Не мой тип... или?

Когда Сергей добрался до дома, усталость навалилась всей тяжестью. Казалось, что этот день длился неделю. Он разулся прямо в коридоре, не включая свет, и прошёл в гостиную. Опустился на диван и сразу откинулся назад, закинув голову, глядя в потолок. В теле было приятное истощение, а в голове — клубок мыслей. Он вспоминал глаза Алекса у подъезда, его обиженное, но тёплое выражение. Вспоминал, как хотел сказать больше... но промолчал. Телефон на столе завибрировал. Сергей с неохотой потянулся и глянул на экран. Марк. — Алло, — хрипловато отозвался он. — Ого, ты не спишь? — весело прозвучало в трубке. — Я тут подумал: ночь длинная, выходной, давай встретимся, пропустим по бокалу? Сергей бросил взгляд на часы. Почти полночь. Он на секунду задумался, потом медленно выдохнул. — Давай... Бар был полупустым, свет приглушённый, на фоне играла спокойная музыка. Сергей сидел, облокотившись на стойку, с бокалом в руке. Взгляд — серьёзный, немного отрешённый. Он не разговаривал особо, просто медленно тянул напиток, будто ловил вкус не в алкоголе, а в собственных мыслях. Марк глянул на него, приподняв бровь. — Эй, ты чего такой мрачный? У тебя лицо как у человека, который только что похоронил надежду. Сергей чуть улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. — Всё нормально, — сказал он просто. — Ага, я вижу. Ты всегда "нормально", когда в тебе буря. Что случилось? Сергей отпил ещё глоток. Глаза устремлены в точку на столе. — Просто... думаю... Марк ещё несколько минут наблюдал за Сергеем, потом отложил бокал и, не выдержав, прямо спросил. — Слушай, а вы с Алексом что, поссорились? Сергей тут же покачал головой, не задумываясь. — Нет. Всё нормально. Марк приподнял бровь, явно не удовлетворённый таким ответом. — Нормально? Ты сейчас сидишь с таким лицом, будто тебе кто-то любимую кружку разбил и жизнь пошла под откос. Если вы не ссорились, тогда что за кислое выражение? Ты на собственную тень смотришь, как будто она тебя предала. Сергей усмехнулся уголком губ, но в глазах по-прежнему плыло что-то тяжёлое. — Просто думаю... Знаешь, как бывает. Вроде всё хорошо, а внутри — неотвеченный вопрос. Или не сказанные слова. Марк наклонился чуть ближе, со смесью дружеской иронии и заботы. — Ага. Значит, всё-таки не ссорились. Но ты сам с собой устроил драму. Ну ты даёшь, Серёга. Может, тебе нужен не бар, а сеанс у психотерапевта? Сергей вздохнул и посмотрел на Марка чуть мягче. — Нет. Мне просто нужно немного тишины и пару честных ответов. А пока — пусть будет бар. — И кислое лицо, — добавил Марк. — И оно. В комплекте. Марк откинулся на спинку барного стула, делая очередной глоток, и закатил глаза от скуки: — Ну ты и зануда сегодня, Серёг. Прямо на философа похож. Бар, ночь, алкоголь, а ты — взгляд в бесконечность и мысли о высоком. Сергей хмыкнул. — Уж извини, что не развлекаю как по сценарию. Марк покосился на него с усмешкой и, слегка прищурившись, с тем самым выражением, с каким обычно задают провокационные вопросы, бросил. — Ладно, философ. А если не секрет... когда у тебя с Алексом был секс? Сергей повернул к нему голову и, не моргнув, спокойно ответил. — Недавно. Марк на секунду завис, потом широко расплылся в ухмылке. — Ну вот, наконец-то оживился. А я уже думал, что вы до сих пор друг другу стихи читаете и за ручку держитесь под одеялом. Сергей скривился, но сдержал улыбку. — Мы и это делаем. Что, завидуешь? — Ещё как. Особенно части со стихами. Это ж как сценарий к сериалу — и драма, и романтика, и сцены 18+. Сергей покачал головой. — Ты неисправим. — А ты — впервые с таким серьёзным лицом говоришь про личное. Сергей замолчал, только улыбнулся чуть тише — уже не грустно, а по-настоящему. Марк, почувствовав, что наконец зацепил что-то настоящее, отставил бокал и чуть подался вперёд, опершись локтями о барную стойку. В глазах у него блеснул азарт — не ехидный, а скорее дружеский, цепкий интерес, как у человека, который давно хотел