Неправильные решения

      В следующий раз их пути пересеклись через несколько дней уже в другом городе, посреди очередного концертного дня тура. В море голов и технического оборудования взгляд Ноа выхватил знакомую светлую макушку, мелькающую между звуковыми колонками. Сердце пропустило удар, и, не раздумывая, он устремился к ней, оставив участников группы в полном замешательстве.              — Эй, чувак, ты куда? — окликнул его гитарист Джолли, но Ноа лишь махнул рукой, не сбавляя шага.       — Я сейчас вернусь, увидел знакомого, — бросил он через плечо, не отрывая взгляда от Кьяры.       Ноа мчался сквозь толпу, словно за ним гнались призраки. Его взгляд был прикован к светлой макушке, которая то появлялась, то исчезала между колонками и людьми. Он почти бежал, не обращая внимания на окружающих, натыкаясь на тех, кто попадался на пути.       — Эй, куда так торопишься? — возмутился полуголый музыкант из какой-то группы, которого Ноа едва не сшиб с ног.       Но он лишь мельком взглянул на него и продолжил свой путь.       — Смотри куда идёшь, придурок! — донеслось вслед очередное оскорбление.       В его ушах гулко стучало сердце, а мысли спутались в клубок. Сейчас для него существовали только её волосы, мелькающие впереди, и желание наконец-то догнать Кьяру. Люди вокруг него недовольно ворчали и отходили в сторону, но ему было всё равно: он должен был догнать её, должен был увидеть.       Девушка стояла к нему спиной, погружённая в разговор с братом. Сандро, с бас-гитарой через плечо, что-то оживлённо рассказывал сестре, но первым заметил приближение Ноа.       — О! Ноа! Привет, — сказал Сандро, расплываясь в улыбке.       Кьяра резко обернулась на возглас брата, и их взгляды встретились. В её глазах вспыхнули искорки радости и лёгкого удивления от такой неожиданной встречи.       — Привет, — выдохнул запыхавшийся Ноа, пытаясь отдышаться. — Увидел вас в толпе и решил подойти. Вы сейчас выступаете?       — Да, как раз наша очередь, бро! — Сандро буквально светился от предвкушения предстоящего выступления. Его глаза горели энтузиазмом, а руки нетерпеливо сжимали гриф бас-гитары. — Ты останешься послушать? Ноа кивнул.       Объявили название группы, и участники один за другим вышли на сцену. Загремели первые аккорды, и толпа взорвалась аплодисментами и восторженными криками. Ноа стоял рядом с Кьярой, их плечи почти соприкасались. Он осторожно вытянул руку и коснулся её пальцев. Кьяра слегка вздрогнула, но руку не отдёрнула.       Девушка повернула голову и тихо произнесла:       — Привет.       — Привет, — с тёплой улыбкой ответил Ноа, не отрывая от неё взгляда.       Музыка гремела вокруг, толпа продолжала реветь. Их пальцы всё ещё соприкасались, и это простое касание казалось важнее всего происходящего вокруг.       Ноа быстро огляделся по сторонам, пытаясь найти укромное место, где они могли бы уединиться. Вокруг сновали люди, и казалось, что спрятаться негде. Но вдруг его взгляд упал на узкий проход между звуковыми колонками и трейлером. Не раздумывая, он потянул Кьяру за руку в ту сторону.       Девушка без сопротивления последовала за ним. Когда они оказались в тесном пространстве, укрытом от посторонних глаз, Ноа не смог сдержать своих чувств. Он притянул её к себе и прижался к её губам в страстном поцелуе.       В этом узком проходе, где гудели колонки и слышался отдалённый шум толпы, молодые люди ничего не замечали вокруг, полностью поглощенные друг другом.       — Мне нужен твой номер телефона, — сказал Ноа, оторвавшись от губ Кьяры.       — А мне твой, — ответила, улыбнувшись, девушка.       Кьяра жадно потянулась за новым поцелуем, и Ноа мгновенно ответил, углубляя прикосновение губ. Его руки, словно голодные, скользили по её телу, исследуя каждый изгиб, пока не пробрались под футболку, касаясь горячей кожи.       Поцелуй оставался таким же сладким, как и прежде, дурманя разум и заставляя забыть обо всём вокруг. Каждый вздох, каждое прикосновение только усиливали это опьяняющее чувство. Ноа терял голову от её близости, от того, как она отзывалась на его ласки.       