Разбудить его душу ( only when it's you )

В салоне авто стояла тишина, только иногда было слышно сопение скрутившегося зародышем в большом кресле небольшого человечка, которого пришлось взять с собой. Что с ним делать — Тэхен понятия не имел. Из раздумий его то и дело вырывал свет встречных фар, огни вечернего Сеула, яркие вывески и рекламные щиты. Кто-то спешил домой, кто-то к любовнице, кто-то на пьянку с друзьями, кто-то к воротам загробной жизни. Последних как раз отправлял туда он сам. Собиратель. Жнец. Rimac Nevera заезжает в гараж, открытый нажатием кнопки на пульте управления длинными пальцами Тэхена. Авто поглощает тьма. Только лишь когда опускается роллет, отделяющий изумрудную красавицу от возможных чужих глаз, в помещении загорается свет. — Эй, Куки, — Тэхен слегка тормошит своего незваного гостя за рукав. — Эй! Просыпайся. Сонный комок в грязных одеждах начинает ворочаться и тихо зевать. — Выходи. — Что? Зачем? Ви, я никому не скажу. Честное слово. Пожалуйста. Ви, пожалуйста. Не надо... Тэхен смотрит, как лицо мелкого искажается, уголки губ уходят вниз, по-детски округлый подбородок начинает подрагивать, а огромные глаза с гиперскоростью наполняются слезами. Он не видел еще ни разу в своей жизни таких огромных глаз у корейцев. Тэхен смотрит. Смотрит, как эти океаны переполняются и, дрогнув, соленая вода выходит из берегов белыми полосами по чумазым щекам. "...так вот как ты топишь корабли, детеныш Понфунбэ..." — Просто нужно пересесть в другую машину, — тихо говорит Тэхен. — Аааааа, — выдыхает детеныш кита и, смешивая соленую воду с грязью нечистых рук, утирает слезы. Теперь он похож на индейца или на тигра. Рррррр... Тэхен забирает все вещи из салона машины, протирает салфеткой панель, ручку, всё, к чему мог прикоснуться Куки. Потом достает из багажника небольшой черный чемоданчик и блокирует машину. В открытом багажнике audi q8 Тэхен скручивает боковую стенку и в появившийся тайник укладывает свой секрет, отбирающий чужие жизни. В салоне машины раздается хруст печенья, судя по упаковке того, что вчера принес Тэхен. Тэхен улыбается. Он заводит машину, поднимает роллет и выезжает из своего убежища. — Голодный? — спрашивает старший. — Угу, — огромными глазами смотрит на него мелкий бродяга, но уже не плачет. Дальше едут молча. Тэхен как всегда следит за дорогой, за обстановкой на дороге, возможными скорыми и полицейскими. Кто. Куда. Откуда. Выезжают за город и двигаются по гладкой полосе трассы. Через минут двадцать появляется частный сектор с красивыми особняками, шикарными подстриженными кустами в волшебном уютном освещении. Куки прилип к окну, он в жизни не видел такой красоты. Аudi q8 сворачивает к участку и тормозит возле пропускной системы. Тэхен опускает окно. — Хелоу, Тэтэ, — раздается из открытого окна бронированной капсулы охраны. — Привет, Феликс, — Тэхен вытягивает руку для приветствия. — Сегодня без крови к нам? — хихикает блондин и жмет протянутую ему руку. — Сплюнь. — Кто с тобой? — охранник пригибаясь заглядывает в салон машины. — Это Куки. — Привет, Куки. — улыбается довольно симпатичный молодой мужчина. Подросток смотрит молча, затаив дыхание. — Куки сегодня не в духе. Видел, как я работаю, — объясняет Тэхен охраннику. — Оу... Ну проезжайте. Машина проезжает дальше во двор и паркуется возле шикарного входа в 2-этажный особняк. Ступеньки украшают два черных мраморных дракона, таящие в себе угрозу. Их пасти разинуты, чешуя вокруг шеи стоит дыбом, а хвосты с кисточками на концах в виде пик задраны вверх и готовы к атаке. Тэхен дергает Куки и сам выходит из автомобиля. — Не бойся, — говорит он младшему, который прижал к себе грязный рюкзак и стоит