темно-блондинистые волосы слегка колыхались, словно под невидимым ветром. Голубые глаза — единственное, что выделялось отчетливо, они смотрели прямо в душу, холодно и пронзительно. Все остальное… будто скользило в тумане. — Слушай внимательно. У меня мало времени. — голос был тихим, но резким, будто резал воздух. Он прозвучал у меня в голове. — Кто вы?.. — начала я, но она сразу перебила: — Запомни: никому не говори про свой мугенган. Ни клану. Ни друзьям. Никому, — женщина проигнорировала мой вопрос. Я растерянно моргнула. — Но… почему?.. — Потом! — ее голос сорвался, и пространство дрогнуло. — Держи это в тайне. Это важно. Она будто колебалась секунду, потом резко добавила: — И остерегайся Орочимару. Имя ударило в виски, но я не успела ничего спросить. Женщина сделала шаг вперед, глаза ее вспыхнули тревогой. — Теперь, когда ты пробудила мугенган, он… — ее голос оборвался, словно кто-то выдернул шнур из источника. Силуэт вспыхнул и рассыпался искрами. Я рывком села в постели. В висках стучало, дыхание сбилось. Пот холодными каплями стекал по лицу. Левый глаз пульсировал — тяжелый, горячий, будто внутри разгоралось пламя. — Это что… было?.. — еле слышно пробормотала я, еще не до конца проснувшись. Память отчаянно пыталась ухватить образ той женщины из сна, но все тщетно. Лицо ускользало, словно его никогда и не существовало. Единственное, что осталось во мне — ее глаза. Нет… даже не глаза, а сам их цвет. Холодный голубой. Я резко выдохнула и только тогда заметила — вокруг царила тишина. Глубокая ночь. Комната тонула во мраке, и лишь сквозь окно пробивался бледный свет луны, серебристым отблеском скользя по полу. Все было слишком реально, настолько, что на пару секунд мое тело показалось мне чужим. И тут правый глаз болезненно дернулся. Будто внутри кто-то сжал его изнутри. Пульсация нарастала, отдавала в висок, в голову, но возаращала на землю. Я зажала его ладонью — и в тот же миг пространство вокруг исказилось. На короткое мгновение стены изогнулись, а лунный свет распался на десятки тонких искривленных линий. Я моргнула — и все исчезло. Комната вновь стала обычной. Сердце колотилось, дыхание сбилось. Я стиснула зубы, стараясь не издать ни звука. «Орочимару… кто это вообще? И почему я должна его бояться?» — в голове звучал чужой голос, будто отголосок сна. Я крепко зажмурилась, пытаясь восстановить детали. Женщина с голубыми глазами… ее слова тянулись обрывками. «Не говори клану. Никому…» «Но почему? Зачем скрывать то, что Какаши, Наруто и Саске уже видели? Какая разница, если все равно тайна больше не тайна? И почему от клана должна скрывать? Они же так ждали этого, правда не от меня.» «И все же она предупреждала. Но зачем? Кто она такая? И почему так торопилась?..» Я сжала одеяло так, что побелели костяшки пальцев. В груди зрела тревога — тяжелая и липкая. «Мугенган… если я не научусь контролировать его сама, он будет рвать меня изнутри. А впереди… Забуза. Мы еще встретимся с ним.» Я осторожно поднялась с кровати. Доски пола жалобно заскрипели, и я затаила дыхание, прислушиваясь. Дом спал. Я скользнула к выходу и тихо выскользнула наружу. Ночь встретила меня влажной прохладой и запахом сосен. Луна висела прямо над лесом. Я знала, куда пойду: в то самое место посреди леса, где еще утром мы с Какаши и ребятами тренировались. Каждый шаг отзывался в груди стуком сердца. Я понимала: нарушаю приказ. «Не использовать без него ни в коем случае.» Но слова сенсея тонули в шуме моих собственных мыслей. Через несколько минут я дошла до нужного места. Тишина здесь была особенная — будто весь лес замер, наблюдая за мной. Я встала в центр, закрыла глаза и глубоко вдохнула. — Ладно… посмотрим, что ты такое, — тихо шепнула я, и в тот же миг сосредоточила все внимание на своем правом глазе. Боль пришла сразу. Резкая, как игла, но за ней — знакомое ощущение. Я разжала веки. Мир вокруг дрогнул, воздух словно наполнился невидимыми волнами. Взгляд одного глаза вспыхнул странным светом — фиолетово-серебристым, холодным и чужим. Мугенган ожил. Линии и тени вокруг исказились, деревья потянулись, растворяясь в бесформенной дымке. Я старалась дышать ровно, пыталась удержать это странное зрение, но внезапно… Что-то чужое ворвалось в поле восприятия. Чакра. Не похожая ни на одну, что я чувствовала раньше. Она была везде. Тяжелая и вязкая. Легкие будто наполнялись водой, дышать становилось все труднее и труднее. Я обернулась — налево, направо — но источник ускользал. «Где?..» Сердце забилось быстрее. Казалось, что чакра окружает меня, вплетается в пространство, разрывает его. Я зажмурилась — но давление только усиливалось. И тогда я услышала женский голос. Шепот — тихий, почти ласковый, но от него мороз пробежал по коже. — …Юна… Я резко обернулась — пустота. Лишь трава шуршит под ночным ветром. — Кто здесь?! — голос мой дрогнул, и я ненавидела себя за это. Шепот вернулся, ближе, словно внутри моего черепа: — …Наконец-то… Я прижала ладонь к глазу, боль в виске стала невыносимой, и мир вокруг окончательно исказился. Трава вытянулась в нити, небо закрутилось спиралью, а сама поляна превратилась в зыбкий водоворот. — Хватит!.. — выкрикнула я, срывая активацию мугенгана. И только тогда все резко стихло. Воздух стал обычным. Лес снова был лесом. Но сердце все еще колотилось в груди, а в ушах гулко отдавался этот голос. Я тяжело дышала, пытаясь успокоить сердце. И тут снова чья-то чакра, только теперь я чувствую, откуда она исходит. — Опять?.. — я стиснула зубы. Не раздумывая, я выхватила кунай и метнула его в сторону ближайшего дерева, туда, где, как мне показалось, дрожала эта чужая энергия.