Ролевая игра "Обращенный: 700 лет вперед"

Stalkers Tango - Autoheart

Проснулся Бартоломью по обыкновению резко. Вот он спал, а вот уже лежит с открытыми глазами, уставившись в потолок. Приподнявшись на локтях, он затем сел, внимательным, задумчивым взглядом скользя по спящему брату. «Охота, да?» - словно из тумана заторможено выплыла первая мысль. Вяло про себя он отметил, что проснулся рановато. Солнце едва-едва успело скрыться за горизонтом, а он не спал, продолжая смотреть на брата. Вначале, в мозгу не было никаких мыслей. Лишь гул, точно кто-то набил его уши ватой и сейчас стоял где-то совсем близко, издевательски шумя чем-то. Лицо расслабилось, позволяя челюсти приоткрыться, сползая вниз удивлённой, оторопелой маской. «Что же я… наделал!» - в ужасе подумал он, никак не в силах оторваться от созерцания Нейтана. Его младшего брата, миллионы и миллионы раз погибавшего в его воображении. Брата, которого он обратил насильно. Его любимого Нейти, которого он собирался убить во благо… Воспоминания, не сдерживаемые более воспалённым разумом с его искаженным восприятием действительности, хлынули на него удушающем потоком, рискуя закрутить в своих водах, утянув на дно. Хрипло и тяжело задышал Бартоломью, в ужасе расширяя зрачки. Сидя на полу, он вспоминал абсолютно всё. Всё то зло, что успел натворить за свою не слишком-то и долгую жизнь. «Я оставил тебя одного! Бросил… Зачем?! Я же знал, как это ужасно, обращаться. Но всё равно сбежал…» Паника, липкая холодная паника, всё прочнее окутывала его своими стальными нитями. Бьянка, Чарли, Ирис, и все те, чьих имён он не знал, не запомнил, не были виноваты ни в чём. Разве что подвернулись под его безумие. «Чёрт бы тебя побрал, Нейтан!» - уже яростно подумал он, тихо скульнув и сжавшись. Ещё в первый свой визит к психологу, Бартоломью узнал, что далеко не ко всем можно применить гипноз. Бывают случаи слишком травматичного и тяжёлого безумия. Когда это становится попросту опасно. «Гипноз далеко не панацея», - рассудительно говорил ему мужчина. – «не волшебная пилюля. Его следует применять с особой осторожностью. Поняв, что натворил в забытьи, мозг может не справиться. Потому, я здесь, чтобы выслушать и постепенно подготовить к исцелению…» Но теперь, когда он резко прозрел, воспоминания сыпались на Бартоломью градом, больно ударяя тело, пригвождая на месте. Не давали опомниться, бешеными вспышками сменяя одно другое, застревая двадцать пятым кадром. В отчаянии Бартоломью понял, что не прекрати он это прямо сейчас, так и увязнет навеки в своих картинках… Снах… Точно же, это всего лишь сон. Страшный сон, от которого он наконец очнулся. А снов ведь глупо бояться, верно? Закрыв глаза, он глубоко задышал, на несколько секунд задерживая воздух внутри, прежде чем выпустить его обратно. Просидев в таком положении с минуту, ему показалось, что стало легче. И пусть то была иллюзия, но он уцепился за неё, не зная, как ещё справиться. Медленно, пошатываясь он поднялся. Постоял качаясь, роняя руки-плети вдоль тела. А потом, поступил так же, как поступал всегда. Улыбнулся, натягивая взбалмошную маску, на время обо всём забывая. Да, встал он и в самом деле рано. Все ещё спали. И Нейтан, и Илан, убаюканный должно быть близостью своего хозяина. Бартоломью же не спал. И что делать в этом сонном царстве одному не имел и малейшего понятия. Пораскинув затем немного мозгами, он хитро, мстительно сощурился. В следующую секунду, он уже запрыгнул на кровать, хватая и тряся Нейтана за грудки. - Пожар! Пожар!! - в истошном отчаянии голосил он, кривя лицо в притворном ужасе. - Нейтан, очнись! Очнись же, сгоришь, дурак!! Илан, помоги мне! Веселясь и творя дичь, Бартоломью сам того не зная ушёл в отрицание. Ничего не было. Ни-че-го. Нейтан при воплях Барта резко проснулся, резко же поднимаясь и сталкиваясь с его лбом своим. Но Нейтан на это не обратил внимания, тут же начав озираться, ища глазами огонь. Илан тоже подскочил, как ошпаренный, с ужасом заозиравшись. Но… огня нигде не было, равно как и запаха дыма. По его отсутствию Нейт мог с уверенностью сказать, что по крайней мере его дом точно нигде не горит. И вблизи за окном пожара тоже быть не могло. Поняв, что Барт его просто разбудил таким идиотским образом, Нейт перевел на него холодный взгляд. Прищурился, словно оценивая, а затем, резко схватив за шею, дернул на себя. В следующую секунду Нейтан вгрызся клыками Барту в шею, совсем не нежно, и стал пить его кровь. Для вампира именно это было лучшим тонизирующим средством при неприятном пробуждении. Илан же, тихо ругнувшись на Барта, слез с кровати и пополз делать себе кофе. Охнув, Бартоломью потёр ушибленной лоб ладонью. При этом, впрочем, он во все глаза наблюдал за реакцией им столь бесцеремонно разбуженных. И, чем дальше он наблюдал, тем шире становилась его улыбка. Пойманный Нейтаном, он успел разразиться громогласным, крайне самодовольным гоготом. Тот в свою очередь, оборвавшись на самой веселой ноте, быстро сменился на сдавленный стон боли. Очень удивленный и несколько обиженный. - Ув-ф!.. - полупростонал-полупрошептал он. - Пусти! Больно! Попытавшись вырваться, он резко дернулся, едва не закричав от новой боли. Тогда, зажмурившись, он, наоборот, прижался, ближе к Нейтану. Просто пережидая момент, слегка подрагивая не то от боли, не то от напряжения. Нейтан лишь рыкнул на просьбы Барта пустить его и сильнее сжал зубы, намеренно добавляя неприятных ощущений. И продолжил пить. Илан же, зевая и болтая ложкой в кружке кофе так, что она позвякивала о края, лениво наблюдал за двумя вампирами. Барту было больно, но и поделом. - Пож-жалуйста… - свистяще прохрипел он, чувствуя, как сильнее трясётся его тело. Или… это ему только казалось? Снова кто-то набил его уши ватой, отрезая от него все звуки, кроме бешено стучащего сердца. Его это было сердце или Нейтана он не понимал. Собственное тело казалось теперь чужим, инородным предметом, которым он не управлял более. Руки, точно сами, скользнули вниз, с силой впиваясь Нейтану в бёдра. Судорожно мяли и выкручивали они кожу, тогда как сам Бартоломью тянулся к плечу Нейтана. Высунув язык, он, несмело провёл им. После мягко и аккуратно, на контрасте с укусом самого Нейтана, Барт слегка прокусил кожу. Больше пачкаясь в его крови, нежели действительно её выпивая. Точно проверяя границы дозволенного. Потом, застонав, он обнял его, понимая, что… Чёрт побери! Соскучился. Ужасно соскучился… Нейтан за ощущениями, как всегда очень сильными от крови вампира, пусть даже и слабого, не сразу заметил, что Барт делает руками и зубами. А Илан вот заметил, да еще как. И от увиденного у него перехватило дыхание. Нельзя было Нейтана кусать, нельзя! Он же не разрешал и вообще… он полубог и… Илан отставил чашку с кофе и побежал к вампирам, не зная даже, что будет делать, но не успел. Нейтан, почувствовавший все-таки слабый укус, тут же поднял кулак и влепил его Барту в щеку так, что его голова дернулась прочь от его шеи. И Нейт и сам отпустил Барта, облизывая окровавленные губы. И в раздражении добавил еще один удар ему в челюсть. Первый удар он даже не почувствовал. Ощутив лишь толчок. И поддавшись ему, полетел куда-то вниз, чувствуя после падения под спиной что-то мягкое, упругое. Второй удар немного привёл его в чувство. Он понял, что лежит на кровати. А на лицо налипли белые, почему-то очень длинные пряди. Точно... он ведь всё ещё полу-фея. Расфокусировано он взглянул на Нейтана, добиваясь того, чтобы голубые зрачки его расширились, точно в испуге. - Прости! - он сжался, прижимая к груди руки. Одна из них была слегка отставлена вперёд, точно вот-вот готовясь дать слабый, бесполезный отпор. Вторая, находилась в районе скулы, защищаясь от нового удара. Ему ведь… нравилась охота? «Что я делаю?» - выплыла из тумана одинокая мысль, тут же прячась обратно. Бартоломью хотелось продолжения. Пускай даже очень жестокого, но всё-таки продолжения. Нейтан с неприязнью посмотрел на лебезение брата возле себя. Не такого он от него ожидал, совсем не такого. Хотел просто привести в чувство… чтоб Барт его отпустил и, в идеале, отвалил куда-нибудь подальше заниматься чем-то своим. Но… увы. Впрочем, хрен с ним. Нейтан поднялся и больше не смотря на Барта, пошел в душ. А Илан, потоптавшись возле кровати, вернулся к своему кофе. Проводив Нейтана глазами, Бартоломью мрачно хмыкнул. Поднявшись, он ринулся за ним следом, обходя по широкой дуге и оказываясь в итоге перед. Наклонившись к нему, Бартоломью быстро, не давая опомниться, припал к его губам своими. Впиваясь в поцелуе зубами в нижнюю губу брата. Взгляд его был странным, он это чувствовал. Затуманенным будто. И, кажется, он так и не вернул контроль собственному телу. Иначе, он не мог объяснить того, что сейчас делал. А может, он просто сошёл с ума окончательно. Нейтан, ответив Барту совершенно равнодушным взглядом, схватил его за шею, когда тот попробовал его поцеловать (под громкий шокированный возглас Илана) и с силой стал ее сжимать. Задушить Барта Нейт не пытался, нет, он пережимал кровоток, ведущий к мозгу. Без него, что человек, что вампир, быстро и мирно теряли сознание. Схватившись за руку Нейтана в ответ, именно что схватившись, даже не пытаясь отодрать её от себя, насколько хватило у него сил, он смотрел ему прямо в глаза, чувствуя странное расслабление во всём теле. Смотрел странно, туманно и будто бы голодно. На губах мелькнула насмешливая полуусмешка. А в конце, когда сил совсем не осталось, он обмяк, падая на Нейтана, а сознание устремляя в темноту. Нейтан не стал его подхватывать, позволив свободно повалиться на пол. Сам же переступил через Барта и пошел мыться. - Придурок, - презрительно пробормотал он себе под нос. А затем, отвлекшись от Барта, Нейт вспомнил, что не узнавал у Девона точное время начала игр. И, уже забравшись в душ, растянул перед собой голоэкран и набрал брата. Девон находился у себя дома, в одной из комнат. Выполненная в мрачных тонах, больше всего она походила на склеп или подземелье безумного маньяка. Тихо он мурлыкал себе под нос какую-то веселую песенку. Свистнув, он подпрыгнул, высоко вскидывая руку вверх. И в неверном свете тусклых ламп блеснуло лезвие. Тяжело опустившись на пол, Девон резко повёл руку вниз, остановившись около самого горла какой-то несчастной. Легонько лезвие коснулось кожи, не оставляя на нём ни царапины, будто и не было того страшного замаха. - Что, испугалась?! - прохрипел он, приближая своё лицо с бешено расширенными зрачками, к заплаканным, девичьим. Та лишь слабо кивнула головой, точно судорога прошла. После застыв мраморной статуей. Из глаз ручейками текли слёзы, но сама девушка даже не всхлипнула, еле заметно продолжая сгибать судорогой шею, мелко-мелко ей потряхивая. Любил Девон эту комнату. Один лишь её вид вселял в каждого сюда попадавшего животный, дикий ужас. Небрежно, будто кто-то раскидал по столу карты, виднелись то тут, то там пыточные инструменты. В углу комнаты висела короткая, массивная цепь, позволяя дотянуться лишь до железной, в ржавых разводах миски, стоявшей совсем близко. Но тому, кто сидел на цепи, виделась вовсе не ржавчина. А кровь. Иногда, Девон сажал на эту цепь свои многочисленные игрушки просто так. Никогда они не знали, отпустит ли Девон их на этот раз, или примется за свои пытки. Пожалуй, это незнание Девон обожал больше даже самих пыток. Насилие моральное он уважал, даже очень. - Ну-ну, - чиркнув ножом по коже, он вызвал лёгкую струйку крови на предплечье. - я не убью тебя так быстро… Не бойся! Девушку затрясло. Голова замоталась из стороны в сторону, а из горла раздалось тоненькое: «Пожалуйста, не надо! Господин!» Девон захохотал, крайне довольный произведенным эффектом. Но тут, кто-то настойчиво принялся ему названивать, портя разгоревшимся светом комма интимность обстановки. - Да?! - прорычал он, не разбирая кто там. - А… Нейтан. Признав звонившего, Девон кивнул, немного смягчая тон. - Чего стряслось? Давай только, быстро, у меня тут вот! - хвастливо он повернул экран так, чтобы Нейтан мог видеть его игрушку. - Красивая, да? Хохотнув, Девон затем точно что-то вспомнив торопливо продолжил. - Смотри, кстати… Я потренировался с аккуратностью. Видишь? Всё цело, только порезы. Так что, дашь мне поиграть в кого-нибудь из своих, а? После, внимательно присмотревшись к девушке, он спешно отвернул комм от неё, загораживая своей широкой фигурой. Надеялся, что Нейтан не успел заметить отсутствующий и явно откушенный сосок… - Привет, брат, - Нейт параллельно разговору плескался под душем, но Девон видел его только до середины груди. На девушку Нейт посмотрел без жалости, равно как и без интереса. Просто как на вещь. И сразу же перешел к сути звонка. - Охота же сегодня? - Спросил он. - Что там, во сколько подъезжать? И этот… командир повстанцев, он там будет? - Разумее-ется! - протянул Девон, довольно скалясь. Искоса взглянув на свою жертву, он всё же решил дать той короткую передышку. В сравнении с другими, трогал он её не слишком сильно, но, очевидно, что болевой порог у неё был крайне понижен. Давно когда-то специально заказал себе пару таких неженок. И одна из них уже успела кончится. Слишком быстро, к его неудовольствию. Потому, чтобы не искушать себя, он благоразумно отошёл от неё подальше. - И командир будет, и выводок искусственных. Всё будет на высшем уровне! Через пару часиков. Могу набрать тебе, чтоб ты время не упустил нечаянно. И… это… - заговорщически он понизил голос. - Что насчёт твоих, а? Я аккуратно, честное слово! - Не дам моих, - отрицательно мотнул головой Нейтан. - Я же не прошу у тебя твоих. Вот эту девушку, например, отдал бы мне просто так? Нейт хмыкнул, а затем вновь мотнул головой. - И не стоит. Я приеду немного пораньше. И не один, Барта прихвачу. Ну того, который действительно оказался моим биологическим братом. Посажу его, чтоб посмотрел. И трогать его запрещаю, понял? Воцарилось молчание. И с каждой его секундой видно было, как Девон мрачнеет всё больше. - Ради брата ничего не жалко! - рыкнул он. - Попросил бы, дал погонять! Со стороны привязанной к стулу девушки послышался слабый шорох. - Я же велел тебе не шуметь! - взревел Девон. И хотя ничего такого он ей не велел, да и девушка всего лишь неловко уронила голову на грудь, не издав при этом и звука, взбешённый очередным отказом брата, Девон на всех парах понесся к ней. Насильно раскрыв рот, он залез в него рукой, хватая за язык и дёргая со всей силы. Послышался треск, точно от разрываемой ткани, а за ним с влажным шмяканьем на пол упал вырванный с корнем язык. Злорадно он наступил на него ногой в тяжёлом берце, хватая девушку за волосы и заставляя смотреть на то, как давит её же орган. После, должно быть отойдя от болевого шока, девушка издала гортанный, захлебывающийся кровью воющий звук. Настолько громкий и страшный, что находится рядом с ней стало решительно невозможно. Напоследок рыкнув ей в лицо, Девон спешно выскочил из комнаты. Как ни в чём не бывало продолжая говорить с Нейтаном. - Но ладно уж, не буду я брата твоего трогать, не боись. - недовольно осмотрев одежду, заляпанную кровью, он выругался. - Изгваздала всего! - Тогда давай. Вот ту, которую сейчас пытаешь, - пожал плечами Нейтан. - Раз не жалко. Только сделай так, чтоб она не подохла сейчас же от потери крови. Пришли мне ее с такси. И… - Нейт, домывшись, полез из душевой кабинки, а экран поплыл за ним. - Тогда я его посажу у тебя с остальными наблюдателями. Они же будут? Едва заслышав о брате Нейтана, который будет посажен с ним в одну комнату, Девон вовсю заломился обратно в своё мрачное подземелье. Что ж, полусломанную игрушку ему и в самом деле не было жалко. Оставалось только радоваться, что каким-то образом она умудрилась приглянулся Нейтану. «Угу… Ага…» - только и кивал он, собираясь совершить для себя немыслимое - лечение. По пути подхватив горелку, он уже вовсю шерудил ею во рту девушки, прижигая кровоточащую рану. - Не дергайся. - холодно отдал он ей приказ. Своими же дикими мычаниями она не слишком ему мешала. Закончив с раной, он отбросил горелку в сторону, с грохотом пролетая теперь до другой своей комнаты: холодильника. На всех парах несясь подобно локомотиву, по дороге он сшибал какую-то мелкую мебель, ронял детали богатого интерьера, сбивал с ног незадачливых искусственных. Но совершенно не обращал на то внимания. Залетев в комнату, он осмотрелся. В ней, на многочисленных полках, он хранил кровь не только людскую, но и вампирскую. Где-то даже лежало немного и крови Ирвина. Хватанув не глядя первую попавшуюся, он понёсся обратно, зубами по дороге вскрывая пакет, попутно продолжая громить собственный же дом. Подлетев к игрушке, успевшей к тому времени отрубиться, с недовольным сопением принялся вливать в её глотку кровь какого-то вампира. - От сердца отрываю! - пожаловался он Нейтану, отшвыривая пустой теперь пакет в сторону. Слабо девушка шевельнулась. И прислушавшись к её сердцебиению, Девон удовлетворительно кивнул. - Как новенькая! - довольно отрапортовал он. - Жди её, скоро будет. - Спасибо. И до встречи, брат, - Нейтан разорвал связь, про себя несколько недоумевая, чего это Девон так легко, да еще и с радостью, расстался со своей игрушкой? Что-то за ним раньше подобного не наблюдалось. Потому что, ну, среди вампиров было естественным цепляться за свою добычу… а не так радостно ей делиться. Впрочем, Нейтану так было удобно, так что возражений он не имел. И девку получит и должен не останется - отлично ж. Вытершись, Нейтан вышел из ванной и пнул под ребра все еще валявшегося Барта, чтоб просыпался. - Барт, вставай! - Позвал он. - Тебе пора собираться на охоту. Ткнув Барта еще раз, для верности, Нейт пошел одеваться сам. А, закончив, сел на диван и подозвал к себе заспанного Илана. От вчерашнего раздражения на питомца в Нейтане не осталось и следа и теперь, ожидая Барта, он стал начесывать его и всячески наглаживать. Илан при этом еще и стал намекать ему на поцеловаться, но пока Нейт делал вид, что намеков не понимает. Несмотря на то, что очнулся где-то с пару минут тому назад, Бартоломью всё ещё продолжал лежать, не открывая веки. Зачем-то делая вид, что всё ещё находится едва ли не в глубочайшей коме. Стыдно ли ему было перед Нейтаном или просто хотелось поваляться, он так и не понял, ощущая затем настойчивые тычки. Крайне грубые и неприятные. Распахнув глаза, он сел, какое-то время недовольно хмурясь сверля взглядом Нейтана с Иланом. - Во-первых, - медленно, с расстановкой проговорил он. - вы оба в юморе ни шиша не рубите. Во-вторых, ты, Нейтан козёл! И этот… Бартоломью защелкал пальцами одной руки, подбирая про себя подходящий эпитет с лихвой охарактеризовавший бы Нейтана. Другой рукой, он принялся стаскивать с головы парик вместе с сеточкой для волос. - Сухарь бесчувственный! - нашелся наконец он, повторяя как-то уже ранее упоминаемую им характеристику в отношении брата. - А, в-третьих, кончай сиськи мять и целуй уже его наконец! На этом, обведя обоих уничижительным взглядом, Бартоломью удалился в ванную комнату. Там, включив воду, он принялся смывать с себя макияж. С удивлением отмечая, что лицо его гладкое как у младенца. Забыл совсем, что благодаря Илану без волос остался. - А ещё я лысый теперь из-за тебя, Илан!! - прокричал он совсем уже недовольно. - Надеюсь, тебе очень стыдно! - А с… Девоном я тоже выглядел, как бесчувственный сухарь? - Заинтересовался внезапно Нейт. Он знал, что изнутри ощущал с братом - эмоции были, но далеко не той силы, как бывали у людей. В конце концов именно за счет их слабости Нейтан мог сохранять с Девоном голову холодной и позволять брату делать то, что тому нравилось, а не переходить на агрессию, например. Затем Барт заговорил про поцелуй, но Нейт проигнорировал и его. А вот его следующей фразой заинтересовался. - Лысый? - С долей удивления переспросил Нейт. - Ну я… заставил его везде убрать волосы, кроме головы, - извиняющимся тоном ответил Илан с колен Нейтана. - Я подумал, что, даже, если ему не понравится в таком виде, то… ну как бы, ему недолго так ходить. А оказалось, что долго… - Ты молодец, - Нейт одобрительно хохотнул. - По правде, мне не слишком нравилась его щетина и прочая растительность. Илан от похвалы замурчал и активнее стал ластиться к Нейтану. - Барт, извини! - Прокричал он в процессе. - Кто ж тогда знал, что ты не умрешь и тебе придется так ходи-и… На этом моменте Нейтан все-таки решил поцеловать питомца, так что тот и замычал, проглатывая остаток слова. Поцелуй, впрочем, Нейт подарил Илану короткий, просто коснувшись его губ своими. На миг глаза Бартоломью потемнели. Сжав кулаки, он процедил сквозь зубы: - Не знаю, не смотрел. Но конечно же он смотрел, хотя бы поначалу, прекрасно видя, что Нейтану это, отчасти, возможно, даже нравилось. Ведь, не нравься ему, он бы оттолкнул Девона. Вот как его недавно… Выйдя из ванной, на ходу он обтер лицо полотенцем, после бросая его куда-то себе за спину. - Одежда нужна. - буркнул он. - Та, в чём я был пыльная. О, а кстати, на охоту ты тоже в мантии своей дебильной пойдешь? - Илан, дай, пожалуйста, Барту что-то из моей одежды. Из не самого любимого… и чтоб по размеру подошло, - попросил Нейт. - И да, Барт, я буду в мантии почти до самой охоты. Потом сниму, так как в ней неудобно. Но носить ее везде я обязан - чтобы не было видно лица, да и вообще это - официальная одежда. Кстати, о ней… Нейтан поднялся и достал из прикроватного ящика небольшой венец, крепящийся на голове у виска за ухо. И надел ее. - Даже на охоте, - прокомментировал он свои действия. - Стоит оставаться с регалиями правителя. Илан между тем соскочил с колен Нейта, вполне довольный поцелуем, и подбежал к шкафу, начав там копаться. Затем он вытащил оттуда свободного кроя темные штаны и свободную же майку с принтом Пятерых. Нейт ее как-то купил, потому что она очень его позабавила. Но, конечно, ни разу не надевал. - Вот, держи, - Илан протянул одежду Барту. - О, а вот это уже прикольно. - одобрительно кивнул он на венец. - Но пафоса вам, ребятки, не занимать, конечно. Увидев же майку, что протянул ему Илан, он посмотрел на неё таким взглядом, будто вместо куска ткани ему подсунули скользкого, склизкого гада. - Фе, - только и сказал он. Впрочем, решив более не возникать, Бартоломью просто вывернул её наизнанку, скрывая принт. Надев её на себя в таком виде, после Барт натянул штаны. - Ну чё, погнали? - Погоди, - покачал головой Нейт. - Ко мне сейчас должна одна искусственная девка подъехать. Уже, наверное, вот-вот. А пока ее ждем, можно перекусить. Илан, принеси нам, пожалуйста, по пакету горячей крови. Нейтан сел на диван и принялся, пока ждет кровь, читать свою почту на комме. - И зачем она тебе? - равнодушно поинтересовался Барт. - У тебя ж есть один. После этого в дверь настойчиво постучали. - Да… - Нейтан помялся, - сам не особо понимаю. Просто увидел ее в пыточной у Девона, когда ему звонил. Уже всю покоцанную. Жалко, наверное, стало. Внушу ей что-то хорошее, да убью, думаю… действительно ж, некуда ее больше девать. Нейт пошел к двери, открывая ее. - Ого, да ты само милосердие. - несколько скептически протянул Барт. На пороге комнаты возникла девушка, придерживаемая кем-то из охраны. Несмотря на то, что Девон влил в неё целый пакет крови, она всё ещё была слишком слаба. Потому придерживали её исключительно для равновесия. Сбежать бы она не посмела, да и некуда было. Не обратно же к Девону, в самом деле! Слабо она улыбнулась Нейтану, тут же склоняясь в поклоне. Про себя она думала, что ей безумно повезло здесь оказаться. По слухам девушка знала, что именно Мастер Душ был самым мягким. На поклон, Бартоломью лишь закатил глаза, а когда девушка подняла голову, встретившись с её несколько встревоженным взглядом, улыбнулся приветственно махнув рукой. - На меня не смотри, ты его подарок. - решил пояснить он, видя, что та не сводит с него взволнованного, напряжённого взгляда. Искусственная девушка без имени после слов Барта заметно расслабилась. Этого вампира она не знала, и боялась, что тот окажется похожим на Девона. Вдруг бы Мастер для него её заказал? Но, кажется, всё было в порядке. Нейтан приобнял девушку - в основном на тот случай, если у нее будут подкашиваться ноги - и повел ее к дивану, сажая на него. - Ну, привет, - насколько мог ласково сказал он. - Ты, вероятно, знаешь, кто я? А как твое имя? Смущенно девушка улыбнулась, показывая рукой на рот, затем качая головой. Впрочем, даже не будь у неё вырван язык, на этот вопрос она бы всё равно не смогла ответить. Ведь имени никто ей не давал. - Немая что ли? - заинтересовано Бартоломью присел на корточки перед девушкой мягко беря её за руки. Та вздрогнула. - Да не бойся ты… После, он посыпал вопросами, на Нейтана. - Хм, но, если вы их на заказ делаете, зачем тогда немую делать? У Девона фетиш какой что