Тридцать один пропущенный звонок

***

– Блять, Серый, вставай!       Юра рывком открывает дверь в комнату сына. Пусто. И как это понимать? Он даже за дверь заглядывает, но и там подростка не находит. Что за бред?       Проснулся он час назад. Законный выходной в теплом семейном кругу. Вот если бы ему лет десять назад сказали: " Юра, ты пидрила и у тебя будет ахуенная семья"– он бы челюсть сломал говорившему. Нет, ну он и заднеприводные! Ебу дали?! Но сейчас, выкарабкиваясь из под Уралова, он чувствует себя и счастливым, и идиотом за всё сказаное ранее.       Как принять себя? Он и сам не знает. Изначально он принял сына. Лет пять так назад Серёжа не выдержал очередного оскорбления в адрес гомосексуалов, высказал всё, что думал. Признался в ориентации. Был скандал. Юра много гадостей наговорил, сожалеет по сей день. Тогда Татищев младший уехал к себе и не появлялся в зоне видимости три месяца. Потом были разговоры; с Сережей, с Костей, с Данисом, с самим собой. Вся эта история закончилась этим– хеппи эндом, которому Челябинск рад. Гей? Ну и ладно, зато какой! Сын гей? Ну и заебись, вообще кайф!       Рассказавать это нет смысла. Мы говорим о нынешнем, а былое пусть останется былым. Сейчас Татищев в недоумении бредет на кухню, где уже сидел сонный Костя. Екатеринбург носом в тарелку клюёт, вот-вот свалится в геркулес. – А где Серёжа?– спрашивает он у Костика, что сейчас вообще не в ресурсе. – А?...– спустя какие-то секунды загрузки хрипит мужчина. — Серый!– оставляет его Юра, уходя в гостиную, но ничего, кроме расправленого дивана, он там не находит.       Болкон пусть, как и ванная с туалетом. Решив, что он мог заглянуть к Кате, он отправляется в комнату к доске. Она спит, чуть ли не до носа закутавшись в одеяло. Картина милая, но у нас пропал ребёнок.       Девочка спит чутко, так что глаза открывается сразу. Ну и Юрин крик помог, конечно. Он в кровати вертится, на отца растерянно смотрит. В коридоре шоркает Уралов, направляясь к остальным жильцам. – Пап?– зевать малышка,– Что-то случилось? – Доброе утро,– говорит он, ещё раз окидывая комнату взглядом,– ты Серёжу не видела? – Он за хлебом вроде пошёл?– отвечает девочка, потирая сонные глаза. – А, ну хорошо.– отвечает он, уж собираясь уходить, как вдруг резко останавливается,– Так, что блять?! Какой нахуй хлеб, время восемь утра?! – Юр, не матерись.– спокойно говорит Костя, что стоял рядом,– Катя, а как давно он ушёл? – Не знаю...– также растерянно говорит она,– Темно ещё было...       Нет, ну нормально?! Серёжа хоть и был ещё тем ебанатом, но чтобы сбегать из дома ни с того, ни с сего... Может Юра что-то не так сказал? Или сделал? После того конфликта, он боится как-то обидеть сына. Это была непростая ссора, а серьёзно столкновение двух взглядов. Юра очень его любит, поэтому готов принять и поддержать.       Юра уходит на кухню. Нет, у него нет этой клишированной дикой паники. Он суровый уральский мужик, так что все переживания от откидывает. Сейчас главное узнать, где его сын, а психи и нервы потом. Всё-таки он учится на своих ошибках.       Так вот, он хватает свой телефон с зарядки. Начинает звонить парню, но ему не отвечают. Вот сейчас уже можно чуть-чуть нервничать. Костя заходит на кухню. – Блять!...– выругивается шёпотом Татищев, понимая, что телефон у него точно не возьмут. – Не отвечает?– уточняет зашедший. – Нет.– кратко отвечает Юра, заходя в телегу.       Строчит быстро, в своей обыденно шутливой форме. Детей он ругал лично с глазу на глаз, а не по перепискам или звонкам. Краткое сообщение гласит: " Ты где, черт? Куда уматал с утра?"– и всё. Ругать это не по его части. Хотя нет, по его. И хвалить по его. А Костя так, не лезет. Нет, конечно он во всём помогает, но в такие дела лезет очень аккуратно. Деликатно, можно сказать. Его деятельность в воспитание– это активная помощь, мотивация и пример для подражания( конечно после Юры), конечно, если дети сами попросят.       Бра ещё раз пытается дозвониться, но в этот раз его просто сбрасывают. – Э, совсем ахуел!– восклицает Челяба и поворачивается на Уралова, что взглядом спрашивает,– Он трубку сбрасывает! – Давай я попробую?