Злой Дозор

Гаев злился и шипел на всех. Проводив москвича, он бы прямо сразу вернулся в хранилище, чтобы рассмотреть принесённую им вещицу как следует. Но тут же понадобился всем подряд. Николай совал бумаги на подпись, а Таисия попросила не начинать без неё. Она занималась сейчас серьёзным делом - сверяла магические излучения от тел в морге и от найденного платка. Обещала явиться не позже, чем через двадцать минут. Приходилось ждать. Наконец, дождался, и даже успел ей пересказать разговор с Кларенсом, во всех подробностях. Но стоило сделать шаг за пределы кабинета, как неожиданно в Дневной явился Михей. И с порога потребовал осмотреть артефакт. Он был уже извещён чёртовым Кларенсом, что вещица сдана сюда на хранение. Алексей попробовал поторговаться (на всякий случай, вдруг да получится?) за показ, но был послан почти напрямую. Так-то, конечно, Михей имеет право, но... В беседу вклинилась Тая, и пошло веселей. Она принялась напирать на то, что новенькая светлая инициирована вампиром, состоящим на службе в Дневном Дозоре, и неплохо бы возместить хлопоты. На яростный спор светлого главы и ведьмы, прямо в коридоре, сбежались дозорные. Стоящий неподалёку Николай хмурился и ворчал себе под нос, не без зависти, впрочем, к талантам ведьмы торговаться. А вот Алексей откровенно наслаждался зрелищем. Иногда ему казалось даже, что эти двое симпатичны друг другу - до такой степени накалялась порой между ними атмосфера, что присутствующие начинали чувствовать себя лишними. В конце концов, Таисии пришлось пойти на попятный. Все вздохнули с разочарованием, что представление окончено, и разошлись по делам. Гаев же предложил пройти в свой кабинет и велел Николаю принести вещицу из хранилища. Тот было воспротивился, напоминая, что не для того она туда положена, чтобы её по коридорам таскать. - Предлагаешь нам самим туда пойти? - Таисия приподняла тёмную, искусно подведённую бровь, - Всем вместе? - и с намёком скосила глаза на Михея. Светлый фыркнул на явно приятные ему разборки тёмных и широко ухмыльнулся. Клыки у него, крупноватые для человеческих, как у оборотня - короткие, но острые и крепкие. - Таки да, - не смутившись ничуть, ответил Николай, - Или уж хотя бы в соседнее с хранилищем помещение... Алексей подошёл к заместителю ближе и положил ладонь ему на плечо: - Коля, - проникновенно сказал он, - Я тебя очень уважаю и ценю. Почти всегда. Правда. Но в некоторых случаях тебе следует помнить, что глава Дозора всегда знает лучше. Окей? - и чуть сжал пальцы. Стельмах вздохнул, отразив собою все печали этого суетного мира: - Как скажете. Ваше решение и ваша ответственность. И вышел. Все расселись по стульям, ждать. Впрочем, ждать оказалось недолго. Что-то оглушительно грохнуло, пол под ногами дрогнул, пыхнуло снизу магическим всплеском неслабой силы. Они подскочили на ноги, и мешая друг другу, вынеслись в коридор. Лампы на потолке мигали, вопила тревожная сирена. Дежурные дозорные мчались в том же направлении - в подвал. Но к тому моменту, когда они все оказались возле двери хранилища, было уже поздно. Стельмах лежал у распахнутой двери, без сознания. Из помещения валил сизо-фиолетовый дым. - Все назад! - скомандовал мгновенно сориентировавшийся Алексей. Дозорные послушно отпрянули. Только Таисия и Михей остались рядом. Ведьма присела возле раненого, осматривая и накладывая исцеляющее воздействие. В руке у ведьмы мелькнул какой-то пузырёк, содержимое которого оказалось мгновенно влито бедному заму в рот. А светлый и тёмный главы принялись сканировать задымлённое помещение. - Никого, - буквально через полминуты сказал Михей. Алексей кивнул: - И взрыв, и дым для отвода глаз. Нечему там так дымить. Выходит, подождал, гад, пока Николай всё откроет, и ворвался? - Будем спорить, что именно пропало? - Михей вздохнул и развернулся, обвиняюще