Сто тысяч дорог к тебе

В понедельник я ждала Киняева, чтобы разорвать его на части и скормить бродячим псам. Другого он не заслуживал. Это не была месть, за мое разбитое сердце, за него я отвечу сама. Но вот за подлое вмешательство в мою частную жизнь он должен был поплатиться. Жёстко и публично. Чтобы всем хватило посмотреть. Но когда я приехала утром на работу, Светка, забыв поздороваться, с круглыми от ужаса глазами, встретила меня на входе в офис. - Лерка, тебя начальство на ковер вызывает, - прошептала она, заломив руки. - И что? – мой голос звучал спокойно и размеренно. - Говорят, Киняев отказался от услуг нашей фирмы, - трагическим голосом сказала Светка. - Оно и понятно, - усмехнулась я, не потому что мне было смешно, а потому что это логично, - На кой хрен ему наша контора, если у него целый юридический департамент в корпорации есть. - И что он тогда у нас забыл? — пробормотала Светка, и в этом вопросе слышалась паника, Я не ответила. Этот вопрос волновал меня в последние несколько дней все сильнее и сильнее. И я намеревалась выяснить у него сегодня. И тут на тебе! Он исчез. Какая ирония! Я прошла в свой кабинет. Светка трусила за мной. - Лера! К шефу на ковер! – напомнила она. - Мне в пальто туда идти? – удивилась я, расстегивая пуговицы - А… ну да… - похоже, приятельница волновалась больше чем я. Мне самой было все равно. По какому вопросу меня вызывали, я не знала, могла только догадываться. Но не видела в этом чего-то тревожащего. Клиент ушел – бывает. Не конец света для фирмы. Конечно, памятуя, что этот мерзавец вытворил в пятницу, можно было предположить, что и тут он сделал пакость - чёртова тактика давить на людей через их работодателей. Типичная для тех, кто привык решать всё баблом и угрозами. Самое неприятное, что меня могло ждать – строгий выговор и, возможно, штраф. Даже не увольнение – я была слишком ценным кадром, что бы разбрасываться. Даже под давлением такого влиятельного клиента, как Киняев. Да, впрочем, меня не страшило даже увольнение. Может было бы даже и хорошо. Взяла бы передышку на неделю - две, слетала бы к морю, поменяла обстановку.  Да, было бы неплохо. Я представила — самолет, солнце, никакого серого октября, Киняева, Припяти…Только прибой и Rammstein в наушниках. И улыбнулась себе: ведь даже в самой проклятой истории можно найти выход. Но сначала — ковер у шефа. Пусть скажут всё, что хотят. Я распахнула дверь и твердым шагом зашла в директорский кабинет. Стук каблуков приглушил ковролин. - А, Валерия… - шеф приветственно махнул рукой на стул, - Проходи. Присаживайся. Я села, выпрямила спину и уставилась на него выжидательно. - В общем, «Глобал Кинтек» принял решение забрать от нас свои дела. Хотя, прямо тебе скажу, - директор постучал ручкой по столу, - Я с самого начала не понимал, зачем они к нам обратились. Начальник сделал паузу. Я была спокойна. Пока ничего нового я не услышала. Статья 782 Гражданского Кодекса дает Киняеву абсолютное право расторгнуть договор в одностороннем порядке в любое время, и даже не утруждаться объяснением причин. Все по закону. По такому прозаическому поводу, шеф меня бы не дергал. Значит, дело было в чем-то другом.   - Да… - продолжил директор, задумавшись, - Они ушли красиво, оплатили весь таймшит и отказались от возврата авансового платежа. И дали аж десять рабочих дней на передачу документов. «Щедрость прямо до слёз, мне и пары дней хватит», усмехнувшись, скривилась я про себя. Но вся ситуация была приторно хорошей, как сахарная вата: липко, сладко, ненатурально. Деньги заплатили даже больше, чем надо, сроки передачи просто фантастические. Опять же  - все это начальник мог передать мне через секретаря. В чем подвох? -  Звучит прекрасно, - сказала я, - Тогда я пойду работать, передавать дела. - Подожди.  – у шефа был такой вид, как будто он сейчас вытащит из шляпы белого кролика. – Дмитрий Александрович лично выплатил тебе премию! В размере пяти окладов! Он в восторге от твоего профессионализма. «Да гори ты в аду, Киняев, вместе со своими деньгами!» - подумала я, а вслух, ровным голосом, сказала: - Не возьму. Начальник чуть не вывалился из кресла от изумления. - Почему? – чуть ли не завопил он на весь кабинет. Но вовремя приглушил децибелы, вспомнив про тонкие стены. И правильно… Хотя, секретарша его уже все слышала, я уверена. - Не хочу, – я пожала плечами. Директор оттер со лба внезапно выступившую испарину и снова тяжело опустился в кресло. - Ну, Вершинина…-  выдохнул он, - Я знал, конечно, что ты с придурью, но не до такой-же степени. И чего мне теперь делать с этими деньгами? По ведомостям они уже прошли. Я неопределенно покачала головой – мне это было неинтересно. - Я пойду работать, - повернулась к двери и вышла. Распахнула дверь кабинета и рухнула на стул за рабочим столом. Выдохнула — и со всей дури стукнула кулаком по столешнице. Гул от удара, мгновенная боль в костяшках  - и на секунду стало легче, словно хлынула наружу часть сдерживаемой ярости. Да твою ж мать! Оплаченный таймшит, отказ от аванса, 10 дней на передачу дел. Киняев ушел безупречно - чисто и красиво. Практически, на белом коне. Урод. Что ему было надо? Рассорить меня с Сергеем? Бред! Они даже не знакомы! Или знакомы? Киняев тогда назвал Костенко по фамилии… Но выглядел так, будто и сам удивлён этой встречей. А вот Сергей его явно не знал, это было очевидно. Зачем Киняев устроил эту демонстративную провокацию перед ним? Какой во всем этом  смысл? Я сжала виски. От всех этих вопросов и мыслей голова просто разрывалась. Это был замкнутый круг. Дверь тихо скрипнула, и в кабинет просочилась Светка, как будто боялась спугнуть меня. -  Ну что?  - тревожно спросила она, глядя исподлобья.  - Уволили? - Кого? Меня?  - фыркнула я.  - Нет, даже поощрили. - Лер, я серьёзно,  - обиделась подруга. - Я тоже.  - Не было смысла скрывать, все равно она узнает от секретарши, которая, скорее всего уже мечется по конторе, звоня языком направо и налево. Светка с ней просто разминулась. -Да ладно! – не поверила он, недоверчиво глядя на меня. - Угу,  - я усмехнулась.  - Клиент в восторге. -  Ничего себе!  - ошарашено протянула она. - Это после того, как ты его так динамила? Я пожала плечами. Не рассказывать же ей о своих подозрениях на счет Киняева. В сумке зазвонил телефон. Достала и увидела улыбающуюся Пашкину физиономию на экране. Точно, Пашка хотел о чем-то поговорить, но из-за… ситуации с Сергеем…мы с пятницы так и не разговаривали. Светка тихо выскользнула из кабинета. - Лерка, у нас проблема, – начал Пашка с места в карьер, не здороваясь.   - И тебе здравствуй, - напомнила я о приличиях и добавила сарказма в голос. – И что еще случилось? Давай, не стесняйся, жги! -  Аня уехала в Славутич. Локоть уперся в столешницу, и голова сползла на ладонь, словно потеряв способность держаться. - Идиотка! – вырвалось у меня. - Сказано же было – сиди дома! - Лер, давай не сейчас, — резко оборвал Пашка, и в его голосе звенело напряжение, - Что теперь делать? Что делать? Откуда я знала? Я знала, что не надо было делать – ехать туда, но эта упрямая овца сделала по-своему. - Скажи честно, ты знал, что она все-таки подписала тот контракт? – спросила я, напустив в голос строгости. - Лер, клянусь, не знал! Она мне только что позвонила из Киева. Улетела туда утренним рейсом. А оттуда ей организовали трансфер до Славутича. Там на машине около трех часов. Обещала позвонить уже из гостиницы, - его голос звучал искренне. - Ну, зашибись, что еще тут сказать! – слов действительно не было. У меня были огромные сомнения, что эта дура доедет до отеля. Но, в глубине души хотелось верить, что у меня просто паранойя. Ну, вдруг я просто накручиваю себя? Только факты кричали об обратном. Не просто говорили, а вопили во весь голос. Киняев исчез. Аня уехала. Совпадение? - И что теперь делать? – повторил брат. - Паш, - честно ответила я, - А я не знаю что делать! Уже все сделано. Теперь остается только ждать следующий ход директора «Глобал Кинтек». Вариантов нет. При полном отсутствии информации. - Но что-то надо! – воскликнул Пашка в отчаянии. - Сейчас надо дождаться ее очередного звонка, когда она там приедет? Через три часа? Позвонит и посмотрим. Паш, ну может там и правда съемка какая-то, а мы тут уже на нервах, – я