ли? И зачем он тебе её вообще отдал? - А да, прости, - Нейтан уже успел забыть, что Девон перед ним вырвал девушке язык. - Ну ладно… это не так важно. Знай, что ты теперь в безопасности. Тебе больше никто не причинит ни боли, ни другого зла. - Нейтан заглянул девушке в глаза, внушая. - Тебе тут комфортно, тепло, хорошо и уютно. У тебя ничего не болит и ты не помнишь ничего из того, что происходило у Девона. Даже сам факт того, что ты у него была. Закончив, Нейт глянул на Барта. - Не немая, Девон ей язык вырвал. Ну то есть, уже получается немая, - сказал Нейт, пока девушка еще не пришла в себя от внушения. - А отдал он мне ее… вопрос хороший. Честно говоря, не ожидал, что отдаст и до сих пор не знаю, почему. Может, просто наигрался? Глядя на девушку, на её постепенное умиротворение, Бартоломью вдруг ужаснулся, понимая, что Нейтан убьёт её. Сам ведь так сказал. В памяти что-то щелкнуло, мелькнула странная, явно нереальная картинка. Запахло железом, а во рту он ощутил привкус крови… Бартоломью проморгался, сгоняя наваждение. И поспешно расслабил руки. Не заметил, как сильно сжал их. - Мм… Нейтан… - тихо позвал он, не до конца уверенный в том, что собирался предложить. Не уверен он был и в том, действительно ли хочет спасти несчастную. Или просто не хочет, боится её смерти? - Может, мы себе её оставим, а? Частично она бы могла стать и моим питомцем. Ну, как Илан у тебя. Она мне кое-кого напомнила просто… Из прошлого. Вряд-ли ты помнишь ту девушку из наркопритона. Странная такая, таращилась ещё на всех. Ты, когда с Дениелом пришел ко мне, она со мной была. Оставим, а? Пожалуйста... - Не, - Нейтан качнул головой. - Я не хочу толпы в своем доме и трое - максимальное количество. Да и она же сломана - Девон ее сломал - и морально, и физически. Она не сможет уже, скорее всего, нормально существовать. Так что… могу, разве что, оставить ее до завтрашнего утра. Можешь с ней завтра поиграться. Но потом я ее убью. - Ну и что, что сломанная? - спешно заговорил Бартоломью. - Я поэтому и предложил, частично моей её сделать. Сломанная ведь… Слегка он поморщился. Будто они обсуждали с Нейтаном неодушевленный предмет, а не человека, пускай даже и искусственного. - Она тебе вообще не помешает! Ты её и не заметишь даже, будет тихо в уголочке сидеть, да и всё. И взаимодействовать я с ней тоже совсем тихо буду, или когда ты сам мне это позволишь. Ну, чтобы лишний раз тебе её не видеть. А если… если всё равно мешать тебе будет, тогда и… вот… - Нет, Барт, - вновь качнул головой Нейтан. - Решение я принял и менять не собираюсь. Только до завтрашнего утра. Нейтан перевел взгляд на девушку, та уже приходила в себя. Ласково проведя рукой по ее волосам, он указал ей на Илана. - Смотри, это - Илан. Он тоже искусственный, как и ты. Мы сейчас с Бартом уйдем, а ты останешься с ним. Можете поесть что-то вкусненькое, поиграть или посмотреть что-то… в общем, что хочешь. - Нейт улыбнулся Илану. - Ты же развлечешь девушку, милый? - Конечно! - Илан, хоть и слышал разговор полностью, не стал придавать значения скорой смерти девушки. В конце концов пока она была жива и скрасит его одиночество до возвращения Нейтана. - Я буду звать тебя Вишенка, хорошо? - Улыбнулся Илан девушке. На всё девушка лишь кивнула, смущённо улыбнувшись Илану. Вишенка, хоть и было немного странным обращением, но ей нравилось. - Конечно, - кивнул Бартоломью нервно теребя свои руки, - у тебя-то гарем целый. И Илан утрами согревает. А меня, вот, никто не греет, и нету у меня никого!.. Может, я могу для тебя что-нибудь сделать?.. И тогда ты её оставишь. - После охоты поговорим, ладно, - отмахнулся Нейтан от Барта, надеясь, что после Барт банально забудет о своих мыслях. И будет, вероятно, на чем свет стоит порицать Нейта за его действия на охоте. - А пока - самое время лететь. Как раз немного раньше там будем, я успею подготовится, тебя, опять же, усажу. Будешь сидеть с наблюдателями - это вампиры, не попавшие на эти игры, но желающие посмотреть. Там будут голоэкраны и кровь, не заскучаешь. Нейт поднялся с дивана, но затем вновь наклонился к девушке… Вишенке. - Я запрещаю тебе причинять любой вред своим действием или бездействием Илану, а также вещам в квартире; запрещаю также покидать квартиру, - внушил он ей. А затем пошел к двери, накидывая на голову капюшон. - Хорошо… - кивнул Бартоломью, несколько недоверчиво косясь на брата. По сути, это его «поговорим», ничего не значило. Но всё же, в нём теперь затеплилась слабая надежда. Поднявшись, Бартоломью пошёл на выход. - Давай, Илан, - не сдержавшись от пошлости, хоть та была совершенно и некстати, он обернулся, с прищуром смотря на Илана, - не дай заскучать своей Вишенке. Но Илан уже не слышал Барта, присев рядом с Вишенкой и показывая ей на комме какие-то вкусняшки из доставок. Нейт же дождался, пока Барт выйдет из квартиры, и закрыл за ними дверь. Затем они пошли на улицу, где за спину Нейта пристроились четверо охранников с оружием наперевес. Не оставили Нейта они и возле флаера, сев туда вместе с ним. Флаер взлетел и Нейт повернулся к окну, осматривая свой город. Тот, судя по всему, жил спокойно и мирно. На улицах горели неяркие оранжевые фонари, было много людей и вампиров. Из кафе и ресторанов доносилась музыка… хорошо было. Впрочем, меланхоличное созерцание города Нейту пришлось скоро прервать - дом Девона был сравнительно недалеко от его собственного. Флаер опустился на флаерную площадку и Нейт, махнув рукой Барту, вылез из него, направляясь к дому брата. Выскочив вслед за братом, Бартоломью присвистнул. - Фига хоромы! - воскликнул он, одобрительно осматривая дом Девона. - Вот я понимаю, в таком наверняка и джакузи есть. Чё ты сам в таком не живёшь? И действительно, дом впечатлял не только своими размерами, но и внешним видом. Дерево гармонично переплеталось с камнем. Внушительные колонны поддерживали собою небольшой, аккуратный балкончик, сбоку дома. По другую его сторону находилось что-то вроде башни с открытой площадкой, на которой виднелся телескоп и кресло-качалка, накрытая пледом. Огромные окна в пол горели тусклым, мягким светом. Территория вокруг размерами напоминала полигон. По бокам от дороги из кирпича, по которой шли они с Нейтаном, тихо журчали фонтанчики, слабо светили кованые фонари. И если бы не высокие ворота, через которые их пропустили, за которыми торчала одна только крыша, и куча охраны на самой территории, место это выглядело бы уютным донельзя. В окне, Бартоломью без труда угадал высокую, коренастую фигуру Девона. Та появилась всего на какое-то мгновение, после чего метнулась в сторону. Должно быть встречать Нейтана. - Нейтан! И действительно, на пороге, широко расставив руки уже стоял Девон. - Как добрался, брат? - Мне больше нравится жить в городе и в квартире, - Нейт без интереса, привычно посмотрел на дом Девона, направляясь к нему. - И джакузи мне тоже не нужна. Знаешь ли, от роскоши устаешь буквально за сотню лет. Хотя… ну, Девон вот не устал. Затем Нейтан ускорил шаг, приближаясь к встречающему его брату. Обняв его и поцеловав (хоть Девон этого и не любил), Нейтан отстранился, улыбаясь. - Доброй ночи, брат, - сказал он. - Мы не слишком рано? На поцелуй, неохотно, но Девон ответил, грозно перед ним рыкнув. - Нет-нет! - замахал он затем руками на Нейтана. - В самый раз… Переведя взгляд на Бартоломью, он внимательно вперился в него немигающим взглядом. - Остальных, правда, пока нет. Но, ты ведь уходить никуда не собираешься, правда же? - продолжал он, не сводя с Барта взгляда. - Так что не думаю, что это проблема. Как тебе мой подарок, кстати? Устав от того, что Девон всё продолжает и продолжает на него пялиться, к тому же считав это как вызов, наконец, Бартоломью не выдержал. - Какие-то проблемы? - бросил он, делая шаг к Девону. - У меня? - насмешливо Девон приподнял бровь. Тихо рассмеявшись, он покачал головой, после тоже ступая к Бартоломью. - Нет, у меня всё отлично. Рад, что ты спросил. А вот у тебя… они сейчас начнутся. Хотя ты и так в полной жопе. - Да уж, куда я тут денусь. Не по полям же гулять пойду, - фыркнул Нейтан. - Так что проводи нас в зал для наблюдателей, посидим, подождем. А за подарок спасибо! - Нейт улыбнулся брату с искренней благодарностью. - Девушка вполне себе мила. Ты не давал ей имени, верно? А затем Нейт резко прервался, так как свой рот открыл Барт. Очень, конечно, зря. - Замолкни, - тут же резко оборвал его Нейт. - Не лезь на рожон. И ты, Девон, тоже не лезь. Какие еще проблемы-то? Что ты говоришь? - Нейтан недоуменно посмотрел на брата. - В смысле, что ему будет неприятно смотреть на смерть искусственных? - Бред, наверное, - равнодушно Барт пожал плечами, глядя на Девона в ответ. Предупреждение Нейтана он проигнорировал напрочь. Что произошло потом, понять Барт не успел. Вот, Девон хватает его за горло, сжимая так, что слабо он удивляется тому, что не слышит треска. А в следующую секунду, он уже летит куда-то внутрь дома, падая на пол перед камином. Тут же вскочив на ноги, Бартоломью оскалился, становясь в боевую стойку. К нему, неспешно направлялся Девон, с не менее яростным оскалом, чем у него самого. А потом полетел и Девон, прямо под ноги Барта - это справившийся с первым шоком Нейтан со всей силы пнул его, увлекшегося, по заднице. А затем Нейтан обогнул Девона и встал между ним и Бартом. - Ты охренел, брат? - Повысил Нейтан голос. - Я же тебе уже все сказал насчет Барта - не трогать. А не трогать - это значит не трогать, блядь! Бартоломью рыкнул, отскакивая от падавшего Девона. Одобрительно затем он хмыкнул, видя с какой холодной яростью тот смотрит, поднявшись. - А чего твоя шавка зарывается? - процедил Девон, обращаясь к Нейтану. - Не можешь научить её манерам? Так давай я этим займусь. Угрожающе он размял кулаки, продолжая после. - Тем более что мы обменялись. Прости, что борщить начал, но ты сам всё видел. - Девон развел руками, не виноват, мол. Удивлённо Бартоломью взглянул на Нейтана. Какой обмен, о чём вообще шла речь? Неужели Нейтан… Да нет, не могло этого быть! - Я сам разберусь, твоей помощи не требовалось, - Нейтан с этими словами подошел к Барту и отвесил ему сильную пощечину. Затем он схватил его за майку и, притянул к себе. - С моими братьями и сестрами ты должен общаться исключительно вежливо. Без дерзости, - Нейтан смотрел Барту прямо в глаза, - оскорблений, шуточек и прочего дерьма, что из тебя льется большую часть времени. Понял? Нейт продолжал смотреть Барту в глаза, пока не убедился, что ответ на его последний вопрос - положительный. Затем он снова обернулся к Девону. - Все, он не будет переступать границ, - сказал он. - А ты тоже их не переступай. Нейт имел ввиду свои слова про то, что Барта трогать нельзя. А вот про обмен он совсем не понял, но и уточнять не стал - не так важно это сейчас было. - Понял. - мрачно процедил Бартоломью сквозь зубы, под насмешливые взгляды Девона. - Я тоже понял. - примирительно кивнул он, после махнув рукой. - За мной. Просторный зал, в котором они оказались, был оснащён мощными колонками. Висел голоэкран во всю стену. Напротив него, стояли кожаные кресла. В углу сидела кучка искусственных. Парни и девушки, одинаково одетые в платья горничных. - Чтоб гости не скучали. - пояснил Девон их присутствие. - Выпьешь, может? - Их? - Нейт холодно глянул на искусственных. - Я, пожалуй, откажусь. Хочу оставить аппетит для охоты. Нейт прошел по залу и сел в кресло, где был самый удобный обзор. - Тут посажу Барта, - сказал он Девону. - Ты, кстати, хочешь крови, Барт? - Можно и не их. - пожал плечами Девон. - Скажи, и они принесут тебе кровь оттуда. - указал он на небольших размеров холодильник, с прозрачными дверцами. - И пожалуйста, там так там. Отличный выбор. На предложение Нейтана, Бартоломью утвердительно кивнул. Про себя же, он всё вспоминал фразу Девона о каком-то обмене. Нейтан не ответил ему, и теперь, Бартоломью оставалось только пребывать в догадках, вперемешку с недоумением. Увидев кивок, Нейтан поманил пальцем одного из искусственных. А заодно вспомнил кое-что важное. - Кстати, Барт, я тебя освобождаю от приказа быть от меня не далее двух метров, когда ты на улице. Я ж скоро уйду. Кстати, - Нейт посмотрел на брата. - Насколько скоро? Побыстрей бы уже начать… От группки искусственных отделилась крохотная фигура. Низко опустив голову, она пошла, слегка покачивая бёдрами. Недлинные волосы едва доходили ей до плеч, закручиваясь пушистыми кудряшками. Подняв голову, она улыбнулась, внимательно глядя на Нейтана с Бартоломью большими, зелёными глазами. - Поможешь мне с гипнозом, Нейтан? - немного помявшись сказал Бартоломью. - Боюсь, сам я подрастерял этот навык. Глянув на комм и прикинув время, Девон наконец ответил. - Минут через двадцать. Так что, ждать тебе не долго. - Думаю, она и так даст тебе кровь, не так ли, милая? - Нейтан погладил девушку по голове. - Иди к Барту и оголи свою шею. Послушно девушка приблизилась, убирая волосы. - Да нет! - отмахнулся Бартоломью. - Чтоб ей больно не было и от моих действий она получала удовольствие. Мне это нужно… Что она послушная и так ясно. - Как мило. - кривовато усмехнулся Девон. - Она и так получит удовольствие, это свойство вампирской слюны, - усмехнулся и Нейт. - Впрочем, как хочешь. Наклонившись и заглянув девушке в глаза, он приказал ей: - Получай от укуса только удовольствие. - Ну так не сначала же, - буркнул Бартоломью. - Спасибо. Сев на диван, Барт похлопал по нему рядом с собой. И когда девушка присела, с наслаждением подтянул её к себе, впиваясь в кожу. Довольно та совсем по кошачьи замурчала, поглаживая по груди Бартоломью. В свою очередь, он зарылся пальцами в её волосы, почесывая. Давно Бартоломью не получал крови таким образом, потому пил жадно, голодно. Моментально чувствуя безумное удовольствие. Казалось, что так хорошо, как теперь ему не было очень давно. За своим занятием, подсевшего к себе Девона он даже не заметил. Не заметил и рук, тянущихся к нему. Но почувствовав, как кто-то принялся давить ему на ребра с обеих сторон, недовольно рыкнул, не отрываясь от своего занятия. Но вот Нейтан, не занятый ничем, увидел действия Девона сразу. И перехватил его руки, отводя их от Барта. - Ты же только что сказал мне, что все понял, брат, - уже с неподдельным удивлением сказал Нейтан. - Так почему же ты снова нарушаешь мое слово о том, что Барта нельзя трогать? Мрачно Девон взглянул на Нейтана. - А вот сейчас я уже ничего не понял. Мы же договорились! Бабу тебе отправил… - завозмущался он. - Не смотреть же мне на него сидеть. Я мягко, всего лишь ребра потрогал. - О чем договорились? И спасибо за бабу… но при чем тут Барт-то?! - Нейтан совсем уж удивился и застыл, смотря Девону в глаза. - Я же тебе именно это и сказал - что Барта не трогать. Значит, как раз именно и только смотреть… - Чего?! - тут же разбушевался Девон. - Что значит «о чём договорились»? Ты мне предложил прислать тебе мою игрушку, а потом сказал, что тогда Барта в зале посадишь со мной!! - Эм, - Нейтан посмотрел на Девона как на дебила. - А как я бы посадил его с тобой, если ты будешь на охоте? И, если я правильно помню, я сказал, что посажу его у тебя - то есть у тебя дома - в зале с наблюдателями. Чтобы он сидел и смотрел с ними по экрану за охотой. А ты что себе навоображал?! Бартоломью, фоном услышав какие-то громкие голоса, тут же прислушался. И теперь сидел, грея уши. Опустив руку, он мял ягодицы девушки, про себя злорадно усмехаясь оплошности Девона. Мало того, что тот его не тронет, так ещё и самому Бартоломью сейчас было крайне хорошо. «И у кого ещё проблемы?» - мысленно хохотнул он. - Что значит навоображал?! - взревел Девон. От крайней степени возмущения на лбу у него выступили вены. - И так бы и посадил!! Сейчас, вот, он сидит! А ты трогать не даёшь!! Ты ничего не говорил мне про то, что он будет просто наблюдать за охотой. Ты сказал, что раз мне не жалко, то значит прислать тебе ту бабу, тогда ты его посадишь! Чего ради я подорвался так, по-твоему, а? Чтоб ты на попятную пошёл, что ли?! Со стороны Бартоломью послышался смешок, и вены на лице Девона надулись ещё больше. - А ну дай мне его потрогать!! - требовательно проревел он. Нейтан тоже заорал, сразу после Девона. И поднялся с кресла. - А кто мне говорил, что для брата ничего не жалко?! Я и решил проверить с той девкой! И так обрадовался, что ты ее безропотно отдал! Подумал, видимо, и правда тебе для меня ничего не жалко. Потому что ты мой брат и любишь меня! А ты… оказывается! - Нейтан орал во всю громкость. - Ты, значит, сторговаться решил! И просто так тебе, значит, давать было жалко! Да еще КАК сторговаться! Барта, вампира, решил обменять на полумертвую искусственную девку! Ты не охренел ли Девон?! И теперь мне еще тут что-то предъявляешь воплями своими! Нейтан замолк, переводя дух и зло смотря на брата. - Не дам его тебе! И ты меня не любишь, я все понял, - припечатал он его затем. И обиделся. - Полумертвую?! - прогрохотал Девон тоже поднимаясь. - Да она как огурчик! Ходит даже… И я ж не собирался полноценно пытать твоего вампира! А так, слегка!! Значит, обмен справедливый! И да, мне не жалко, прислал ведь, переодел даже во всё чистое! А… А ты!! Барта зажал! Хотя ничего такого я бы с ним не сделал! Бартоломью, уже напившись крови, в обнимку теперь сидел вместе с девушкой, то ласково поигрывая с её кудрями, то прихватывая за груди. Весело смотрел он то на Нейтана, то на Девона. И во взгляде обращенным к последнему, отчётливо читалось: «Лох!» И вообще, не пристало мужику дуться! Хотя, кому и стоит тут огорчиться, так это мне! - Не любишь, - с абсолютной убежденностью в голосе повторил Нейтан, продолжая дуться. - Я тебя люблю, а ты меня нет. Тебе бы только мою добычу, да игрушки отобрать, будто своих мало! Не лю-ю-юби-и-ишь. - Люблю!! - прорычал Девон, сжимая кулаки. - Слишком многое мы прошли вместе, чтобы ты хуету такую тут нёс! Так что не еби мне мозг, Нейтан! Отбирать я у тебя ничего не собираюсь. Сказал же, аккуратно! Ты ж тут стоишь даже, чё я сделаю такого? - А вот что-то не чувствую, - буркнул обиженно Нейт. - Стоишь тут на меня орёшь и игрушку отбираешь! Ну или не совсем отбираешь, но все равно. Он мой! Не дам! С минуту Девон молча стоял, глядя на Нейтана всё более тускнеющим взглядом. - Так, значит, не веришь? - протянул он мрачно. - Хорошо. Пару раз нажав экран комма, Девон запер дверь. Так, чтобы никто не мог отворить её. Свидетели тут были ни к чему. - Сейчас я покажу тебе свою любовь, Нейтан. - растянул он губы в улыбке. А потом, толкнув его в грудь, повалил в кресло. Взобравшись сверху схватил за волосы, другой рукой бесцеремонно приспуская на нём брюки. Нейтан, конечно, понимал, к чему дело идёт, но в этом и был его план. Отвлечь Девона от Барта на себя. Пусть себе братец удовлетворится и успокоится. И ему ж тоже будет приятно! - Ну уж будь добр, - Нейтан, повинуясь руке в волосах, запрокинул голову и заодно сам стал помогать Девону с брюками и бельем. - Только помни, что твои гости уже вот-вот будут. - Ничего, подождут. Извинюсь после. - мрачно отозвался Девон. Сплюнув на руку, он размазал слюну по члену Нейтана. Провёл по головке пальцами. Обхватил ствол ладонью, сжимая и разжимая, после начиная водить ею вверх-вниз. - Ну, давай, скажи мне, что я не люблю тебя! - насмешливо протянул он через время. Потом, с колен Нейтана, Девон спустился на пол, нависая над ним. С размаху он шлепнул его по бедру, и сжав кожу потянул вверх, заставляя слегка приподнять таз. И когда Нейтан сделал это, подлез рукой ему под задницу сходу вгоняя сразу два пальца, вскоре добавляя и третий. - Не-ет, теперь я чувствую, что любишь, - Нейтан поудобнее раскинулся на кресле, довольно улыбаясь и затем начиная постанывать от прикосновений к члену. Но Девон, конечно, без боли не мог, так что от последующего шлепка и оттягивания кожи Нейтан поморщился. Благо, он быстро смог понять, что тянул его Девон не просто так, и приподнял бедра. А потом вновь поморщился от резкого проникновения внутрь. Впрочем, хоть это и было не слишком приятно по ощущениям, тем не менее, как-то резко и сильно возбудило и Нейтан, резко втянув ноздрями воздух, сам стал насаживаться на пальцы, одновременно и морщась и тяжело, рвано дыша. Видя реакцию Нейтана, Девон оскалился. По-вампирски быстро задвигал он пальцами внутри, на контрасте издевательски медленно, лениво водя по члену ладонью. Потом, он наклонился к шее, проводя языком, и сжимая затем зубы на горле. Жал он сильно, но следил при этом, чтобы на шее брата не осталось укуса. Просто придушивал, не собираясь отпускать, пока Нейтану не станет совсем плохо. Прекрасно Девон знал о том, что в таком положении дышать Нейтан мог. Ну, как дышать. Скорее ловить редкие, сиплые вдохи. А кислорода поступать будет настолько ничтожно мало, что лучше бы и не было его вовсе. Совсем как неделю голодавшему всучить конфету. Жестокая насмешка над попыткой облегчить страдания. Бартоломью же… А что с Бартоломью? Ему ничего не оставалось кроме как сидеть, молча за всем наблюдая. Нет, конечно, он мог бы зарычать, броситься на Девона. Да только смысла в том не видел никакого. Если до этого, ещё оставались у него какие-то сомнения насчёт того делал ли Нейтан всё это добровольно, или просто не мог отказать Девону, то сейчас… Сейчас всё стало слишком очевидно. Мало того, что Нейтан поддавался на все действия вампира, так ещё и явно получал от них удовольствие. Бартоломью видел, как тот сам насаживался на пальцы. Что он при этом чувствовал? Было неважно. Он всё ещё любил Нейтана, о чём тот знал прекрасно. И видимо, то стало его окончательным ответом на его к нему чувства. Такие глупые и наивные по-детски. Все их хотелось вытравить. Вырвать с корнем, как ненужное никому сухое, старое дерево. И наверное, для этого ему нужно было время. Или же толчок со стороны брата ещё более решительный. Решительный, поскольку теплилась ещё мысль о том, что брат просто решил переключить внимание Девона на себя. Он ведь так защищал его… Из любви ли, смутных братских чувств или только потому, что считал его своим… питомцем. - Сядь между моих бёдер и раздвинь ножки. - шепнул он на ухо девушке, слегка его прикусывая, отчего тоненько она хихикнула, мило прикрывая рот ладошкой. В каком-то забытии протянул он руку. Погладил внутреннюю часть бедра, задевая вульву пальцами. С удивлением отмечая про себя, что белья на ней не было. - Интересно. - с усмешкой протянул он, вновь прикусывая девушку за ухо. Потом, мягко он ввёл пальцы внутрь. Довольно быстро ими двигая. Нейтан захлебнулся вздохами, когда Девон ускорил движения внутри него. Поначалу это принесло больше боли, но затем стало хорошо не только морально, но и физически. Нейт даже успел слегка пожалеть об этом, так как его возбуждало сочетание боли и острого удовольствия, а не одно только оно. Но весьма быстро Нейт перестал об этом думать. Девон схватил его за горло, как-то так хитро, что резко стало не хватать воздуха. И вздохнуть было проблемно. И Нейт мог бы, конечно, побиться в зубах брата и похватать ртом воздух, чтоб ему было приятно, но… Почему-то именно в этот момент в Нейте проснулась гадливость и потому на захват он никак не отреагировал. Минут пять-семь до настоящей нехватки воздуха у него вполне было, а там Девон, может, и сам его отпустит. Ну, или он его оттолкнет. - Может, чем душить меня… - едва слышно сказал Нейт через пару минут, - лучше уже трахнешь? У нас мало времени, да и я… не хочу ждать. - Хм, ну я не знаю даже… - задумчиво протянул Девон, отстраняясь от шеи. - Всё-таки, я показываю тебе свою любовь. А она предполагает жертвы. В моём случае, отказ от удовольствия собственного. Ну, или почти отказ… Девон ухмыльнулся. Пока он говорил, прекратил абсолютно все свои действия в отношении Нейтана. А потом, резко их продолжил, быстро водя пальцами внутри и ладонью по члену. - Хоть, ты и так мило просишь, Нейтан, - продолжил говорить он. - но нет. Не стану отходить от своего первоначального плана. Буду мужественным. Даже не укушу тебя сегодня! Представляешь? Движения внутри становились всё быстрее. Яростно Девон вколачивался пальцами, загоняя их до предела. И вскоре, за тремя, последовал и четвертый. Про член он тоже не забывал, прекратив свои издевательски медленные движения, возвращаясь к нормальному ритму. Чуть спокойнее, чем в заднице. - А то скажешь потом, что я тебя просто решил трахнуть ради удовольствия. А я вот… забочусь о тебе! Девушка, зажатая между ног Бартоломью, тоненько застонала. В такт движениям внутри себя, она слегка приподнимала таз, отставляя его назад. Неизменно задевая половой орган, от её действий практически сразу затвердевший. Потом, мягко она отстранила от себя его руку. Ловко соскочив с кресла, опустилась на пол становясь на колени. - Если вы не против, - робко пролепетала она, пальчиком водя по бёдрам