глядя коллеге прямо в глаза. - Иди ты, - сухо бросил Алексей. Он подошёл ближе к двери и парой пассов разогнал дым. Заглянул от порога. В самом деле, дверца сейфа была распахнута и оставленного Кларенсом свёртка на полке не оказалось. - Я бы выходы из здания перекрыл, - предложил Михей. - Уже, - сообщил беззвучно подобравшийся Степан, - Согласно технике безопасности. - Кто успел покинуть здание? - спросил Алексей. В умнице-Степане он не сомневался. - Двое дозорных, - доложил тот, - Сменные. Проверить? На полу зашевелился Николай. Застонал. Таисия помогла ему сесть, облокотившись о стену, всё продолжая колдовать над расшибленным при падении затылком. - Коля, ты видел, кто? - спросил о насущном Алексей. - Ннет, - сквозь стиснутые зубы ответил Николай, - Чтоб ему здоровеньким помереть... - Где те, что вышли? - обратился Алексей к Степану. - Я сильно сомневаюсь, что это кто-то из них, - покачал головой Михей, - Слишком очевидно и просто. - Тем не менее, вернуть и проверить! - приказал Алексей, - А мы пока здание посмотрим. Коля, ты как? Карету вызвать? - Нет, спасибо. Мне уже лучше. В кабинетике отлежусь. Алексей подозвал двоих парней, чтобы помогли Николаю добраться до "кабинетика". И когда остались втроём, объявил очевидное: - Кажется, мы в жопе. - Не мы, а - вы, - поправил Михей. Но тоже имел очень озабоченный вид, - Артефакт Дневному был поручен. - Ну да, ты-то, как всегда, весь в белом! - начал заводиться Алексей, - А то, что в городе после этого начнётся... - Ой, так уж тебя это волнует! - Михей с сомнением покачал головой. - Если шерстить из центра начнут, тебе тоже не отмазаться! - Я-то, между прочим, нападение отбил, не далее чем сегодня днём! - А ты один был?! - Под моей защитой его бы так запросто не спи... - Мальчики, - вставила Таисия, уже какое-то время наблюдающая за ними, опершись плечом о стену и сплетя руки под грудью, - Мне Коленьку позвать? Чтоб вас на мизинчиках мирил? - В самом деле, - опомнился Алексей, - Что делать-то будем? - и стал искать номер на смартфоне. - Кларенсу что-ли звонить собрался? - забеспокоился Михей. - Нет. Степану. Что он там выяснить успел? Но Степан не отвечал. Алексей, не отнимая трубку от уха, пошагал к выходу из подвала. Первому же встречному дозорному он велел: - Степана найти. Немедленно. Тот по-армейски кивнул, только что честь не отдал, и шагнул было прочь. Но Алексей будто принюхавшись, остановил его окриком: - А кто контур разомкнул? Защиту здания он чувствовал как самого себя. - Так вы же приказали Степану тех дозорных найти, что вышли, когда взрыв был. - Я был уверен, что он сообразит их вызвонить! - рыкнул звереющий Алексей. - Он один ушёл? - спросил с подозрением Михей. - Один, - дозорный кивнул, - Переоделся, взял что-то из дежурных артефактов на вахте, и ушёл. Алексей глубоко вдохнул, выдохнул. Таисия испарилась из поля зрения, когда дозорный ещё начал отвечать. А когда дошли до вахты, уже вновь оказалась рядом. - Поздравляю, мальчики, - её улыбка была похожа на мёртвый оскал, - Как в присказке: у меня две новости, одна - хорошая, а другая - плохая. Начну с хорошей сразу, чтоб не тянуть. Крысу в Дозоре мы теперь знаем. Той же магией, что в сейфе была, весь его шкафчик в раздевалке профонил. - Твою ж мать. - тихо и безэмоционально проговорил Михей. - Сука, - так же спокойно, и уже никуда не торопясь, оценил Алексей, - Получается, Николая отследил, оглушил, а потом штуку эту у себя в шкафчике припрятал, пока с нами говорил. А после, вернулся, забрал, и поспешил якобы мой приказ выполнять. - Кларенсу звоним? - напомнила Тая. Но Кларенс позвонил сам. И немногословно предложил забрать задержанного им вороватого сотрудника. Голос его звучал будто бы разочарованно. Но Алексей принял это на свой счёт. И ошибся. * * * Филипп действительно был ужасно