Злой Дозор

В кафе Филиппу не понравилось. Слишком душно и людно. Светлый не возразил, когда он лёгким импульсом согнал из-за одного из столиков пару посетителей. А потом пришлось ещё поторопить официанта убрать тут грязную посуду, стереть со стола. Чувство брезгливости, усиленное присутствием странноватого иного, так и не оставляло. И Филипп решил заказать себе только кофе, не особо надеясь, что действительно сможет его выпить. Светлый же, сняв с себя серенькое пальтишко, аккуратно разместил его на вешалке-стойке в углу. Уселся за столиком, напротив Филиппа и заговорил: - Вы в Европах не бывали, Филипп Даниилович? - Приходилось, - в лёгком недоумении посмотрел на него Филипп. Светлый поёрзал на своём стуле, располагаясь поудобнее и изобразил улыбку: - Верно ли, там в обычае, что каждый за себя платит, пополам, так сказать? Или как по старинке, что приглашающая сторона и банкет обеспечивает? Филипп опустил глаза на столешницу и досчитал до десяти, прежде чем ответить: - Разумеется, я оплачу, - и добавил, не удержавшись, - Наш обед. Этот светлый с каждой минутой общения бесил его всё сильнее. Что ему, денег не хватает? - Замечааательно. Я, знаете ли, тоже старых устоев, - вынужденный собеседник потёр ладони, странным образом изгибая пальцы, будто они вовсе не имели костей, - Что ж, приступим. Он заказал себе картофельную запеканку с мясом, салат, три пончика в шоколаде и кофе со сливками. Филиппу оставалось лишь хмуриться и ждать. Как только официант принёс заказанное, он накинул на их столик Сферу отторжения внимания и произнёс: - Так вы... Но его будто не услышали. Светлый принялся за еду. Ел он так вдумчиво, со вкусом, обстоятельно, что... Филипп поймал себя на некой зависти, что ли? Будто бы даже и в нём самом аппетит проснулся. И сразу стало понятно, что пока "приглашённая сторона" не насытится, беседы не будет. - А вы что же? - спросил светлый наконец, дойдя до пончика, - Не желаете? И подвинул к Филиппу блюдце с двумя оставшимися, угощая. Удалось не сказать ничего колкого в ответ, а только мотнуть отрицательно головой. Но в мыслях Филипп уже представил себе, какова будет месть этому придурку. - Напрасно, - светлый сделал глоток своего кофе, - Вкусная штука, что вы. - Эммм... Евгений Александрович, - Филипп с большим трудом вспомнил, как зовут светлого, - Может, уже к делу перейдём? - Да пожалуйста, - с готовностью закивал тот, - Давно пора, а то молчите всё. У меня ведь обеденное время ограничено. Филипп мысленно скрежетнул зубами. - Вы излагайте, что вас интересует, - ласково поощрили его, - Я отвечу. Разумеется, если это в моих, так сказать, возможностях. Глаз за бликующими стёклами очков видно не было, но Филиппу почему-то казалось, что в них плавает озорная ехидца. - Меня заверили, что вы достаточно давно живёте в этом городе и многое о нём знаете, - начал Филипп, - Можете кое-что сообщить об истории этих мест и особенностях местной сумеречной среды. Жальцев принялся кокетничать: - Живу и правда давно. Только, боюсь, Михаил Феликсович объем моих знаний сильно вам преувеличил. Вы б поконкретнее с вопросами-то. - Ладно, - Филипп решил больше не тянуть, - Я заметил, что в ауре всех - почти всех - местных иных присутствует как Свет, так и Тьма. Может, вы знаете, с чем это связано? - С чем связано - не скажу, - светлый задумчиво сверкнул очками в потолок, - Откуда мне, грешному? Но вот что точно: такие финты с Сумраком тут не десять лет назад начались. И даже не сто. - То есть... - Филипп нахмурился, - Это что, сумеречная аномалия какая-нибудь? - Да понятия не имею, - Жальцев развёл руками. Филипп очень устало вздохнул. Можно было бы, конечно, решить, что паскудный светлый на самом деле реально - глупая пустышка, тупиковый путь, но... Очень уж пристально следили за ним блёклые прищуренные глазки. Или это - некое испытание? - Как давно начались тут такие