Сила намерения

Гринготтс, Лондон, Магическая Британия Дамблдор аппарировал на площадку неподалеку от Гринготтса и напомнил себе, что кроме того, что ему нужно передать письмо Джеймса, необходимо ещё взять денег из сейфа Гарри, которым он привык пользоваться, как собственным. Он возьмет пятьсот галеонов ежемесячного содержания и на подарок к прошедшему дню рождению еще тысячу пятьсот – это хороший повод для значительной суммы, а ему нужно зелье поиска купить, да и мало ли, какие еще будут траты. Дамблдор вошел в банк и, обратившись к свободному гоблину, сказал: – Я хотел бы встретиться с управляющим делами рода Поттер. Гоблин поднял голову от гроссбуха, в котором что-то писал, и окинул достаточно презрительным взглядом очередного невежливого мага, не удосужившегося даже поздороваться. Затем задал ему вопрос: – Вам назначено? – Нет, но мне нужно с ним поговорить по делам Рода. – Если не назначено, пишите письмо, вопрос рассмотрят; если сочтут его важным, то вам назначат время для встречи. – Вы не понимаете, я Альбус Дамблдор! Я опекун наследника Рода! – гордо проговорил великий волшебник – А я Сребронякс, старший клерк зала приема. И я знаю, что это правда. А то, что вы сказали, еще нужно подтвердить, – невозмутимо продолжил гоблин, так как от руководства было распоряжение о том, что когда придет Дамблдор и будет пытаться снять деньги из сейфов Поттеров или требовать встречи с их управляющим, то его следует задержать насколько возможно, и только потом вызывать Грипхука. – У меня есть ключ от сейфа наследника, – сказал Альбус и показал его гоблину. – Разрешите, я проверю, – произнёс Сребронякс и указал на ключ в руке волшебника. – Да ради Мерлина, – и Дамблдор раздражённо передал ключ гоблину. – Этот ключ больше не действителен, – сообщил гоблин Альбусу, сделав над ним несколько сложных пассов. – Как не действителен? Почему? – изумленно вскрикнул Дамблдор, начиная потихоньку гневаться. – Понятия не имею, – сказал Сребронякс и послал все-таки вызов Грипхуку, так как клиент стал беспокоить своим поведением других посетителей банка, а здесь это было не принято. Из дверей, ведущих во внутреннюю часть банка, вышел поверенный рода Поттер и подошел к стойке, у которой стоял Дамблдор. Сначала он обратился к гоблину: – Уважаемый Сребронякс, добрый день, у банка какие-то проблемы? Тот отрицательно покачал головой, затем Грипхук повернулся в сторону волшебника и сказал: – Здравствуйте, мистер Дамблдор, вы хотели меня видеть? – Здравствуйте, мне нужно с вами поговорить о делах рода Поттер, – сказал Альбус. – Давайте пройдем в переговорную, – сказал Грипхук и открыл одну из дверей в стене, расположенной за спинами клерков общего зала. Там были небольшие кабинеты для приватных бесед с клиентами. Когда он и Дамблдор сели за стол друг напротив друга, Грипхук задал вопрос: – Так какое дело у вас к роду Поттер? – Во-первых, ключ от сейфа Гарри Поттера почему-то больше не действителен. Скажите, по какой причине? – Я не могу вам ответить на этот вопрос, это внутренние дела рода Поттер, и вас они не касаются, – спокойно произнес гоблин. – Как это не касаются! Я Альбус Дамблдор, опекун Гарри Поттера! – гневно заявил волшебник. – Должен вас разочаровать: не так давно решением Магии, названный вами волшебник перешел под попечение другого лица, о чем имеется документ, который заверен нашим банком и Отделом попечительства и родства Министерства Магии, – спокойно заявил Грипхук. – Почему я об этом ничего не знаю? – возмутился Дамблдор. – А вот это действительно странно, вы же бывший опекун наследника рода? А это включает в себя совместное проживание, заботу о благополучии и воспитании достойного наследника. Кажется, так говорится в «Положении об опеке наследников родов»? Так как же так вышло, что вы не в курсе произошедшего? – задал вопрос гоблин. – Он проживал не со мной, в другом надежном месте, – был вынужден ответить Альбус и тут же сам спросил: – К кому перешла опека? – Распоряжением лорда Поттера этот вопрос, как и все другие внутренние вопросы рода, с посторонними людьми я не обсуждаю, – ответил гоблин. – Хорошо, могу ли я передать письмо для лорда Поттера от отца Гарри? – Можете, я свяжусь с вами, если он решит на это письмо ответить. У вас ко мне всё? – Да, это всё. – Тогда я вернусь к своим делам, прощайте, мистер Дамблдор, – сказал Грипхук и ушел, не дожидаясь ответа Альбуса. ДМП, Министерство Магии, Лондон, Магическая Британия Когда мадам Боунс и ее сотрудники вернулись в отдел, то решили обобщить наблюдения, сделать выводы и наметить план дальнейших действий. – Похоже на то, – сказал Петер Ругхарт, – что