– Юра кивает, убирая телефон в карман.       Ага, щас! Конечно он трубку возьмёт! И Костя тоже попадает в игнор. А нет, сообщение! – Чо там?– спрашивает Татищев, видя удивлённый взгляд напротив.       Костя просто показывает экран. "Я в Питер"– у Юры много вопросов. Зачем? К Денчику? Почему не сказал тогда? Что он из вещей взял? А где они жить будут? У Романова?! Нет, ну нахуй! – Он ебанулся?!– восклицает Челяба,– Куда намылился?! – Тише, Юра.– пытается успокоить его Уралов.       В их паре голосом разума всегда был Костя. Даже когда они дружили. Его молчиливость и просвещенность существовала в балансе с Юриной энергией. Во всех сложных жизненных ситуациях именно Костя оставался спокойным и принимал здравые решения, пока Татищев сходил с ума. — Что тише?!– буянил Юра,– У меня ребёнок уехал без моего ведома в другой город! Как я могу быть спокойным?! – Не можешь, –решительно отвечает Костя,– но криком проблема не решится.– Собеседник зло вздыхает,– Давай я сейчас позвоню Денису, и мы узнаем, какие у Серёжи планы.       Юра сердито дышит, но на стул садится; предоставляет свободу действий партнёру. Иногда Юра не знает, чтобы делал без него. Костя ему всегда помогает, дети его любят. Да, он и сам неплохой отец, но Костин вклад не менее ценен. Какие бы были отношения между Сережей и Юрой сейчас? Очевидно, очень плохие. Но есть Екатеринбург. Лучший друг, влюблённый в него с самого детства, который был ближе всех. Сколько он себя помнит, первым на помощь ему приходил именно он. Всегда был рядом, всегда выслушивал, всегда наставлял и помогал. И как он сам не заметил в этом любовь? Как сам он мог отрицать свою симпатию? Все кричало, а он заткнул уши ватой, пытаясь заглушить здравый смысл. Придурок. – Алло, Денис?– наконец берет трубку подросток,– Это я- Константин Уралов.– слова не разобрать,– И тебе доброе утро, ты о планах Сережи что-нибудь знаешь?... Нет, просто он сорвался в Санкт-Петербург, я хотел уточнить, знаешь ли ты об этом? Ага, спасибо... Да-да, давай, пока.       Костя телефон убирает, что-то пишет. К Юре поворачивается с говорящим за себя лицом. Юра злится. Нет, ну и что за херня?! Что началось то?! – Поехали.– только раздражённо выдаёт он. – У него вылет через десять минут.– информирует его Уралов, смотря в глаза напротив,– Пишет, что к Дане едет. – Какому Дане?...– выдаёт Юра. – Не знаю. – Заебись...– всасывает в себя воздух Татищев,– Смотри билеты, я пока вещи соберу.

***

      Вещи Юра скидал быстро, они ненадолго. Так, отпиздить одного сорванца, погулять и обратно. Можно сказать на два дня. Во всём доме суета. Вылет в час дня, надо успеть поесть, умыться и т.д. – А где жить будем?– спрашивает его Екатеринбург. – Найдём.– уверенно отвечает Юра,– Квартира на день.       Костя даже не заводит речь о Саше. Прошлый день рождения прошёл не очень хорошо. Помимо херового заведения, в котором они праздновали, Саша и Юра сцепились. Словом за слово они начали ругаться. Саша перегнул тогда, за что и получил по морде. После это Уралов решил- больше никаких попыток сдружить их. Одного раза хватило.       На Костин телефон приходит сообщение. Оба взрослых замерают. Екатеринбург сообщение открывает, но от увиденного на его невозмутимом лице отражается такое удивление, что Челябинск чуть ли не подлетел. – Что?– удивлённо спрашивает он,– Блять, Костян, не молчи!       Уралов показывает фото. – Пацан как пацан.– заключает Юра, после того, как рассмотрел фото; и что такого удивительного? – Юр, это походу Москвоский...– бормочет Екатеринбург. – Ага, а я - Цой.– усмехается Татищев, но, видя твёрдость в глазах партнера, говорит,– Никто бы из Москвят и в жизнь бы не посмотрел на Серёжу. Не выдумывай и... – Я тебе докажу.– утверждает Костя; на фото, что переслал он, отвечают почти сразу,– "Это Данил- Химки."       Юра от услышаного выпадает в осадок. Его сын и Московский город?! Так ещё и сын столицы?! Им всем точно пиздец. – Пиздец...– бурчит он, смотря в одну точку,– Пиздец.– он начинает ходить по комнате,– Он вообще не понимает, с кем именно он встречается? – Юр. – Это Московский, Кость!– восклицает Челяба,– Московский! – Юр. – Он понимает, что ему может быть от Михаила Юрьевича?!