мужчины. - я бы хотела доставить удовольствие Вам… - Какая ты инициативная. - хмыкнув заметил Бартоломью. - Для этого я здесь, - взяв Бартоломью за руку, губами она обхватила его пальцы. - Обычно, мы предлагаем уединиться в смежной комнате, но, раз вы начали несмотря на присутствие других… Не против? - Не против. - пожалуй, слишком резко выпалил Бартоломью, зло косясь на Нейтана в объятиях Девона. Девушка, без имени, как и все остальные здесь, улыбнулась, опуская ресницы. Потом, освободив член Бартоломью от одежды, обхватила головку губами. Пока мягко посасывала она головку, изо рта её обильно вытекала слюна, обволакивая собою ствол. Подняв глаза на Бартоломью, она вопросительно на него взглянула, будто прося позволения продолжить. И дождавшись, продолжила, сразу заглатывая член до самого горла. Быстро начиная водить головой вверх-вниз. Очевидно было, что рвотный рефлекс у неё напрочь отсутствовал. - И даже не укусишь? - Нейт слегка прокашлялся, когда Девон, заговорив, все-таки отпустил его шею. - И просто… э-э… доставишь мне удовольствие? Почти без боли? Не припомню, когда у нас было что-то такое в последний раз… - Тон Нейтана был до крайности удивленным. - Да… спасибо за заботу. Непривычно аж как-то. Очень. Но кусать сейчас и правда не стоит - мне на охоте потребуются силы… Нейтан не стал говорить, что слегка разочарован такой заботой о себе и что с Девоном боль для него уже стала привычной и дополняла ощущения. В конце ж концов он не был таким уж мазохистом и вполне мог получить удовольствие и просто так. Так что, когда Девон возобновил движения, Нейтан просто расслабился, запрокидывая голову и прикрывая глаза. И даже не поморщился, почувствовав довольно скоро четвертый палец, - растянутые мышцы вполне были к нему готовы. Вместо этого Нейт коротко простонал и чуть выгнулся, подаваясь пальцам навстречу, желая еще больше усилить удовольствие от происходящего. - Может, пятый палец тоже добавишь? - Спросил Нейт через некоторое время, открыв один глаз и посмотрев на Девона. Голос его был хрипловатым, грудь быстро вздымалась и периодически он подрагивал от накрывающих ощущений. Но, без боли они все же казались немного пресными и спокойными, а Нейту хотелось большего. Бартоломью простонал, откидываясь в кресле. Положив руку на голову девушке, одобрительно погладил. И та, почувствовав похвалу, задвигала головой ещё активнее. Глядя на неё из полуприкрытых век, её хрупкую фигуру, небольшой рост, Барт всё никак не мог понять, как в такой маленькой глотке умещается его член? И как она до сих пор им не подавилась? Впрочем, для него это было лишь приятным бонусом. Да и мысли быстро замещались всё возрастающим удовольствием. Потому, долго об этом думать он не стал. Вместо этого наклоняясь, и сминая её груди, размерами тянувшие на двоечку. Весьма приятную, мягкую и упругую. Со стороны могло показаться, что присутствие другой парочки, Бартоломью и вовсе перестал замечать, напрочь о ней забывая. Но далеко это было от истины. Замечал, конечно. Слышал прекрасно обрывки фраз и стонов брата. Просто в нём поселилась твёрдая, упрямая решительность делать вид, что ему глубоко на них побоку. Им было хорошо. Ему было хорошо. И все вроде как счастливы. Главное было не думать об этом слишком много, на что-то отвлёкшись. И рыжие кудряшки, метавшиеся у него в паху, прекрасно этому способствовали. - Видишь, какой я разноплановый, - хохотнул Девон. - И я ведь люблю тебя. А потому, да… сегодня так. Затем, по просьбе Нейтана, Девон добавил пятый палец. Замерев на какое-то время в Нейтане, он полностью сосредоточился на его члене. А потом, толкнулся рукой глубже. Исчезли костяшки пальцев. И немного Девон подвигал рукой так, давая возможность Нейтану привыкнуть. Хотел бы ему подвигать так подольше, ведь смазки никакой не было, да и рука его была далеко не маленькой. Только вот время поджимало. А потому, за костяшками, рука потянулась дальше, исчезая по самое запястье. - Живой? - поинтересовался Девон, вновь замирая, и сосредоточенно водя ладонью по члену. Нейтан довольно застонал, почувствовав пятый палец. Стало больновато, но ощущения от члена перекрывали это. А потом… Девон стал проталкиваться дальше… И вот тут Нейтан уже в полной мере ощутил, какая у Девона на самом деле большая рука и особенно - костяшки пальцев. - Уй-й… - Нейтан не стал останавливать Девона, но с каждым его движением ему становилось все больнее и больнее. На костяшках стало совсем плохо. Нейтан ощущал, что дальше там его мышцам уже не растянуться, ну никак. И они сообщали ему об этом противной тянущей болью. Но Девон, видимо, или не ощущал сопротивления или просто был оптимистом - и толкал руку дальше. - С…- Нейтан уже почти было сказал «стоп», но оборвал себя в самый последний момент. Потому что… ну вряд ли же у него мышцы порвутся? А, если даже и да, то зарастут минут за пятнадцать-двадцать, ничего. - А, ладно… Нейтан схватился за плечо Девона, пытаясь перекинуть внимание с задницы на это действие и стиснул зубы, теперь непрерывно шипя сквозь них. И… да, кажется, глаза его стали влажнеть. Но потом резко стало немного лучше - видимо, костяшки прошли, и Нейтан чуть-чуть расслабился. От перенесенной и продолжавшей ощущаться боли запал он частично потерял, но… такое с Девоном они практиковали не часто и для Нейта это было относительно внове… и потому он знал, что когда Девон продолжит, то возбуждение быстро вернется… с лихвой. Потому что Нейту уже доставляла дикое удовольствие вся ситуация, что в нем целая рука. И это моральное удовольствие, конечно, должно было перейти в физическое. - Угу, - Нейт, немного справившись с собой, кивнул. - Только… теперь не так быстро двигайся внутри… - Конечно. - улыбнулся Девон, целуя Нейтана в лоб. - Ты говори, если совсем охренеешь от боли. Дам лекарство. Пораскинув затем немного мозгами, Девон оперся одной рукой так, чтобы Нейтан мог в случае чего до неё дотянуться. Мало ли, тяжело говорить окажется. И хотя Нейтан и уверил его в том, что живой, продолжать двигать рукой он не спешил. Буквально с боем прорывался он сквозь стянутость мышц, и прекрасно чувствовал их напряжение и теперь. А он ведь любовь свою показывал, как никак. Вот и решил проявить заботу. А чтобы Нейтан не скучал, в ожидании продолжения, Девон обхватил ладонью его ствол так, чтобы доставать большим пальцем до головки, водя по ней круговыми движениями. Так и боль должна была быстрее заглушиться. Под действиями с самой чувствительной частью. - Если я… уй… охренею, то сам его возьму. - Нейтан показал клыки Девону с легкой угрозой, но было довольно сложно выглядеть зло и опасно с рукой в заднице. А потом Девон стал ласкать головку его члена и Нейтан, крупно вздрогнув, запрокинул голову, стоная громче. Кстати… рядом же был Барт. Нейтан совсем о нем успел позабыть, а сейчас вот нашел его глазами. И - ну и ну! - искусственная делала Барту минет. А кто ей разрешал? А кто Барту разрешал?! - А ну пошла прочь, - тут же рыкнул на девушку Нейтан. - Да ну? - широкая усмешка исказила лицо Девона. - И как бы ты его взял, интересно, если не моя милость? Проследив затем взглядом за взглядом Нейтана, несколько удивлённо он приподнял брови. - Извращенец! - хохотнул он Барту. Тот же, лишь слабо фыркнул. Кто ещё, мол, извращенец. Но... удовольствие, так и не достигло своего апогея. Девушка, спугнутая рыком Нейтана, мгновенно вскочила. Бросив на него затравленный взгляд, она покорно склонилась, после и вовсе падая на колени и так замирая. Плечи её, как и всё тело, непрерывно мелко подрагивали. - Что… такое, Нейтан? - несколько насмешливо поинтересовался Бартоломью. Уронив голову на бок, он посмотрел на Нейтана. Впрочем, его он не видел, наблюдая перед собой одно лишь пятно, всё ещё пребывая в расслабленном блаженстве. - Вы… с Дев… - голос прерывался, а рука, сама легла на член, быстро-быстро им двигая. - Девоном. Такие. Бля!.. Сексуальные… Прости, не удержался… И, будто бы в подтверждение своих слов, выгнувшись дугой Бартоломью громко застонал во всё горло, изливаясь спермой себе в руку. Неодобрительно Девон зацокал, злорадно про себя ухмыляясь. - Ты же это так не оставишь, верно? - глумливо поинтересовался он, поворачиваясь к Нейтану. Сложилось всё, по его мнению, как нельзя удачно. Он ведь и сам в конце собирался попросить Нейтана как-нибудь помучить Бартоломью перед собой. Раз уж самому ему нельзя было! Только вот никак не мог подобрать подходящий для того повод. Стоило ли ему попросить это в доказательство любви уже к себе Нейтана, заговорить напрямую, мол, хоть так тогда. Или же ещё что выдумать. А тут... Бартоломью сделал всё сам. И наказание, очевидно, было для него лишь вопросом времени. В таких, крайне радужных, приподнятых мыслях, Девон быстро заводил ладонью, возвращаясь наконец и к движениям внутри. И… чёрт… Как бы хотелось ему наплевать на просьбу Нейтана. Водя рукою со всей скорости, наблюдая за тем, как он буквально сходит с ума не то от дикой боли, не то от наслаждения. Да только нельзя было. Во всяком случае пока. Потому, внутри, Девон старался двигать осторожно, следя за состоянием брата. - Уйди прочь, - повторил Нейтан прерывающимся голосом, когда девушка бухнулась перед ним на колени. Вот же тупая. Ей одно говорят, а она делает другое… Но затем Нейт отвернулся, переставая думать о произошедшем. Девон задвигал внутри него рукой и, хоть это продолжало быть больно, Нейту нравилось. Очень нравилось. От каждого движения брата будто проходили мурашки удовольствия по всему телу. Нейтан закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям и… буквально через несколько минут кончил. Сильно выгнувшись в кресле, Нейт впился пальцами в плечо Девона, за которое все еще хватался, и держал его еще с минуту, пока не открыл глаза. Тихо выдохнув, Нейт при этом расслабился и, наклонившись к брату, мягко коснулся его губ своими. - Ну и как мне теперь охотиться? - Спросил он с легкой усмешкой. - В таком расслабленном состоянии… Тут же девушка вскочила, убегая к остальным и прячась за их спинами. Даже скрючилась так, чтобы её никак не было видно. После того как Нейтан кончил, Девон наклонился к нему, с улыбкой целуя в лоб. - Не знаю, брат, - задумчиво на него глядя, протянул он. - Можешь подкрепиться кровью у своего пёсика нового. Заодно и накажешь за, хм, самодеятельность. Затем, аккуратно он вынул руку из задницы Нейтана. - Кстати, если хочешь кто-нибудь из этих, - неопределенно он махнул рукой на группу искусственных, - приведут тебя в порядок. Сперму слижет. - Принесите кто-нибудь влажные салфетки, - приказал Нейт, посмотрев на искусственных. А затем, досадливо поморщившись, вновь повернулся к Девону. - Не, искусственных для очистки я использовать не хочу. И за что мне его наказывать-то? У тебя, брат, какая-то идея-фикс - сделать ему больно во чтобы то ни стало. Тут же приказ Нейтана был исполнен. Теперь, низко склонившись в поклоне, перед ним стоял парень, протягивающий салфетки. Услужливо открытые заранее. Девон же, застыл столбом. Очень злым, мрачным, раздосадованным. - Не фикс… - скрежетнул столб в лице Девона. - Делай, что хочешь… - Нейтан? - позвал Бартоломью. - А можно мне искусственного для… сбора урожая, так скажем? Приподнявшись, он прикрыл член ладонями, ими, впрочем, его стараясь не касаться. Затем, помявшись немного, он кинул на того быстрый, несколько сконфуженный взгляд. - И… ну… ты прости меня, короче, что не спросил твоего дозволения сразу. Просто, я никак не привыкну к своей новой… роли. Нейтан, взяв салфетки, быстро ими вытерся и отдал их, грязные, чтоб выкинули. Нейт же вновь натянул штаны, накинул на голову капюшон и таким образом полностью привел себя в порядок. - Салфетки возьми, - Нейт, отвечая, даже не глянул на Барта. Он смотрел на время на комме. И судя по нему - охота уже должна была давно начаться. А потом Нейт задумался о следующих словах Барта, про его роль. Девон его называл «псиной» и, видимо, воспринимал, как искусственного. Барт сам, похоже, думал как-то также. Но Нейт разделял для себя вампиров и всех прочих и Барт за питомца или раба не считал. За пленника - да. Но не за питомца. - Хорошо, - низко Бартоломью опустил голову, склоняясь будто в примирительном поклоне. Сам же, за поклоном он скрывал улыбку, лёгкую в своём умиротворении. Подозвав парня к себе, вскользь отмечая, что тот был весьма недурен, особенно в милом платьице горничной, он взял салфетки. Быстро вытерся, и передал их обратно. Потом, он натянул брюки. Лёгкая улыбка затем сменилась досадливым выражением. Так вот, что испытывал Нейтан в своё время, весело раскачиваясь на совсем не весёлых качелях, сплетённых из эмоций. В общем-то, что думать Бартоломью не понимал. То Нейтан спокойно стоит, смотря на то, как тело его протыкают вилкой. То пускается в пространные рассуждения на тему того, какой он тряпка. Очень эмоциональные рассуждения, к слову. Потом, он его отталкивает в момент наибольшей их близости. А теперь вот, прогоняет его новую пассию, не давая пригласить же оную для личного устранения беспорядка. И его взгляд, всегда холодный, отстраненный… «Кто же я теперь», - тоскливым клубочком сворачивается в голове мысль. - «Для тебя, Нейтан?..» Вариантов много: начиная от нового развлечения, кончая некстати взявшимся звонком прошлого. Помехой, одним словом, которую вскоре самолично он и устранит, когда та станет надоедать особо рьяно. А был вариант дерзкий, верилось в который с трудом уж слишком сильным. Быть может, Нейтан всё ещё его любит? Просто теперь делать этого не должен, а потому его и прогоняющий временами. Ну совсем как он когда-то. Да только окажись оно действительно так, легче бы не стало. Проблема в том, что раньше Барт поступал так с братом из соображений безопасности. А какие мотивы руководили самим Нейтаном? По статусу не положено. Наверное… - Так, ну… - заговорил Девон, сумев выйти из состояния столба. - Пора. С этими словами, он заново отпер дверь с комма. - Да, - Нейтан вновь посмотрел на Барта, прямо ему в глаза. - Сиди тут, - он указал на кресло, где минуту назад закончил трахаться. - Смотри охоту на голоэкране, не мешай никому из гостей, если хочешь - пользуйся искусственными, в рамках приличия. То есть без сисек-писек и рек крови. Понял? Отходить от стула далее метра запрещаю. Ты обязан дождаться меня именно тут. - Понял, - не сразу поддакнул ему Бартоломью, временно пребывая в прострации. Но потом, очнувшись от гипноза, он внимательно взглянул в глаза брата. Глядя в них уже осознанно. В них, Бартоломью пытался найти хоть что-то. Хоть один, маленький намёк на свой вопрос: «Кто я тебе, Нейтан?» К тому моменту Девон успел выйти в холл, где приносил свои глубочайшие извинения перед успевшими подтянуться наблюдателями, за доставленные неудобства в связи с запертой дверью. - Проходите! - широким жестом указал он им на смотровую комнату, покончив с формальностями. - Чувствуйте себя как дома. Совсем скоро шоу начнётся. Нейтан, отдав приказ, потерял к Барту интерес и повернулся к входящим гостям, слегка кланяясь им. А затем пошел по давно изученному маршруту - в небольшую комнату с охотниками и широким выбором оружия. Может, его даже сегодня имело смысл взять, - как-никак на охоте ожидался вампир. Хотя… Нейтан представлял себе, в каком тот после Девона состоянии. Шоу, как назвал его Девон, действительно должно было начаться совсем скоро. И именно «шоу» окрестил он охоту не случайно. Не мог Девон отказать себе в некоторой театральности, вычурности. Особое удовольствие получал он от намеренного запугивания тех, кому не повезло оказаться здесь в качестве жертвы. Буквально с первых секунд их должна была охватить нервная дрожь и понимание, что очень скоро для них всё будет конечно. Целый день и ночь проводили искусственные в своего рода подземелье. Лишь один единственный факел освещал помещение, с потолка которого, разбиваясь об пол с гулким эхом, капала вода. Еду им не приносили, не к чему было. И всё, что им оставалось делать - это сидеть, стоять, мерить шагами помещение, и лежать на холодном каменном полу, молча глядя бесцветными глазами в темный потолок. В этом подземелье невозможно понять было даже, сколько прошло времени. И на «добычу» именно данный факт оказывал наиболее сильное впечатление, едва ли не сводя с ума. Сейчас же, поднятые охраной, искусственные стояли, дрожа и прижимаясь друг к другу, в длинном коридоре, согнанные туда всё той же охраной. По бокам висели факелы, освещая его подрагивающим, грязно оранжевым светом. Что ждало их в конце видно не было. Клубящаяся темнота скрывала цель от взора. Было тихо, тепло и сыро одновременно. Затем, откуда-то из темноты, прокашлявшись заиграл динамик, извлекая из себя протяжную мелодию, тихо потрескивавшую. Точно кто-то выкопал неизвестно на каком аукционе доисторический граммофон. Низкий баритон протяжно выл, растягивая слова в странной песне. Затем, голос начал прерываться вместе с мелодией, зашелся в хрипе. Остановился, после начиная с начала, повторяя одну и тужу строчку, будто запись зажевало. Пока наконец, из динамика не стало слышно ничего, кроме мягкого шума, мешавшегося со странным пощелкиванием. А потом, мелодия резко возобновилась, оря теперь во всю мощь лёгких своего инфернального исполнителя. Одновременно с этим, в дверь позади кто-то с силой забарабанил. Так что она заходила ходуном, едва не слетая с петель. И издав громкий, нечеловеческий визг, искусственные, поддавшись панике, ломанули вперёд. Туда, где ждала их ещё одна дверь, услужливо распахнутая. Стоило им выбежать, как та тут же за ними захлопнулась, отрезая пути отхода. И будущая добыча оказалась в лесу, мгновенно по нему разбегаясь, в стремлении укрыться. Разумеется, что в подземелье, что в самом коридоре, что в лесу, висели скрытые камеры. Так что наблюдатели с лихвой успели к тому моменту получить свою порцию веселья. Послышался восторженный гогот, одобрительное рукоплескание, издевательские комментарии. Молчал один лишь Бартоломью. Мгновенно он врос в своё кресло, не в силах двинуть ни единым мускулом. Зрачки в ужасе расширялись, чем ближе к своей цели - забою - приближались жертвы. Всё дело было в том, что отчётливо среди искусственных он видел Ирвина. Ошибочно он полагал вначале, что ему попросту всё показалось. Не мог он там быть. Не мог! Однако, словно в насмешку над ним, камера сама несколько раз ловила фокус на его измождённом, заострившемся лице. Не оставляя и малейшей надежды на «показалось». Там же, где находились охотники, атмосфера, разумеется была не столь гнетущей. Играла лёгкая, весёлая музыка. Небольшое светлое помещение, освещенное каким-то синеватым цветом, содержало в себе медицинские столы, с самым разнообразным оружием. Были на столах инструменты и пыточные. Так, на всякий случай. Их, впрочем, было немного, чего нельзя сказать об оружии. Были здесь и арбалеты, с обычными стрелами и смоченными ядом, ножи самых разнообразных форм и размеров, длинные ружья, пистолеты, сюрикены и булавы, нунчаки, катаны и прочее. Одним словом всё, чтобы охота могла стать наиболее интересной её участникам. Нейтан вошел в помещение с инструментами и скинул там с головы капюшон, затем здороваясь с каждыми из присутствующих. Всех их он знал - да и как могло быть иначе? Это были главы крупнейших корпораций, известные деятели искусства и культуры, ученые и военные… В общем, все те, чей вклад в жизнь Государства был меньше, чем разве что Пятерых. Они все, конечно, знали Пятерых в лицо, равно как и наблюдатели, относившиеся к той же прослойке общества, а потому носить при них капюшоны не имело смысла. И все эти вампиры были абсолютно верны, что было важно, и пользовались доверием Пятерых. Нейтана больше всего заинтересовал один ученый, занимавшийся под руководством Дениела разработками искусственной крови, и остаток времени до начала охоты Нейтан провел в беседе с ним. А затем настало время идти и Нейт, взяв с собой на всякий случай короткий кинжал, вышел вместе с остальными в ночной лес. Десять вампиров на двадцать искусственных и вампира из сопротивления на территории в двадцать пять квадратных километров… это должно было бы интересным. Впрочем, как и всегда. Подождав, пока все уйдут, Нейт глубоко вдохнул свежий загородный воздух, а потом пошел под сень деревьев, постоянно принюхиваясь и прислушиваясь. Слушать, впрочем, пока было нечего - вампиры пока еще не разошлись и Нейт слышал их - но вот обоняние не должно было его подвести. Девон выбрал для себя мясницкий топорик, которым в нетерпении теперь вертел. Крэя, сестра, одна из Пятерых, по своему обыкновению вооружилась лёгким арбалетом с обычными, без яда, стрелами. Вид у обоих был мрачный. Дело было в том, что пока Нейтан вёл приятную для себя беседу, эти двое успели между собой поругаться. Впрочем, обычно этим и заканчивались их встречи. Настойчивый, взбалмошный характер Крэи и вспыльчивый Девона прекрасно тому способствовали. Вот сейчас, к примеру, сестра недвусмысленно намекнула брату на то, что давненько он к ней не заглядывал. И то действительно было правдой. На что у Девона были свои, весьма веские причины. Крэя, законченная мазохиста, и всё, что бы Девон с ней не делал, приносило ей неподдельное удовольствие. Он же ценил боль и страх. Крэя демонстрировала обратное. И ладно одно только это. После неё он выходил совершенно вымотанный, будто бы пытали его самого. Чёрт побери, ему банально был нужен отдых! А ещё, он ужасно не любил, когда его использовали. - Приду, когда захочу! - прорычал он в лицо сестры, и без того пребывая в тихом бешенстве из-за брата с его новой игрушкой. - Ох, Девон… - демонстративно вздохнула Крэя. - Конечно, приходи, когда появятся силы! Я ведь понимаю, что возраст не прошёл для тебя бесследно. А после, рассмеявшись, сестра развернулась, собираясь уходить. Оставив Девона закипать от бурлящей внутри ярости, едва не свистя подобно чайнику, забытому на плите. - Шлюха, - выплюнул Девон ей в спину. - Импотент, - прошипела Крэя, нехорошо суживая глаза. Дело едва не дошло до драки. Ругались они вполголоса, находились в отдалении от общей комнаты с оружием, и дело и впрямь могло принять оборот весьма скверный. Если бы не один из охотников, проходивший в этот момент мимо, и одним своим появлением успевший охладить пыл обоих. Однако, как бы не костерил Девон её сейчас, прекрасно понимал, что манипуляция сестры прекрасно на него сработала. Как и обычно, в общем-то. Мысленно он уже представлял картину их примирения. Будет много боли, крови, с той и другой стороны, и сладострастных стонов… Настроение несколько улучшилось. Однако, оставалось ещё кое-что важное. Барт, сидящий сейчас в комнате наблюдателей. Одинокий без Нейтана, и такой беззащитный, уязвимый… Судорожно Девон втянул ноздрями воздух, прикрывая глаза и улыбаясь. Нейтан ещё зачем-то побрил его, глаза перекрасил. Он-то думал, что для него так постарался, приведя в товарный вид, а выходило совсем иначе. Это бесило, распаляя желание ещё больше. Желание помучить Бартоломью хоть немного. И ведь сейчас, пока Нейтан с остальными заняты охотой, была такая возможность. Задержаться минут на десять, а потом появиться на охоте. Никто и не заметит! Воровато он оглянулся, пряча топорик за поясом. Туда же, вскоре, отправился крохотный ножик. Так, попугать чисто, оставив следы совсем лёгкие, к концу охоты они должны были исчезнуть. Про себя он понимал, что поступает нехорошо в отношении брата. Однако, инстинкты брали над ним верх. Барт ведь буквально был у него в руках! А потом, Нейтан вырвал столь желанную добычу. Совсем как у хищника отнять кусок мяса, переложив затем подальше. Поэтому, отстав от остальных и убедившись, что никто не смотрит в его сторону, Девон направился в смотровую. Девон шел сначала медленно, еще сомневаясь, но с каждым шагом сомнения все больше исчезали, растворяясь в разгорающейся жажде крови. Слишком желанным стал Барт для Девона с их первой встречи, слишком желанным… И ждать, пока Дениел сделает ему через полтора года копию, в то время как оригинал сейчас сидел прямо у него под носом, Девон просто не мог. Тихо Девон открыл дверь в смотровую. Вампиры там сидели, внимательно смотря на экраны. Они видели расположение и охотников и искусственных и сейчас делали ставки, кто кого первым поймает. И, пребывая в азарте, не обратили особого внимания на зачем-то вернувшегося Мастера Войны. Тот же подошел к Барту и, резко, но все еще стараясь не привлекать особого внимания, развернул его лицо на себя. Поймав взгляд вампира прежде, чем тот успел сообразить, что к чему, Девон приказал: - Слушайся меня во всем. Я отменяю приказы, данные тебе Нейтаном. Так что сейчас ты встанешь и тихо и спокойно пойдешь вслед за мной прочь из комнаты, - Девон продолжал смотреть Барту в глаза, дожидаясь покорности и согласия. До появления Девона в комнате, Бартоломью всё