понять, что там у его товарища происходит на самом деле. — Ладно, ну-ка рассказывай, — начал он, прищурившись. — Этот твой Алекс.. сколько ему лет? Сергей фыркнул, но ответил. — Младше меня. Немного. Но голова на месте. — Ага. — хмыкнул Марк. — И чё, вы прямо... любите друг друга? Сергей замолчал на секунду. Потом поднял взгляд и, не отводя глаз, тихо сказал. — Я люблю его. Марк приподнял брови, но ничего не сказал. Только жестом предложил продолжить. Сергей чуть опустил глаза. — Но я не знаю... любит ли он меня. Наступила короткая тишина. Марк кивнул медленно, обдуманно, потом пожал плечами: — Слушай, ну... я, конечно, не эксперт по романтике, но один фиг скажу: вряд ли кто-то будет так к тебе относиться, если не любит. Особенно Алекс. Судя по тому, как ты про него говоришь — он не из тех, кто просто так в постель лезет. И уж тем более — не будет заботиться, держать, прикрывать, переживать. Сергей внимательно смотрел на Марка, и в глазах у него теплилось что-то благодарное, хотя он старался не показывать. Марк допил из бокала, хлопнул его о стойку и добавил. — Секс — это одно. А вот быть рядом, когда ты валишься, когда ты невыносимый, упрямый и делаешь вид, что всё нормально — это уже про чувства. Настоящие. Сергей выдохнул и тихо произнёс: — Тогда... может, и правда. — Не может, — усмехнулся Марк. — А точно. Ты просто боишься спросить в лоб. Но он, скорее всего, уже всё сказал — просто не словами. Сергей вздохнул, глянул в сторону выхода и тихо пробормотал. — Пойду перекурю. Марк тут же повернулся к нему с выражением строгого "старшего брата": — Ты что, издеваешься? Ты же клялся мне, что завязал с этим раз и навсегда! Сергей пожал плечами, не слишком убедительно. — Один раз. Голова забита. Марк фыркнул. — Ага, начинается: "один раз", потом второй, потом снова на три пачки в неделю. Знаю я твои "один раз". Сергей ничего не ответил, только кивнул и чуть склонил голову — признал. Марк вздохнул, сделав последний глоток из бокала. — И ещё, между прочим... Твои тренеры уже заждались. В зале прямо спрашивают, когда Серёжка снова соизволит вернуться и начать не только любить, но и качаться. Сергей хмыкнул, усмехнувшись. — Да ладно, скучали, что ли? — Ага. — А, да, кстати... В зал снова вернулся тот ёбнутый тренер. Ну, как все говорят — легендарный придира и моральный разрушитель. Сергей приподнял бровь. — Серьёзно? Этот мудила опять там? Марк кивнул с видом обречённого. — Ага. Уже успел прикопаться к Артёму за носки и к Олегу за то, что тот дышит "не по методике". Все в панике. Ты возвращайся пораньше — будет кого подставить вместо себя. — Ну отлично. Этот придурок опять будет ко мне цепляться. Как будто у него по расписанию — каждый мой подход к турнику и обязательно комментарий из ада. Марк усмехнулся. — Зато, может, выговорит всё, что ты Алексу стесняешься сказать. Сергей бросил в него салфеткой. — Лучше бы он научился говорить молча. — Или хотя бы махать табличками. "Ты слаб" — и всё понятно. Оба рассмеялись, и вечер уже не казался таким тяжёлым. Сергей вышел на улицу, закурил и на минуту прикрыл глаза, позволяя себе короткое одиночество. Вечерний воздух был прохладным, а дым — горьким, как воспоминания. Он выкурил не торопясь, затяжка за затяжкой, будто прокручивая все разговоры с Алексом и с Марком разом. Вернувшись обратно в бар, он бросил куртку на спинку стула и плюхнулся на своё место, делая вид, что ничего не произошло. Но Марк уже смотрел на него с прищуром, скрестив руки. — Ну что, довольный? — буркнул он. — Минус десять минут жизни, плюс запах, и всё это ради чего? Ради "одного раза"? Сергей только пожал плечами, отпивая из бокала. — Расслабься. Я же не пачку выдул. — Всё равно завязывай, — серьёзно сказал Марк. — Когда в зал вернёшься, эти сигареты будут только мешать. Дыхалка — в ноль, выносливость — как у кактуса. А организм... ты же сам знаешь. Травишь себя и думаешь, что всё сойдёт с рук. Сергей тихо выдохнул, не споря. Он