– снова восклицает он,– Это тебе не наши ребятки с Урала, а человек со связями! Ему башку же открутят! – Юра!– пытается привлечь внимание Костя,– Юр, я понимаю твоё волнение, но прекрати, пока не дошёл до придумывания фактов.       Татищев замолкает и садится на диван. Костя прав, он слишком переживает, хотя даже не знает этого Данилу. Просто сам факт того, что это Московский, уже будоражит его. Кто-нибудь сказал бы, что это круто, но большинство бы занервничали, а такие, как Юра, впали бы в ужас. – Давай для начала всё узнаем, а потом уже будем делать выводы.– спокойно говорит Уралов, складывается лежащие на диване вещи в чемодан.       Юра со вхдохом поднимается. Озвучивать своё "да" не нужно, Костя и так знает, что он согласен. С появлением Кости в их жизни в плане партнёра вообще многое перестало нуждаться в словах. Как будто рядом с ним и не нужно ничего говорить. Даже простой взгляд говорил гораздо больше, чем пару слов.       Юра принял себя. Ему нравятся эти отношения, ему нравится Костя, ему нравится он сам. Да, он не хрупкий, миленький фембой, но в этом его прелесть. Костя любит его таким, а Юра любит его таким– молчаливый амбалом, знающий( или нет) о перевале Дятлова и расстрелявшего семью одного из друзей. Кхм, да последнее явно лишнее, но не суть. Костя настолько вписался в их семью, что даже дети ему порой больше доверяют.       Наверное поэтому Серёжа так легко скинул совместную фотографиию с Даней именно Екатеринбургу, а не родному отцу. Пхах, да уж, Юра провалился в критерии "доверие".       Они сидят на кухне. Чемоданчик собран, они покушали. Пьют чай. Тишина. Они не нуждаются в словах. – Знаешь,– начал Татищев,– я даже как-то рад, что у Серёжи есть парень.       Костя вопросительно посмотрел на партнёра. С началом их отношений Юра стал подозрительно много говорить. В этом была необходимость, так как без этих разговоров они бы не пришли к тому, что имеют сейчас. Но теперь их разговор распостранялся на всё. – Просто, я боялся, что он будет стыдиться себя из-за всего сказаного мной...– пояснил тот,– Я рад, что он честен с собой.– Костя улыбается и садится напротив Юры,– Как думаешь, что сделает Питер, когда узнает? – Боюсь представить.– тихо смеётся Уралов.       На телефон снова приходит сообщение. В этот раз от Дениса. – Что? – Данил не выходит на связь.— объясняет он,– Похоже, никто не знает о их отношениях. – Стой, то есть он сбежал из дома?— Костян руками разводит.       Юра замолкает. Родители Данилы непоследние города России. Москва и Санкт-Петербург. И если Романов абсолютно не пугал Татищева, то Москва....       Михаил Юрьевич серьёзный мужик, объяденитель русских земель. Многие отзывались о нём не очень хорошо, а кто-то ( конкретно Камалия) рассказывал поразительные истории из прошлого, где Москвой мог предстать не самым грозным правителем. Если судить из её слов, то он очень мягкий в душе, просто оболочка, как сталь, твёрдая.       У Юры даже забилась надежда, что он не будет так злится, узнав с кем встречается его сынуля. Что-то прям намекало на то, что Данил важен в их семье. Выводы такие сделаны из инсты Романова( нет, Юра просто листал ленту, случайно наткнувшись на их совместное фото). У Миши много детей, но присутствует почти везде только Данил. Поэтому то Юре кажется, что отхватят они с полна.       До реакции Александра ему вообще не было никого дела. Ещё в начале девятнадцатого века он не воспринимал его всерьёз. Они почти ровестники, а Саша уже вёл себя как взрослый. Нравоучать пытался. Это было в первую их встречу. Челябинск даже тогда не признал столицу, если бы не Костя. Вообщем, итак ясно, что Юра к Питеру относился, как к заигравшимуся мальчику.       В Союзе ему было как-то всё равно, что там с бывшей столицей. Не его это была забота. Конечно, он уважал Ленинград за стойкость в войне, за преданность делу, так как Невский не переставал играть важную роль в стране.       Не было ненависти к Александру, но Юра так и не смог понять его. – Как думаешь,– снова начинает Татищев,– нам стоит поговорить с Москвой? – Не стоит.– отвечает Костя, хоть и знает, что Юре как-то пох. — Я не хочу, чтобы на моего сына потом орали. – С чего ты взял, что на него будут орать?