Перевоспитание

Очередной день, очередное унижение. Каждый раз новое место, и новый способ посильнее втоптать в грязь. Вчера Хакс начищал сапоги офицеров прямо на командном мостике, до этого драил казармы штурмовиков, а всю прошлую неделю питался лишь сушеными джоганами. Как будто он не генерал, а пленный джедай, над которым можно потешаться всем «Финализатором». Сегодня Рен придумал иное испытание. Втолкнул в отсек для совещаний, с помощью Силы распял, расплющил лицом вниз на столе. И дураку ясно чего ждать дальше, а ведь не так давно Хакс и сам мечтал отдаться Верховному лидеру — до его безумной идеи по перевоспитанию. — Только сломавшись, ты сможешь стать кем-то другим. — Заявил ему Рен, едва возглавив Первый Порядок. — Я слеплю из тебя нового Хакса. Непоколебимого, преданного, Хакса, который будет действовать без тени сомнения. Ты будешь как ситх, только без Силы. Ткань галифе лопнула, на ягодицы легла холодная уверенная ладонь. Ладонь настоящего лидера. Боль атаковала внезапно. Анус разрывало ледяное напористое давление, оно пролезало дальше, расширяя стенки под воздействием нечеловеческой силы. Внутри будто прокручивались железные пальцы с шипастыми отростками. Распирающее жжение пронзало до самой макушки. Хакс кричал, захлебывался слюнями, стучал кулаками по столу, пока его стеклянная поверхность не стала скользкой от крови. Следом внутрь проник большой горячий член, истекающий смазкой, стенки сомкнулись на нем с нежностью, обволокли, сжали тугой пульсацией. Чужие ощущение примирили с болью — стали законной передышкой, которая рано или поздно закончится. Рен, конечно же, услышал — уложил его согнутую в колене ногу на стол, и поясницу тут же пронзило жгучим уколом. Пальцы сильнее впились в бедра — под череду яростных толчков, под нестерпимое желание оказаться где-нибудь подальше. Не здесь, не в Первом Порядке. Стекло под щекой мигнуло, по нему прошла голографическая рябь. Рен ухватил его за волосы, приподнял, чтобы Хакс мог получше разглядеть, что там происходит. Теперь он видел себя и Рена со стороны — как Рен втрахивает его в стол, изогнув в болезненной позе. — Прямо сейчас я предаю это всему экипажу «Финализатора», все до последнего будут видеть, чего ты заслуживаешь, и как с тобой надо обращаться. Остатки гордости растерло в труху, осознание прошибло сильнее, чем калечащее вторжение Силы. Нет никакой цели, Рену просто нравится над ним издеваться, властвовать не только над Первым Порядком, но и над ним. Это знание все меняло. Нет ничего удобнее гладкого стола, нет ничего желаннее всеобъемлющей заполненности, и холодных щупалец чужого сознания в мыслях и ощущениях. Возможности рождаются под грузом давления.