Вдвоём в Море Цветов

Барбара стыдливо замерла перед ним, и губы её были слегка разомкнуты. Розовые и блестящие… Итэр ощутил внутри себя какое-то сладкое покалывающее волнение. Толи причиной всему стала взбудоражившая его раздетая соседка Барбары, толи причина была вовсе и не в ней, а в самой Пегг, вымахавшей за десяток лет в завидную невесту за которой он специально не мог поспеть на велосипеде, чтобы украдкой поглядывать сзади на её интересные места, когда она нагибалась вперёд к раме. - Эм… Что-то не так, Итэр? Ты как-то странно смотришь… И когда он успел стать таким озабоченным? Девушка, определённо, пробудила в нём намного больше, чем он заметил за время их совместной поездки по сумеречному городку. В висках его стучало, и недавний удар Розарии явно не имел к этому никакого отношения. Он сам того не заметил, как приподнялся с кровати и коснулся мягкой ладошки Барбары: - Ты… - он томно посмотрел в её чуть вытянувшееся удивлённое лицо, - я всё собирался сказать тебе: ты… ты стала невероятно красивой за время нашего отсутствия. - Э?.. Она дёрнулась и замерла с большими глазами, как парализованная. И лишь цвет её щёк, во мгновения ока сменившийся с фарфорово-белого до почти сиреневого, давал понять, что происходящее не игры богов времени. Девушка просто была максимально ошарашена такой прямотой. Потом она встрепенулась, её косы-спирали взмыли вверх, она отстранилась от Итэра, стараясь спрятать красное лицо руками и нервно захихикала: - Ах-ах… Н… Ну-у ты и шутник, конечно, - ломано и нелепо выдавила она, убегая вдаль комнаты. – Наверное, Розария и правда сильно тебя приложила, ха-ха… И… Извини ещё раз!.. - Эм… Барбара? – он окончательно сел, свесив ноги, его стопы коснулись деревянного пола. – Я… Я что-то не так сказал? - Н… Нет-нет! Всё хорошо! – стала панически оправдываться девушка. – Я… Я правда… Э… Я польщена твоей оценке…. Ох… - Э… Ты уверена? - С… Слушай, уже поздно, а тебе надо целый город пересечь. Давай завтра в школе поговорим, правда? - Ну… если хочешь, - совсем растерянный, он развёл руками. - Вот! – она резко сунула ему в охапку ворох пакетов, хотя Итэр даже не успел заметить, когда она успела всё это достать и откуда.  – Собрала вам, что смогла на первое время. Там, где с пометкой «Люмин» - просто отдашь ей, не открывая, а остальное общее, окей? - Эм… Окей… - как попугай повторил он, чувствуя, что его буквально выталкивают со всеми пожитками в сторону двери. Лицо Барбары, по ощущениям, жгло силой тысячи солнц. – Ты… Ты злишься на меня? - Не-ет! – резко и даже чуть испугано пискнула Пегг. – Ты… Ты чудесный, правда. Всё просто… Так неожиданно… Мне… Мне надо прийти в себя. П… Прости! – и их разделила дверь. – У… Увидимся завтра, Итэр! Надеюсь, дорогу ты запомнил! Всё произошло чересчур внезапно, чтобы осознать. Итэр задумчиво почесал лоб и нашёл там широкую нашлёпку пластыря после удара бутылкой. - Это… Странно… - подытожил он вслух, но входная дверь не ответила. Домой он ехал в полной прострации, пытаясь дать у себя в голове хоть какое-то вменяемое объяснение произошедшему. Барбара настолько непорочная? А может на самом деле предпочитает женщин? Или он, Итэр, сделал какое-то странное выражение лица, и она испугалась? Он решил пока не делать каких-то выводов, а подождать завтрашнего дня. Удивительно, но даже не смотря на сильную темноту и общую растерянность, колёса привезли его прямо к порогу новообретённого дома с первого раза. Будто невидимая рука вела его, пока он пытался разобраться во всём случившемся. - Хех, а вот и ты, братец, недолго гулял… - Люмин осеклась, увидев пластырь Итэра. – это ещё откуда? – лицо её вдруг стало обеспокоенным и серьёзным. - Уверена, что хочешь