– уточнил Екатеринбург. – Я не глухой, слышу, как вам пизды регулярно раздают.— усмехается Челяба,– Но мне как-то стремно, что Серый один там. – Саша не кусается.– шутит Уралов. – Не пизди,– смеётся Татищев,– по ниму видно, что он бешенный. – Не поверишь, тоже самое он говорит о тебе.– Юра заливается чуть слышамым смехом.       Косте хорошо. Доволен, что добился своего. Двести лет не спал, не ел, и вот сейчас его любимый весело смеётся.       Честно, он фанатик. Вёл себя не лучше влюблённой восмиклассницы. В его воображение они уже были в браке и жили в своём домике, подальше от всех. С возрастом картина менялась, порой приобретая страшные черты. Одни его фантазии в девяностые чего стоят. Недавно нашёл личный дневник с тех времен. В нём подробно были описаны эмоции Кости, где он рассказал о самых потаеных мечтах связанных с Юрочкой. От себя самого стало противно. Тетрадку сжёг, а сам напился.       От воспоминаний его кидает в дрожь. Нет, он тачно не станет причинять кому-то боль, особенно Юре! Любовь- не насилие. Он хочет, чтобы всё было добровольно. Хочет видеть, как Юра радуется, злится или грустит. Как увлечённо рассказывает об их с Ильёй похождениях. Ему нравится счастье любимого. Оно заслужино доверием.       На телефон снова приходит сообщение. Голосовое от Дениса. – Дядь Костя, это пипец!– раздаётся запыханый голос парня,– Данил на связь не выходит, Серый тоже. Папа на нервах, Миша тоже рвёт и мечет.– почти каждая фраза прерывается вздохами от бега,– Я пошёл их искать, если найду- скажу.       Костя печатает. – Я думаю, что лучше за Серым приехать.– снова включается голосовое,– Миша легко Даню найдёт, если все связи подымет, а там и Серёга будет. Боюсь, как бы ему не прострелили что-нибудь. – Ну пиздец...– шепчет Юра спустя минуту молчания,– Я вот такой хуйни в детстве не творил.– он вздыхает, утыкаясь лицом в руку,– Не хотел я с Романовым видеться, но придётся.       Костя молчаливо соглашается. У Москвоского может кукуха слетать, так что лучше уже они хотя бы будут рядом. – Катюха, собирайся!– закричал Юра, выходя в коридор,– Мы сейчас уже поедем!

***

      Ну, нормально познакомился с Москвой. Его не убили и ладно. Вообще, Юра думал, что он выше. В голове был образ гиганта с хмурым взглядом, а на деле обычный мужик, что по ощущениям не спал последние года три. Ну ладно, то, каким взглядом он буравил Татищева, было жутко. Но в целом какого-то ужаса он не вызвал.       О Питере и говорить нечего. Его лицо, когда он их увидел на лестничной клетке всё и так сказало! После прошлой драки не отошёл. Но квартира у него была хорошая, светла и просторная. Висело пару картин, стоял целая библиотека, некоторые книги были на иностранных языках. Юра ещё подумал, что неужели в слух бедному Дениске зачитывает.       Кстати о нём, Дениска мировой пацан! Сын второго по значимости города, а гоняет с простыми промышленными городами. Нет в нем того пафоса, что был у Александра. Такой- свойский пацан из Мурино, что в ваших эпиграмах не разбирается.       Когда он вернулся, то чуть с порога не снёс его. Так был рад, что аж глазки светились. Всё время спрашивал о чём-то, сам что-то рассказывал. С его уст удалось составить небольшой психологический портрет Данилы.       Во-первых, он очень трудолюбивый. Прям порой до безобразия. Все отчёты вовремя, круглый отличник, лучший в школьных олимпиадах. Прям гордость семьи. Во-вторых, он очень добрый и милый. Химки деловиться на людях, но так-то он очень ранимый. Почти не материться, неконфликтный и тихий. При посторонних только выпендривается, а так очень скромный. Животных любит. Ну и конечно верующий... Юра эту новость даже озвучивать не стал, а то понесётся. В доме атеист и глубоковерующий дед- лучше промолчать.       Обед, ну или ужин, был замечательный. Саша готовить умеет. Ели они молча. Уральцы открывали рот только чтобы засунуть в себя кусок, а "просвящённые" предпочитали молчат при посторонних. Денис и Катя чувствовали это напряжение, поэтому и не говорили. Как-то страшно, зная, что у Миши может кукуху сорвать.       