продолжал смотреть на экран. Пару раз он вставал, обходя кресло вокруг, затем садился. Трепал кудрявую по волосам, которую успел подозвать к себе обратно, затем забывал о ней напрочь. А после сидел с потухшим взором, пытаясь убедить себя в нереальности происходящего. Одним словом, Бартоломью нервничал. И чем больше поднимались в нём нервы, тем больше начинал проклинать он Нейтана. Теперь, картина произошедшего недавно, то, как брат защищал его от Девона, как девчонку его прогнал, обретала новые, совершенно неприглядные краски. Наверняка, Нейтан просто не хотел, чтобы эмоции от боли, перекрыли в нем в итоге раны душевные. А девушка… Ну, тут всё просто. Не положено пленнику трахаться, только и всего. Потому, появление Девона осталось для него тайной, пока тот его не загипнотизировал. Неприятно так, исподтишка получается. Несмотря на нежелание, приказ Бартоломью исполнил. Не мог по-другому. - Ты разве сейчас не должен как псина за зверушками гоняться? - грубо поинтересовался Бартоломью, идя вслед за Девоном. - Хули ты тут со мной трешься? Сейчас, хотелось одного. Разрядки. Любой, какой угодно. Ему было настолько плохо от бессильной злобы, от того, что брат обманул его… Нейтан говорил ведь, что хочет познакомить его, Барта, с миром… На деле же, решил продемонстрировать смерть его товарища. Не просто товарища, друга. Плохо было и от того, что он никак не мог помочь ему. Совсем без вариантов из-за его дурацкого приказа. Всё это давило настолько сильно, что хотелось если не подраться, то чтобы ему кто-нибудь хорошенько треснул. Пожалуй, впервые, присутствию Девона рядом, он был даже рад и благодарен. - Не беспокойся, - Девон, не оборачиваясь, ухмыльнулся. - Зверушкам я тоже успею уделить время. Девон вышел из смотрового зала и провел Барта на несколько этажей ниже, в одну из пыточных. Не то чтобы Девону (из-за обязательств перед братом) так уж требовались инструменты, находившиеся там, но иначе Барта могли бы услышать гости. Дождавшись, когда Барт зайдет следом, Девон развернулся, расплываясь в довольной улыбке. Наконец-то он дорвался до столь желанной жертвы! Девон в упор принялся рассматривать Барта, думая, что бы с ним сделать. Было столько вариантов! Но малотравматичных - уже меньше. - Ты уж прости, - заметил Девон, все еще думая, - что оторвал тебя от просмотра. Помнится, там твой друг. Ирвин. И ты, наверняка, хотел бы увидеть его последние минуты… - Девон состроил на лице сочувственное выражение. На миг лицо Бартоломью окаменело. Глаза потухли, сделавшись похожими на две стекляшки. Но потом, быстро взяв себя в руки, Бартоломью расплылся в улыбке. Нет уж, на такой дешёвый понт его не купишь. Не доставит он удовольствия Девону. Неловко он засмеялся, почесывая затылок. - Да-а, ты прав. - протянул он. - Я действительно хотел это увидеть. И… прости уж, одними извинениями тут не обойтись. Хотя-я, кое-что ты для меня сделать можешь… Недвусмысленно он опустил глаза, глядя на свой член. А потом, подняв голову нагло ухмыльнулся прямо в лицо Девону. Девон посмотрел, куда указывал взглядом Барт, а затем с силой пнул его туда, тут же после этого добавляя удар в солнечное сплетение, сбивая Барта с ног. - Да, конечно, - Девон наклонился над своей - наконец-то своей! - игрушкой, продолжая сохранять на лице сочувственное выражение. - Достаточно? Или этого было мало, чтоб умерить твою боль от того, что не увидишь смерть друга? И не торопись отвечать, я все понимаю! Девон весело хохотнул - у Барта сейчас должно было парализовать все тело и перехватить дыхание. Какой уж тут разговор… - Кстати, - Девон распрямился, мыском ботинка переворачивая Барта на спину, чтоб тот видел его. - Я тут еще вот о чем подумал. Ты так яростно защищал своего биологического брата от меня, прям из кожи вон лез… Я тогда посмеялся, что ты, должно быть, его фанат, но теперь я думаю, что ты его любишь. Все это время с тех пор, как вы действительно еще были братьями. И я подумал, что… конечно, видеть смерть дорогого друга - это больно, но каково же должно быть, если его убьет любимый тобой вампир? Ох, надо бы мне успеть тебя вернуть в смотровой зал до этого момента! Девон быстро вызвал экран комма и проверил по нему, где Ирвин. Тот еще был вдали от всех охотников. - Но пока, похоже, у нас есть время… - с видимым наслаждением протянул Девон. Бартоломью зажмурился, ловя ртом воздух. Накрыл ладонями нежное место, точно это хоть сколько-нибудь могло уменьшить боль. И тут же получил удар в сплетение, оказываясь на полу. Краем уха он слушал Девона, реагировать не собирался. Сил не было, как и особого желания. Но потом… Потом Бартоломью не выдержал, сломался, поддаваясь натиску эмоций. И едва боль отступила, как он дернулся с рычанием к Девону. Перед глазами возникла алая пелена, загораживая, отрезая собой целый мир, казавшийся не настоящим, искусственным. Слишком дерьмовым и несправедливым, чтобы оказаться реальным. Девон рассмеялся в голос, увидев, как Барт дергается к нему. - Ну-ну! - Воскликнул Девон, продолжая смеяться. Ох, как же он любил эмоции от жертв, сопротивление. Вот бы еще увидеть страх… - Не стоит так нервничать! Девон вновь сбил Барта с ног, даже не прилагая к этому усилий. Просто ударил его наотмашь по лицу, и он полетел на пол. А Девон, мгновенно приблизившись, обрушил ногу ему на горло, в последний момент сдерживаясь, чтобы его не сломать. - Не нервничай, - повторил Девон. - Я ни за что не позволю тебе пропустить такое зрелище… - Девон на секунду замер, а потом вновь вызвав экран комма, посмотрел на время. Во-первых, потому что не мог долго играть с Бартом - его отсутствие на охоте могли обнаружить, а во-вторых, сегодня было запланировано уничтожение базы сопротивленцев. И операция уже должна была начаться. Затем Девон вновь отключил комм и, достав нож, склонился над Бартом, проводя лезвием по его шее. - На самом деле, - ласково сказал он. - Я не так ужасен, каким, должно быть, тебе кажусь. Я понимаю, что, если твой брат убьет на твоих глазах друга, - у тебя больше не останется в этом мире никого близкого. А мы, в конце концов животные стайные, как и люди. Хоть и в меньшей, чем они, степени… И… да, я это к тому, что ты можешь попробовать уговорить меня убить Ирвина самому. Выторговать для него жизнь и не надейся - он все-таки государственный преступник. Но я мог бы найти и убить его быстро и без боли… - Девон тихо хохотнул. Его слова звучали забавно после того, что он уже успел натворить с Ирвином. - Так твой друг бы не страдал, а ты сохранил бы любовь к дорогому братику… «Нейтику», - Девон вновь хохотнул. Зло Бартоломью рыкнул, пытаясь скинуть с себя ногу. Но ожидаемо, ничего не вышло. Словно то не нога вовсе была, а валун, которым его придавило. И давило так, что казалось вот-вот раздавит. Почувствовав лезвие на шее, он замер, глядя Девону прямо в глаза. По мнению Бартоломью тот нёс полнейшую чушь и околесицу. Интересно, он и вправду думал, что Бартоломью пойдёт на это? Убьет быстро, без боли… Впрочем, почему бы и не подыграть? Тем более, что в какой-то степени он был прав. Бартоломью... не хотел, чтобы убийцей его друга становился родной брат. А значит, играть, по сути, ничего и не придётся. Бегло взглянув на Девона, Бартоломью закусил губу. Нервно поигрывая желваками, он слегка отвернул голову, глядя теперь в сторону, точно размышлял о чем-то напряжённо, колебался. Наконец, медленно Бартоломью кивнул. - Ты… обещаешь?.. - недоверчиво скосил взгляд он на Девона. - Что исполнишь обещание, если я… Ну, ты понял! - Даже, если я пообещаю, ты никак не проверишь, не лгу ли я тебе. Поэтому тебе или просто надеяться, что я исполню свое слово, или нет. И ты еще меня не уговорил, заметь. Мне-то все равно, кто и как его убьет, - Девон холодно пожал плечами и быстрым росчерком оставил на шее Барта затейливой формы полоску крови. Намеренно Бартоломью вздрогнул. Вытянул шею, пытаясь отстраниться от лезвия. А потом, помолчав ещё немного, сумел выдавить из глаз довольно крупную слёзку. Эх, говорили ему в детстве идти в театральный! А он не хотел, артачился. Зря, наверное. Может и вышло из него чего путного. - Пожалуйста… Мастер… - выдавил он из себя, не глядя на Девона. - Я прошу Вас… Резко Бартоломью выкинул вперёд руку. И саданув Девона в подбородок, весело рассмеялся. - Идите нахуй уже, а! - прокричал он, заливаясь хохотом и слезами уже какого-то истерического ликованья. - Такой ты забавный, конечно, слушай! В стендап податься не думал, народ смешить? А потом, с удивлением он ощупал шею, отмечая, что крови заметно прибавилось. Должно быть, дернувшись он сам насладился на лезвие. Или же Девон дернулся, нечаянно полоснув шею ещё. Впрочем, Бартоломью волновало это не сильно. Так что удивление быстро сменилось равнодушием. Девон, получив в подбородок, даже не поморщился. Зато рассмеялся, громко, довольно. - Да! Сопротивляйся! - Воскликнул он. - Так мне гораздо легче заткнуть совесть, вякающую что-то насчет брата. Девон отвел нож от шеи Барта, а затем резко схватил его руку в свою, сжав, будто тисками. И, зафиксировав один палец, поднес к нему нож. - Не дергайся, - ласково приказал он. Глаза у Девона загорелись, рот искривился в хищном оскале. И, поднеся кончик ножа к кончику же пальца, он стал медленно, буквально по миллиметру, загонять его Барту под ноготь. Глубже, глубже, затем Девон изменил наклон ножа так, чтобы тот шел не параллельно кости, а в ее сторону. И резко загнал нож примерно где-то на полсантиметра. А затем, не давая Барту опомнится, он вскочил на него, своими руками блокируя его и наклонился над лицом. - Ну как? - Прошипел зло Девон. - Больно, верно? Но, полагаю, болью тебя не особо удивить… Поэтому я дам тебе больше, гораздо больше. - Девон шире оскалился. - Представь, - стал приказывать он. - Что ты в абсолютно темной коробке, пять на пять метров… Там нет ничего и никого, кроме тебя. Нет звуков, запахов… ты даже не можешь слышать свой голос, не можешь ощущать свое тело. Там лишь ты, темнота и тишина. Представь это и проживи там…. - Девон замялся. Все-таки он не хотел свести Барта с ума. - Три месяца. Проживи их день за днем, ночь за ночью… за секунд десять. А затем возвращайся ко мне… я пока займусь дальше твоим пальцем. Бартоломью зарычал, намертво сцепляя зубы. С ненавистью взглянул он на Девона, успев плюнуть тому в лицо. Не смог отказать в удовольствие. Однако… Тот заговорил, отдавая новый, страшный приказ, весь ужас которого дошёл до Бартоломью не сразу. Дошёл он лишь тогда, когда он оказался в этой самой коробке. Пустой, темной и черной. Не было никаких, даже крошечных искорок, испускаемых темнотой настоящей. Та тьма, в которой он существовал теперь, была другой. Инфернальной, невозможной в действительности. Вместо звуков был вакуум, настолько плотный, что поначалу он не слышал даже собственных мыслей. Сколько прошло времени Бартоломью не понимал. А было ли время здесь вообще? Существовало ли хоть когда-то? Или всё это выдумки: часы, минуты, секунды. А время же, настоящее, бесконечная материя, неуловимая, растягивающаяся. Именно такое, как виделось ему сейчас и как ощущалось. И считать его невозможно. То лишь придумка людей, чтобы не свихнуться, ощутив на себе его могущество. А существовал ли он сам? Или же он тоже выдумка, как и тот мир, из которого он пришёл сюда. Ответов не было. Были мысли, вязкие подобно патоке. Растаявшей, и теперь медленно сползающей по бороздкам мозга. «Ты умер?» - хихикнул противный, писклявый голос. – «Снова умер. Неудачник!» Наверное, голос звучал прямо у него в голове. Вернее там, где когда-то она у него была. А теперь, она растворилась, вместе с его телом. Но, если её не было, откуда же доносился тогда голос? Или он сошёл с ума? И не было ничего, кроме пустоты, тишины... «Да-а… Ты правильно понял», - продолжал голос, издевательски сочувствующим тоном. – «Меня нет. Как и тебя тоже. Чердак протек! Опять…» «Я… не умер!» - наконец, он смог ему ответить. – «Это всё Девон! Что-то со мной сделал…» «Не умер?» - хмыкнул голос. - 2Тогда встань! Ну-у же! Что, не выходит? Бедный… Такой одинокий, брошенный. Ме-ертвый!» Голос зашипел, повторяя одно и тоже слово нараспев, меняя интонацию. Хотелось зажать уши ладонями, но их не было. Ничего не было, кроме его странного собеседника. «Но тебе ведь не привыкать, верно же? Ты умирал уже, правда ничего не чувствовал при этом. А сейчас… не повезло, значит». «Я не умер!! Это ты!.. Тебя нет, выметайся!» Существо захохотало, так сильно и громко, что тьма вокруг будто содрогалась, вторя хохоту. Смеялась над ним, вместе с голосом. Затем, смех резко оборвался. «А ты жил разве? Что, не узнаёшь? Твоё обычное состояние, стоит остаться тебе одному. Наедине с мыслями. Как же так, Барт?! Забы-ыл… Ах да, я и забыл какое ты ничтожество. Ты ведь убегал от меня, отсюда, из твоего настоящего дома. Пустого как ты сам. Тебе здесь самое место…» «Заткнись! Заткнись!! Ты всего лишь бред, галлюцинация!» «Да брось, Барти. Тебе ведь здесь нравится, признайся! Здесь нет ничего, никого. Даже чувств и мыслей. Просто ты их додумываешь зачем-то. А ты отпусти, перестань бороться. Признай, что умер. Раствори-ись… Зачем ты живёшь? Вернее, делаешь вид. Тебе ведь это не нравится, никогда не нравилось. Иначе зачем ты избегал своих собственных чувств? Душил их безжалостно, втаптывал в грязь. Ты хотел быть мёртвым. Хотел чувствовать… ничего. Великое Ничего!» Голос замолчал. Молчал и Бартоломью, вслушиваясь в это самое ничего. Может, прав был голос. И ему действительно самое место здесь? «Там ты никому не нужен. Даже родному брату. А здесь… Никого нет. Так что и нужным быть не надо. Зачем? Тебе больно… Так больно! Я это чувствую. Но… здесь нет и боли. Просто признай, что ты мечтал об этом. И раствори-ись. Перестань цепляться». И Бартоломью растворился, перестав существовать окончательно. Вскоре он понял, что голос был не до конца с ним откровенен. Скука никуда не делась, а он не мог слиться с темнотой окончательно. Он был её частью, но какой-то неполноценной. А ещё было страшно. Так что кричать хотелось своим вымышленным, безъязыким ртом. Зато мысли действительно исчезли вместе с чувствами. И… в общем-то, ему этого хватало. Ничего, страх уйдёт когда-нибудь. Потом, когда сил не останется. А скука, он к ней привыкнет так или иначе. И она станет его новой формой жизни. Главное, что здесь не было никого, даже его самого. Жаль только, что он не мог передвигаться в своей тьме. Она тоже была какой-то неполноценной. Маленькой и тесной. А потом, резко его потянуло вверх, как со дна ледяной ванны. Он закашлялся, чувствуя такой непривычный воздух, хлынувший ему в глотку. Потом заметался, не понимая откуда на него снизошла ещё и боль. Почему он чувствует? Вернуться… обратно! Прямо сейчас! Но вернуться не выходило. И вскоре Бартоломью понял, что очнулся в мире реальном. А тот, оставшийся позади, и ставший почти что родным, был лишь подкинут ему жестокой волей Девона. Сколько он там пробыл? Всего три месяца, точно. И видимо, теперь ему нужно было снова привыкать жить. Как же погано и несправедливо… Девон поглубже засунул нож под ноготь Барта, пока тот пустым взглядом смотрел в никуда. Но Девон же дал ему всего десять секунд, так что почти сразу Барт вернулся. И Девон, схватив его пальцами за щеки, заставил посмотреть на себя, в свое ухмыляющееся лицо. - Ну как, Барти? - Прошипел он. - Подумал над своим поведением? Не двинулся еще мозгами? Девон вглядывался в глаза Барта, ища там осознанное выражение. И, вроде, оно было. - Ты буквально чуть-чуть побыл наедине с собой, без боли и страха, м-м… - продолжил Девон издевательски. - Но ведь я могу тебе внушить абсолютно все. Например, чтобы ты сидел в коробке не пять на пять метров, а чуть меньше тебя, чтобы она сдавливала тебя, не давая дышать и двигаться, чтобы ты умирал от тесноты и нехватки воздуха… и не три месяца… а год. Или десять лет. Или вечно, - Девон хохотнул. - Хотя, с тебя хватит года, чтоб сойти с ума. Или я могу внушить тебе, что я по сантиметру выжигаю твое тело кислотой. Для меня это займет секунду, для тебя же… ох, даже не знаю, сам посчитаешь. Или могу тебя сейчас отпустить, но внушить, что ты не можешь спать! И, заодно, внушу тебе об этом никому не говорить. Ты только представь - с восходом солнца ты уснешь, но буквально тут же проснешься вновь. А затем вновь уснешь и так по кругу… Люди могут жить без сна, постепенно теряя силы и галлюцинируя, чуть больше недели. А сколько сможешь ты? Проверим? Или… о-о! - Девон расплылся в еще более широкой улыбке. - Я могу тебе внушить и что-то хорошее. Где ты с твоим любимым братиком, где у вас все хорошо и исполняются все твои мечты. А потом вернуть тебя сюда, где у тебя из пальца торчит нож! - Девон при этих словах схватился за него, двигая вместе с пальцем туда-сюда, вызывая этим новую боль. - Ну, что выбираешь?! Заорав, Бартоломью выгнулся, царапая пол пальцами свободной руки. Тоскливо промелькнула мысль, что сейчас он не хочет ничего, кроме того, чтобы его оставили наконец в покое. А впрочем, действительно ли ему хотелось именно этого? Ведь теперь, мыслей не осталось никаких, кроме боли. - Как же ты любишь себя слушать, - поморщившись, Бартоломью откинулся на пол, расслабленно глядя на Девона. - Думаешь, напугать меня? Всеми этими вариантами. Признаюсь, фантазии тебе не занимать. Я в свое время действовал более, мм… стандартно. Слабо он рассмеялся, затем снова морщась. - Давай, отправляй меня в коробку, лишай сна. Всего лишь сойду с ума в очередной раз. Хм, хотя, это интересно даже… Безумие на безумии. Поэтично! Я, видишь ли, и без того не здоров, мягко скажем. Нейтан ещё не похвастался братишкой-психопатом, нет? Что-то ты ещё предлагал интересное… Ах да, кислота! Что ж, давай, очисти мой разум болью! - Бартоломью закашлялся, давясь приступом очередного ненормального веселья, вперемешку с такой родной уже болью. - Что же касается места, в котором исполняются желания… Я ведь родом оттуда. Не до такой степени, конечно, но счастливая жизнь с братом у меня была. Проебу её ещё раз… Обидно, но зато очень жизненно. Короче, я выбираю знаешь что? Чтобы ты сам себя трахнул и остудил свой интерес ко мне после. Надо же! На охоту не пошёл, лишь бы со мной поиграться, брата обманул. Это даже лестно. Никто ещё моей персоной не интересовался настолько сильно! Ноздри Девона затрепетали от возбуждения, когда он услышал крики Барта - музыку для своих ушей. Жаль, они в итоге кончились. И снова изо рта братика Нейтана полилось всякое неинтересное дерьмо. Про то, что он и так псих и прочее… Девон, слушая Барта, даже зевнул напоказ, при этом не забывая ковыряться у него под ногтем ножом. Но затем Барт напомнил ему об охоте и Девон вновь вызвал экран комма, смотря на время. А его прошло уже достаточно - аж двадцать минут! При том, что Девон хотел провести с Бартом только десять. - Блядь, - тихо выругался Девон себе под нос. - Действительно, я ж с тобой совсем забыл об охоте. Девон резко выдернул нож из-под ногтя Барта. - Так, - продолжил он. - Я запрещаю тебе в какой-либо форме сообщать кому-либо обо всем в целом или о какой-либо части того, что с тобой происходило с того момента, как я подошел к тебе в смотровом зале и до того, как ты выйдешь отсюда. При любых вопросах о том, что было между этими событиями, лги, причем так, чтобы это было реалистично. И в дальнейшем, конечно, придерживайся своей лжи. И… - Девон ухмыльнулся и потрепал Барта по волосам. - Я все-таки не оставлю тебя без сувенира. Я запрещаю тебе спать. Разрешаю уснуть только тогда, когда ты уже будешь почти полностью истощен бессонницей. А, как поспишь, тебе снова будет нельзя спать до следующего состояния истощения. И, конечно, о твоем состоянии я тоже запрещаю тебе сообщать кому-либо какими-либо способами. А теперь возвращайся и продолжай наблюдать за играми. И, когда вернется Нейтан, исполняй, как и прежде, все его приказы. И палец себе залечи кровью какого-нибудь искусственного. Девон с этими словами поднялся на ноги, и на прощание с силой пнув Барта под ребра, вышел из пыточной. Зло Бартоломью сверкнул глазами на прощанье, сплевывая на пол. Затем, медленно поднявшись, он двинулся обратно. Дойдя до смотровой, он рухнул на диван, жестом приказывая кудрявой сесть к нему на колени. Удивительно, что никто не забрал её себе. Должно быть, «собственность» здесь уважали. Мягко Бартоломью чмокнул девушку в щёку, убирая волосы с её шеи. Затем, повинуясь приказу, да и собственному желанию, впился зубами, судорожно глотая кровь. Насытившись, он обнял её, переводя невидящий взгляд на экран. Кажется, Ирвину пока по-прежнему удавалось избегать встречи с вампирами. А потом, Бартоломью замер, не веря пришедшей в его голову мысли. Девон, говорил ему вернуться, смотреть игру, но... про временные рамки речи не было. Недоверчиво Бартоломью поднялся, усаживая рыжую на своё место. И… свободно вышел в коридор. «Девон, Девон…» - осуждающе покачал он головой. – «Что же ты такой невнимательный?» По всему выходило так, что теперь, он вполне мог попытаться спасти Ирвина. А нет, так хотя бы умрут в итоге вместе. Уже прошло минут пятнадцать-двадцать и Нейт успел существенно отдалиться от остальных охотников. И тут бы ему и начать охотиться! Но, судя по всему, вокруг никого не было. По крайней мере Нейт никого не слышал и не чуял. И, возможно, у кого-то такая ситуация только бы распалила азарт, но Нейт предпочитал, чтобы все доставалось ему быстро… Так что он ускорил шаг, не стараясь больше идти абсолютно бесшумно - все равно человек не успеет от него убежать. И вот, еще минут через десять, Нейтан почуял, наконец, тонкий вкусный аромат человечины. И пошел по следу. Звуки шагов, сухим треском разлетевшиеся по лесу, Седьмой-два-ноль (то был номер, заменявший ему имя) слышал прекрасно. От страха, слух его обострился настолько, что отчётливо ему казалось слышно и дыхание приближающегося к нему вампира. В том, что это был именно охотник, а не кто-то из жертв, сомневаться не приходилось. И Седьмому бы бежать без оглядки, только ноги, намертво вросли в землю. А спина, точно приклеилась к выкорчеванному корню, образовавшему подобие пещеры. Он зажмурился, надеясь лишь на то, чтобы то хотя бы не оказался Мастер Войны. Его затрясло, а из глаз мгновенно потекли слёзы. Зачем-то он зажал рот руками, чтобы создавать меньше шума. Хотя и понимал прекрасно, что вампирам достаточно одного его запаха. Нейтан и по следу пошел, не особо таясь. Потому что запах становился все сильнее и, значит, искусственный находился на месте, а не пытался бегать. Тем было и лучше. А пока шел, Нейт думал, как именно он нападет и что вообще будет делать с добычей. Может, попугать ее немного? Возникнуть прямо перед лицом? Или ходить вокруг да около, чтоб жертва понимала, что она уже никуда не денется, и паниковала? Или… просто наброситься со спины и вонзить зубы в глотку? Нейт поморщился. И почему все, что приходило в голову, имело такой сильный привкус плохого кино? Не, ну хорошо хоть, ему не пришла мысль нацепить плащ и, закутавшись в нем, выйти к искусственному со злобным шипением. Нейт внезапно остановился, мгновенно забывая все, о чем думал. Человек был тут - он слышал его дыхание. Поводив головой из стороны в сторону, Нейт определился с направлением, и, вновь ступая бесшумно, пошел к жертве. Та сидела, видимо, за корнями дерева. Нейт заглянул за них и - вот же удача! - увидел искусственного. Ну и дальше стал на него смотреть. Седьмой понял, что охотник где-то совсем рядом. Прямо… прямо у него перед лицом. Пискнув, он ногами беспорядочно заперебирал землю, всё сильнее спиной впиваясь в корни, точно надеясь стать их частью. Глаза парень по-прежнему держал закрытыми, а рука всё продолжала зажимать рот, делая этот жест совсем уж бесполезным в данной ситуации. Нейтан взял парня за руку и отвел ее ото рта, думая про себя, какого черта он делает. Он же тут охотиться должен! И вот, его охота увенчалась успехом. Можно было бы выпустить свои внутренние животные жестокие желания и выместить их на этом человеке. Но почему-то… как будто бы не было настроения. Нейтан периодически думал о Барте, об Илане и искусственной девчонке у себя дома… и почему-то после таких мыслей весь запал пропадал. Не хотелось охотиться. Хотелось крови, да, но не так… Нейтану нравилось договариваться и получать ее добровольно. Прям вот получал он от такого удовольствие. А тут - трясущаяся размазня в корнях дерева… - Посмотри на меня, - приказал Нейтан. Он знал, что среди искусственных, выделенных для охоты, каким-то образом весьма часто просачивается информация, что он - самый добрый из Пятерых и лучше уж попасть к нему в руки, чем, например, к Девону. И именно поэтому Нейт приказал человеку открыть глаза - посмотреть на его реакцию, когда (если?) он узнает его. - У-у! - прохныкал Два-ноль. Но потом, почти сразу