странности? - хорошенько подумав, спросил Филипп. - Аааа! - протянул чем-то очень довольный Жальцев, - Какие неожиданные вещи вас интересуют-то! Но я, знаете-ли, помню, вы говорили что-то про "обмен информацией". Так? - Вы же светлый, - попытался ещё раз Филипп, сам понимая уже, что безуспешно, и что придётся таки идти на уступки, - У вас в городе люди гибнут, а вы... - Светлый, светлый, - закивал тот, - А вы, вот, сейчас мою ауру видите? Какова она? Филипп даже смотреть не стал. Да того от него и не требовали. Вопрос был чисто риторический. - И зачем вам информация, нужная лишь в ходе расследования? Вы же в Дозоре не работаете, насколько я помню? - Что вы! - очень натурально запротестовал Жальцев, - Я ведь только с той целью интересуюсь, чтобы мне определить, что вам действительно нужно. Чтобы, так сказать, зазря ваше время не тратить и не засорять, как говорится, лишними глупостями. Ну да, ну да, - подумал Филипп, - А чем мы, интересно, уже добрые полчаса заняты? - Вы хотите себе приобрести Знак Карающего Огня? - попробовал он припугнуть. - Так, Михаил Феликсович, вестимо, безо всяких знаков обошёлся? И мне они зачем? - Вы в Дозоре не работаете, - напомнил Филипп. - Ну, желаете, я вам честное слово дам? - светлый уже совсем явно издевался. В неожиданном порыве залпом выпив кофе, Филипп вдруг успокоился. И понял, что если прямо сейчас плюнуть на всё и послать Жальцева куда подальше, то для него, для самого этого паскудного светлого, ничего не изменится. Разве что, останется смешное воспоминание о глупом, нервном тёмном, который бесполезно и задаром накормил обедом. А вот Филипп в собственных глазах навсегда будет проигравшей спор стороной. Это показалось почему-то стыдным, невозможным. Он помедлил с полминуты и заговорил, странно, для себя самого, не только собеседнику, но и себе раскладывая происходящее по надлежащим полочкам: - Некий иной украл некий артефакт. Привёз сюда, чтобы провести с ним некие, нужные ему манипуляции. Но погиб. Скорее всего, он был лишь исполнителем, доставившим артефакт заказчику. По какой-то причине артефакт способен действовать лишь здесь. И вытворяет довольно странные вещи, будто бы даже самостоятельно. Он открывает непонятные порталы, утягивая туда даже простых людей, не иных. Он будто бы ищет куда-то путь. Или к кому-то. Как то Кольцо Всевластия. Он использует людей, и неинициированных иных для перемещения. Чтобы... Я не знаю для чего! - закончил Филипп с досадой, - Но прежние пропавшие, люди, возвращались не позже чем через час, а иной обронивший этот артефакт, не вернулся до сих пор, спустя сутки. Жальцев наблюдал за ним во всё время рассказа с каким-то довольством даже, сыто откинувшись на спинку стула и сложив сцепленные руки на животе. А как только тёмный замолк, задал странный вопрос: - Чего же вы хотите на самом деле, Филипп Даниилович? Филипп открыл было рот, чтобы повторить уже сказанное, про преступника и пропавшего в портале инквизитора, а после съехидничать по поводу короткой памяти светлого. Но вдруг передумал. Ответил честно: - Я хочу знать правду. Разобраться во всём этом. - Так, - медленно, с прежней испытующей интонацией сказал Жальцев, - Чего проще? Артефакт ведь у вас, я правильно понял? Воспользуйтесь им и всё узнаете. Удивительно догадливый светлый... Не сказать, чтобы такая мысль не заходила Филиппу в голову, однако... - Это означает - не зная броду, соваться чёрту в пасть. А я хочу быть максимально подготовленным. - Что же... - Жальцев будто на что-то решался, - Хорошо. Помогу вам. Подготовиться. Только и плату возьму. - Вы? - усмехнулся Филипп, - Светлый? - Вот видите, - скопировал его усмешку Жальцев, - Как мало вы знаете о светлых. - Чего же вы хотите? - вздохнул Филипп, - Амулеты? Дополнительные лицензии? В принципе, это было вполне решаемо. Только, он лично позаботится, чтобы светлый после очень пожалел о