этот Снейп действительно пропал. Иначе невозможно объяснить, что его не находят совы и патронусы. Но это со слов Дамблдора. Может, проверим на практике? Амелия создала своего патронуса-лабрадора, которым отправила Снейпу такое сообщение: «Профессор, это Амелия Боунс, глава ДМП, если у вас неприятности, свяжитесь со мной. Мы поможем вам с ними разобраться». Серебристый пёс вылетел из комнаты и, спустя минут пять, вернулся и голосом Амелии повторил ей её же сообщение. – Проверили, – заметил Энтони Ньюболд, – не соврал дед. – Он такой же дед, как ты ловец сборной Англии! Это профессионально отработанная маскировка, но по определенным признакам я её заметил, – сообщил Ругхарт. – С ним надо держать ухо востро. Так что мы выяснили о Снейпе? – По словам опрашиваемой, этот профессор был мрачен, несчастен и жить в замке не хотел, – сказал, заглянув в свои записи, Дермот О'Нейл. – Эта дама, конечно, сама весьма странная, но, видимо, очень за него переживает, может, влюблена? – Ха! Эта стрекоза – и влюблена? – засмеялся Ньюболд. – Ну, ты сказал! – Да ты ничего не понял, толстокожий янки. Дамочка о нем исключительно в стихах думает, это ли не любовь? – притворно мечтательным голосом произнес О'Нейл. – А ты, кикимора болотная, прям, узрел тонкие струны ее души, – съязвил Ньюболд. – Хватит, – резко прервала их пикировку Амелия, – говорите по делу! Макгонагалл утверждает, что директор каким-то образом заставил Снейпа работать в школе, вроде как у Дамблдора есть чем на него давить. Мне кажется, что профессор входил в состав Пожирателей Смерти, но я не помню, чтобы его судили. Что-то на уровне слухов, – сказала мадам Боунс и стала писать записки-самолётики и запускать их в камин. – Отправим запросы в архивы Визенгамота и Аврората, пусть соберут, что у них есть. – Надо наведаться к нему в дом, аккуратно, без помпы, через камин, – сказал Ругхарт. – Записку проверим, дом осмотрим. – Хорошо, пишу Яксли, пусть через час вскроет нам защиту на его камине, – сказала Амелия и отправила еще один самолетик. – Мы упустили еще один момент в статье Скитер, она писала про какое-то таинственное зелье, – выдал из угла, куда пересел, обидевшись на Ньюболда, О'Нейл. – Точно! Молодец, Дермот, – похвалила его Амелия и снова стала писать записку. – Карбрэя зову, пусть зайдет в департамент и расскажет, чем эдаким он там занимался. В этот момент в дверь постучали. Пришла милая девушка Фелисити Бейкер и сообщила, что в судебных архивах ничего нет, Снейп не проходил ни в одном судебном деле ни как обвиняемый, ни как свидетель. А в Аврорате она нашла только одну запись в журнале дежурного, что оперативная группа выехала на задержание Северуса Снейпа. В самом архиве ни ордера на арест или обыск, ни отчетов никаких нет. Ей сказали спасибо и отпустили. – И что это значит, я что-то пока не пойму, – спросил Ньюболд. – Это значит очень много! Мы сейчас пошлем запрос в архив Азкабана, слава Мерлину, он хранится тут, а не на острове. И тогда будем иметь полную картину, – ответила мадам Боунс во время написания последней записки. В это время подошел Фергюсон Карбрэй. Поскольку никаких клятв Грюм с него не брал, то он сотворил для ДМП копию заключения по зелью и повторил свои незадокументированные мысли о нём. – А когда Грюм принес вам это зелье? – уточнил Ругхарт. – Вчера, где-то в начале одиннадцатого. – Все участники расследования молча многозначительно переглянулись после этих слов. – Большое вам спасибо, Фергюсон, – сказала мадам Боунс, – вы нам очень помогли. – Тогда я пошел? Только у меня просьба – если вы что-то узнаете про это зелье, поделитесь со мной информацией, это самое интересное зелье, которое мне попадалось за годы работы. – Обязательно расскажем! – бодро пообещал Энтони Ньюболд, и эксперт ушел. – Исходя из времени каминных перемещений, можно сделать вывод, что Грюм взял зелье в доме Снейпа и сразу понес его в лабораторию, – озвучил общее мнение Ругхарт. В дверь снова постучали, это опять была Фелисити Бейкер. Она сказала, что в архивах Азкабана по Снейпу тоже ничего нет, есть запись в журнале коменданта о том, что 3 ноября 1981 года по устному распоряжению Верховного Чародея Визенгамота Северус Снейп был помещен в камеру на нижний уровень, а через три месяца по его же распоряжению освобожден. Ей еще раз сказали спасибо и отпустили. – Это что же получается? Дамблдор сам Снейпа в Азкабан посадил и сам отпустил? Зачем? – удивился Дермот О'Нейл. – Чтобы он был ему очень обязан. Вот почему он работает в Хогвартсе и не может оттуда уйти, – объяснил Ругхарт. – А кто этот Грюм, что с Дамблдором в дом Снейпа ходил и зелье на экспертизу