Pathological shock

      Старт в Порто-Корса не предвещал за собой ровным счетом ничего плохого. Единственное, на чем был сосредоточен Молния так это победа над Франческо. Обойти его на его собственной родине, было бы даже слаще, чем сделать это еще на этапе в Японии. Особенно после того личного оскорбления, что он принес ему на вечеринке через пару дней после того как естественно все участники оказались здесь. Что еще страшнее, так это то, что все видели его в том состоянии, котором никто не должен был видеть. И мог лишь поблагодарить все вышие силы, что он не попался в таком виде журналюгам.       Но, одно радовало, до самого старта они с итальяшкой больше не пересекались. Видать что-то в голове все-таки щелкнуло. Хотя ему больше казалось, что он боится вновь увидеть разъяренного МакКуина.       Большую часть этого времени парень проторчал возле дома Синьора Тополино, в деревне Карсоли. Как пояснял позже Луиджи, они с Гвидо жили здесь с рождения. Это чуть выше по скале в сторону от Ривьеры, и там намного тише, чем в праздничной Порто-Корса. А в комнате, выделенный ему дядюшкой Луиджи было так тихо, а ночью так темно, что видно звезды. Это практически ощущалось как уже ставший родным Радиатор-Спрингс. Тихий и спокойный.       Он, наконец, смог поспать больше трех часов за последние недели.       Перед непосредственным стартом все шло своим чередом. Команды проверяли досканально машины, гонщики готовились к заезду, разминались. А Франческо же... Болтал со зрителями, раздавая дамам воздушные поцелуи.       Трасса Порто-Корса была воистину живописна, но к сожалению на скорости более 150 миль в час, наслаждаться окресностями было невозможно. Однако множественные повороты, спуски и подъемы проверяли все твое мастерство вождения. Особенно полупетля, с которой улететь было как нефиг делать. Молния ощутил, что нажал на тормоз слишком рано, улетая на третье, а то и вовсе четвертое место.       «Подвисаешь в поворотах. Тормозишь рановато» – вспомнил он, когда уже было поздно думать. Но Молния только шумно набрал воздуха в легкие, сохраняя хладнокиовие. Сейчас без этого было никак.       Через 5 кругов, он заметил, что они с Франческо оторвались от остальных участников, как только проехали мост Фортуна. Похоже никто из них и не думал больше давить на тормоз. Чистое соперничество между двумя фаворитами. Финишная прямая выглядит как взлетно-посадочная полоса, когда Молния упирает рычаг переключения передач на позицию пятой. Франческо приближается. Затем всего за какую-то долю секунды, после того как он дергает ручник, когда неизвестный гибрид Корвета разворачивается боком к финишу, Бернулли оказывается сзади. Закрылки на крыше болида наскар едва успели открыться. Голубые глаза сквозь визор шлема видят, как Бернулли смотрит на него не веряще что это произошло.       Итальянец выскакивает из машины с правой стороны, прожигая взглядом МакКуина. И уже явно готовится учинить скандал в своей типичной манере жгучего итальянца. Молния стягивает шлем и с ухмылкой, подставляя локоть под глазами, отражая солнечный свет с помощью яркой апликации в виде схематичной молнии, чем слепит соперника. Трибуны ликуют даже неизвестно от чего больше. От победы или от того, что им довелось вживую увидеть легендарный жест наскаровца.       – Быть того не может! – ворчит Франческо, вскидывая руки, и щурится от солнечного лучика оппонента.       Молния лишь улыбается во все зубы. Наконец, ему хочется дышать и дышать, будто его легкие сейчас лопнут как воздушный шарик. Щеки болят от улыбки. Он чувствует себя маленьким ребенком, у которого исполнилась мечта. Он смотрит в небо с довольной улыбкой, пока краем краем не замечает прямую трансляцию с трассы, на одном из плазменных экранов.       Его глаза широко открыты. Он чувствует, как невольно его сердце дергается, когда он видит как остальные гонщики вылезают из своих машин только с помощью. Растеряно выглядят даже болиды Льюиса и Джеффа, застрявшие на мосту из-за крупной аварии. Мигель вылезает сам, а затем тянет руки к японцу, проверяя его состояние. Помогает Раулю, которого прижало к борту. Скорая помощь приезжает незамедлительно. Горвет выскакивает из машины чтобы помочь, Хэмильтон вслед за ним...       Вся картина выглядит как какой-то кошмар. Да, гонки опасный вид спорта, и аварии в них это не редкость, а уже привычное дело. Но... Такая крупная. Это так... Подозрительно? Почему на каждом этапе этого гран-при просиходит подобное происшествие? Если ранее три гонщика просто потеряли управление (и все еще слишком много случаев за раз), то вот массовая авария с участием пятерых участников, (а потом как передавали еще двоих госпитализировали чуть ранее), звучит уже не как совпадение.       Молния внутри холодеет. Его руки леденеют, несмотря на то, что он только что ощущал жару, что накрывала его вслед за победой.       Чуть позже когда Молния стоит возле местной больницы, он даже не знает чего ждет. Рядом Луиджи, сгорает от нетерпения, как и МакКуин, хочет узнать что произошло и по какой причине. Вот только если гонщик еще как-то догадывается о саботаже (не знает пока как они это провернули, но уверен в этом). То его колесный спонсор просто чувствует, что должен хотя бы узнать о самочувствии остальных участников.       Рядом Джефф мнется с ноги на ногу, пытаясь скрыть свою нервозность. Его руки в карманах желтой ветровки, глаза мечутся. Он не может найти себе места, будто действительно закинулся местными стаканчиками кофе, а может дополнительной дозой Аллинола. Льюис рядом косится на дверь, словно ожидает чего-то и переводит взгляд на наручные часы.       Выходит Камино. Его голова перемотана бинтом в области лба, пару пластырей на лице и ладонях, но это кажется все. Его выражение лица искривлено гримасой.       – Мигель? Ты как вообще? – мягко спрашивает Льюис и подбегает ближе, чтобы подать руку. Он хочет сказать, что нет ничего в том, чтобы принять помощь, но Мигель ее отклоняет одним жестом. Хэмильтон не смеет подойти ближе.       – Я-то в порядке... – хмуро произносит он. – А вот остальным повезло меньше. Сю только пришел в себя. Рауль более-менее. Максу досталось из-за удара. А Рип...       Испанец поднял взгляд на троицу коллег, и стоящего рядом Луиджи.       – Пока не объявляли, но Рипа не стало. Раны были слишком серьезные.– Мигель пришурил взгляд и выдохнул.       Все шокировано переглядываются. Данная новость уж точно не пройдет мимо. На Гран-при погиб участник...