знал, что Марк прав. — Подумай, — сказал Марк, вставая из-за стола. — Ты упрямый, как баран, я знаю. Но иногда даже баранам полезно включать голову, а не только рожки. Сергей усмехнулся и тоже поднялся. — Ладно, Марк. Я... правда подумаю. Серьёзно. — Вот это уже звучит как начало взрослой жизни, — кивнул Марк, хлопнув его по плечу. — Не теряй себя, понял? — Не собирался. Они разошлись на углу — каждый в свою сторону. Ночь была тёплой, улицы почти опустевшие, и в одиночестве дорога до дома вдруг показалась Сергею особенно длинной. Он шёл, глядя в асфальт, не торопясь. Мысли снова вернулись к Алексу. "Что он сейчас делает?" "Думает ли обо мне?" "Помнит ли ту ночь... или пытается забыть?" Сергей вздохнул, остановился на перекрёстке и уставился в небо. Было тихо, будто весь город заснул, оставив его наедине с этим ощущением — желания быть рядом. Просто рядом. В это время Алекс сидел у себя дома на диване, закутавшись в плед, с чашкой чая и включённым сериалом, который он даже не собирался смотреть. Романтическая драма, полный штампованных диалогов, но почему-то — цепляла. На экране разворачивалась страстная сцена: мужчина ласкал женщину, целовал её шею, медленно спускался ниже... Алекс резко выдохнул. Эта сцена вдруг напомнила ту самую ночь — ту, когда всё было наперекор здравому смыслу. Когда он прижимал к себе Сергея, и тот был одновременно не собой... и слишком настоящим. Эти прикосновения, горячие пальцы, дыхание — всё вернулось в памяти. На экране мужчина теперь целовал грудь женщины, медленно проводя языком по её соску. Алекс почувствовал, как по его телу пробежал лёгкий трепет. Он колебался секунду, потом, слегка смущаясь, провёл пальцами по собственным соскам, представляя, что это Сергей... Сначала осторожно, потом увереннее. Алекс тихо застонал, его пальцы всё настойчивее скользили по чувствительным соскам, слегка сжимая и пощипывая их. Тело отзывалось мгновенно — по животу разлилось тепло, а между ног появилась знакомая тяжесть. Он невольно провёл ладонью вниз, ощутив, как под тонкой тканью шорт уже явно проступает возбуждение. "Серёжа..." В воображении он снова чувствовал его прикосновения — грубоватые, но такие умелые. Вспомнил, как тот прижимал его к стене, целовал так жадно, будто хотел вдохнуть его всего. Как его пальцы скользили по коже, оставляя мурашки... Алекс закусил губу, рука уже настойчиво ласкала себя через ткань. Он хотел больше. Сбросив одеяло, он расстегнул шорты и наконец прикоснулся к себе, уже полностью твёрдому. Лёгкий стон вырвался из его губ, когда пальцы обхватили горячую плоть. "Если бы он был здесь..." Он представил его тяжёлый взгляд, тёмный и голодный, его крупную ладонь, обхватывающую его вместо его собственной... Движения стали быстрее, дыхание — прерывистее. Алекс откинул голову на подушку, сжимая веки. — Серё...жа... — прошептал он, и имя сорвалось с губ почти как молитва. В голове вспыхнули образы: их сплетённые тела, шёпот в темноте, губы Сергея на его шее... Он задержал дыхание — и через секунду волна накрыла его, оставив после себя только тихий стон и быстро бьющееся сердце. Алекс лежал, глядя в потолок, и думал об одном: Когда же он снова его увидит? А Сергей подходил к своему дому, глядя вверх, где в одном из окон мог бы быть свет. И думал: "Может, стоит просто ему позвонить? Сейчас. Без повода. Только потому что скучаю." Сергей наконец добрался до дома. Дверь мягко щёлкнула за его спиной, и тишина захлопнула его в собственное пространство — в полумрак, пахнущий чуть выветрившимся кофе и уютом, который сам же создал, но сегодня он казался чужим. Он сбросил кеды, повесил куртку и прошёл вглубь квартиры, остановившись у окна. В руке уже был телефон. Палец будто сам собой завис над именем "Алекс" в списке контактов. Он смотрел на экран, будто от этого зависело что-то важное. А может, так и было. "Позвонить?" Он тяжело выдохнул, сел на край дивана, наклонившись вперёд, уставившись в одну точку. Мыслей было