разочарован. Но, по итогам, не кем-нибудь, а самим собой. Он успел забыть, когда в последний раз так глупо лажал. И ведь сперва всё шло по плану. Он предполагал, конечно, что преступник, как уже было, не сунется в опасное место сам, а отправит кого-то. Но очень надеялся, что хоть от подсадки что-то узнает. Да и выбора особого не видел. Дождаться момента передачи артефакта и отловить сразу обоих, у Филиппа просто не хватило бы личных возможностей. На Дозор же (да хоть на оба! местных) в этом случае надежды мало. Пришлось идти самым простым путём. И рыбка клюнула. Да, Филипп рисковал, но дело того стоило. Как казалось сперва. Он занял пост через дорогу от стеклянного здания Дневного, скрывшись на первом слое сумрака. Всего пять часов вечера, а в городе уже стемнело и зажглись фонари. Он видел, как на стоянке появилась дурацкая золотистая иномарка, из неё выбралась Таисия, и очаровательным вихрем пронеслась к дверям. Как чуть позже появился им же спровоцированный на разборки Михей. Двоих дозорных, покинувших здание, он пропустил. Потом в Дозоре поднялась суета, и встала непроницаемая защита. Началось. Чуть позже защита пропустила лишь одного дозорного - уже знакомого Степана. Пора! Он не позволил Степану уйти дальше первой же подворотни. Своя ли, наведённая ли - а защита оказалась у парня неплохая. Пришлось постараться, чтобы скрутить его и транспортировать левитацией в ближайший, присмотренный ранее подвал. Настоящий преступник, конечно, мог отслеживать его путь на расстоянии (на его месте Филипп так и поступил бы), и узнать, что посылка перехвачена. Но как-то же они общаются? И потом, минус один шпион - это уже хорошо. Щёлкнул выключатель. Воняющее гнилой картошкой и кошками пространство озарилось тусклым светом слабой, древней лампочки. А в следующий миг оказалось, что "на живца" ловили как раз его самого. Степан быстро и резко освободился, спеленав уже Филиппа каким-то абсолютно незнакомым заклинанием. Теперь Филипп стоял на месте, неподвижно, словно статуя. Только замедленно моргал и пытался осознать - как же так получилось? Случившееся было настолько дико и нелепо, что в происходящее сейчас не до конца верилось, а самая яркая и неуместная мысль: никогда в жизни и никому он не расскажет об этом своём приключении. Даже Завулону. Тем более ему! Идиот. Самонадеянный придурок. Степан же, спокойный и сосредоточенный, встал вплотную, отряхивая свою испачканную куртку. Потом сунул руку в боковой карман, достал свёрток, стащенный только что из Дозора, и сказал: - Предлагаю обмен. Я тебе - подделку, а ты мне - настоящий артефакт. Хотя... Он пренебрежительно швырнул свой свёрток куда-то за плечо, и полез к Филиппу за пазуху, извлекая настоящую брошь. Развернул платок, подержал на ладони. Зелёные камни отразили свет лампочки, разбрызгивая по сторонам неправдоподобно яркие лучи. - Прикольно, - глаза у Степана тоже зелено горели каким-то нереальным вожделением. - Ты же понимаешь, что как только отдашь её заказчику, он тебя прикончит, как свидетеля, - попробовал Филипп. Он едва шевелил онемевшими от применённого заклинания губами. Но даже из сложившейся глупой ситуации следовало извлечь максимально возможную выгоду. - Какой заказчик? - удивлённо моргнул Степан, но быстро сообразил, - А, ты думаешь, что я на этого работаю, который тут жёг направо и налево? - Разве нет? - Ты чё, дурак? - ещё больше удивился Степан, - Такую вещь отдавать кому-то? Ты ведь уже наверняка в курсе - что это? - Но ты напал на служащего Московского Дозора, уполномоченного от Инквизиции, - продолжил давить Филипп, - Ты представляешь, чем это для тебя обернётся? Степан вернулся взглядом к броши, уже с исследовательским интересом: - Да мне скоро на местных будет в высшей степени плевать. - Ты собрался... телепортироваться? - не поверил Филипп, - Но откуда ты