Самый страшный Хэллоуин

      Осень близилась к окончанию, и по вечерам уже было довольно прохладно, но двоих ежей холод совсем не беспокоил, им, наоборот, было жарко.       — И всё-таки я быстрее тебя! — подзадоривал соперника Соник, оставляя за собой шлейф из синей энергии и опавших листьев.       — Убеждай себя в этом, — насмешливо хмыкнул Шедоу, рывком прибавив скорости и попытавшись подрезать хвастуна.       — Эй! — возмутился синий, которому пришлось уворачиваться сначала от соперника, а потом от дерева, «неожиданно» оказавшегося на пути. Во время манёвров уклонения он был вынужден снизить скорость, и чёрному ежу удалось вырваться в лидеры гонки. — Ах ты!       Соник рванул следом, твёрдо намеренный не дать Шедоу победить. Они выбежали на пляж, и теперь синий припустил изо всех сил, не опасаясь встретиться лбом с какой-нибудь преградой. Тем более что до намеченного финиша оставалось всего ничего — буквально пара десятков секунд.       Адреналин и азарт возобладали над разумом, и в последние мгновения Соник в отчаянном прыжке сбил с ног своего соперника. Сцепившись, они покатились по песку, рыча друг на друга, а потом…       — Фэйкер! Ты совсем спятил?!       — Ой, прости! Я неспециально! — синий ёж виновато прижал уши, чуть ослабил хватку и тут же был сброшен на песок.       — Ещё бы ты специально это сделал! — вскочивший Шедоу шагнул к нему, агрессивно взъерошившись и сжав кулаки. В красных глазах пылала смесь раздражения и непонимания, а вот синий ёж прятал взгляд и даже не пытался как-то защититься. — Что на тебя нашло? — видя такое поведение, Шедоу чуть умерил злость и решил сначала выслушать, а уже потом побить бестолкового героя.       Соник дёрнул ушами и нахмурился, словно сам не зная ответ, а потом вскинул голову и огляделся.       — Ох, сегодня же полнолуние! — в широко раскрытых зелёных глазах отразилась крупная яркая луна.       Шедоу на мгновение завис, не понимая, как связано случившееся с полнолунием, а потом раздражённо вздохнул.       — Регулярное астрономическое явление это не повод кусаться!       Соник вздрогнул и перевёл взгляд на соперника, снова виновато прижимая уши.       — Да-да, я знаю! Но… у меня такое иногда бывает… — Шедоу скрестил руки на груди и вопросительно приподнял бровь, давая понять, что ждёт более подробных объяснений. — Ну… было у меня одно приключение… — синий неуверенно замялся, не зная, как не склонный к мистике приятель это воспримет. — Короче, однажды Эггман облучил планету какой-то негативной энергией и разбудил Дарк Гайю, который разрушил поверхность и превратил этот мир в летающие острова. Мне, конечно, удалось всё исправить, — Соник, похоже, уже оправился от стыда и, встав и отряхнувшись, принял геройскую позу. — Вот только я тоже попал под это облучение и начал по ночам превращаться в подобие волка.       Шедоу не удержался и насмешливо фыркнул.       — Эй, я не придумываю! Всё так и было! — попытался обидеться Соник, но чёрный ёж его перебил:       — Я просто попытался представить, как это выглядело.       — Это выглядело круто! — зелёные глаза весело сверкнули. — Я стал больше и сильнее! А ещё у меня удлинялись руки, и я мог достать очень далеко!       — Угу, — демонстративно покивал Шедоу, — круто. А минусы были?       — Э-э… — тут же сдулся Соник. — Я потерял свою скорость.       Чёрный ёж мученически вздохнул, и Соник глянул на него вопросительно.       — Я всё ещё не услышал ответа, как это связано с твоей новой привычкой распускать зубы, — напомнил тот.       — Ох, — синий опять замялся. — После победы над Тёмным Гайей и восстановления планеты негативная энергия пропала, и я теперь не превращаюсь в оборотня каждую ночь, но иногда, особенно в полнолуние, что-то такое снова проявляется. А если полнолуние оказывается близко по времени к Хэллоуину… Я однажды снова превратился в такой момент.       — То есть сейчас в тебе взыграло звериное начало? — со скептичной усмешкой чёрный ёж демонстративно погладил укушенное плечо, на котором, впрочем, уже и следа не осталось, только чуть слиплась шерсть от пары капелек крови. — Ну-ну…       — Это действительно так! — у Соника от обиды даже иглы взъерошились.       — Пф, надеюсь, что это твоё оборотничество не заразно, — небрежно отмахнувшись от возмущений соперника, Шедоу исчез во вспышке телепортации.       Соник только печально вздохнул: вечер ещё не закончился, а вот гонка, похоже, да.              