Упоминать и перепалку с Александром не хочется. Единственное, что я скажу, Юра очень хотел что-нибудь сломать этому Романову. За сына порвёт, только пусть попробуют на него наехать, за "неправильность".       Утром они поговорили и смогли договориться. Юра недолюбливает компанию Питера, но ради сына можно потерпеть. Вставать поперёк его счастья он не собирался.       Появление самих подростков вызвало радость и предвкушение. Он уже даже не злился на сына. Любовь заставляет идти на безрассудные поступки, да же? Но реакция Романова заставила его удивиться. Не отругал, не наорал, просто холодно сказал идти к себе. Изначально ему казалось, что так и надо. Саша для Дани посути никто, кричать и что-то требовать от него не имеет право, но увидив подавленный силуэт, что как мышь прошмыгнул в комнату, заставил его усомниться в этом выводе.       Юра не знал как в этой семье относятся к детям. На примере Дениса он решил, что очень хорошо. Однако такое повидение старшего(?) показалось странным. Да что у них вообще здесь творится?! Дети сбегают и игнорируют родителей, Саша реагирует странно, Денис при Мише старается не поднимать темы, косвенно или напрямую связанные с братом... Раньше он как-то не связывал это вместе, но теперь картина сложилась. И лучше бы и не складывалась.       Добило то, как Москвлский слетел с катушек. Юра не был уверен, что никто не пострадает. В момент ему стало страшно за своих детей и за Денчика с Даней. И этот человек является их столицей? А на кого он ещё может так сорваться? Романов похоже сам непонаслышке знал о такой стороне Миши, поэтому даже не пытался остановить. Татищева даже злость от такого взяла. По итогу вмешались Сережа и Костя, но не члены собственной семьи. Понятно почему мальчик сбежал от них...       Когда Романов и Московский ушли, Юра выдохнул. В доме стало безопаснее. Как следует наорав на сынулю( с таким малышом на голове плюс прядь седых волос), он увел Даню в комнату. Разговор был максимально странный, но Челяба не то чтобы умел вести диалоги. Он больше по действиям. Во время чаепития у него начались складываться вопросы. А что если это не первый раз? Данил так спокоен... Неужели что-то подобное и правда было? И как всё закончилось? Ему не страшно после такого жить с отцом?       Юра решает удалиться. Хотелось всё обсудить с Костей, но то что он услышал заставило его скрючиться. Нет, ну нормально с детьми обсуждать секс с их отцом?! Это же реально бред!       После раздования тумаков, он пригласил всех к столу. Чей попили. С Даней оказалось интересно болтать. Он очень вежливый и правда порой слишком тихий. Денис все время старался разговорить брата. Они действительно родня. Не кровная, но лучше уж так. Катюхе Данил очень понравился. – Я можно я тебя заплету?– невино спросила девочка, с восхищением смотря на парня. – Хорошо.— сквозь лёгкий смех ответил Даня. – Я можно накрашу?– с большим интузиазмом спросила она; видя такой взгляд, Химасик просто не смог отказать.       Серёжа тоже прям изнутри светился, когда рядом с Даней был. Они пересекались взглядами, а потом смущённо отводили их. Это было так смешно, что даже Костя не выдержал! Кто же знал, что Магнитогорск такой нежный внутри? Хотя это наверное у них семейное...       Когда Саша захотел поговорить с Сережей, то Юра рвался с ним. После таких выкрутасов ему было просто интересно в глаза посмотреть ему. Вместо того, чтобы помочь ребёнку, который сейчас в ужасе прятался в туалете, он ушёл успокаивать больного придурка! Как он после этого может называть себя родителем?!       У Юры на первом месте дети. Костя, конечно, ему дорог, но дети важнее. Он их любит и ни за что не бросит. Костя это знает и на первенство не претендует. Он и сам осознает насколько Серёжа и Катя важны для Татищева.       Сам Серёжа отговаривает его идти с ним. – Я хочу сам доказать, что у нас с Даней всё серьёзно.– объяснил он,– Я не буду прятаться за тобой. Пусть хоть что мне говорят, они мне не указ.       Сказать, что Челябинск был горд за него, ничего не сказать. Его растили как мужчину, но он не может сказать, что вырос им. Но Серёжа действительно доказал, что может себя им называть. Ну ладно, Юра не провалился в воспитание.