Пэйринг и персонажи
Описание
Чонин устраивается секретарём в «Red Line» — компанию, где дисциплина и молчание стоят дороже эмоций. Его новый начальник, Ким Сынмин, с первого взгляда кажется идеалом — и кошмаром одновременно.
Он безупречен, холоден, не допускает ошибок.
Но между ними с первой недели возникает напряжение.
Сначала — в переписках («Кофе. Без сахара.» / «Вы уже получили отчёт. Через 10 минут напомню.»).
Потом — во взглядах.
А затем — в прикосновениях, которые никто из них не должен был позволить.
Кто тебе это слил?
03 ноября 2025, 04:27
Офис «Red Line» гудел как улей.
Сотрудники проходили по коридору с опущенными взглядами — слухи разлетелись быстрее, чем факсы по отделам.
Вчера вечером в сеть утекла презентация закрытого проекта «CrownDeal».
Файл с пометкой только для внутренних лиц.
Файл, к которому имели доступ — два человека.
Ким Сынмин.
И его секретарь.
Когда дверь кабинета хлопнула, звук был как выстрел.
Чонин стоял у стола, держа планшет.
Он уже понял, что что-то не так — в воздухе чувствовалось напряжение, от которого хотелось либо бежать, либо кричать.
— Объясни мне, нахрена, — Сынмин говорил спокойно, но от его голоса всё внутри холодело, — нахрена, Ян, кто-то из отдела безопасности нашёл след твоего аккаунта в доступе к документу?
— Простите? — Чонин замер. — Вы хотите сказать, что я…
— Я хочу сказать, что без твоего ID этот файл не могли открыть.
Пауза.
Сынмин сделал шаг ближе, его глаза были тёмными, как графит.
— Говори. Кто тебе это слил? Или ты сам решил поиграть в героя?
— Я не сливал ничего. Я проверял структуру доступа, вы же сами просили оптимизировать систему.
— Не пизди мне сейчас про систему, — резко бросил Сынмин. — Ты был в папке в 22:43. Через двадцать минут файл уже гулял по анонимным чатам. Совпадение?
Чонин сжал планшет сильнее.
— Возможно, кто-то воспользовался моим логином.
— Это стандартная отмазка.
— Это правда, — твёрдо сказал он. — Вы можете проверить IP.
Сынмин ударил ладонью по столу — звук отдался эхом.
— Проверю. И если окажется, что ты врёшь, я лично сделаю так, что тебя не возьмут даже в колл-центр.
(В голосе не было ярости. Только холод. И от этого было страшнее.)
— Зачем вам это, мистер Ким? — спокойно, но с горечью в голосе. — Зачем вы сразу думаете, что это я?
— Потому что я никому больше не доверяю.
Молчание.
Оно было острым, как стекло.
— Тогда зря вы вообще наняли секретаря, — тихо произнёс Чонин. — Если всё равно видите во всех врагов.
Сынмин резко поднял голову.
— Осторожнее с тоном.
— Я просто сказал правду.
— Правда в том, что ты мог подставить всю компанию.
— А ваша правда в том, что проще обвинить младшего, чем признать, что в системе есть дыра.
(Чонин не хотел говорить это. Но слова вылетали сами — острые, злые, честные.)
Сынмин подошёл ближе.
Так близко, что между ними остался только стол и воздух, густой от напряжения.
— Ты понятия не имеешь, что значит держать на себе сотни людей, Ян.
— Может, и не имею, — Чонин поднял взгляд. — Но зато я знаю, каково это — делать всё идеально и всё равно быть виноватым.
Сынмин сжал челюсть.
— Убирайся.
— Что?
— Я сказал — убирайся нахрен из моего кабинета, пока я не сказал хуже.
Голос был сдержан, но дрожал.
От злости. От усталости. От чего-то другого, что он не хотел даже назвать.
Чонин сделал шаг назад.
На мгновение в его глазах мелькнула боль — настоящая, без вызова.
Он кивнул.
— Хорошо. Если вам нужно найти виновного — ищите. Но не ищите меня среди тех, кто вас предаст.
И вышел, не хлопнув дверью.
Просто ушёл — тихо, как будто вырезал кусок воздуха из комнаты.
Оставшись один, Сынмин ударил по столу кулаком.
Стопка бумаг разлетелась, вино на дне бокала качнулось, почти пролилось.
— Чёрт… — выдохнул он. — Чёрт, Ян.
Он хотел позвонить — но не сделал этого.
Слишком гордо. Слишком больно.
А вечером, когда служба безопасности прислала отчёт, внизу, в мелком шрифте, стояло:
“Взлом осуществлён с внешнего IP. Доступ мистера Яна использован удалённо. Пользователь не виновен.”
Он уставился на экран и почувствовал, как что-то внутри — привычно холодное и чёрное — впервые треснуло.
(А внизу, в архиве, на камере наблюдения мелькнула фигура Чонина — сидит один, уткнувшись в документы, глаза покрасневшие, но не от вины. От обиды.)
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.