Синий ёж недовольно завозился в постели и застонал. Всё тело ломило, а значит поспать нынче не удастся. Всё-таки сегодня полнолуние не просто близко к Хэллоуину — они совпали. Соник даже на праздничную вечеринку не пошёл, знал, что нормально повеселиться не получится.       С жалобным вздохом он спустил ноги с кровати, нашарил и надел свои верные кроссовки и отправился проветриться.       Серебряный свет заливал окрестности, давая чёткие, словно нарисованные чёрной тушью тени и скрадывая остальные цвета. Стоило только окунуться в это мертвенное сияние — и его скрутило болью. После нескольких мгновений неприятных ощущений Соник осознал себя стоящим на четвереньках. Непривычно длинная и густая шерсть колыхнулась на ветерке, но до кожи добраться холодку не позволила.       Серо-синий верхог потянулся, встряхнулся, навострил уши и втянул носом воздух, знакомясь с окружением. В этой форме обоняние обострялось, и он без труда разобрал запахи прелых листьев, влажной земли, древесины и чьих-то едких духов. Сморщив нос и чихнув, Соник неторопливо затрусил в сторону леса. Знал он одну милую полянку, где можно будет спокойно переждать эту ночь, не пугая случайных прохожих своим видом.       Добравшись до намеченного места, он удовлетворённо вздохнул, оглядываясь. Деревья тёмной стеной окружали заросшее травой пространство, и лишь в одном месте прерывались светлым пятном — одинокая скала около четырёх метров высотой, серела своими обрывистыми краями.       Этот каменный палец озадачил своим существованием даже Тейлза. Гениальный лис так и не смог объяснить, откуда он тут взялся, но синего ежа мало волновало происхождение скалы. С крохотной верхней площадки, куда поднял его лис, открывался хороший вид на полянку, летом пестревшую разными цветами…       Верхог вдруг насторожился. Мышцы напряглись, шерсть на загривке вздыбилась. Только через пару секунд Соник сообразил, откуда взялась эта инстинктивная реакция. Вокруг было странно тихо. Не шуршали мелкие ночные зверушки, не перекликались птицы, никто из охотников не крался в поисках добычи, казалось, даже ветер затаился и не смел шевельнуть ни единым листочком.       Зубы непроизвольно показались в угрожающем оскале, и он с трудом подавил рычание. Обычно всё живое замирало, когда где-то поблизости находился крупный и опасный хищник. Уши нервно задёргались в поисках неведомой опасности, нос шевельнулся, старясь уловить даже несколько молекул подозрительного запаха, глаза пристально сканировали окружающее пространство в попытке зацепиться за малейшее движение, но пять привычных органов чувств оказались бесполезны.       Шестое чувство, инстинкт самосохранения, чутьё на опасность или просто удача — Соник не стал разбираться, что это было, а просто послушался его и прыгнул в сторону.       Краем глаза заметил что-то тёмное и крупное, приземлившееся туда, где он только что был. А когда стремительно развернулся, чтобы встретить опасность лицом к лицу, почувствовал, что шерсть встала дыбом не только на загривке…       В следующее мгновение он разогнался парой прыжков и сиганул на скалу, уходя от новой атаки. Когти противно заскрипели по камню, но ему удалось добраться до вершины. И уже оттуда он принялся с удивлением и недоверием разглядывать рискнувшего на него напасть.       Неизвестный медленно развернулся к нему, задрал голову и уставился с явным плотоядным интересом, отчего у Соника по спине непроизвольно побежали мурашки.       По примерным прикидкам чёрный монстр был крупнее верхога раза в полтора, вытянутое поджарое тело опиралось на четыре крепких лапы, длинный хвост замер, и только кончик чуть подёргивался. Голову окружала встопорщённая грива. В целом неизвестный науке зверь отдалëнно напоминал ящерицу, даже на спине серебрилась россыпь крупных пятнышек, очень похожих на чешуйки. А неизвестным науке Соник посчитал его потому, что трёхглазых ящериц он ещё не встречал. И даже про таких не слышал. И ошибиться с подсчётом не мог, так как все три глаза: два — на привычном месте, а третий — во лбу, ярко светились красным.       Неизвестный шевельнулся, подступая к скале ближе, и глаза самого Соника ошарашенно расширились, когда он заметил блик на лапе.       Рискуя свалиться, свесился вниз и внимательнее вгляделся в медленно подкрадывающегося монстра. Всё больше замечаемых деталей приводили его в замешательство.       