же повиновался, испугавшись, что за непослушанием последует наказание. Да и как он посмел вообще даже помыслить о неповиновении?! Пусть и вызванном дичайшим ужасом, но всё же! - Не обижайте меня! Пожалуйста! – По-детски жалобно затянул он. Того, кто оказался перед ним, поначалу он не видел. Слёзы беспросветной пеленой застилали обзор, так что перед собой он видел лишь фигуру, не похожую на Девона, впрочем. После, проморгавшись и утерев с лица слёзы с соплями, он тут же подался вперёд, склоняя шею набок. В фигуре он узнал наконец-то Мастера Душ, чему несказанно обрадовался, едва ли не сам собираясь насадить свою шею именно на его клыки. Нейтан тихо раздосадовано вздохнул. Да уж, парень его узнал. Даже, слишком хорошо. - Я тебя обижать не буду, но убить - убью, - заметил Нейтан, смотря на шею парня. - Отсюда искусственные живыми не выходят. Нейтан замолчал, ожидая. Может, парень испугается и сбежит…? Хотя хотел ли он этого? Нейт вообще не знал, что сейчас конкретно хочет от всей ситуации, но как-то не шло ему удовольствие от охоты. - Я… я знаю! - он всхлипнул, выдувая пузырь ноздрей. Потом, принялся тараторить, глотая слова от волнения. - Но, я не хочу… Чтобы обижали! Мне бы просто лучше остальных! Ну, умереть. Я знаю, что вы охотитесь, удовольствие получаете… И, конечно я ценю и уважаю это, но некоторые делают это плохо и страшно. А я боюсь! Не хочу плохо!.. Хочу… Хочу, чтобы вы-ы… «Ы» слилось в один, тихий, протяжный хнычущий вой. И парень замолчал, не в силах выдавить из себя больше ни единого звука. Нейтан скептически смотрел на парня. Вот так у него и добыча! С пузырем сопли в носу. И сбегать уже точно видно, что не будет. - Хватит хныкать, - Нейт возвел глаза к небу. - Все будет, как надо. Не плохо. А затем он склонился к шее парня, прокусывая ее и начиная пить кровь. Конечно, это было как всегда приятно, но… Но, но. Нейт решил, что со следующей жертвой церемониться не будет. Словит, раздерет голыми руками и, весь в крови, будет эту самую кровь пить. Потому что может и потому что не такой уж и добрый. А пока Нейтан отстранился от парня, выпив не так уж и много. И, посмотрев ему в глаза, быстрым движением свернул ему шею. И пошел дальше. До сих пор Пятнадцатая не понимала, каким образом ей удалось вырваться, уйти от самого Девона! Иллюзий она, впрочем, не питала, понимая, что тот, должно быть просто отпустил её. И теперь неспешно шёл по её следу. В панике она обернулась, но никого не увидела. Замерла, прислушиваясь. А потом, не разбирая дороги рванула дальше. Стукнувшись плечом о дерево, она заскулила, не сбавляя при этом темпа. Вид у неё был весьма плачевный: взлохмаченные волосы липли к лицу и телу, распахнутые глаза были с застывшими на дне слезами, а рука свисала безвольной плетью. На плече зияла огромная, кровоточащая рана, оставленная мясницким топориком. Впереди, Пятнадцатая увидела чью-то фигуру. И испустив громкий вопль, она отпрянула в сторону, ныряя в кусты. Подальше, подальше отсюда! Нейт не успел даже отойти от тела убитого им парня, как услышал, как кто-то ломится сквозь кусты. Хотя нет, не кто-то. А его новая жертва, которой очень не повезёт. Усмехнувшись, Нейтан ускорил шаг, идя жертве наперерез. И успел ее даже увидеть, прежде чем она сиганула в кусты. Это была девушка, уже кем-то раненая. Нейт метнулся за ней, сразу же нагоняя, и тут же припал ртом к ее кровоточащей ране в плече. Сейчас… попьет немного, а зате-ем… что-нибудь с ней сделает. И потом ещё попьет. Дико заголосив, Пятнадцатая забилась, пытаясь вырваться. И без того болевшая рана, теперь словно горела огнём. Жарким, выгорая по миллиметру, обугливаясь и плавясь. - Пустите! - воинственно прокричала она. - А!.. А то! Но затем, от воинственного настроя не осталось и следа. Безвольно она повисла в руках поймавшего её охотника. Понимая, что всякое сопротивление заранее обречено на поражение. Как и этот дурацкий побег. Пятнадцатая не сомневалась, что Девон всё же нагнал её. - Пожалуйста... только не мучайте меня больше. Умоляю! - выдавила она, беззвучно роняя из глаз слёзы. - Заткнись, а то вырву тебе язык! - Шикнул на нее Нейт, невольно вспомнив, как при нем Девон вырвал язык другой искусственной. А вообще, Нейт хотел, чтобы девушка замолчала, потому что… о, черт! На него действовали ее слова. Но нет. Второй раз Нейт себе охоту не запорет. Нет! Он… мучать не будет, так уж и быть. Но хотя бы поиграет с жертвой. И, решив так, Нейт разжал объятия, позволяя девушке сбежать. Уж эта-то, уже бежавшая до этого, должна была, наверно, продолжить? Оказавшись без опоры, Пятнадцатая тут же плюхнулась на траву. Затем, вскочив, она действительно побежала. Скорее инстинктивно, ведь судя по голосу, схватил её не Девон. Ей бы радоваться, да только зачем-то она продолжала бежать. Да и не ясно ведь пока было повезло ли ей в действительности? Или её настиг вампир лишь чуть менее жестокий её недавнего мучителя? Нейтан хмыкнул себе под нос. Да уж, девушка такими темпами не убежала бы даже от улитки. Ну да ладно - это было уже хоть что-то. Нейтан пошел за ней, давая ей фору, но затем вновь настиг за пару секунд, оказываясь сверху и вжимая ее своим весом в траву. И снова склонился к ней, на сей раз приникая не к ране, но кусая в шею. Он помнил, что хотел голыми руками там рвать… но… что-то опять не рвалось. Идя по кровавому следу, оставленному его добычей, Девон улыбался, насвистывая мелодию веселого военного марша. Выбивая ногами чечётку, он замахивался, срубая топориком мелкие ветки. Настроение, было донельзя прекрасным. Душа пела, а сердце ликовало. Но тут, к запаху жертвы примешался ещё один. Явно принадлежащий вампиру. Глаза тут же налились кровью, и Девон ускорился, едва ли не сшибая на своём пути деревья ему мешавшие. - Моё! - прорычал он, едва увидел перед собой свою жертву, в чужих объятиях. - Отдай! Рука с топором угрожающе поднялась, и Девон зарычал громче, совершенно не узнавая в наглеце родного брата. Единственное, о чём он мог сейчас думать, это то, что кто-то посмел тронуть его добычу! - Нет, мое! - Нейтан приподнялся над девушкой, как лев над задранной им антилопой, и оскалился. На его губах виднелась кровь. Ну охотник он или нет в конце-то концов?! Вот сейчас, с добычей в зубах, Нейт наконец себя им почувствовал. Стал наслаждаться слабостью жертвы, ее болью. И отдавать ее теперь, конечно, не собирался. Вместо этого Нейт сжал девушке плечи, едва не ломая ей этим кости, и вновь быстро склонившись к ее шее, слизнул с нее кровь, более чем доступно показывая, что тут - чье. От такой наглости, Девон буквально захлебнулся. Глаза сделались совсем уж бешеными. И хотя теперь, брата он узнал, ярости в нём это нисколько не умерило. Казалось, наоборот, та захлестнула его с ещё большей силой. Воткнув лезвие топорика в ствол дерева, от греха подальше, он пошёл на Нейтана. Сграбастав того в охапку, с силой дёрнул, убирая его от своей добычи. Потом, отталкивая того в сторону, как можно дальше. - Ну привет, солнце. - расплылся он в оскале, прежде чем самому впиться в шею. С другой стороны, от которой кусал её Нейтан. Нейтан брата тоже узнал, но от его действий при этом не менее охренел. Оказавшись в нескольких метрах от своей (!!) недобитый добычи, Нейтан зарычал в голос и кинулся обратно. - Я ее первый словил, пошел прочь! - Рыкнул он, пиная затем брата в ногу. Но тот уже пил кровь его (!!) жертвы и потому, чтоб ему меньше досталось, Нейт тоже склонился к ее шее. С той же стороны, где кусал до этого. И стал торопливо глотать кровь, при этом постоянно рыча на брата. На крик брата, Девон даже не повёл бровью. Никаких неудобств не доставил ему и пинок. Его он даже не почувствовал особо. Так, стукнуло чем-то. Потому Девон продолжил, рыча на Нейтана не менее грозно, периодически клацая на него зубами. Впрочем, такой компромисс вполне его устраивал. Не устраивало только то, что жертва начала захлебываться своей же кровью, хлынувшей у неё изо рта. И оторвавшись от шеи, Девон схватил её за волосы, наклоняясь и зубами отгрызая той губы. Выплюнув их, довольно он облизнулся, после вновь жадно припадая к шее. Нейтан тоже на Девона клацнул зубами, когда тот полез к его искусственной ещё ближе, и стал ещё быстрее высасывать из нее кровь. Но… девушка совсем скоро то ли от этого, то ли от болевого шока умерла и Нейт был вынужден выпустить ее из зубов. Впрочем, борьба за кровь на этом не закончилась. Кровь его жертвы была ещё на губах и во рту Девона, а Нейт не собирался с ним делиться даже такой малостью. Так что, перегнувшись через труп, он принялся вылизывать брату губы, залезая языком и в рот, порыкивая на любое его движение. Недовольно Девон завертел головой, отворачивая её от Нейтана. Всякий раз, как Нейтан проводил языком по его губам, он рычал, обнажая клык с одной стороны. Потом, когда тот и вовсе полез ему в рот шлёпнул ладонью, рыча громче. Впрочем, других недовольств он не выказывал, оставаясь на месте. Ворча скорее для приличия и некоторого воспитательного эффекта. - Не твоя это была добыча! - проворчал наконец он. После того как утробно зарычал на Нейтана во всё горло, при этом широко скалясь. - Ты её уже после меня поймал. Хотя наверняка она вся пропахла моим запахом! Нейтан тоже все рычал и лез к Девону, но затем, когда тот заговорил, отстранился. - Да… вроде бы, она действительно пахла тобой, - заметил Нейт, вытирая от крови губы. - Но, видишь ли, у меня провалилась прошлая охота и на следующую я решил, что буду вести себя жестко и не отступлюсь. Ну и… не отступился, уж извини. Нейтан хохотнул, думая, хочет ли еще охотиться. Наверное - да. Но уже не тут, а дома… на Илана. Девон раздраженно фыркнул, демонстративно отворачиваясь от Нейтана и пихая того в грудь. - И это ты мне ещё предъявлял, что мне только бы игрушки твои отобрать? - он вздохнул, опуская плечи. - А сам! Обидел ты меня крепко, брат. Вот и живи как-нибудь с этим. Потом, гордо выпрямившись, он зашагал прочь от Нейтана, даже не оборачиваясь. - Ничего, поживу, - Нейт весело фыркнул. - И до встречи, брат. Спасибо за охоту, а я домой. Продолжу развлекаться в несколько ином стиле. Нейт пошел к видневшемуся вдали дому Девона, планируя забрать Барта и уезжать. Ирвин тем временем на подрагивающих ногах шел все дальше и дальше прочь ото всех - и людей и вампиров. Он был слаб, морально разбит и истощен непрекращающейся болью. Особенно доводили его сломанные пальцы… они не восстанавливались, так как его не кормили, а без крови, дающей силы, организм не был на это способен. Отчасти еще и поэтому Ирвин уходил от людей - понимал, что, увидев кого-то из них, просто не удержится и причинит им вред. И пусть в его ситуации это даже, возможно, было бы оправдано, но… Ирвин ведь ушел в сопротивление не просто так. Он там был ради приверженности их идеям и потому не считал правильным их предавать, ни в каком случае. Поэтому, голодный и ослабевший, он шел и шел по лесу, пока силы совсем не стали покидать его. Тогда Ирвин сел - почти упал - на землю и, несмотря на дикую боль в руках, а затем и в губах, попытался сорвать с них нити, которыми они были зашиты. В это время, Бартоломью, вернувшийся в комнату для наблюдателей, внимательно рассматривал окно, вернее вид за ним. План, простой и ненадежный уже был в его голове. И к сожалению, не в той ситуации оказался сейчас Бартоломью, чтобы продумывать всё более тщательно. Пока Ирвин был в безопасности, но время шло буквально на секунды. В том состоянии, в котором находился Ирвин, он бы никак не смог дать достойный отпор. Одним, словом, думать было некогда, и по большей части приходилось импровизировать. Послышались сдержанные смешки, и бегло глянув на экран, Бартоломью увидел какого-то вампира, кружащего вокруг своей добычи, пытавшейся пробиться сквозь него. Вампир же, совсем немного отступал, после тут же преграждая дорогу. Бартоломью поморщился, и ещё раз убедившись, что никто на него не смотрит, сиганул в окно. Земля мягко ударила в ноги. Пахнуло кровью, издалека послышался чей-то крик, наполненный ужасом, вперемешку с болью. И Бартоломью быстрым шагом приблизился к стене, огораживающей бойню. К той её части, за которой виднелись верхушки деревьев. Ещё из окна Бартоломью заметил патруль, неспешно прогуливающийся вокруг. Времени было немного, потому, не став искать путей более лёгких, он полез прямо по стене. Благо та была выполнена из камней разного размера, так что выступов было предостаточно. Но всё же, человеком-пауком он не был. Потому путь был трудным. Откуда-то сбоку он уже слышал голоса, шаги. И едва он перевалился через стену, кубарем с неё слетая прямо в кусты, как с противоположной стороны вышло двое. Сердце бешено бухало в груди, а зрачки расширились точно у наркомана. Поднявшись, он отряхнулся, весело про себя думая, что ещё бы чуть-чуть, и всё! Прости, Ирвин, могу составить тебе только компанию! Но, вероятно, фортуна оказалась к нему более милосердна. Куда идти, Бартоломью примерно представлял. Судя по всему, Ирвин двигался без остановки всё время прямо, очевидно, стремясь уйти подальше. И сорвавшись с места, Бартоломью побежал, стараясь шуметь не слишком сильно. Впрочем, запах всё равно бы его выдал. И, если с искусственным его точно никак не перепутать, то вот принять за Ирвина… Очень даже могли. Однако, судьба благоволила ему и здесь. Запахи мешались друг с другом, наслаивались. Какой-то запах становился сильнее, какой-то слабее. И нигде не было слышно запаха Ирвина. Бартоломью совсем уж было отчаялся. Испугавшись, что выбрал неверное направление, и его ошибка наверняка успела стать фатальной для его друга. Но тут, совсем слабо ещё, но он почуял наконец Ирвина. Тогда, наплевав уже на всякую осторожность Бартоломью рванул со всех ног, лишь бы поскорее уже им встретиться. Тем более, что других вампиров он пока что не чуял. Ирвин все пытался, отчаянно, сквозь боль, сорвать путы со рта. Зачем - он слабо понимал. Он же все равно не собирался кусать искусственных. Но вампира-охотника… да, его он мог бы. И потому Ирвин, чем дальше все шло, тем лихорадочнее рвал нитки на рту. По его подбородку уже от этого текла кровь, сломанные пальцы онемели, но Ирвин чувствовал, что его время на исходе, что вот-вот на него кто-то выйдет и потому не обращал ни на что внимания. Увы, так и вышло. Ирвин услышал легкие, явно вампирские, шаги и задрожал. Рот его все еще был зашит, но времени уже не было. Кое-как поднявшись, он со всей возможной скоростью побежал прочь. - Ирвин! - радостным шепотом воскликнул Бартоломью. В панике тот убегал от него. И оно и понятно. Ругнувшись сквозь зубы, Бартоломью рванул за ним следом, довольно быстро нагоняя. В таком состоянии, в каком находился Ирвин сейчас, трогать Бартоломью его не рискнул. Хоть и очень хотелось заключить того в свои объятия. Но, мало того, что мужчина мог перепугаться ещё сильнее, так нечаянно и накостылять своему, вообще-то, спасителю. Потому, вырвавшись чуть вперёд, он побежал с ним рядом. - Да я это, Ирвин, я! - он обернулся, с улыбкой на него глядя. - И, если ты вдруг думаешь, что бредишь, то могу слегка тебя пиздануть для убедительности. Ирвин бежал, уже понимая, что это бесполезно. Но… лечь и ждать смерти тоже не хотел. А потом вампир его опередил, и Ирвин застыл, увидев его. Его глаза расширились, и он хотел было что-то сказать, но из-за зашитого рта, конечно, не смог. И Барта тут быть не могло! Его же убили… всех его людей убили, когда они сражались с полицией и охраной Мастера Душ. Значит… могло ли это быть изощренным издевательством Мастера Войны? Он же мог внушить ему, ослабевшему, что б в момент отчаяния ему привиделся друг… а потом оказался вампиром-охотником или просто иллюзией… Поэтому Ирвин стал от Барта отступать, мотая головой и закрывая глаза руками, стараясь развеять иллюзию. Бартоломью вздохнул. Ему больно было видеть Ирвина в таком состоянии. Только не его, всегда такого сильного, решительного, и… чёрт возьми, доброго. Такого он попросту не заслуживал. Как и никто в общем-то. Ну, разве что те мрази, которые сейчас охотились. Даже нет, игрались. Под охотой маскируя свои низменные потребности в насилии. Только вот, не ему, пожалуй, было рассуждать об этом… Отмахнувшись от мыслей, потекших куда-то совсем уж не в ту сторону, быстро он приблизился к Ирвину. Крепко он обнял его. А потом, Бартоломью заметил нитки. - Ублюдок! - прорычал он, почти не сомневаясь в том, чьих это рук дело. - Ирвин, послушай, - обхватив его лицо ладонями, он притянул его к себе, упираясь своим лбом в его. - Сейчас, тебе может… нет, будет больно. Но ты держись, потом я дам тебе своей крови и всё будет хорошо! Ты понял? Мысленно извинившись перед Ирвином, Бартоломью повалил его на землю, скручивая так, чтобы тот не мог дёргаться. Особого труда это не доставило, и склонившись над ним, он аккуратно подцепил зубами край нити, стараясь перегрызть узелок, держащий плоть. Ирвин очень бы хотел поверить, что перед ним Барт… но просто это было невероятно, вот и все. Поэтому, когда вампир настиг его и повалил на землю, Ирвин задергался и зашипел, затем кашляя от вновь потекшей и затекшей в горло крови. Но дергался Ирвин слабо, совсем недостойно бойца, потому что совсем уже не было сил. И потому в итоге он просто замер, смотря куда-то мимо вампира пустым взглядом. Наконец, узел был перегрызен, и очень осторожно Бартоломью стал вытягивать изо рта нити, постепенно освобождая Ирвина. - Не ссы, Ирва, прорвёмся! - ободряюще хмыкнул он. А потом, когда нити были сняты, без обиняков Бартоломью сунул ему под нос свою руку. - Кусай! - сказал он требовательно. - И только попробуй разныться на тему негуманности! А… хотя, я ж вампир. Ну, тогда запрещаю тебе ныть на любую другую тему, просто кусай. Неловко он улыбнулся, после поднося руку ещё ближе к Ирвину. Удивительно, но боль сменилась облегчением. Нити достали из плоти, и Ирвин смог открыть рот. И сразу же укусил руку своего спасителя, даже не слушая его слов, - так был истощен. Зажмурившись, Ирвин прижался к этой руке, жадно, торопливо высасывая из нее кровь и едва не постанывая от удовольствия. Но шуметь все же было нельзя. Между тем, кровь почти сразу стала возвращать ему силы. Ирвин стал чувствовать себя лучше, да и мозги стали проясняться от тумана жажды. И пальцы даже… вроде, меньше теперь болели. Напившись крови, сколько мог, до состояния сытости, Ирвин отпустил руку и взглянул в глаза своему спасителю. Странно, но он все еще видел перед собой Барта, хотя мозг должен был проясниться. - …Как? - Только и выговорил Ирвин. Слегка Бартоломью поморщился, после принимаясь поглаживать Ирвина по лицу. С тёплой улыбкой он смотрел на него, успел… Успел же! Но расслабляться было нельзя, а потому едва Ирвин насытился, как он поднялся, языком убирая кровь со своей раны. - Ну, как, кверху задом, разумеется! - Бартоломью протянул Ирвину руку, тут же посерьёзнев. - По дороге всё. Давай не будем стоять как два дебила с голым задом, хорошо? - Куда… дороге? - Ирвин поднялся, все еще не сводя глаз с Барта. - Это правда ты? Ты же… всех же убили, разве нет? Ирвин не торопился радоваться и бросаться обнимать Барта, хотя и очень хотел. Но обретать надежду, только для того, чтоб ее потерять, было бы слишком больно. - Рассказывай, - Ирвин пошел за Бартом. - Нет, твоя сексуальная фантазия. Неплохой вкус, кстати говоря. - фыркнул Барт. - Конечно я, блин! Немного он замялся, понимая, что в глазах Ирвина его история будет выглядеть… мягко говоря, не очень. - Ну… короче, Нейтан мой брат… - на ходу заговорил он, ведя Ирвина к стене. - И, хуй пойми зачем, он решил меня оставить. Ха! А я его сейчас благодарю за гостеприимство, получается… - Что?! - Ирвин, пока они шли, уже чуть-чуть успел увериться, что перед ним Барт, - манера общения была у него оригинальной. Но дальнейшее просто выбило у Ирвина почву из-под ног. Так вот почему Барт выжил! Потому что… тот Нейтан, которого он искал… он в итоге оказался Мастером Душ?! И, конечно, раз Барт до сих пор жив, то он теперь на его стороне. И ведет его за стену, чтобы… что? Как-то еще извращеннее убить? Это было глупо, учитывая обстановку, но… - Так ты… - Голос Ирвина стал срываться от обиды и напряжения после всего пережившего. - Ты брат одного из тех, кто разрушил старый мир… и ты теперь с ним… - Под ним, скорее уж, - мрачно бросил Бартоломью. По тону Ирвина, мгновенно он всё понял. Времени было мало, потому слов Барт не выбирал, и, видимо, выглядел теперь в глазах Ирвина предателем. Резко Бартоломью остановился. Досадливо сплевывая в сторону. - Слышь, Ирва. - повернувшись к нему он нахмурился. - А ты сказать чё-то этим хочешь или мне кажется? Только осторожнее с предъявами, да. Напомнить, кто именно гранату кинул в охрану с Нейтом? А кто потом стволом в него тыкал? Только вот быстрее он оказался, мля. Так что давай, вспоминай, что ты командир, а не баба обиженная, и пиздуй за мной уже. - Тоже верно… - медленно протянул Ирвин. - И верно то, что один на один ты с ним бы не справился. Но… все равно, теперь ты с ним, так? Он тебе промыл мозги? Или ты, раз меня… вроде… спасаешь… то пойдешь и дальше, обратно в сопротивление? Только, сегодня нашей базы и города должно было не стать… Девон об этом много говорил, - в тоне Ирвина послышалась боль. - Да… Да не знаю я! Чё ты прицепился, с ним не с ним, с вами не вами? Я может вообще теперь свой собственный?! - разозлился Бартоломью. - В монастырь уйду! Понял, нет? Или восстание искусственных организую. Вариантов много! Выдохнув, Бартоломью успокоился. И продолжил уже более спокойно, продолжая их путь с Ирвином. - И, это, Ирва, раз я сейчас с тобой, то… Ну, не ясно разве, что с моим братом теперь точно всё? Да, признаю, стелет он весьма красиво, но… Короче, не хочу я оставаться. - Ясно… - Ирвин сам почувствовал, что зря затеял эту тему. В конце концов не так важно было, на чьей сейчас Барт стороне. Главным было то, что он помогал и надо было этой помощью пользоваться, а там… уже можно с ним разобраться и с его ситуацией. Правда, Барт еще Ирвину был другом и потому… не хотел он его терять. - Тогда с возвращением, брат, - Ирвин нагнал Барта и положил ему руку на плечо, сжимая едва поджившими пальцами. - Я рад, что ты жив… значит, еще повоюем. В ответ, Бартоломью накрыл ладонь Ирвина своей. Сжав его пальцы, задумчиво он сощурился. Ирвин не знал этого, но там, во дворе, торчала куча охраны. И хоть кого-нибудь из них, а придется отвлекать. Нет, «повоюем», фраза была явно преждевременная. Уместной она станет лишь при везении настолько огромным, что больше будет относится даже к чуду. Но Бартоломью не стал ничего говорить другу. Иначе возьмётся его ещё отговаривать. Лучше, чтобы всё произошло быстро, и чтобы Ирвину ничего не оставалось кроме бегства. - Повоюем, - кивнул он уверенно. Между тем, до стены они дошли. И глянув на Ирвина, Бартоломью жестом показал тому стоять, сам в это время ища наиболее подходящее для подъёма дерево. Всё же, по нему карабкаться в разы легче, нежели по стене. Найдя нужное, Барт присел на одно колено, подзывая Ирвина к себе. - Садись. - кивнул он себе за спину. - По жопе чур не хлопать! - Ладно, - Ирвин, будучи еще все же не в полной силе, послушно залез Барту на спину, обхватывая его и руками, и ногами. На самом деле, конечно, с «повоюем» - он погорячился, он это понимал. Они же с Бартом были возле Столицы, очень, очень далеко от их баз. А прежде, чем воевать, все-таки стоило до них добраться. Сквозь огромную территорию вампиров и подконтрольных им людей. Да, впрочем, они даже не выбрались еще с территории Мастера Войны… А ведь у него, в отличие от того же Мастера Душ, охраны всегда было в избытке. И как они с Бартом ее пройдут, Ирвин пока слабо понимал. Барт, к сожалению, был слаб в силу возраста, а он был после пыток… Не без труда Бартоломью вскарабкался. Ветви начинались высоко, и ползти, да ещё и с грузом за спиной, до них было тяжело. Когда же он добрался до них, немного стало полегче. Но лишь немного. - Чувствую себя обезьянкой с детёнышем. - бросил он за спину. - Держись только крепко, а то свалишься ещё… Обратно не полезу! С одной ветки, он перелазил на другую, подтягивался, чувствуя, как дрожат от напряжения руки. А до конца, казалось, ещё лезть и лезть. - Фуф… - облегчённо он выдохнул, видя окончание стены забора. - Так, давай, садись на ветку. Дождавшись, пока Ирвин слезет, и убедившись, что тот держится крепко, Бартоломью осторожно поднялся, балансируя на ногах. Схватившись за край стены, он подтянулся, осматриваясь. - Так, сейчас, - повернулся он к Ирвину, - дождемся пока там охрана круг навернет. Тогда, хватайся опять за меня и будем прыгать. Я дам тебе знать, когда именно. Отдыхай пока. Ирвин сел на ветку, держась за ствол дерева. - Ты же не думаешь, что тут только парочка охраны? - Спросил он. - Это дом Мастера Войны, а не кого-нибудь…