Кьяра прижалась к нему теснее, отвечая на его прикосновения с неменьшей страстью. Её пальцы впились в его плечи, а тело подавалось навстречу его рукам. В этом тесном пространстве между колонками они создали свой собственный мир, где существовала только их страсть.       Казалось, время остановилось, звуки толпы растворились, а реальность сузилась до размеров этого укромного уголка.       Их увлекло друг в друга настолько, что они не сразу заметили вибрацию в кармане Кьяры. Девушка неохотно отстранилась, достала телефон и, разблокировав экран, прочитала сообщение.       — Меня потерял Дин, — произнесла она, быстро набирая ответ. Ноа кивнул, понимая ситуацию.       — Запиши мой номер, свяжемся после выступлений, — предложил он, глядя ей в глаза.       — Хорошо, — кивнула Кьяра, не отрывая от него взгляда.       Парень продиктовал номер, и девушка тут же набрала его в своём телефоне. Короткий дозвон подтвердил, что контакт сохранён.       Привстав на носочки, Кьяра быстро чмокнула Ноа в губы. Её движение было таким стремительным и нежным, что он едва успел ответить на этот мимолетный поцелуй. Из своего укрытия она вышла первой и тут же столкнулась с Дином, который выглядел взбешённым.       — Куда ты делась? — завопил парень, его голос дрожал от возмущения. — Сандро шкуру с меня сдерет, а она мне очень дорога!       Девушка только открыла рот, чтобы объяснить своё внезапное исчезновение, как из-за того же угла появился Ноа. Лицо Дина тут же расплылось в пошлой ухмылке.       — А-а-а… — протянул он и махнул рукой. — Пошли ближе к сцене. Не дожидаясь ответа, парень развернулся и направился в указанном направлении. Кьяра и Ноа переглянулись, следуя за ним.       — Если ты вдруг хотел что-то сохранить в тайне, то уже поздно, — вздохнула Кьяра. — Дин, как сито — ни одну мысль не может удержать, чтобы не озвучить её всему миру.       — С чего мне что-то скрывать? — небрежно бросил Ноа, но в его голосе проскользнула нотка неуверенности.       Кьяра, улыбнувшись, отвела взгляд от парня, пряча тайную радость. Они втроём устроились за звуковым оборудованием, откуда было отлично видно выступление группы Сандро. Свет софитов играл на лицах, музыка пульсировала в воздухе. Ноа, воспользовавшись моментом, осторожно взял Кьяру за руку. Их пальцы переплелись, но этот жест остался незамеченным для остальных.       Выступление близилось к финалу. Публика неистовствовала, подпевала и аплодировала, а музыканты выкладывались на полную, отдавая последние силы. Прозвучал финальный аккорд, и группа, уставшая, но довольная, хлынула за сцену.       Сандро выглядел совершенно обессиленным, его одежда прилипла к телу, насквозь пропитанная потом. Капли стекали по волосам и лицу, а тело всё ещё дрожало от остаточного адреналина. В его венах бурлил чистый драйв выступления, мышцы подрагивали от напряжения, а в глазах всё ещё горел тот самый огонь, что пылал на сцене.       — Это было круто! — восторженно кричал Дин, размахивая руками.       — Сандро, для басиста ты был просто невероятно энергичен! — с улыбкой заметила Кьяра, её глаза светились искренним восторгом.       — Чувак, это было офигенное выступление! — поддержал Ноа.       Сандро улыбнулся, но его улыбка слегка дрогнула, когда он заметил сплетённые руки Кьяры и Ноа. Его взгляд скользнул по их ладоням, но он ничем не выдал, что заметил это.       Тем временем остальная группа уже разбрелась: кто-то отправился отдыхать, кто-то решил послушать другие выступления.       — Мне нужно возвращаться к парням, — сказал Ноа, обращаясь одновременно к Кьяре и стоящему рядом Сандро. — Приходите послушать наше выступление.       — Конечно, бро! — ответил Сандро, хлопнув Ноа по плечу. Его движение было дружеским, но в глазах промелькнула тень.       Кьяра молча кивнула, её пальцы разомкнулись и выпустили руку Ноа.       Вернувшись к остальным участникам группы, Ноа сразу же поймал на себе недовольные взгляды. Несколько музыкантов не упустили возможностисделать ему замечание по поводу долгого отсутствия.       Пока остальные настраивали инструменты, Ноа приступил к распевке. До выступления оставалось меньше часа — вполне достаточно времени, чтобы как следует подготовить голос. Он начал с простых упражнений, постепенно переходя к более сложным, стараясь максимально разогреть связки.       