знать? – уклончиво спросил парень, вручая сестре все собранные Барбарой пожитки, чтоб та разбирала. – Всё равно не поверишь… Он направился сразу на кухню, набрать себе воды, Люмин засеменила следом: - Нет, я серьёзно! – с нажимом сказала она, скрещивая руки на маленькой груди. - Серьёзно, говоришь? – он усмехнулся, ловя взгляд золотистых глаз девушки. – Хм. - «Хм»? – Люмин нахмурила брови. – Что значит это твоё «хм»? Он нарочито медленно достал одну и старых бабушкиных кружок, сполоснул её под краном, наполнил водой и осушил: - Ну в общем, меня огрела бутылкой соседка Барбары, потому что нас угораздило прийти, когда выходила из душа… в полотенце, - от кое-какой информации сестру всё-таки следовало защитить. – А потом Барбара отправила меня домой, потому что ей было стыдно за всё это… - он закончил и оглянулся на слушательницу. Несколько секунд Люмин недоверчиво смотрела на него исподлобья, а потом вдруг… расхохоталась, схватившись за живот. Итэр удивился, даже больше, чем реакции Барбары на невинный комплимент. Как же давно сестра, на его памяти не смеялась так громко и искренне?.. - Ха-ха! Ой! Не могу! Бутылкой! Ты безнадёжный, ха-ха-ха! – она с размаху села на табурет, и закачалась на нём, держась одной рукой за стол. - Эй! Чего смешного-то? Больно вообще-то было! - всё же, для субординации он возмутился. - Ты никогда не умел разговаривать с женщинами, братец, - сквозь смех проблеяла Люмин. – Уверена, ты ещё и сказал её что-нибудь нелепое, до того, как она за бутылку схватилась. - Да ничего я не говорил… - едва слышно пробурчал он. – И вообще, много ты понимаешь в общении. Сама ни дня в школе не пробыла из-за здоровья своего. - Ха-ха! Даже так, шансов полюбиться кому-то у меня больше! – хлёстко парировала девчушка, хотя в обычной ситуации напоминания о домашнем обучении её скорее раздражали. - Вот и шла бы влюблять массы в своё архивеликолепие, - Итэр фыркнул. – Вернулась бы с таким же разбитым лбом, да ещё и с синяками у копчика! - А с чего бы соседке Барбары пинать меня, глупый? – да, улыбающаяся Люмин иногда была куда хуже Люмин нелюдимой… - Я же тоже девчонка. Чего я там не видела? Да и… Не могла я отпустить тебя в дом Эмбер, ты же знаешь. - Ах, это… - он, признаться, уже и забыл. – И как ТВОИ успехи? - Пф… Ничего такого, - она пожала плечами. – Тётушка сказала, что мы можем на неё положиться, если что, а сама твоя «жёнушка»… - Люмин! - В общем, эта шалашовка сейчас в каком-то тухлом походе и пока не вернулась, - завершила своё рассказ девушка. Наверное, это и было той самой причиной, по которой Люмин вернулась домой без пластыря на лбу и тех самый синяков ниже талии, подумалось про себя Итэру. - Ну вот, и стоило такой цирк закатывать, скажи мне? – вслух он, однако, сказал лишь это. - Стоило, ты же знаешь, - серьёзно сказала девушка. – Я же люблю тебя. Я там… Я там лапшу варила, можешь доесть за мной, если хочешь… Он помотал головой и демонстративно зевнул, показывая, что хочет скорее пойти в кровать: - Займись пока разбором вещей, а? Я что-то совсем вымотался… - безрадостно произнёс юноша, и Люмин, на удивление, кивнула после недолгой паузы. – В конце концов, мне завтра надо быть в школе с самого утра… Она посмотрела на него, явно желая что-то сказать, но одумалась, даже не разомкнув губ, подождала немного, а потом сказала лишь: - Думаю, там будет весело. Спокойной ночи, Итэр. - Да, спокойной… Старый городок из их общего с Люмин прошлого медленно поглощала ночь. Шли часы. Один за другим гасли огни в окнах своих и чужих… Розария недовольно ждала у запертой двери душевой, слушая шум падающей воды: - Эй, скоро ты там? – спросила, наконец, она. – Я писать хочу… и немного блевать… - соседка