***

Нейтан, между тем, вернулся в особняк Девона и пошел в смотровую комнату. И… не нашел там Барта! Но как?! Барт не мог уйти, у него был приказ, но… его мог увести более сильный вампир. И сразу было понятно, кто. В бешенстве Нейтан вышел за двери зала и стал звонить Девону.

***

- Ну… там во дворе ещё охрана. У ворот ещё. А чё… - Барт повернулся. Договорить он не успел. В небе показался боевой дрон. - За ствол, быстро! - скомандовал он. - Укройся лучше, тебя он не видел! Беги к жопе дома! Всё это он кричал, подтягиваясь на стене, а после спешно с неё спрыгивая. Позади раздались выстрелы. И оказавшись на земле, Барт, оря во всё горло, понёсся зигзагами. Добегая до одного конвоя, он, крича ещё громче, уносился прочь, несясь уже к следующему. Во что бы то ни стало, он должен был отвлечь на себя внимание как можно больше охраны. Стараясь при этом, не угодить под пули дрона, мстительно летящего прямо за ним.

***

Когда Девон почувствовал вибрацию, исходящую от комма, он едва успел закончить с очередной своей жертвой. Растерзанная, она валялась лицом в траве, прижатая его весом. Лениво он поднёс экран к глазам, медитативно запуская пальцы в волосы трупа. - Да? - лениво поинтересовался он.

***

- Понял, - Ирвин не стал ни обсуждать приказ, ни спорить. Они были почти на войне с Бартом и тот ориентировался в местности, видимо, чуть лучше. И потому, когда Барт спрыгнул и заголосил, Ирвин подтянулся на вершину ограды и, затем спрыгнув с нее и быстро сориентировавшись в направлении, побежал к задней части дома. Охранники же вместе с дронами потянулись за Бартом.

***

- Где. Барт. Сука. - Нейт едва говорил от ярости.