На лапах неизвестного были гладкие браслеты, взъерошенная грива оказалась вздыбленными иглами, и Соник был готов поклясться, что часть из них была красными, просто это с трудом различалось в лунном свете. А вот пышный воротник из белого меха стал хорошо различим, стоило только монстру повыше задрать голову.       Ещё пара уверенных неторопливых шагов, и…       — Шедоу? — придушенно пискнул Соник.       В ответ его главный партнёр по спаррингам продемонстрировал шикарный набор острейших клыков, раза в два длиннее сониковских, и низко зарычал.       «Кажется, он сейчас не в настроении разговаривать…» — мелькнула глупая мысль, а в следующее мгновение верхог рефлекторно отпрянул назад и кубарем полетел со скалы.       Как вспышка молнии отпечатывается на сетчатке и несколько мгновений стоит перед глазами, так и сейчас он всё ещё видел громадные изогнутые когти, вцепившиеся в край площадки, и предвкушающе распахнутую пасть, обрамлённую двойными рядами зубов, в которую он мог без труда засунуть голову. И которую откусить она как раз и планировала.       От удара о землю воздух выбило из лёгких. Но Сонику не осталось времени прийти в себя и даже толком сориентироваться в пространстве. На мгновение мелькнувший на вершине чёрный силуэт уже стремительно летел вниз, растопырив когти. Верхог отчётливо ощутил, как новая доза адреналина впрыскивается в кровь, и в следующее мгновение уже осознал себя бегущим прочь.       Тёмные силуэты деревьев замелькали вокруг. Шум крови в ушах смешивался с шумом натужного дыхания, и это мешало услышать шаги преследователя. Но в том, что его преследуют, Соник ни секунды не сомневался.       Пробегая через большую поляну, он рискнул оглянуться. Разумеется, Шедоу преследовал его. Мощными, стелящимися прыжками он нёсся буквально в паре-тройке метров позади.       Как обычно быстрее действуя, чем думая, верхог резко изменил направление, надеясь этим манёвром увеличить расстояние между ними. Он вломился в кусты. Ветки хлестали по морде, иногда задевая чувствительный нос, цеплялись за шерсть, норовили поставить подножку.       Он снова бросил взгляд через плечо и резко поджал хвост. Зубастый капкан звучно клацнул, едва не укоротив его. Шедоу не только не отстал. Несмотря на крупные размеры, монстр оказался очень гибким и манёвренным. Он легко проскальзывал между стволами, иногда ловко прыгал прямо по ним, цепляясь когтями и норовя свалиться Сонику на голову. К вящей зависти верхога, ветки с шорохом и скрипом скользили по чёрной чешуе, совершенно не задерживая преследователя.       План с треском провалился, и Соник рванул в сторону пляжа. В лесу он не мог соперничать с Шедоу, так может, на открытом пространстве получится?       Чудом вырвавшись из леса и оставив там минимум половину шерсти, Соник с энтузиазмом подставил морду встречному солёному ветру и решил, что теперь он сможет справиться со спятившим другом.       Несколько резких смен направления дали понять, что он всё ещё недооценивает противника. Рыхлый песок не давал когтям надёжного сцепления при резких поворотах, но Шедоу компенсировал это, балансируя длинным хвостом, и всё ещё не отставал.       Сейчас Соник особенно остро чувствовал потерю своей скорости в этой форме. Спасало только то, что Шедоу был без своей обуви и тоже не мог перейти на сверхзвук.       Отчаявшись, верхог решил прибегнуть к своей силе. Отпрыгнул в сторону, резко развернулся и кинулся на преследователя. Ему удалось сбить Шедоу с ног, но когти и зубы с бессильным скрежетом прошлись по твёрдой чешуе. Ежеящер стремительно извернулся, и Соник едва успел откатиться в сторону, спасаясь от зубов, которые его шкуру прокусят с лёгкостью.       Ещё несколько атак — и Соник пришёл к неутешительным выводам. Чешуя надёжно защищала от слабых ударов, а ломать кости другу верхог не хотел. Из-за более выраженной «четвероногости» Шедоу не мог пользоваться кулаками, но когти пускал в ход с энтузиазмом, хотя гораздо активнее он действовал пастью. Зайти сзади тоже оказалось не лучшим вариантом — удар длинного хвоста легко мог сбить с ног, а шип с острыми гранями, венчавший кончик, оставил несколько порезов на теле, руках и ногах Соника. Удушающий захват он даже пробовать не стал: шею противника защищали длинные и крепкие иглы, и натыкаться на них не было никакого желания. Самым уязвимым выглядело горло, прикрытое лишь пышным белым мехом, но путь туда пролегал в опасной близости от зубов.       Пока они кружили друг против друга, мысли Соника суматошно метались в поисках решения. Серьёзно вредить сопернику он не хотел, а переговоры не увенчались успехом. В светящихся красных глазах не было разума, лишь голод. Похоже, Шедоу оказался поглощён звериными инстинктами.       «Неужели это я его заразил?! — не мог поверить Соник. — Раньше ведь ничего подобного не случалось! Впрочем, раньше я никого и не кусал…»       Он чувствовал, что уже начинает выдыхаться в этой бесплодной драке, а раз план «Б» не сработал, то придётся вернуться к плану «А». И Соник снова бросился бежать.       Бегать он всегда любил. Это ощущение ветра в лицо, скорости, свободы, почти полёта… А когда бег можно было разделить с кем-то ещё — всё это преумножалось десятикратно.       Но сейчас компания его совсем не радовала. Бежать настолько быстро, как он всегда привык, не получалось. Постоянно приходилось быть начеку и отслеживать внезапные рывки монстра, чтобы успеть увернуться. Запасы адреналина подходили к концу, и держался он уже только из-за упрямства и нежелания сдаваться. Ноги и руки потяжелели, горло пересохло и саднило, каждый вдох отдавался болью в груди, кислорода не хватало. Усталость начала нашёптывать всё громче, что ему стоило бы отдохнуть. Даже весёлыми шутками над соперником себя взбодрить не получится, тот всё равно их не поймёт и не оценит.       Только одно всё ещё поддерживало Соника — монстр продолжал упорно следовать за ним и не пытался найти себе другую жертву, а значит он должен продержаться и не допустить того, чтобы пострадали другие.       Взгляд, мимолётно брошенный на небо, подарил надежду. Восток уже подёрнулся розовой дымкой рассвета, и в уставшем мозгу Соника щёлкнуло: его монструозный облик исчезал под лучами солнечного света. Если это он ненароком заразил Шедоу, то, может, и этот монстр снова превратится в его друга, как только взойдёт солнце? Это можно было проверить только одним способом, а Соник всегда был нетерпелив и смиренно ждать милостей от природы не собирался. Восходящее солнце можно было увидеть раньше с более высокого места…       Сориентировавшись, он из последних сил припустил в сторону нескольких высоких холмов, маячивших на горизонте.       Стиснув зубы, он вложил свои силы в последний рывок, прыжком достигая вершины. И словно почуяв, что добыча ускользает, одновременно с ним прыгнул монстр…       Тяжёлое тело сбило с ног, когти впились в бока, а зубы — в плечо, и Соник вскрикнул от резкой боли. Они кубарем покатились по каменистой почве, едва прикрытой жухлой травой. Ежеящер извернулся и оказался сверху, подминая его под себя. Расцепив зубы, он с довольным урчанием распахнул пасть пошире, нацелившись откусить голову. Соника обдало горячим дыханием с запахом кофе.       «Точно Шедоу. Вряд ли неизвестные монстры тоже любят кофе…» — мелькнула в голове несвоевременная мысль.       А в следующее мгновение его оглушил болезненный рёв. Зажмурив все три глаза, хищник сжался и попытался отпрянуть от первых солнечных лучей, осветивших его тело. Хватка ослабла, и теперь уже Соник вцепился в соперника, не давая ему ускользнуть в тень. Пара секунд возни с дезориентированным противником — и верхог почувствовал, как его тело тоже скрутило болезненной судорогой…       Когда Соник вновь осознал себя, то понял, что лежит на холодной земле, безжалостно впивающейся мелкими острыми камешками в спину и ноги, а сверху его придавливает что-то тяжёлое, тёплое и достаточно мягкое. Приоткрыв глаза, он разглядел растрёпанные чёрно-красные иглы. У него невольно вырвался нервный смешок.       — Ну и чего ты ржёшь, придурок? — хриплое рычание заставило уши испуганно дёрнуться.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Соник.       — А ты как думаешь?! — возмущённо шипя, отозвался Шедоу и приподнял голову. Красные глаза злобно уставились в зелёные, но Соник только облегчённо выдохнул: глаз всего два, и в них присутствовал разум. — Что это было? — требовательно спросил чёрный ёж.       — Эм… Кажется, я тебя заразил своим укусом, ты превратился в оборотня и чуть меня не съел, — виновато объяснил Соник.       — Жалко, что не съел, — Шедоу с разочарованным вздохом уронил голову обратно на грудь синему ежу. — И это будет повторяться?       Соник увидел нервно прижатые чёрные уши и печально вздохнул.       — Скорее всего, да.       — Тогда съем в следующий раз, — деловито заключил Шедоу, не поднимая голову и, похоже, не собираясь в ближайшее время вставать с тёплого и достаточно мягкого соперника.       Соник удивлённо моргнул, а потом не выдержал и захохотал.       — Точно придурок… — пришёл к неутешительному выводу чёрный ёж.