на месте. — Пойдем. Но Куки не двигается. В огромных глазах отражаются воинствующие драконы, а нижняя губа готова пуститься в пляс в любой момент. Тэхен оборачивается и протягивает испуганному гостю руку, тот пару секунд смотрит то на открытую мягкую ладонь, то в глаза Тэхену и в конце концов хватается. Крепко. Сжимает своими тонкими пальцами и делает шаг к дому. Тэхен открывает дверь и первым пропускает Куки, не разрывая сжатых рук. — Ну наконец-то, — раздается эхом в холе, метра три в высоту. — Почему так долго? Им на встречу выходят два высоких красивых мужчины. Один подается вперед и обнимает Тэхена. — Тэтэ, я так переживаю каждый чертов раз. Рад тебя видеть. С тобой всё нормально? — брюнет осматривает и ощупывает Тэхена, а потом замечает рядом стоящего испуганного подростка, до сих пор сжимающего руку его брата. — А это кто? — Хён, это Куки. Куки, это Джин, мой брат. Это Намджун. — кивает головой на второго мужчину. Намджун тепло улыбается, и когда Куки видит его ямочки на щеках, немного расслабляется. — Давайте сначала поедим. Мы ужасно голодны, — говорит Тэхен и по-хозяйски направляется видимо на кухню, ведя за собой незваного гостя за руку. Джин с Намджуном переглядываются и идут следом. — Куки, снимай куртку, тут тепло и мой руки. Вот мыло. — Джин смотрит и не узнает брата, который заботится о незнакомом ребенке у него на кухне. — Джинни, ну что ты стоишь? Накрой на стол что ли. Джин начинает суетится. Что-то разогревает, что-то заваривает, что-то намазывает. Когда стол ломится от тарелок, все присаживаются, и только двое накидываются на еду. Проходит минут десять в полной тишине. — Тэхен, мы ждем объяснений, — начинает Намджун. Тэхен поднимает глаза, проглатывает свой кимбап и начинает всё рассказывать. Как его Куки нашел в кустовой изгороди, как Тэхен от него откупался, как принес печенье с молоком, что Куки увидел, как Тэхен исполнил сегодня свою работу. Пропустил только попытку неуклюжей благодарности, которая Тэхена привела в ужас. — И что теперь с ним делать? — кусая пухлую губу, спрашивает Джин. — Усыновить? — Тэхен дергает плечами. — Кто усыновлять будет? Ты? — спрашивает Намджун. — Почему нет? Я справлюсь. — А какая-нибудь из твоих машин зарегистрирована на твое настоящее имя? Или, может, мотоцикл числиться на Ким Тэхене? Или, может, твои квартиры? Ммм? Ты когда последний раз видел свои настоящие документы? — ямочки куда-то делись, а челюсть начала неприятно двигаться и Намджун больше не казался дружелюбным. Тэхен перестает жевать, вытирает рот тканной белой салфеткой и кидает ее на стол. — Тэхен, он прав, — мягко продолжает неприятный разговор старший брат. — Я знаю, какое у тебя было детство. Я знаю было трудно, но... — У меня было отличное детство. Ясно? Наш отец меня любил и воспитал, как смог. Пока тебя воспитывала твоя мать, не разрешая вам с ним общаться. А почему не разрешила Джинни? А? Из-за меня. Потому что у него появился я. Выродок. Незаконнорожденный. Но разве я виноват? — Тэтэ, я не о том... — О том, Джинни, о том. Разве я виноват, что моя мама влюбилась в нашего отца? Разве я виноват, что он ушел и оставил всё вам. Этот шикарный дом, статус, хулиард долларов на счету. Разве я виноват, что моя мать умерла и я ее практически не помню, а отец научил этому ремеслу, потому что сам был наемником? — Тэхена начинает трясти. — Нет конечно. Я люблю тебя безумно, Тэхен, и я никогда.... — Я виноват только в том, что родился...