***

- Боже мой!! - истошно голосил Барт, петляя точно заяц. - Спасите, помогите, убивают! Мама-а!! Про себя же, Бартоломью думал лишь об одном, хоть бы Ирвин успел уйти как можно дальше. Ведь, если его схватили уже прямо сейчас… Об этом не хотелось даже думать. - Бог, если ты есть, спаси меня!! - ловко он увернулся от очередного конвоя, уносясь от них в сторону совершенно противоположную. - Такую свечу тебе забабахаю в благодарность! Дальше, Барт продолжил носиться, убегая как от дрона, так и от толпы охраны, просто оря на одной, высокой ноте.

***

- Барт, - медленно проговорил Девон, мгновенно холодея. - Брат твой, да?.. Он. Значит… А в смотровой он! Забыл что ли? И тут, раздался ещё один звонок. - Звонок по второй линии! - прокричал Девон, тут же отключаясь. Звонившим оказалась его охрана, и выслушав их, Девон мгновенно подскочил, быстрым шагом идя по лесу, в дом и в свой кабинет. - Нейтан. В кабинет, быстро. - вновь переключившись на брата, коротко бросил он, снова отключаясь. Вдоволь на него наораться Нейтан ещё успеет…

***

Ирвин, насильно заставив себя больше не думать о Барте, бежал к дому. Очевидно, его видели камеры, но дроны и охрана были отвлечены. И в итоге Ирвин успел добраться до внешней ограды. На одном лишь адреналине он как-то перемахнул через нее, изрезав себе руки о колючую проволоку до костей, но едва ли это заметив. Свобода была близка, а Ирвин хотел жить. Пусть даже с покалеченными в хлам руками. Так что, перемахнув через ограду, он, не останавливаясь, побежал к ближайшей лесополосе - благо дом Мастера Войны был загородом. Ирвин знал, что адреналин в итоге закончится и он упадет совершенно без сил, и единственное, что хотел, это чтоб это произошло на максимальном расстоянии отсюда. А потом… потом, если он выживет, он обдумает план. Эх, жаль, он не попросил у Барта комм! Тогда все было бы настолько легче! Но… делать уже было нечего и потому Ирвин бежал. Бежал из последних сил.

***

Нейтан едва не раздавил в руках комм, когда Девон переключился. По лицу брата было видно, что он причастен к пропаже Барта… несмотря на то, что Нейт говорил ему его не трогать. Но прежде, чем Нейт успел проклясть брата поь полной, тот вернулся. - Иду, - прошипел Нейт, уже идя к кабинету Девона. - Где убью тебя.

***

Охрана не особо долго гналась за нарушителем периметра - тот, хоть и был вампиром, но, видимо, молодым, и не таким уж и быстрым. И, как оказалось, не таким уж и сильным, как они выяснили, когда завалили его на землю, заламывая за спину руки. - Кто такой? - Рыкнул один из охраны задержанному. Второй же уже набирал по комму Мастера Войны, чтобы сообщить о происшествии. Третий же отдавал дронам голосовые команды на продолжение патрулирования. - Я? Пострадавший! - Завозмущался с земли Бартоломью, не особо-то сопротивляясь. - Это что у вас тут такое, вообще? На честных граждан нападают средь белой ночи! Да я на вас в суд подам! А после, сдернув с земли, его бесцеремонно куда-то потащили. «Ну всё. Мне крышка…» - кивнул он мысленно.

***

Залетев в кабинет, Девон тут же собирался подлететь прямиком к Барту. Вначале съездить хорошенько кулаком по нагло ухмыляющейся роже. А потом… Потом! Но тут в кабинет вошёл и Нейтан, и грозная фигура Девона, моментально сдулась, уменьшаясь в размерах. Кашлянув, он переступил с ноги на ногу. Открыл и закрыл рот. И, в общем-то, что делать ещё Девон не знал.