об этом знаешь? Он-то думал, что двоих сумасшедших на этот город (его самого и Жальцева), верящих в "параллельные миры" - достаточный предел. Степан посмотрел на него с недоумением: - Ты серьёзно думаешь, что я тебе сейчас всё расскажу? Речь злодея и всё такое? Мы же не в кино и не в книжке. Да уж, - подумал с раздражением Филипп, - Разве что, на фанфик тянет. - Тогда почему ты меня всё ещё не убил? - Зачем зря убивать? - Степан пожал плечами. Филипп запоздало оценил его противоречиво переливающуюся, как и у многих здесь, ауру. Только сейчас, царившая прежде в ней Тьма, стремительно сходила на нет, освобождая место слепящему Свету. Да ведь он светлый на самом деле! - понял Филипп, - Лишь притворялся тёмным, ради того, чтобы работать в Дневном. Но кто же он такой в самом деле? - А сейчас помолчи, - попросил Степан, - мне надо разобраться. И полностью углубился в разглядывание штуковины на своей ладони. - Я думал, - всё же подал голос Филипп, - что достаточно передвинуть верхний круг камней в другое положение. Степан, не поворачиваясь к нему, мотнул головой: - Там не одно положение, к твоему сведению. Это ещё надо угадать, куда хочешь попасть. И потом, капля крови - необходимая дань артефакту за переход. Вроде топлива. - Ты в Инквизиции работал. Тоже, - наконец догадался Филипп, - А этот, который пироман? Ты его знаешь? - Слушай, отстань, а, - достаточно вежливо отмахнулся Степан, - Так... Если взять за меру отсчёта нынешнее положение, то... Значит, самое дальнее деление будет - в мир наиболее отличный от нашего. Логично же? - Если это - круг, то никакой логики в этом нет, - не удержался Филипп, - И нынешнее положение попросту указывает мир, в котором мы находимся сейчас. - Но тот инквизитор, что применил его последним, ушёл в другой мир. А это деление... Автоматически встало на место, раз артефакт остался здесь? Тогда какой смысл? - Степан в недоумении пожал плечами. - Никакого. Филипп уже успел на пробу сжать пальцы правой руки и теперь изо всей силы нащупывал потайной карман на бедре, где был спрятан артефакт на всякий случай. Впрочем, не было стопроцентной надежды, что он сработает через ткань. - Неплохо было бы спросить обо всех смыслах его создателя, - продолжил он, отвлекая внимание Степана от своей возни, - Откуда он узнал о самом существовании возможности таких путешествий? Как умудрился создать такую... штуку? Каким образом упустил? Где он сам сейчас? И действительно ли... - Филипп аж замер, позабыв о собственной цели, от такого дикого осознания, - Что, если он вообще не из нашего мира? Степан посмотрел наконец на него, кивнул с долей уважения: - Могу ещё пару вопросиков подкинуть. Не он ли сам свою вещь ищет? И почему только сейчас? Чего ждал столько лет? Зрительный контакт - тоже хорошо для отвлечения. Филиппу наконец удалось так шевельнуть указательным пальцем, что всё же нащупал толком круглый камешек берилла и с силой вдавил его в серебряную оправу. Почувствовал даже, как активированный камешек крошится в пыль, выпуская заложенную в нём магию на волю. Следующим, уже вполне свободным движением, он врезал Степану прямо в челюсть, повалив на пол. Филипп надеялся, что противник выпустит из руки брошь, и можно будет просто загнать его во фриз. Но не вышло. Степан, уже крутнулся по полу, саданув ногой Филиппа в коленку, валя его следом, прямо на себя. Оба иных не рисковали в своей схватке применять магию, потому что понятия не имели, как поведёт себя освобождённый от обёртки артефакт. Филипп получил от Степана свободным кулаком в ухо, и даже успел двинуть ему куда-то по печени, но потом... Что-то вдруг ярко пыхнуло, ослепив зеленью. Лампочка на потолке со звоном разлетелась осколками. Грудь обоим сдавило как очень-очень глубоко под водой. В голове казалось ментолово-пусто. В ушах ватная тишина, нос заложило