— нижняя губа дрогнула. — Как он. — кивает в сторону притихшего Куки. — Он не просил, чтобы его рожали, чтобы потом стать бомжом, чтобы попрошайничать и ходить в вонючих лохмотьях. Джин подскакивает и сильно прижимает к себе брата. — Тэхен, я люблю тебя. Ты моя кровь. Я всегда буду рядом, что бы ни случилось. — Я знаю, что я монстр... что убиваю людей... но вот ему я хочу помочь, Джинни, ему хочу... — Тэхен не плачет, он привык это скрывать, пуская слезы по обратной стороне щек еще в детстве, когда первый раз увидел смерть человека от рук собственного отца. Всё замирает на несколько секунд. Мир прекращает вращаться и наступает полная тишина. Оглушительная. Которую нарушает бурчание в животе у Куки. Всем становится смешно. Тепло и легкость опять возвращаются в эту маленькую компанию, которая собралась решать важный вопрос. — Куки, ты наелся? — спрашивает Джин. Младший кивает. — Пойдем тогда со мной. Придерживая пацаненка за плечо, Джин уводит его из кухни. Тэхен и Намджун остаются одни. — Тэ, не обижайся на меня. Ты же знаешь, что я люблю тебя так же, как Джин, — Тэхен кивает. — Мы поможем. — Спасибо, хён. — Твои знают про мальца? — Нет. — Почему? — Хён, я не хочу растить себе подобного. Я хочу, чтобы он был умным и читал книги, как ты. Возможно, заинтересовался бы медициной, как Джин, и помогал бы людям. Пусть, несмотря на тяжелое детство, он станет хорошим человеком. — Может, он тебя нашел во искупление за те жизни, которые ты забрал? — Искупление говоришь? — хмыкает Тэхен. — Ну или в наказание, — улыбается Намджун. — Посмотрим. — Я бы... ммм... ты же понимаешь, что ты не сможешь его усыновить или стать опекуном? — Понимаю. — Документы ты сможешь на него сделать? — интересуется Намджун, потирая пальцами подбородок. — Мистер Ли поможет. Я надеюсь. — Тогда остается два варианта. Либо я его усыновляю, либо Джинни. Тэхен, видимо, не ожидал услышать такого, внимательно смотрит на своего собеседника, практически не моргая. — Что у меня, что у твоего брата хорошая репутация, работа, жилье. — Хён, ты хочешь его усыновить? — Я буду не против, Тэ. — Может не будем спешить? Джин - доктор, ты - препод в универе. Будет просто жить у вас. Я буду забирать, к примеру, на выходные. — А если мы будем выезжать за границу? Нет. Я хочу, чтобы все было предельно ясно и правильно. Я не могу жить двойную жизнь. Извини, Тэ. — Хён... — Тэхен обходит стол и крепко обнимает Намджуна. — Хён, спасибо. Ты... ты... я всегда знал, что ты самый лучший. — Наконец-то я вас поймал, — в кухню входит Джин с Куки. — Всегда знал, что вы тайно любите друг друга. Все смеются. У Тэхена так легко на сердце, так тепло. А видя Куки с полотенцем на голове и в теплом махровом халате, он улыбается еще шире. — Мы обработали Куки от вшей, я взял у него кровь и всё остальное на анализы, осмотрел кожные покровы. Есть небольшая сыпь, нужно выяснить причину, но мы ее обработали. Анализы будут готовы к утру. Зубы без кариеса и дырок, потому что пародонтоз, будем укреплять десна. А также мы выкупались, вычистили перышки и у нас получился вот такой красивый малыш.... мой красивый малыш. — Твой? — поднимает бровь Тэхен. — Я принял решение и, Нам, ты, пожалуйста, пойми меня...— Джин смотрит на своего любимого мужчину, ища в его глазах поддержку. — Я знаю, что мы не планировали и не говорили об этом... иии... Господи... пфф... — Я буду счастлив, если ты мне позволишь участвовать в его воспитании, — Намджун улыбается. Джин подходит и прижимается к нему, сливаясь в одно целое. Тэхен всегда считал их идеальной парой. Настолько подходящие друг другу и в тоже время настолько разные. Один цельный своеобразный разносторонний организм. Тэхен был рад за них, но в глубине души страдал от своего одиночества. Ему хотелось бы любить жадно и очертя голову. Сгорать, прикасаясь к своему человеку, и возрождаться от его поцелуев. И знать, что такого, как он, тоже могут любить.