***

Нейтан выглядел разъяренно, будучи действительно в бешенстве. Это выражение лица у него было нечасто, так как Нейт действительно был достаточно мягким, по крайней мере для Пяти, но сейчас… - Ты, - посмотрел он на Девона, - объясняйся первым. - А, ну, это… А-а… - потерянно он оглянулся. Встретившись с Нейтаном взглядом, Девон попытался стать ещё меньше. Жаль, что не мог и вовсе раствориться. - Ну отвёл я его в сторонку, да! Ну… поиграл чуть-чуть! Но вернул! Велел смотреть ему, а он!.. Нейтан, ну, я ж не знал! - Велел смотреть? Какой фразой, позволь узнать, велел? - Прошипел Нейтан, сужая глаза. - Ну… какой, хм. Хорошей! Обычная фраза! - вновь Девон попытался принять свой привычный, грозный вид, но вновь напоровшись на взгляд Нейтана мгновенно передумал. - Чтобы возвращался и продолжал наблюдать, сказал… Не знаю, чего он там не понял... - Полагаю, он-то, раз сбежал, все понял, - Нейт еще больше понизил голос от бешенства. - Например то, что ты не уточнил, куда возвращаться и откуда наблюдать. Или - когда возвращаться… Дурак, - Нейтан обычно не рисковал ругаться на Девона, но тут… - И, чтобы его увести, ты… что ты с ним сделал? Ты сказал ему слушаться и меня и себя? Или отменил мои приказы? Их было довольно много у меня… - Да ну! - запустив руку в волосы, Девон отчаянно их взъерошил. - Не кипятись ты так! Я всё потом вернул! Сказал, чтобы ты… э-э… тебя, короче, опять приказы исполнять твои ему… сказал. - Но мои прошлые приказы… он не исполнял бы, - Нейтан пошел к Девону. - Если бы он не сбежал, то я, ничего не подозревая, мог бы отвести его домой, где он бы убил мне Илана. Или напал бы на меня. Или сбежал бы там. Ты не только подорвал мое к тебе доверие, Девон, исполнив свое желание против моей воли и у меня за спиной, но еще и мою жизнь поставил под угрозу. А ты, вроде, нас всех, всю страну и Пятерых, должен защищать. Может, мне стоит на следующем собрании рассказать об этом и, может, стоит найти кого-то более… компетентного? А не долбанутого садиста, у которого его желания - важней всего! Нейтан размахнулся и со всех сил ударил Девона в живот. - Видеть тебя больше не желаю. И слышать. Затем Нейт перевел взгляд на Барта. - Сам будешь говорить или заставить? Удар Девон перенёс стойко. Намного хуже оказались для него слова Нейтана. Брат ведь действительно был прав. Не совладав с чертовыми инстинктами, Девон в самом деле мог подставить его жизнь и жизнь его питомца под удар. И понимая это, он молчал, лишь угрюмо хмуря брови. Бартоломью задумчиво задрал голову к потолку. - Ну-у… - протянул он, нарочно тяня время. После, говоря совершенно на другую тему, неспешно и размеренно. - А вот за кого ты меня принимаешь вообще, Нейтан? Мне вот это больше интересно. Ну, ладно тебя ещё! Дела семейные, всё такое... Но как ты мог подумать, что я мог бы помыслить об убийстве Илана? Он же душка! Вот очень мне обидно, между прочим. Спасибо, что поинтересовался! Нейтан рыкнул, едва услышав первые слова из речи Барта. Тут же подлетев к нему, он и его ударил в живот, затем хватая за волосы и задирая его голову на себя. - Если ты сейчас не подчинишься и не будешь смотреть мне в глаза - я тебе отрежу веки, - процедил Нейтан ледяным тоном. - Мне сейчас не до шуток. Свистяще Бартоломью выдохнул, от резкого рывка за волосы строя недовольную гримасу, при этом зажмуриваясь и демонстративно пыхтя, чуть ли в конвульсиях не забился. - Да чё ты вот сразу, а? - прохрипел он, извиваясь на своём стуле. - Ща всё будет, продышусь только немного. Уф!.. Ну ты и врезал мне, конечно! Однако же, мельком из-под ресниц он поглядывал на брата. Без век остаться… не хотелось. И ведь бессмысленно абсолютно. - Да всё, всё! - выкрикнул он, распахивая глаза и примирительно поднимая руки, едва Нейтан дернулся, с явным намерением угрозу исполнить. Нейтан, дождавшись, когда Барт откроет глаза, тут же перехватил его взгляд. - А теперь рассказывай обо всем, что делал, начиная с того момента, как Девон тебя отпустил, - сказал он. - Последовательно и ничего не утаивая. Нейтан замолчал, ожидая рассказа Барта. Пока что он не планировал ему сразу приказывать все остальное - типа того, чтоб он не вредил ему или Илану… кто еще знает, что там Барт натворил. Может, после этого приказы касательно Илана и его самого уже будут бессмысленны. А еще Нейт не поинтересовался, что Девон делал с Бартом. Сейчас это было не самым важным, да и Нейтан видел, что Барт цел, как физически, так и психически, так что, чтобы там его брат ему ни устроил, он все же, судя по всему, действовал в рамках. - Да Девон-то тут при чём? - крайне натурально удивился Бартоломью, недоуменно переводя взгляд с него на Нейтана. - Как вы вместе с ним ушли, так я его и не видел… А после, Бартоломью начал рассказывать. Говорил он обо всём, без утайки, приказ ему бы не позволил. Нарочно, впрочем, старался он как можно дольше описывать какие-то мелкие детали, вроде тех, где он пил кровь, смотрел в окно, с каким трудом карабкался по стене… Но, всё же об Ирвине, о его спасении рассказать пришлось. Рассказал он и о том, что его бег от дрона с охраной, был не более чем отвлекающим манёвром. Вынужденным, по большей части. Закончив, Бартоломью сглотнул. Да уж, дальнейшая его участь обещала быть страшной. Наверняка его будут пытать, после чего убьют. Раздраженно покосился он на Девона, теперь-то он разгуляется. Хотя, учитывая, что виноват был и сам Мастер Войны, должно быть передадут его всё-таки не ему… - Ты… еще ему и мозги промыл, - прошипел Нейтан, кидая быстрый яростный взгляд на Девона. - Что б он мне ничего не рассказал! И… просрал государственного преступника, организатора покушения на Мастера. Ну, что стоишь?! Пускай своих людей по следу, сообщай полиции, таможням… всем, кому надо в общем… о том, чтоб ловили! Это же твоя работа! Нейтан вновь перевел взгляд на Барта. - Я отменяю все приказы этого дурака, - сказал он. - Меня же слушайся во всем. И сейчас вставай и следуй за мной. Без попыток сбежать или навредить кому-либо или чему-либо. Нейтан пошел к двери. - Я сам его накажу за его проступок, - бросил он по пути Девону. - В мере, полностью соразмерной его тяжести. А тебя попрошу общаться со мной впредь только по деловым вопросам. Чертыхнувшись, Девон тут же принялся трубить во все колокола. И очень скоро о случившемся в курсе была и полиция, и таможня, а его люди отправились прочёсывать территорию. По следу Ирвина были высланы и дроны. Слова Нейтана хоть и сильно его задели, но он смолчал, не желая обострять ситуацию и без того щепетильную. Бартоломью же молча поднялся, и сложив руки за спиной, пошёл за Нейтаном. Вид сделался равнодушным, отстраненным и холодным. Таким, каким был он у него в сопротивлении. Ведь сейчас, ему незачем было играть роль старшего брата. Того самого, который ничуть не изменился. Больше незачем. И это было даже хорошо, слишком уж он устал от неё. Наконец-то всё стало ясно, он - государственный преступник, его брат - Мастер Душ. Ничто их не связывало, кроме чистой случайности. А вскоре они расстанутся с ним и вовсе. Нейтан молча, быстрым шагом, дошел до флаера и сел внутрь. Обратил внимание на Барта он только, когда флаер уже был в воздухе. - Посмотри на меня, - приказал он. И, дождавшись исполнения приказа, продолжил. - Я запрещаю тебе каким-либо образом, действием или бездействием причинять вред мне, Илану и моей квартире, включая все, что в ней находится, - Нейтан говорил равномерно и безэмоционально. - Запрещаю тебе, находясь вне квартиры, отходить от меня или Илана далее, чем на два метра. Запрещаю тебе разглашать кому-либо и в любой форме какую-либо информацию, касающуюся меня, Илана, Пятерых, кроме общедоступной. Запрещаю тебе дерзить моим братьям и сестрам и общаться с ними неуважительно. А также запрещаю тебе испытывать приступы твоей болезни с неконтролируемыми мыслями об убийствах и причинении вреда. С этого момента ты сможешь полностью контролировать эти желания в себе, если они у тебя будут, а также сам решать, испытывать ли от подобных действий удовольствие или нет. Обновив все свои приказы, Нейтан отвернулся к окну. Он стал было думать, как ему наказать Барта, но… мысли не шли. Нейтан морально устал от всего произошедшего и хотел завершить эту ночь как-то спокойно. А с Бартом уже разбираться завтра. Внимательно Бартоломью выслушал. Кивнул, проморгался, стряхивая последствия гипноза. После, пристально взглянул на брата. Внимательно, оценивающе. И глаза его тут же потемнели. - Ну и на кой чёрт ты приказал мне всё это? - вкрадчиво поинтересовался он. - Что, хочешь сказать, что не убьешь в скором времени? Как же его это достало… - Не убью, иначе бы не приказывал. Еще один дебил-тугодум нашелся… - Нейт ответил устало, не отворачиваясь от окна. - Ясно, - устало Бартоломью перевёл взгляд на окно. - Почему? - Потому что… - Нейтан быстро вспомнил нужные статьи кодекса. Из них следовало, что, если подобное преступление квалифицировалось бы как обычное, то Барту нужно было бы лет тридцать отбывать на исправительных работах с промытыми мозгами или, если его преступление было особо тяжким, умирать. А оно было особо тяжким… - За помощь в побеге преступнику не полагается смертный приговор. Полагаются принудительные работы, но они идут вразрез с моими планами на тебя. Поэтому ты расплатишься чем-то другим, соразмерным. Тихо Бартоломью рассмеялся, качая головой. - Спасибо. - бросил он. - Не люблю работать, фу прям... Позволь полюбопытствовать, чего ж ты там придумал такого соразмерного? Потом, он искоса взглянул на Нейтана. - Но всё же, вопрос «почему» остаётся открыт. - заметил он. - Не забыл, что до этого именно я в тебя целился, нет? Так что, ничто не мешает тебе убрать меня, не боись. Сначала покушение на Мастера, затем помощь в бегстве… - осуждающе он зацокал, пожимая затем плечами, и откидываясь на спинку сиденья, закидывая руки за голову. - Я б себя убил. - Считай, что за тот поступок, я тебя простил. После чего сказал тебе, что все дальнейшие проступки будут судиться так, как должны. И будут - я от своих слов нигде не отступаю. И я же тебе помог… снова… с твоей болезнью, так почему ты все еще хочешь сдохнуть? - Нейтан раздраженно поморщился, не отвечая, что он придумал. Потому что - пока ничего. - Хочу? - Бартоломью задумался. - Да не то чтобы… Скорее для меня это более закономерный и логичный исход. Практичный, главное. В том плане, окажись ты на моём месте, а я на твоём... я бы убил тебя. Чего волыну тянуть, а, братик? Искоса он всё ещё поглядывал на Нейтана. Не дрогнет ли чего? Да и вообще, законы он знал. Изучал их, чтоб иметь примерное представление о том, что может ожидать его во вражеских рядах. Нейтан явно ему соврал, какие уж тут работы, с таким-то послужным списком? Но причина этой лжи, была ему пока не ясна. Зачем, зачем он раз за разом оставлял его, если… Ничего потом не происходило. Странная игра, затеянная Нейтаном, порядком его уже утомила, пускай и была недолгой. Хотелось, внести ясности. - Я и это уже тебе объяснял, - Нейт раздраженно закатил глаза. - Что, Девон из твоих мозгов кашу сделал что ли, что не помнишь? Я сказал, что хочу, чтобы ты посмотрел на наш мир своими глазами, а не судил о нем по россказням повстанцев. И потом мы повторим с тобой разговор, хочешь ли ты к ним вернутся. И, если все еще будешь хотеть, я подумаю, что делать. Но я думаю, что ты перехочешь и вольешься в нормальное общество. - Нейт еще более раздраженно зашипел. - А от тебя я иного и не ожидал. Тебе бы только жрать, трахаться и убивать - не прилагая ни к чему мозгов. Долбоеб, совершивший очередной долбоебский поступок… - Что естественно, то не безобразно. - Бартоломью развёл руками. - Кстати, трахнуться я б сейчас трахнулся… И ничего не долбоёбский. Сработало ж! Так что, вот тут ты не прав. - Сработало? - Нейтан хмыкнул. - Ну да, пошатается тот командир несколько ночей по лесам, а потом его с высокой вероятностью словят. Да и Девон до его побега уже все вынул из его мозгов, за счет чего… - Нейтан посмотрел на часы на комме, - … да, вашей базы уже не должно существовать. В общем, он уже был бесполезен на момент побега. Разве что смерть свою отсрочил. - И пусть себе шатается! - миролюбиво улыбнулся Барт. - Чё вам, жалко, что ли? Я ж за тем его и вытащил. Дай, думаю, походит-побродит ещё на свете белом. А Девон да-а… - со знанием дела он покивал. - С мозгами круто работает, респект и уважуха. Паренёк с фантазией! - Значит, хорошо, что я почистил твои мозги от его влияния, - пожал плечами Нейтан. Затем он вызвал экран комма и стал писать сообщение Дениелу. Нейтан решил, что именно он сможет помочь ему с наказанием для Барта. Так что, Нейт коротко описал брату всю ситуацию и попросил завтра вечером приехать. Не забыл он упомянуть и о том, что хочет от Дениела не столько идей, сколько их исполнения, на что весьма быстро и получил его согласие. Сам же Нейтан… не любил пытать и наказывать, да и не особо умел из-за небольшой практики. - За что тебе спасибо. А то со временем я бы стал слюнявым идиотом. Не приятно… За окном, в которое теперь смотрел Бартоломью не происходило ничего. Ничего особо интересного не вынес он и из беседы с братом. Всё стало лишь ещё более запутанно. Илан сказал ему как-то, что не будь он нужен брату, тот бы убил его. И, раз смерти не ожидалось и теперь, видимо, так действительно и было. Да только… Не был ли Бартоломью всего лишь забавным сувениром из прошлого? Эдакой страшной, потрескавшейся и ужасно надоевшей игрушкой, валяющейся где-то на задней полке. Её интересно достать, повертеть в руках, поностальгировать. Усмехнуться какому-то пришедшему воспоминанию юности, а потом убрать обратно, забыв на срок неопределённый. Ну, а поскольку игрушкой Барт всё же не был, его можно было со временем и в общество внедрить. Почему нет? Подарить вторую жизнь нафталиновому хламу. Заодно освободив и собственную жилплощадь, толпы ведь Нейтан не любил. - Да уж, Девон тебя невзлюбил, впрочем, оно и понятно. Кто вообще, кроме меня, тебя когда-то любил… - протянул задумчиво Нейтан. Впрочем, он действительно больше не хотел на сегодня уже думать о Барте и о всех новых проблемах, что он создал. Он хотел к Илану. И, благо, флаер уже как раз спускался к дому. Так что, едва он коснулся земли, как Нейт вылез из него и быстрым шагом пошел домой. Кивнул охранникам у двери, затем распахнул ее и стал искать глазами искусственных. Квартира встретила двоих вампиров устойчивым запахом печенья. Во вкусный однако запах, примешивался ещё и запах гари. И причина тому нашлась довольно скоро, в виде чёрных угольков, отставленных на подносе. Очевидно, первая партия безвозвратно сгорела, и искусственным пришлось начинать свои труды с самого начала, на этот раз ни на что не отвлекаясь. - Нейтан! - радостно пискнув, Илан тут же подбежал к своему любимому хозяину, совершенно не смущаясь перепачканного мукой лица. - А! А мы тут вот! Возбуждённо он ткнул в направлении духовки, в которой поднимались шапочки печенья. - Я хотел поиграть, но Вишенка испугалась, и вообще ей плохо стало! - продолжал он прыгать вокруг Нейтана, делясь своими нехитрыми впечатлениями. - И-и вот ещё, вот, что сделали! Давай, Вишенка, показывай! Гордо улыбнувшись, Илан замер, смотря то на лицо хозяина, то на действия своей новой знакомой. Вишенка, до того стоявшая в смиренном поклоне, распрямилась. Смущённо улыбнувшись, и заправив прядь волос себе за ухо, она подошла к небольшому подносу с высокими бортами, стоявшему в гостиной на столике. На нём возвышалось два бокала, наполненных кровью. И вооружившись графином, медленно, порциями, девушка стала выливать его содержимое на поднос. От него тут же повалил густой, морозный пар. И взяв поднос в руки, Вишенка поднесла его к вампирам. - У! - радостно качнула она им в воздухе, отчего пар полетел во все стороны. Как и Илану, девушке очень хотелось похвалы за их совместные старания, заботу и такую изобретательность. «Прости меня, Вишенка, если тебя убьют из-за меня…» - грустно улыбнувшись девушке, подумал Бартоломью. - Привет, милый, - Нейтан заключил искусственного в объятия и, едва он отвернулся в сторону кухни, как немного наклонил его шею и ткнулся в нее губами. Ведь, хоть настроение было убито напрочь и Нейту уже совсем ничего не хотелось, кроме как лечь и ни о чем не думать, он еще помнил о своем давешнем желании продолжить охоту дома. Ну и решил попробовать. Может, все-таки это ему немного поднимет настроение? Так что, ткнувшись губами Илану в шею, Нейт так и остался до момента, как Вишенка не стала делать что-то с подносом. Вроде, такую штуку преподавали в школах на химии… Нейтан так точно уже видел. И все же ему понравилось, действительно, искреннее понравилось. Так что, приподнявшись над Иланом и отпустив его, он с интересом стал смотреть на поднос, а затем взял с него бокал крови. - Какие вы молодцы! Оба! - Воскликнул Нейт, изображая радость, чтоб порадовать питомцев. - Так постарались ради меня… очень красиво! Нейт глотнул из бокала крови, а на второй кивнул Вишенке. - Второй бокал попозже выпью. Отнеси его пока на стол в гостиной. Пусть он там красиво стоит среди красивого дыма, - Нейтан улыбнулся девушке. Она, вроде, выглядела не так уж и плохо… довольно адекватно. Надо будет потом еще Илана поспрашивать о ней. Тихо Илан запищал, почувствовав, как хозяин склоняется к его шее. Замерев, он вздрогнул, ожидая укуса, но... отчего-то его так и не последовало. Быть может, он сделал что-то не так? Неправильно отреагировал?.. Вопросительно взглянув на хозяина, Илан несколько расслабился. Ведь никаких плохих эмоций на его лице он не увидел. Наверное, Нейтан просто хотел попугать его немного, а значит, он всё сделал правильно. Вишенка вся заулыбалась, услышав долгожданную похвалу. Прогудев что-то, непонятное, но весьма довольное, она унесла поднос куда ей было велено. И поставив его, подлила ещё немного пара. Илан же, несколько недоуменно перевёл взгляд с уносимого подноса на Барта. Там ведь и ему тоже было… Наверное, он опять как-то накосячил, раз Нейтан не стал ничего предлагать ему. Ну и сам дурак тогда! А вот он молодец, и почти никогда не делает ничего плохого! Довольно муркнув, он ткнулся в грудь Нейтану, бодаясь и выпрашивая ласки. - О, а я как раз думал на диету сесть! - скептически бросил Барт Нейтану. - Мысли мои читаешь что ли? Нейтан, когда Илан ткнулся ему в грудь, снова его прихватил в объятия и снова склонился к его шее, проводя по ней носом. - Ты ел? Или печенье ждешь? А Вишенка? - Спросил Нейт затем у Илана, вновь быстро отпуская его из рук. - Все вообще было тихо-спокойно? На Барта Нейт теперь не обращал никакого внимания. Устал и намеренно игнорировал. Илан, хоть и дал себе слово, что, если хозяин снова наклонится к его шее, он стойко и мужественно перенесет это, от очередного испуганного писка не сдержался. Зато, пережив первичный испуг, в ответ потёрся своей шеей. И смелостью своей был теперь до ужаса доволен. - Ой, печеньки! - прокричал он, убегая к духовке. Распахнув её, и тут же получив в лицо недовольный жар, Илан быстро её выключил. Печенье было спасено! - Всё хорошо было! - прокричал он, вместе с Вишенкой, пришедшей ему на помощь, доставая печенье. - И мы ели… Пасты не осталось почти… Грустно он вздохнул, вспоминая о тех жалких остатках на самом дне. А Бартоломью, безучастно плюхнулся на диван, щелчками пальцев пиная дымок. - И вообще почти ничего не осталось! - продолжал сетовать он. - Вишенка очень голодная… Нейтан в пару неслышных быстрых шагов Илана нагнал. И вновь словил. Обняв его поверх рук со спины, Нейтан провел языком по его шее. - Денег дать? - Понимающе спросил Нейтан. Илан снова распищался, непроизвольно дергаясь, точно пытаясь вырваться. Нейтан так неожиданно к нему подкрался, что он попросту не смог сдержать мгновенно охватившего испуга. - Ну-у… - неуверенно протянул он, почесывая кончик носа, когда сердце немного поутихло. - У нас печеньки ещё есть. И ещё можем приготовить... А Вишенка, в этот момент стоявшая к Нейтану лицом замерла, испуганно приоткрывая рот. И выронив поднос, на который Илан выкладывал печенье из духовки, опрометью бросилась куда-то в сторону вжимаясь в угол. Из него послышалось плаксивое мычание. - Ну-ну, чего ты? - тут же подскочив, Бартоломью бросился к ней, ободряюще поглаживая теперь по волосам. - Никто тебя не обидит… И Нейтан Илана не обижает, они… играют! Понимаешь? - Опять испугалась… - пробормотал тихо Илан. Нейтан выругался себе под нос, когда даже его попытка улучшить себе настроение не увенчалась успехом из-за испугавшейся искусственной. - Придется исправлять, - Нейтан выпустил Илана и пошел к искусственной. - Милая, - мягко сказал он, сев на расстоянии от девушки, чтоб не пугать ее снова. - Не бойся, ни тебе, ни Илану никто тут не сделает ничего плохого. Ты знаешь, кто такие Мастера? Знаешь, кто я? Если знаешь, то ты должна понимать, что раз я так сказал, то именно так и будет. - А я ей тоже говорил! - вклинился Илан. - А она всё равно всего боится… Вишенка лишь кивнула, слабо улыбаясь, отводя взгляд и краснея. Она и сама не знала, чего именно испугалась. И сейчас, ей было даже стыдно. - Ну вот и хорошо. Я продолжу играть с Иланом, а ты не бойся, - сказал Нейт. Затем он повернулся к питомцу. - Так что, денег тебе надо? Или печеньем обойдешься? Не стесняйся, - Нейтан улыбнулся. Подсев к Вишенке, Бартоломью положил руку ей на плечо, притягивая к себе. В ответ, она тут же к нему прижалась, начиная что-то рассказывать тихим мычанием. А Илан как-то мгновенно весь стушевался. - Ну-у… - опустив глаза, он переступил с ноги на ногу. Потом, набравшись храбрости, Илан всё-таки поднял голову, уверенно заявляя: - Немножко можно! А то одних печенек мало… И наверняка их все Вишенка слопает сразу. - Держи, - Нейт открыл экран комма и в пару жестов перекинул Илану очередную кругленькую сумму. - Можешь и сегодня заказать даже, если не сразу после рассвета ляжешь спать. И, когда Илан на секунду кинул взгляд на комм, куда пришли деньги, Нейтан снова тихо и быстро шагнул к нему и, обхватив поверх рук, слегка поднял над полом. - Ой, спасибо! - расплылся в улыбке Илан. А потом, его оторвали от пола, и тут же он заголосил. - Выше не надо! Нейтан же добавил в свою улыбку коварства и понес Илана за угол стены, ближе к выходу из квартиры, чтоб Вишенка больше ничему не испугалась. Там он Илана поставил на землю и, мягко приперев к стене, стал медленно и с явным удовольствием вылизывать ему шею. При этом Нейтан не держал его - и он мог бы сбежать. Бартоломью возвел глаза к потолку. - Пойдём, Вишенка. - поднявшись, он подал девушке руку, увлекая её за собой, в комнату Илана. - У них тут игры любовные начались. Испуганно Илан прижал к груди руки, вертя шеей. - Мяу… - произнёс он тихо, сползая по стене. И, встав на четвереньки быстро пополз, пытаясь сбежать. Желательно куда-нибудь успеть забиться, к примеру, под диваном. Нейтан довольно улыбнулся, когда Илан стал убегать и тут же опустился сверху его, приминая своим весом и прижимая к полу. Руками Нейтан прошелся у Илана по бокам, а носом снова ткнулся ему в шею, громко, чтоб Илан это услышал, вдыхая его запах. - Куда пополз? - Лукаво спросил он у Илана на ухо. - Ой! - воскликнул Илан, оказавшись прижатым к полу. А потом, над самой своей шеей, он услышал с каким наслаждением Нейтан втягивает его запах. Он зажмурился, сильно вздрагивая. После, Илан активно принялся извиваться. - Туда пополз… - обреченно показал он пальцем на диван, всё ещё пытаясь до него добраться. - А заче-ем ты туда полз, милый? - Нейтан снова принялся вылизывать искусственному шею, на сей раз иногда задевая ее клыками. Не больно, но, чтоб Илан о них помнил. - Стра-ашно! - пожаловался Илан. Почувствовав клыки, он забился под Нейтаном настолько активно, что в какой-то момент умудрился даже перевернуться на бок. Но на боку оказалось не удобно, потому он вернулся, тяжко вздыхая и, наконец, расслабляясь. - А можно я тебя укушу, но потом поцелую? - Нейтан лизнул Илана в щеку и лукаво прищурился. - М? Такой обмен. - У… Угу… - робко выдавил из себя Илан. Затем, расхрабрившись, он, немного поколебавшись, всё-таки добавил. - Только не в щёчку, а вот сюда вот! - извернувшись, он посмотрел на Нейтана, показывая на свои губы. - Пожалуйста! - Ну, за губы надо что-то повесомее. Тогда укушу больно и жестко и буду урчать и рычать, пока буду пить твою кровь и она будет течь по моему подбородку, по одежде, а потом на пол, - Нейтан продолжал лукаво смотреть на Илана. - Хорошо! Но несмотря на то, что Илан решился, тут же он втянул шею, дополнительно накрывая её руками. - П-простите! - с запинкой произнёс он, понимая, что хоть и в игровой форме, а хозяину всё же не подчиняется. - Я… мне… очень страшно. - Ну как же так, Илан, - Нейтан покачал головой и поцокал языком. - Не выполнишь свою часть - не получишь поцелуй. А ты же хочешь поцелуй? Не волнуйся, я тебя только слегка задеру, как маленькую овечку, а потом как новенький будешь - кровью подлатаю! Илан всхлипнул. - Вашей? - уточнил он, а то ведь у них была и кровь из пакета… Потом, очень медленно, он начал убирать руки, потихоньку вытягивая и шею. Совсем как черепаха, покидающая свой панцирь. - Моей-моей, - Нейт оскалился, пошире открыв рот и показывая клыки во всю красу. И заодно облизнулся. - Давай уже, не тяни, сладкий мой. Посмотрев на Нейтана, Илан всхлипнул, резко, как при прыжке в ледяную воду, убирая руки, закрывая ими теперь глаза. И мелко затрясся, в ожидании боли. Конечно, он всецело доверял хозяину, вверяя ему в руки свою жизнь, но… Боли всё-таки Илан боялся. В особенности пугало его выражение лица Нейтана. И вспомнив его, он весь сжался, неловко ёрзая. Нейтан хмыкнул, когда Илан закрыл глаза, и зашипел - так, чтоб тот хорошо это слышал. А потом склонился к нему и, коснувшись его губ своими, стал целовать. Причем, он постепенно углублял поцелуй, делая его все более серьезным и интимным. Он ждал именно боли, потому, оказавшись вовлечённым в поцелуй, поначалу даже ничего не понял. Но, когда медленно до него начало доходить наконец осознание, Илан ответил. Нерешительно и мягко, всё ещё не открывая глаз. Между тем поцелуй всё не прекращался, становился настойчивее, глубже. И тихо простонав что-то Нейтану в губы, он начал повторять движения хозяина. От глаз, руки медленно поползли за спину, стремясь коснуться Нейтана. И нащупав его, медленно и неуклюже, из-за позы, начали поглаживать. Нейтан целовал Илана еще какое-то время, но в принципе он с него получил уже почти все, что хотел, и потом желал побыстрее перейти к последнему. А потому Нейт в итоге разорвал поцелуй и мягко погладил Илана по лицу. - Я не сделаю тебе больно, запомни, - мягко сказал он. - Я хочу, чтоб ты прожил сытую и счастливую жизнь, полную удовольствий, а не чтоб страдал. Но ловить тебя было забавно, так что… еще повторим. Нейтан поднялся на ноги и легко поднял и Илана, идя вместе с ним на кровать. Завалившись туда вместе с питомцем, Нейт лег на бок и подложил руку под подбородок. - А теперь расскажи мне, милый, подробнее о Вишенке, - сказал он, заодно прислушиваясь и проверяя, все ли с ней в порядке. Но, вроде, Барт ее не расчленял и ничего такого. - Как она вела себя с тобой? Было ли ее поведение адекватным? И могла бы она, например, под присмотром выполнять несложную работу? Ткнувшись головой в грудь хозяина, Илан расплылся в довольной, благодарной улыбке. - Я рад, что вам понравилось! - искренне ответил он. - Но, если вы захотите сделать мне больно… я ведь не против! Мне всегда приятно, если вам приятно, вот... А потом, Нейтан спросил его о Вишенке, и Илан задумался, заодно бодаясь и выпрашивая ласки. Ну-у, - протянул наконец он. - Она очень хорошая, и умная. С печеньем я ей чуть-чуть помог только. А так она сама всё, значит, поручения выполнять может! Но она постоянно чего-то пугается, и зажимается сразу, то в углу сожмется, то на полу просто. Она ведь от Девона, да? Грустно он посмотрел на Нейтана, понимающе опуская уголки губ. Говоря тем самым, что такое поведение подруги нисколько не удивительно. Пускай Нейтан и стёр ей о нём воспоминания, но, видимо, какой-то глубинный страх всё же в ней остался. Со всех сил он прижался к Нейтану, тихо про себя радуясь, что ему с хозяином повезло необычайно. - В общем, Вишенка хорошая, всё понимает, но ей нужна помощь, - заключил он. В комнате же Илана, тем временем, происходила полнейшая анархия. В ней Бартоломью, матерясь и возмущаясь, никак не мог понять, как управляться с виртуальным миром. С включением он более-менее разобрался, а вот как сменить игру и где вообще они были, понять не мог. Вишенка, искренне желающая помочь, делу особо не помогала. Мычание Бартоломью не понимал, а самой надеть обруч девушка наотрез отказывалась, мыча ещё громче и закрывая глаза ладонями. Это раздражало Барта ещё больше, соответственно, и мата становилось больше. Да ещё и приходилось объяснять искусственной, что ругается он не на неё, а на технику! В итоге, начав тыкать кнопки просто наобум, Бартоломью наконец сумел выйти в каталог игр, чему обрадовался неимоверно. Снял обруч, поднял Вишенку, кружа с ней по комнате. Затем, принялся наскоро успокаивать оную, торопливо объясняя, что полеты - это не страшно и вообще он же её держит. - Та-ак, - нацепив обруч обратно, он нетерпеливо потёр руки. - Чё б тут выбрать-то такого? Прям вот страшного, чтоб обосраться!.. О, нашёл кажись! Глядя на вампира, Вишенка, прикрыв рот ладошкой, тихонько прыснула. Уж очень Бартоломью был эмоциональным, и говорил ещё так странно, забавно. - Ну, мать, смотри как мужик настоящий играть будет! - Вишенка хихикнула. - Ты давай там не хихикай, а запоминай! Фигни небось совсем какой-то испугалась, когда сама играла. А я вот сейчас на харде всё затащу, по́няла? Игра запустилась, помещая Бартоломью в какую-то комнату. Кажется, он был в гостиной. Позади него виднелся мягкий кожаный диван, напротив которого горел экран, показывая какие-то странные кадры неизвестной киноленты. Стены комнаты украшали картины. И присмотревшись к ним, Бартоломью передёрнуло. Яркие и абстрактные, сменялись натуральной расчлененкой, с поеданием сырой плоти и прочей мерзостью. Едва Бартоломью приблизился к ним, чтобы рассмотреть получше, как тут же в игре потух свет. - Ой бля! - вырвалось у него от неожиданности. И тут же он вскрикнул ещё раз, заслышав резкий, тихий стук откуда-то справа. Повернувшись, он остолбенело замер. Откуда шёл стук понятно стало моментально, за окном широко скалясь зубастым ртом, находилась уродливая, деформированная голова. Именно она к нему и стучалась своим покатым лбом. Поняв, что на неё смотрят, голова заулыбалась шире, начиная стучать всё громче и громче. Стук был каким-то странным, влажным и чавкающим. И Бартоломью понял почему. Там, где она ударяла, оставался след из кровавой слизи. Заорав, он метнулся туда-сюда на месте, после несясь со всех ног. Бегство закончилось быстро, и весьма неприятно. С глухим стуком он с разбегу врезался в дверь, от столкновения падая на пол. Тут же раздался звон битого стекла, разлетающегося во все стороны. И над собой, Бартоломью увидел ту самую голову. Огромную, на тонкой длинной шее, уходящей куда-то за окно. Высоко, громко и истошно он завопил, беспорядочно вскидывая руки и ноги, в попытках отбиться. Но проклятая голова не отставала. Капнув слизью, она метнулась к нему. И издав вопль ещё более отчаянный и громкий, Барт увидел кровавую пелену перед глазами, а затем и табличку, радостно сообщающую о том, что игра проиграна. - Г-гавно какое! - Заикаясь пискнул Бартоломью, чувствуя, как сердце быстро бьётся о грудную клетку. - Помощь? - Переспросил Нейт. - Психологическая? Или какая…? Он стал ждать ответа, но тут внезапно раздались вопли Барта, а затем - видимо он же - чуть не выломал дверь в комнату Илана. - И мне она тоже уже скоро потребуется, - простонал Нейтан, закатывая глаза и поднимаясь с кровати. Открыв дверь, Нейтан нашел Барта на полу, с обручем на глазах - очевидно, Барт открыл для себя виртуальный мир и, начав с какой-то страшилки, тут же от нее и обосрался. Нейт резко, раздраженно стянул с него обруч и, наклонившись, заглянул в глаза. - Ты еще смеешь тут веселиться? - Зло спросил он. - После того, что натворил? Даже не пытаясь как-то сгладить ситуацию, показывая, что понял, что виноват, ты вместо этого орешь и выламываешь двери?! Нейт с силой пнул Барта под ребра. - А ну пошел на диван и с него ни шагу. Сиди там тихо или спи - как хочешь! Но чтоб мне на глаза больше сегодня не попадался! Нейт затем перевел взгляд на Вишенку. - А ты, милая, если хочешь - попробуй еще раз поиграй. А, если нет, то сходи умойся. Только после меня и Илана. Илан… слышал? А то рассвет уже скоро. С этими словами Нейт перешагнул через Барта и пошел в душ. Барт лишь зло фыркнул на Нейтана. Чувства он испытывал какие угодно, но стыдно ему уж явно не было. И как, интересно, ему было начать сглаживать ситуацию? Бухнуться великому Мастеру в ноги и о прощении молить? Да пошёл он! - Ты ещё смеешь тут веселиться? - запередразнивал его Бартоломью, плетясь на диван. - А ну пошёл на диван, и с него ни шагу, бе-бе-бе… Как я тебе на глаза не попадусь, если диван вот он, прям посредине! Давай уж я лучше под него залезу, чё уж! - Это мой обруч!! - возмущался тем временем Илан. - Плохой Барт! Нельзя без спроса! - И заткнись там, на диване, - донеслось уже из душа. Умылся Нейт достаточно быстро. Смыл с себя остатки крови и грязи, закинул одежду в чистку и прополоскал зубы. И, выйдя из ванной и кивнув на нее Илану, завалился на кровать. Там он продолжил думать, что делать с Вишенкой. Раз она откуда-то обладала некоторыми бытовыми навыками, то, вероятно, могла бы прижиться в какой-нибудь семье, если бы не ее психические проблемы, оставшиеся от Девона. Что с ними делать, Нейт слабо себе представлял, да и не хотел возиться. Получалось, что лучшим выходом ее все же было убить? Но, она так сегодня улыбалась, радовалась… прямо расцвела, что уже жалко как-то было. С другой стороны, если она умрет, ей же не будет плохо и обидно. Ей будет никак. Нейт вздохнул. Да уж, взял же мороку на свою голову… - А чем я хуже Вишенки? - затыкаться Бартоломью не планировал, вместо этого вполголоса ругаясь уже с Иланом. - Она полезная! Готовить умеет… Ты вот умеешь? - с вызовом Илан взглянул на глупого вампира, который отчего-то всё косячил и косячил. - Хм… - Бартоломью задумался. - Раньше умел. Готовил мелкому, - он махнул на Нейтана, выходящего из ванной, и тихо к нему обратился, после того как тот улёгся. - Тебе ж нравилось, как я готовлю, а? Илан же, при виде хозяина, бросил на Бартоломью последний, уничтожающий взгляд. Отложил обруч, и пошёл в ванную. - Это когда было! - буркнул он, скрываясь за дверью ванной. - И Вишенка хорошая, а ты… не очень. Вот так! Нейтан слова Барта проигнорировал. Он все думал. И додумал до того, чтобы спросить совета у Дениела. Может и спихнуть Вишенку ему. На работу - лабораторию какую-нибудь убирать, пробирки, там, мыть… Но сможет ли она так жить?.. А, если нет, то куда ее деть? Тут уж явно Дениел не подходил - он ее будет лишь игнорировать и периодически кусать, пока она не умрет. И в людской детский дом ее уже не отдать - слишком она была взрослой… Хотя, может служанкой в какую-то семью? Нейтан широко распахнул глаза. Ну конечно! В какую-то миролюбивую вампирскую семью… Вот это он завтра с Дениелом и обсудит. Выйдя из ванной, Илан затоптался перед Нейтаном, заискивающе строя тому глазки. Хотелось, чтобы сегодняшняя ночь закончилась непременно так - в объятиях его хозяина. И дождавшись разрешения, радостно пискнув он нырнул под одеяло. Поворочавшись немного, Илан положил голову Нейтану на грудь, приобнимая. А Вишенка, занявшая его место в ванной, вышла затем вся разгоряченная и розовая от тёплой, горячей воды. Видя, как Илана обнимают, она неуверенно помяла руки. Потом, опустившись на пол, она свернулась клубочком, совсем как собачонка, тоскливо вздохнув. Ей бы тоже хотелось так же, но она понимала, что с её стороны даже думать о таком было большой дерзостью. А так, она вроде была и рядом, а вроде и на расстоянии, лёжа тут, у кровати. - Э-э, нет, - Нейтан тут же приподнялся с кровати, смотря на Вишенку. - Ты, милая, иди в комнату Илана и там ложись в кровать. Поняла? Или отправить Илана тебе помочь? - Ууу… - тоскливо прогудела Вишенка. Поднявшись, она понуро побрела в комнату Илана. Ведь хозяин прогнал её даже с пола, не пожелав присутствия хотя бы такого. Раздражённо Бартоломью приподнялся на локтях. Но говорить, впрочем, старался как можно ровнее и спокойнее. - Мм, Нейтан… - осторожно подал он голос. - Прости, что снова беспокою, но Вишенка явно хотела быть к вам поближе… Может, лучше я в комнату пойду к Илану, а она тут? Ну, или матрас перетащу ей, подушек с дивана накидаю. В конце концов на полу я могу поспать, это даже полезно. Вроде… Нейтан проводил Вишенку взглядом. Вот только дашь волю этим искусственным - сразу на шею садятся! - Илан, притащи, пожалуйста, сюда свой матрас с кровати, подушку и одеяло, - наконец со вздохом сказал он. - И приведи Вишенку, объяснив ей, что я хотел, чтоб ей спалось удобно… Уже занимался рассвет, Нейтан за потемневшими окнами это чувствовал, так что сам уже ничего не делал. Только лежал, укутавшись в одеяло и вяло контролируя происходящее. Барта он все также игнорировал. - Спокойного утра, Нейти, - бросил Бартоломью, точно не замечая упрямого игнора брата. Зевнув во весь рот, он заворочался, намеренно делая это как можно шумнее и раздражающе. Скрипел диваном, вздыхал, бубнил себе что-то под нос, и старался выговорить букву «а» на очередном зеве. А Илан, исполнив указания хозяина, быстро заскочил к нему обратно, сворачиваясь у него под боком. Почти сразу он заснул, утомившись от впечатлений. И даже Барт не особо помешал ему. Обрадованная же проявленной к себе заботой Вишенка, робко посмеивалась над демонстративными действиями Бартоломью. Тихо, совсем беззвучно, только плечи подрагивали. Нейтану Барт тоже не помешал - солнце вставало и помешать засыпающему при этом вампиру было весьма и весьма сложно. Так что Нейтан уже буквально через пару минут крепко спал, не успев даже проверить, улеглась ли рядом с его кроватью Вишенка.