напрочь. И чувство странной невесомости. Отпускало постепенно, очень медленно. Филипп слабо заворочался на застонавшем под ним Степане. Мысли с трудом собирались в кучу, будто их редким веником сметали. Сумеречное зрение, - вспомнил Филипп. И абсолютная темнота разошлась, в сером спектре открывая ему картину недавней драки. Тот же самый подвал, только... Что-то было не так. Не то. То ли больше он стал, а то ли... Да! В углу сейчас оказались аккуратно составлены: метла, лом, пара лопат, немного покорёженное жестяное ведро. На бетонной приступочке лежал топорик. И прямо у прутьев метлы поблескивал зелёным отлетевший туда при драке чёртов артефакт. Но уже тусклый, вялый, напоминающий обожравшегося, прикорнувшего толстяка. Позже! - вскинулся Филипп, - Всё потом! Пока светлый Степан оглушён и не сообразил оглядеться через Сумрак. Это тёмным не стоит труда видеть во тьме - милый подарок от их покровительницы. Он дёрнулся вперёд, почти на четвереньках. За ногу тут же схватили - это пришёл в себя Степан. Филипп не глядя, кинул в него наконец "Ступкой". С удовлетворением убедился - получилось. Его противник деревянно откинулся на бетонный пол и снова застонал. Не благодари, это тебе ответочка. Теперь можно выдохнуть, и уже не спеша, поднявшись на обе ноги, подойти к артефакту. Он поморщился, коснувшись ушибленного уха, наложил Авиценну. А то разнесёт, пожалуй, вдвое, впридачу к прекрасному синяку во всю щёку. Удар у Степана хорош. Платок. Нельзя брать его голой рукой. Этот артефакт будто сам выбирает, когда и как ему сработать. И лишь вернув свёрток с брошью назад, во внутренний карман, Филипп позволил себе осмотреться ещё раз и как следует задуматься. - Есть варианты, что произошло? - бросил он себе за спину. Говорить "Ступка" позволяла. И первым делом Степан длинно и нецензурно выругался, неоднократно помянув мать Филиппа. Если хотел задеть этим, то сильно промахнулся. Филипп считал, что матери у него нет очень давно. - Палец... - выдохшись, сдавленно поведал Степан, - Уколол... Эта хрень всё же сработала. Больно, чёрт... Как всю душу вытянул, заррраза... - И где мы? - Понятия не имею, - в голосе Степана прорезалось злорадство. - Правда? А я думал, что ты полностью изучил вопрос. - Я понятия не имею, что это за место, - устало прозвучало в ответ, - Руку даю на отсечение. - Договорились, - кивнул Филипп. Он прихватил за рукоятку топорик. Туповат, но пойдёт. Он очень злился сейчас - на Степана, на себя, на ситуацию в целом. - Ты сдурел? - забеспокоился Степан, - Это фигура речи! Вернувшись к поверженному противнику, Филипп наклонился, перекинул сползший вперёд хвост на спину: - Врёшь ведь. Такие как ты с прыжка в омут не кидаются. - Слушай, - неожиданно спокойно, только чуть задерживая дыхание, заговорил Степан, - Артефакт у тебя. Мы в другом мире. Оставь меня здесь, а сам возвращайся. Мы прыгнули только на одно деление. Достаточно повернуть верхний диск назад, до щелчка. Клянусь Светом, я не знаю, кто его хозяин. И понятия не имею, откуда взялся. Я не работал в Инквизиции, но знал одного парня, который входил в комиссию по изучению этого артефакта. Не спрашивай, каким образом я его разговорил. Тогда Инквизиция нихрена не поняла. Он попросту не работал на момент изучения. Как выключился. Его как-то включил тот, кто выкрал. Мой... приятель дал мне об этом знать, только и всего. Филипп колебался. Он не сразу заметил, что в подвале сделалось заметно светлее. Это через маленькое окошко под потолком прорезался предутренний полумрак. Стало дико любопытно, что там - за стенами подвала? А если... Жальцев удавится от зависти, когда я ему всё расскажу, - подумалось вдруг, - Только надо что-то ещё. Сувенир? Филипп небрежно кинул в Степана "Морфеем", на всякий случай, и не спеша, очень осторожно пошёл к лестнице, ведущей наверх.