слишком много и слишком мало одновременно. Всё, что приходило в голову, упиралось в один вопрос: "А вдруг он уже спит?" Сейчас — почти час ночи. Алекс мог закутаться в плед, выключить сериал и заснуть, усталый после дня и впечатлений. И если Сергей позвонит — может разбудить. И что тогда? Взорвёт этот покой? Или... сделает всё только хуже? "А может, он тоже лежит с телефоном в руках и думает, звонить ли мне..." Но что-то останавливало. Та самая граница между "просто друг" и "что-то большее". Позвонить — значило пересечь её. Хоть чуть-чуть. Сергей уставился в экран. Его палец всё ещё завис над кнопкой вызова. Он даже не дышал. И так сидел, не зная, чего боится больше — разбудить... или услышать равнодушное "алло". Сергей продолжал сидеть, глядя в экран телефона, как будто тот вот-вот сам подскажет правильное решение. Имя "Алекс" горело прямо перед глазами, притягивая, вызывая желание нажать... но пальцы так и не двигались. Он глубоко вдохнул, провёл рукой по лицу, по волосам — нерешительность, редкое для него состояние, медленно выматывало изнутри. Очень хочу услышать его голос… Просто спросить, как он. Сказать, что думаю. Что скучаю. Мысль билась внутри, навязчивая, тёплая, и от этого — ещё опаснее. Но потом он глянул на часы. Почти час ночи. Поздно. Слишком поздно. "Он, наверное, уже спит... Устал после дня, после нас, после всего. Если я позвоню, и он проснётся, будет раздражён или просто уставший... я же всё испорчу. А я не хочу мешать ему отдыхать..." Сергей ещё секунду смотрел на экран, потом тихо, почти с грустью, нажал кнопку блокировки. Телефон погас. Комната снова стала тёмной. Он откинулся назад, уставившись в потолок. Внутри было пусто — та самая тишина, когда ты сделал вроде бы правильный выбор... но всё равно чувствуешь себя потерянным. "Завтра. Я напишу ему завтра." А пока — пусть Алекс спит спокойно. Пусть хотя бы один из них этой ночью не будет думать, что упустил момент. Утро наступило слишком быстро. Будильник завибрировал на тумбочке, и Сергей, не открывая глаз, наощупь выключил его, перевернувшись на спину. Под потолком всё ещё гулял тусклый свет рассвета, но в его голове — туман. Он почти не спал. Всю ночь переворачивался с боку на бок, то закрывая глаза и надеясь, что сон придёт, то снова хватаясь за телефон, смотря на имя «Алекс» в контактах, перечитывая старые переписки и пытаясь уговорить себя просто забыть про это хотя бы до утра. Но не забыл. И не заснул. Теперь он сидел на краю кровати, в футболке, перекрученной за ночь, с взъерошенными волосами и мутным взглядом, в котором отражалась недосказанность прошедшего вечера. "Надо было всё-таки позвонить..." Он встал, потянулся, зевнул — длинно, уставшее, и пошёл на кухню варить крепкий кофе, в котором теперь нуждался не просто как в напитке, а как в средстве спасения от себя самого. К полудню Сергей так и не смог нормально прийти в себя. После утреннего кофе он побродил по квартире, без толку потыкал в телефон, полистал ленту новостей, но всё равно чувствовал себя разбитым. Тело требовало сна, но разум крутил мысли по кругу. В итоге он снова оказался в кровати, лежал на спине, глядя в потолок и отчаянно пытаясь заснуть — хоть на полчаса. И вдруг — звонок. Телефон завибрировал прямо на подушке рядом. Сергей резко вздрогнул, повернулся, и когда увидел на экране имя Алекс, сердце сделало короткий скачок. Он немного растерялся — словно не ожидал, что это действительно произойдёт. Но всё же ответил. — Алло... — голос у него был сонный, хрипловатый. На другом конце провода раздался знакомый, спокойный голос Алекса: — Привет. Надеюсь, не разбудил? — Не... не совсем, — пробормотал Сергей, сев в кровати, потирая лицо. — Что-то случилось? — Нет, — ответил Алекс. — Просто… Лена дома не выдержала, опять тянет куда-то. Говорит, что нам срочно нужно всем прогуляться, пока погода нормальная. Ты как, в силах выбраться? Сергей чуть улыбнулся, хоть и через зевок. — Ну, если ради спасения