приносил? – спросил О'Нейл, который работал здесь только три года с небольшим. – Бывший старший аврор, по совместительству друг Дамблдора и член его незаконной организации «Орден Феникса», которая занималась линчеванием представителей другой незаконной организации «Пожиратели Смерти» с противоположными политическими убеждениями, – просветил О'Нейла Ругхарт. – Так, может, они этого парня бедного все же пришили там у него дома и тело-то припрятали? Чего их туда-сюда носило? – выдал импульсивный ирландец О'Нейл. Ему никто не успел ответить, так как в дверь опять постучали, и вошел Яксли. – Мадам, господа, – раскланялся он, – пришел вам сообщить, что в дом Снейпа вы сегодня не попадете. Такого адреса в сети больше не существует. – Поясните, Корбин, – велела мадам Боунс. – Каминная сеть так устроена, что подключить или отключить камин волшебник сам не может. Причина во множестве сильных охранных чар, чтобы не допустить путаницы или вредоносного несанкционированного доступа. Исчезновение адреса из сети означает следующее: либо он больше физически не существует: дом вообще, или камин в частности, либо камин от сети отключён. Наши специалисты этот адрес не отключали. Следовательно, или там поработал очень высококлассный взломщик чар или даже, скорее, целая команда, либо дом разрушен. – Спасибо, Корбин, можете идти. – Мадам, господа, – снова обратился к присутствующим Яксли, – я вижу, что вы всерьез занимаетесь делом Снейпа. Если будет нужна какая-то помощь… Ему многие обязаны. Кто жизнью, кто здоровьем. Да и все слизеринцы не откажут. Если хоть что-то потребуется – обращайтесь! – Хорошо, Корбин, мы будем иметь это в виду, – ответила Амелия. Когда дверь за Яксли закрылась, Энтони Ньюболд сказал: – Хороший, наверно, парень был этот Снейп, вон, народ переживает за него. А мадам Боунс немного подумала и сказала: – Делать нечего, придется идти в дом в лоб. Время дорого. Пригласите к участию в операции авроров, все-таки это магловский район, мало ли что. И по той же причине назначим время на вечер, чтобы на улицах было поменьше народу. Ругхарт, ступайте в Аврорат, сообщите Главному аврору, что мне нужна ударная группа и человек десять в оцепление по адресу профессора Снейпа сегодня, в двадцать ноль-ноль. Прайвет-драйв, 4, Литтл Уингинг, Суррей, Магическая Британия Поскольку сегодня было воскресенье и дядя Гарри должен был быть дома, после Гринготтса Дамблдор сразу аппарировал в Литтл Уингинг. Он был изрядно зол из-за полученных новостей, потому с Дурслями не церемонился. Под дезилюминационными чарами подошел к дому, Гоменум Ревелио определил, что все трое дома. Открыв Алохоморой простейший магловский замок, сразу послал во все стороны Сомнус Максима. Потом уже прошел внутрь. Петунья обнаружилась на полу кухни, а ее муж сидел, откинув голову назад, на диване в гостиной и храпел, прикрывшись «Дейли телеграф». Альбус смахнул газету на пол и сказал: – Финита Максима, Империо. Смотреть мне в глаза, не моргать. Легилименс. – И стал просматривать воспоминания Дурсля, не тратя времени на допрос. Все оказалось хуже, чем он мог предположить. Мальчишка где-то раздобыл магическую книжку и смог сотворить беспалочковый Люмос. Дурсль, полный ненависти к волшебникам, едва не забил Поттера насмерть, а потом уволок в какой-то парк и там бросил на лавке. И было это вечером тридцать первого июля, а сейчас уже одиннадцатое августа! Одиннадцать дней он неизвестно где! При этом каким-то образом получил нового опекуна, который его где-то спрятал – видимо, от Дурслей. И про него, Альбуса, тому опекуну тоже известно, раз они меняли, то и про предыдущего им сказали. А если он провел ритуал у гоблинов… Вот тогда не только планы рухнут, но и к Альбусу будут большие вопросы. Надо что-то срочно решать с Поттерами, вот завтра кровью разживется… Детей к маглам – в приют или на усыновление, а Лили и Джеймсу придется уйти. Но кто? Самому бы не хотелось, а больше никто не в курсе, что они живы. Наемник? Всегда есть шанс, что продаст… Хотя есть один способ, правда, он совсем незаконный. Комплексное колдовство: зелье плюс заклинание. Называется «Vitae forte», что-то вроде «Жизненного шанса». Человеку полностью переписывается личность. Уснет вечером аврором Уайтом, утром проснется мистером Баубахером, который мечтал совершить кругосветное путешествие. При этом у него будут соответствующие воспоминания этого Баубахера, главное – задать ему базовые: когда родился, кто родители, где жил, где учился. А мозг каким-то образом сам додумывает остальное. Он вычитал его в старых фолиантах, когда работал на Фламеля, и даже один раз успешно провел.