такой "выгодной сделке". - Вы возьмёте меня с собой, - очень твёрдо и даже без улыбки объявил Жальцев, - Туда, куда ведёт портал. Это удивило. - Зачем вам? Это же риск? - Ну, не вас одного интересует правда об этом мире. Перед лицом Филиппа неожиданно оказалась бледная кисть, с длинными и гибкими, без сомнения очень цепкими пальцами. И с ощущением, будто со скалы прыгал, он пожал её. - Чаю ещё закажите, - посоветовал Жальцев, отнимая руку, - Беседа долгая будет. - А как же ваш строго регламентированный обеденный перерыв? - усмехнулся Филипп. - Разберусь, - Жальцев приподнял брови, будто его собеседник сказал что-то до наивности глупое, - Я ведь иной. Уж найду, что придумать. * * * - Я ведь здесь не первый год, вроде Нестора Летописца, - доверительно поведал Жальцев, - Всё в копилочку свою складываю, да жду, когда пригодится. Вот, вижу, дождался. - Вы не здесь родились? - догадался Филипп. - Не здесь, - согласился светлый, однако подробностей от него не последовало. - И как же тут оказались? - в ответе Филипп не сомневался, однако Жальцев будто вопроса и хотел. - Именно, именно, - закивал он, - Я ведь от природы любопытен всегда был, ещё с детства, ещё до инициации. Очень интересовался разными странностями, что в народе ходят, в виде сказок. Сам даже проверять пытался всякие глупости. Тем, как говорится, зёрна от плевел и отделял. Вот, к примеру, - он деловито махнул официанту, подзывая за новым заказом, видя, что Филипп сделать это не спешит, - Услыхал, в числе прочего, такую штуку... Чаю, будьте добры. А вы, Филипп Даниилович, не желаете чего ещё заказать? Оказалось, официант уже стоит рядом, а Сфера невнимания, недавно поставленная Филиппом, прежде надёжная и непреодолимая, пока он, сам, не развеет - пропала начисто. - Чай, - торопливо кивнул Филипп, не желая прерывать едва начатый разговор, - Без сахара. - Так вот, - продолжил светлый, провожая взглядом спину официанта, - Воткнул, было дело, в порог иголку - как в народе, слыхал, делают, от нечистой силы, и сосед в дом больше войти не может. А как явится, всё через порог, через порог, скажет, да злой и уйдёт. До того ведь был добрейшей души человек, что вы. Забавное, доложу, зрелище. Зыркать стал так зло, аж мороз по коже. Но когда детишек страх останавливал от... экспериментов? Потом бабка моя, родная, в гости пришла. На порог поглядела, на меня. Вошла, да уши мне надрала, а иглу из порога вытянула. И стало всё как раньше. Про первопричины-то, так сказать, произошедшего, я уже гораздо позже узнал, когда был инициирован. Но любопытство никуда не делось. И вот, за эту ниточку я сюда и притянулся... Официант пришёл и ушел, оставив две кружки с чаем. А Жальцев, дождавшись его ухода Сферу невнимания выставил уже сам. Накидал в свой чай сахара, не меньше трёх ложек, тщательно размешал. - Подождите, - с подозрением в обмане или шутке, ухватился Филипп, - Так получается, бабушка ваша была - иная? Раз поняла, в чём дело? - А как же! - ностальгически заулыбался Жальцев, - Ведьма. Самая настоящая. - Но вы-то - светлый! Как такое может быть? Жальцев в деланном удивлении заморгал на него из-за очков: - Так, вам ли удивляться таким, как говорится, причудам судьбы? - Но... у меня были веские причины... - начал Филипп. И тут же спохватился, - Впрочем, мы сейчас не о родословных говорим. Давайте к делу вернёмся. - Разумное решение, - одобрил светлый, - Ну так вот. По моим прикидкам, странности тут начались примерно лет двести назад. - Сколько? - Филипп не очень-то удивился, самому факту, скорее другому, - Каким же образом вы это вычислили? - Каким? Ну тут, видите ли, дело такое... Если очень долго заниматься каким-либо вопросом, вроде научных или исторических изысканий, то рано или поздно истину начинаешь чувствовать интуитивно, так сказать. И уже на этой самой интуиции выцепляешь и связываешь различные факты в общую, как