человечества — то, наверное, да. Ты... тоже идёшь? — Конечно. Я как раз подумал, что... ну, будет повод увидеться. Без Лениных заброшек, обещаю. Сергей замер на секунду, затем мягко ответил. — Тогда точно иду. Прогулка началась уже ближе к часу. Лена болтала без умолку, Алекс время от времени вставлял что-то сухое и меткое, а Сергей... плёлся рядом, прищурившись от дневного света, чуть не спотыкаясь на ровном месте. — Ты в порядке вообще? — спросил Алекс, подойдя ближе, когда Лена на пару минут отвлеклась на разговор с кем-то в парке. Сергей зевнул, прикрывая рот рукой. — Я как кот после бессонной ночи. Только без мяуканья. Хотя... и это под настроение могу. Алекс усмехнулся. — Всё-таки не звонил, да? Сергей удивлённо посмотрел на него. — Откуда ты... — Интуиция, — перебил его Алекс. — И твой вид сейчас — как у человека, который всю ночь боролся с телефоном. Сергей чуть потупился, но кивнул. — А ты... ждал? Алекс посмотрел на него мягко. — Может быть. А может, и сам хотел набрать, но... решил дождаться утра. Сергей едва заметно улыбнулся, и, хоть глаза всё ещё слипались, на сердце стало как-то легче. Он снова шёл рядом. И снова не один. Они продолжали идти по парковой аллее, солнечные лучи мягко пробивались сквозь кроны деревьев, вокруг гуляли люди, смеялись дети — всё было мирно и почти идиллично. Лена что-то увлечённо рассказывала о новой дурацкой теории из интернета, Алекс слушал вполуха, а Сергей... снова погрузился в мысли. Он краем глаза наблюдал за Алексом: за тем, как тот идёт чуть впереди, как иногда поправляет ворот куртки, как кидает взгляд в сторону Лены с лёгкой усмешкой. Внутри у Сергея всё снова сжалось — от нежности, от тоски, от чувства, которое так и не дал себе сказать вслух. "Как же ты мне нравишься, трахнул бы тебя прямо здесь в кустах..." Он слишком углубился в эти мысли, и в следующий момент — совершенно не заметил корень, который предательски торчал из земли прямо на тропинке. — Ой, твою... — выдохнул Сергей, когда нога подломилась, и он с глухим шлёп рухнул прямо на землю, распластавшись, как герой мультика. На секунду повисла тишина. И тут — истерический, неконтролируемый смех Лены. — АААА! СЕРЁЖА! — она согнулась пополам, держась за живот. — Ты как дерево на сруб! АХАХАХА! Это было эпично! Алекс подошёл ближе, сдерживая улыбку, протянул руку. — Ты в порядке, дуб растущий? Сергей, лёжа на животе, фыркнул в землю. — Угу... Только гордость ушиб. И чуть-чуть позвоночник. Алекс помог ему подняться, стряхнул с плеча пыль и, улыбаясь, тихо добавил. — В следующий раз смотри под ноги. Сергей только покачал головой, криво усмехаясь. "Ну да. Я иду, думаю о тебе — и падаю." Лена всё ещё смеясь, вытирала слёзы с глаз, пытаясь отдышаться: — Серёжа... боже, как ты грохнулся! Это... это надо было заснять! Сергей уже стоял, опираясь на Алекса, пытаясь сохранить остатки достоинства. Он улыбался — усталой, кривоватой, но живой улыбкой. А Лена, всё ещё смеясь, обернулась к ним. — Ну вот, теперь мне точно день удался! Ой, Серёж, а ты когда падал, такой звук издал, как будто... БУХ! Всё произошло за секунду. Лена, обернувшись к ребятам, не заметила массивный фонарный столб прямо у себя на пути и с размаху врезалась в него лбом. — ОХ, МАТЬ! — выкрикнула она, отшатнувшись, хватаясь за лоб. — Это что за подстава?! На пару секунд повисла абсолютная тишина. А потом... Сергей разразился смехом — громким, искренним, почти злорадным: — Вот теперь мы квиты! Алекс, не удержавшись, тоже прыснул в кулак, едва сдерживая смех. — Карма работает моментально. Лена, всё ещё потирая лоб, с видом мученицы прошипела. — Ау... я отдала всё, что могла, в борьбе с системой. Сергей склонился к ней, делая вид, что успокаивает. — Всё, всё... Шутки кончились, теперь мы ищем мягкие тропинки. Без фанарей и камней. И они пошли дальше — втроём, по лёгкому весеннему парку, неся с собой воспоминания, больные лбы и что-то, что с каждой минутой становилось только теплее. Лена