была как всегда бестактна и прямолинейна. - Ой! Ты… ты вернулась уже?.. – раздался с той стороны приглушённый и немного взвинченный голос Барбары. - Ты бы хоть сказала, что созрела мальчиков водить, я бы может, и где в другом месте заночевала… - Всё не так! – возмутилась Пегг. – Мы с Итэром совсем не… - Не пудри мне голову, дорогуша, ты уже три часа из-под душа не выходишь. - Надменно произнесла Розария. - А!.. Т… Ты уже так долго тут стоишь?.. – в голосе Пегг слышалась нешуточная паника вперемешку со стыдом. - Н-да, и слушаю твои детские стоны и неумелое хлюпанье, которые уже громче, чем шум воды в душе. – проворчала девушка. - Короче, у тебя пять минут, дальше я за свой мочевой пузырь не ручаюсь. Розария ушла, а Барбара осталась стыдливо стоять нагишом под плотными струями воды. Её льняные волосы были распущены и доставали до плотной маленькой груди с нежно-розовыми крохотными сосочками на широких подушках ареол. Девушка сжимала бёдра вместе, а руку держала у низа живота, будто прикрываясь от кого-то. - Итэр… - тихонько шептала опозорившаяся Барбара, медленно опускаясь на колени и склоняя голову под водяной гильотиной. – Что же… что же это за чувство?.. Ветер за окном сгонял в отару гигантские чёрные облака, закручивая их, сжимая, преобразовывая во что-то иное. - Я дома, - девушка по имени Эмбер прислонила к стене тяжёлый походный рюкзак и зевнула. – Прости, мы с Эолой заболтались у калитки. Ты не спишь, мам? Что-то случилось? - Эмбер, дорогуша, - женщина подошла к ней и обняла, - ты не поверишь, кто сегодня вернулся… Старое раздвоенное дерево росло на пригорке, с которого были видны дома близнецов и Эмбер. Кто-то крохотный сидел сейчас на одной из его ветвей, обращённый лицом к их окнам. Маленькая бродяжка в белом комбинезоне и синем шарфе взметнула в небо тонкую ладонь, и облака расступились, словно повинуясь её воле. Мириады чарующих путеводных звёзд раскинулись над спящим городом: - Что бы ни случилось, для вас всегда найдётся место на небосводе Тейвата, - тихо улыбнулась Паймон. - Ты спишь, Итэр? – Люмин вошла без стука, как и всегда. Он не спал, сон предательски отступил, стоило ему лишь коснуться своей новой кровати. Сейчас он просто лежал на спине, убрав за голову руки, и размышлял о завтрашнем дне, о сестре, об Эмбер и… о Барбаре… Слишком много странного успело произойти с ним в этом городе, но впечатления всё равно были скорее хорошими, многообещающими. В тот миг, когда он прокручивал в голове события прошедшего дня, темнота за окном неожиданно сменилась звёздным светом. Будто кто-то расчистил небо для него перед новым большим днём. - На, - Люмин бросила в него чем-то, и он, на удивление, поймал. - Что это? - Не видишь, что ли, мерная лента, - чуть раздражённо сказала сестра. – Она была в одном из пакетов, что ты принёс. Рядом с твоей школьной формой. И я… Я готова! Она стала, странно расставив руки и ноги, словно робот. Итэр лишь сейчас заметил, что вместо одежды на ней было ночное платьице из тонкой, но не просматриваемой ткани. Он не помнил у Люмин такого. - К чему готова? – он непонятливо моргнул, глядя на сестру в лунном и звёздном свету. - Я много думала сегодня… - томно сказала она. - Я… Не хочу оставлять тебя одного. Поэтому разрешаю. Сними их с меня… Слова прогремели словно удар хлыста. Зачатки сонливости в его голове исчезли. Появилось на их месте нечто… другое. - Что?.. – глаза его нервно забегали. - Мерки, дурак, - надула губы Люмин. – Сними с меня мерки. Я хочу начать ходить в школу, как ты… Она сделала шаг к нему. Сердце её бешено колотилось. Итэр улыбнулся: - Какая ты у меня глупая, всё-таки… - Взаимно, дурачок… - она тоже улыбнулась ему. КОНЕЦ НУЛЕВОГО ДНЯ.