говорится, картину. Филипп смотрел на своего вынужденного светлого собеседника и ловил себя на мысли, что уже не хочет предложить ему попросту сбросить всю информацию с выводами на флешку. Говоря о своих "изысканиях", Жальцев будто преобразился, и Филиппу пришло в голову, наблюдая светящееся в его лице вдохновение, что невзирая на профессиональную деятельность, ему очень редко приходится говорить о теме, которая его действительно интересует, почти по душам, так, чтобы выслушали, вникли, приобщились... Если, разумеется, это не очередная его хитрая уловка. - К примеру, - тем временем говорил Жальцев, - В одна тыща восемьсот пятьдесят шестом году, почитай, всё село Евсеево (ныне - одна из частей этого города) имело возможность наблюдать прямо над речкой Тугайкой необыкновенное явление, даже попавшее в летописные источники того времени. Небо будто разверзлось, обнаружив картину некоего сражения. Группы людей в странного вида разной одежде, сходились и расходились в бою. Движения их были такими быстрыми, какие живые люди делать не могут. Это явление продолжалось два часа, а может быть, и больше. Крестьяне, что посмелее, решились подобраться поближе к месту боя, но у самой реки совсем ничего не было видно, и даже никаких следов. Людишки изрядно перепугались тогда, решили, что дело к апокалипсису. Но после успокоились - было и было. Одни рассказы и остались. Жальцев замолчал, а Филипп с полминуты глядел ещё на него в выжидательном недоумении. - И... что? Что это было? - спросил он наконец. - Вот, в том и дело, - посетовал светлый, - Одиночный случай и внимания никакого на себя не обратит. Ну, загадка. Ну, мираж. Фантасмагории всякие в мире бывают. Да и не всему верить следует. - Тогда, каково же ваше мнение? - А тут причин много может быть, - Жальцев будто задумался, - Ну, представьте, хотя бы, что кто-то неумелый такой портал открыл. Туда, где как раз бой шёл. Но это если бы в бою люди участвовали. - Подождите, с чего вы взяли?.. - Филипп усиленно соображал, уставившись в стол. Ему самому ни за что не пришло бы в голову такое объяснение. - Ааа! - протянул его собеседник, довольный таким вопросом, - Тут важно внимание к деталям. Видите ли, ни о какой форме на воюющих и речи не велось. И двигались они, если помните, излишне быстро, - он сделал паузу, - Я много времени провёл, разыскивая потомков свидетелей того видения. И все в одном сходились: точно видели, как воюющие махали руками, порой посылая друг в друга огненные вспышки. - Огнестрел? - догадался Филипп, - Это что, сцена из будущего? Но Жальцев сразу расстроился: - Я ведь о чём речь веду? Разве иные в то время не имели способности к огненным заклинаниям? - и с укоризной покачал головой, - А будущее в таких объёмах показывать, это уж действительно - сказки. - Но... - Филипп постарался припомнить, - Тогда таких масштабных магических войн уже не велось! - В том и дело, - Жальцев вздохнул и взял с тарелки второй из заказанных им пончиков, - И выходит, что та битва-то вовсе... и не наша. - Па... параллельный мир, вы хотите сказать? - недоверчиво проговорил Филипп. Ему под нос подвинули тарелку с оставшимся пончиком. Пришлось взять и даже откусить, в полном одурении от серьёзности, с какой излагал его собеседник... очевидный бред? - Очень не хочу, - подтвердил Жальцев, - Но приходится. Потому что с этого момента в жизни всего, как говорится, района наступили странные времена. До того странные, что люди особо удивляться устали и уже многие такие штуки не очень-то производили шум. Хотя, то и дело прорывалось. В Сарске, вот, газеты уже вовсю печатали и читали. Так в тамошних "Ведомостях", спустя лет пятьдесят после случая на реке, была заметка. Мужики, дескать, из реки выловили нечто вроде русалки. Рыба - не рыба, а голова почти человечья, с человечьими зубами и глазами. Из боков же торчат почти ручки, вроде младенческих, но