поправляла волосы, всё ещё тихо хихикая. — Ну теперь точно: день официально удачный. Кто-то падает от камней, кто-то — от фонарей. Баланс вселенной восстановлен. Алекс слегка усмехнулся. — Осталось, чтобы я споткнулся об голубя, и будет полный комплект. — Не зарекайся, — фыркнул Сергей. — Я уже ничему не удивлюсь. Сегодня, похоже, день "ударов по эго". Лена внезапно остановилась, посмотрела на них с прищуром: — А вы заметили, что как только вы вдвоём рядом — обязательно кто-то падает? Алекс вскинул бровь. — Это ты сейчас к чему? — К тому, — протянула Лена, — что химия у вас такая, что аж гравитацию нарушает. Я рядом — и всё вокруг начинает с ума сходить. Может, вам уже пора признаться, что вы не просто "коллеги"? Сергей чуть покраснел, отвёл взгляд. Алекс тоже не ответил сразу, только выдохнул, посмотрев на Сергея краем глаза. Лена вскинула руки. — Всё-всё, молчу. Только знайте: если я ещё раз врежусь во что-нибудь из-за ваших страстей — буду требовать компенсацию. Пирожным. И шоколадом. Много. — Договорились, — буркнул Сергей, уже с улыбкой. Они продолжили путь, и теперь в их шаге была какая-то лёгкость. Как будто смех, падения и даже врезание в фонарь — всё это стало не просто неловким моментом, а маленьким этапом чего-то большего. Что-то начало расшевеливаться между ними. Может, пока без слов. Но уже определённо — не просто дружба. Когда солнце уже клонилось к закату, а прогулка подошла к концу, они вышли с аллеи. Лена остановилась, оглядела обоих парней и с самым серьёзным видом объявила. — Так. Первым провожаем Серёжу. — Почему? — удивился Сергей, приподняв бровь. — Я что-то сделал не так? — Нет, просто мне с Алексом надо... поговорить, — ответила Лена, явно с намёком, глянув на Алекса с выражением "ты понял". Алекс чуть нахмурился, но кивнул. — Ладно. Без интриг только. Сергей пожал плечами, будто не придавая значения, но внутри что-то кольнуло. Он обернулся, глядя на Алекса. — Ну, тогда... до связи? — До связи, — кивнул тот. Сергей ушёл, обернувшись только один раз, на секунду задержав взгляд. Алекс смотрел ему вслед. А Лена — на Алекса. Когда они пошли дальше, уже вдвоём, тишина повисла между ними. Лена молчала до самого поворота. И только у двери подъезда Алекса заговорила. — Знаешь, что я тебе скажу? Алекс посмотрел на неё с лёгким подозрением. — Что, опять психология в тапочках? — Нет, — усмехнулась она. — Серёжа... похоже, в тебя влюблён. Алекс чуть застыл. Не удивился. Но замер — на долю секунды. — Ты уверена? — тихо спросил он, почти не глядя ей в глаза. — Ага. Я — женщина. Я вижу. Ты — его якорь. Он всё время к тебе тянется. Даже когда злится. Даже когда молчит. Даже когда падает на землю лицом. Это не просто дружба, Алекс. — Я... Надеюсь что это правда... Лена мягко улыбнулась. —Только не упусти это. Он и так тебя почти зовёт глазами. Алекс кивнул, опустив взгляд. — Я не упущу. Когда дверь квартиры закрылась за ним, Алекс остался стоять в тишине. Несколько секунд — просто слушал, как щёлкнул замок, как настала полная, домашняя тишина. Тишина, в которой он остался один... и с очень громкой мыслью. Он медленно прислонился спиной к двери, как будто хотел, чтобы она удержала его, дала опору. А потом просто скользнул вниз, пока не оказался сидящим на полу, поджав ноги, с телефоном в руке, но не глядя на экран. В груди что-то стучало — не громко, не тревожно, но сильно. Как будто внутри проснулся новый ритм. Лена не сказала это случайно. Она видела. Чувствовала. "Серёжа, возможно, любит меня." Алекс закрыл глаза, прижав затылок к двери. На щеках появился лёгкий, почти детский румянец. Он не заметил сразу. Только когда лицо чуть вспыхнуло от тепла — понял, что улыбается. Тихо. Неуверенно. Но по-настоящему. "А если это правда? Если он действительно..." Он вздохнул, сжал колени и позволил себе задержаться в этом моменте. В этой мысли. В этом тепле. Потому что впервые за долгое время, одиночество в квартире больше не ощущалось холодным.