Механически выполняя привычные упражнения, Ноа совершенно не замечал происходящего вокруг. Его мысли были далеко, они кружились вокруг Кьяры и того, что неумолимо зарождалось между ними.       Он вспоминал её улыбку, тепло её руки в своей ладони, блеск в её глазах во время выступления Сандро. Эти мимолетные видения словно отпечатались в его сознании, не давая сосредоточиться на подготовке.       Что это? Просто увлечение или настоящее чувство? Ноа снова и снова задавал себе эти вопросы, но ответа так и не находил. Его сердце трепетало при мысли о Кьяре, но разум упорно сопротивлялся признанию собственных чувств.       То, что зарождалось между ними, пугало своей неизбежностью. Ноа чувствовал, как привязывается к Кьяре сильнее, она уже завладела всеми его мыслями, но горький опыт прошлых отношений с Эммой оставлял в душе незаживающую рану.       Разрыв с Эммой нанес глубокую травму, которая до сих пор отзывалась болью в его сердце. Он не хотел снова обжигаться, не хотел испытывать ту же боль, что пережил тогда. Страх повторения прошлого парализовал его решимость.       — Ноа! — громкий окрик внезапно вырвал его из водоворота мыслей.       — Ноа! — снова прозвучало, на этот раз настойчивее.       — Ты что, оглох совсем?! — не выдержал барабанщик Ник, прерывая настройку своей установки.       — Где ты там плаваешь? — с ухмылкой поинтересовался Николас, глядя на задумчивого вокалиста. — Вернись на землю, бро!       Ноа вздрогнул от неожиданности, словно очнулся от глубокого сна. Он растерянно огляделся по сторонам.       — Простите, увлёкся мыслями, — смущённо пробормотал Ноа, нервно поправляя воротник рубашки.       — Да-да, мы заметили твоё «увлечение», — с ухмылкой протянул Николас, поправляя ремень бас-гитары.       Остальные музыканты обменялись понимающими взглядами, еле сдерживая улыбки.       — Так, — собрался Ноа. — Все готовы?       — Более чем! — хором ответили парни, проверяя последние настройки аппаратуры.       — Отлично! — воодушевлённо воскликнул Ноа, чувствуя, как адреналин начинает бурлить в крови. — Тогда давайте покажем всем, на что мы способны! Порвём эту сцену на части!       Музыканты скрылись за закрытым занавесом, покинув сцену. Они расположились вдоль усилителей. Кто-то перебрасывался короткими фразами с друг с другом, а Николас просто стоял, погружённый в свои мысли, готовясь к выходу.       В полумраке закулисья отчётливо виднелись силуэты аппаратуры: массивная барабанная установка, стойкас микрофоном, гитарные усилители. Воздух был наполнен предвкушением и лёгкой нервозностью предстоящего выступления. Каждый из музыкантов мысленно настраивался на предстоящее шоу, чувствуя, как внутри нарастает знакомое волнение перед выходом на сцену.       Гул толпы нарастал, заполняя всё пространство вокруг. Публика предвкушала предстоящее шоу, заряжая воздух электричеством ожидания.       Ноа крепко сжал микрофон в руке, чувствуя, как тот становится влажным от пота. Сердце билось часто-часто, грозя выпрыгнуть из груди. Он сделал глубокий вдох, пытаясь унять волнение, которое разливалось по венам вместе с адреналином.       И вот оно — мгновение, которого все ждали. Занавес медленно поднялся, открывая их взглядам восторженные лица зрителей. Громкие аплодисменты и крики приветствия наполнили все вокруг. Свет прожекторов ослепил на мгновение, но Ноа быстро привык к яркому освещению. Он поднял руку в приветственном жесте, чувствуя, как волнение постепенно сменяется знакомым ощущением эйфории.       Музыканты заняли свои места на сцене. Гитарист ударил по струнам, задавая первый мощный аккорд. Один за другим подключились остальные инструменты, наполняя все вокруг музыкой.       Толпа взорвалась аплодисментами и восторженными криками. Фанаты начали подпрыгивать, размахивать руками и подпевать знакомым мелодиям. Энергия толпы взлетела до небес, сливаясь с энергией музыкантов в единый мощный поток.       Ноа поднял голову, встречаясь взглядом с публикой. Он чувствовал, как музыка течёт через него, как каждый его вздох и движение отзывается в сердцах зрителей. Концерт начался, и теперь всё было по-настоящему — они захватили внимание присутвующих, и ничто больше не имело значения, кроме музыки.