с четырьмя пальчиками, вместо пяти. Только странно не это, по большей части, а то, что когда мужики заявили про находку в управу, почти тут же прибыл некий господин, и рыбу-русалку изъял. Вместо неё дал мужикам денег на водку. И когда поутру явились из управы - разбираться, то мужики, даже проспавшись, не смогли сказать, как тот господин выглядел-то хоть. И случай такой тогда не единичный. Просто иным таким странностям ходу большого не давали. - Кто же... тот "господин", что изъял? - Филипп сам себе поражался, что всему этому верит. - Не знаю, - Жальцев с сожалением развёл руками, - Но появлялся он тогда не раз и не два. Вроде бы, в попытках замять, так сказать. И приметьте, что точного описания этой личности так и не нашлось. Только что "солидный" да "богатый". Ну и ещё, что особо показательно - "чёрный". В каком смысле "чёрный" - только гадать приходится сейчас. Но предположу, с большой вероятностью, что - тёмный. А лет через десять после той заметки ещё одна была. Это уже почти тыща девятисотый год. Из деревни Столовная (это к северу) пропала разом целая семья: отец, мать, да трое детишек. Соседка говорила, что копалась в огороде, через окошко-де всех видела, слышала, что галдели, по обычаю, кто во что. А потом разом тихо стало. Она пошла к окну, а в избе никого нет. Ну, крик подняла. Всей деревней искали. Поп приходил, кропил углы святой водой. И, видать, помогло. На другой же день прямо возле церкви вдруг все обнаружились. И все без памяти. Ничего рассказать не могут. Только младшая девочка после говорила, что были они все там, где много цветочков и птицы другие поют, и что светлая, добрая женщина кормила их вкусным, сладким хлебом. "Светлая" - примечаете? Филипп непроизвольно задержал дыхание и едва не поперхнулся остатками пончика, который сам не заметил, как прикончил за рассказом. - Много... таких случаев? С исчезновениями? - Прилично в те годы, - кивнули ему, - Только кто же будет в газете писать, если вдруг пьяный мужик возле трактира пропадёт, а потом вернётся, с дурацкими росказнями, да пить совсем бросит. Или ребёночек непонятно где заблудится, но скоро вернётся, и небылицы станет говорить. - Что дальше было? - Филипп требовательно уставился прямо в серые глаза чуть увеличенные стёклами. - А дальше этими всеми странностями заинтересовалась Инквизиция. Приехали серые братья, навели порядок. Стала тишь да гладь. Но... - Но? - послушно переспросил Филипп. - По всей вероятности, - Жальцев чуть подался к нему через стол, - Инквизиторы чудивший артефакт тогда нашли и изъяли. Но штучка оказалась такой сильной, что исказила всю сумеречную среду, - он опять откинулся на спинку стула и блестя очками в потолок, продолжил, - В те годы, если собрать статистику, произошёл солидный всплеск по иным. Потом всё в норму вошло, но иные, инициированные тогда, имели куда выше способности. Рассосались они по Дозорам и Инквизиции. Или... их прибрали быстренько. С их-то странностью - уметь как в Свет, так и во Тьму... Филипп вторично едва не подавился, теперь уже чаем. Замотал головой, пытаясь вытрясти из неё возникшую зачарованность: - Этого не может быть! Вы же понимаете, что параллельные миры - это уже перебор? - Конечно, - легко согласился Жальцев, - И вы ничего такого в последние дни не наблюдали. Совсем. - По вашему выходит... Что тот пропавший инквизитор... Он сейчас где-то в параллельном мире находится? - Филипп даже не особо укорил себя за то, что проговорился. Светлый посмотрел на него так, будто был сейчас участливым психиатром в сельской поликлинике, у которого пять минут всего осталось до конца рабочего дня, а завтра отпуск начинается, и вообще очень не хочется брать на себя ответственность. - Я бы на вашем месте... Не распространялся, словом. - Почему вы никому раньше... - спохватился Филипп. - Вот как раз поэтому, - Жальцев доверительно и печально кивнул.