сказала это только для того, что бы сбить градус Пашкиной тревоги. Только внутри я уже знала: Аня больше не позвонит. К трем часам вечера Аня конечно не позвонила. Пашка сходил с ума от беспокойства и строил догадки. Я ждала появления хоть какой-то дополнительной информации. Работать, естественно, уже не могла — слова на экране расплывались, пальцы зависали над клавиатурой, в голове гудела тревога. Аню мне жалко не было. Ей не пять лет – за свою дурость надо отвечать. Но вот Пашка мог наломать дров. Например, рвануть за ней. На чем? Да на чём угодно, хоть на танке. Ну, или, что реальнее, на Гошиной машине. Они же ещё в прошлый раз собирались именно так. Значит, надо перекрыть кислород. Надавить на Гошу, чтобы тот не посмел дать машину брату. Но была проблема – я не знала Гошиного телефона. Зато я знала, у кого он точно есть. Достала телефон и набрала Лешку. Ответили почти сразу. - Лерка привет! - Привет. Слушай,  дай мне телефон Гоши, мне надо с ним переговорить, но номера не знаю, - попросила я. - Не вопрос, я ему сейчас трубку передам, он тут рядом… Эй, Гошан, тут Лера тебя хочет, – крикнул он куда-то в сторону. Вот зараза! Не может без своих идиотских шуточек. - Д…да, Привет Лера, — неуверенно раздалось в трубке. - Гоша привет, – я усмехнулась, представив, как он покраснел. – У меня к тебе дело. - К…какое? – продолжал заикаться он. - Если мой брат попросит у тебя машину -  не давай. Ни при каких обстоятельствах. Договорились? - Но я и так  не смогу, мы сейчас на ней едем… - растерянно сказал Гоша. Холодок прокатился по спине, дыхание на секунду сбилось. - И куда вы едете? И кто «мы»? – медленно спросила я, убирая с лица прядь волос. - В Чернобыль. Я уронила телефон. Он с грохотом упал на стопку бумаг, сдвигая их на пол. Сердце застучало так, что я услышала его в ушах. Это было уже перебор в случайностях — не просто совпадение, а цепочка, которая звенела как набат. В голове билась примитивная мысль: «Не может быть». Но было. - Дай-ка я сама догадаюсь, – выдохнула я, - Едете в втроем – ты, Лешка и Настя? Угадала? - Да…но откуда?.. – начал он. Но я перебила: - И на кой хрен вы туда едете? - Леше предложили… - неуверенно проблеял Гоша. - Дай-ка ему трубку, - резко потребовала я. - Да, Лер, - голос, как обычно беспечный. Чего с раздолбая возьмешь? - Леша, - почти ласково просила я, - Скажи мне, на кой ляд вы снова едете в Чернобыль? Вам мало прошлого раза было? - А что? Было весело! – жизнерадостно воскликнул Горелов. Весело??? Он что там совсем охренел? Нас там пару раз чуть не грохнули и это весело??? Разбудите меня, я сплю, наверное… Его легкомысленность,  меня просто убивала. Я едва не выругалась трехэтажным матом - от ярости на этих идиотов и от страха за них одновременно. - Леш, ты больной? Тебе весело было? - Лер, ну а чё такого? - Так, - выдохнула я, - Разворачивайся и давай домой, - сказала я, чувствуя, как голос дрожит от напряжения. - Лер, строгую мамочку не включай, - насмешливо ответил Горелов, - Мы уже границу перешли. - Зачем вы туда вообще отправились? - Мне заработать предложили. О-очень хорошие деньги. Чел, из какого –то сталкерского клуба. Я там не вникал. Предложили съездить, пофоткать, видосов поснимать пострашнее. Авансик кинули приличный. Ну, я Гошана подбил, колеса нужны ж… и Настюха со мной. Я была в шоке. Они снова все ехали в Чернобыль. И все это явно было спланировано. Ни в какой заказ клуба сталкеров я не верила ни на секунду. Это Киняев, больше не кому. Но зачем??? И что теперь делать со всем этим?  - Леша, - стараясь быть спокойной, - вам прямо сейчас надо развернуться и ехать домой. - Лерка, не будь занудой! – весело выкрикнул Горелов, - всё! Вернусь – наберу! И отключился, паршивец. «Вернусь-наберу.» - ага, а если не вернешься? Ситуация становилась страшной. Было абсолютно очевидно, что их всех, как телят на бойню, заманивали в ловушку. И я сейчас уже ничего не могла сделать. Они упорно летели на огонь, как тупые мотыльки. Теперь основной вопрос был уже, что делать нам с Пашкой. Я металась. Головой понимала, что в этот капкан соваться нельзя. Но ребята уже в него попали. И я не могла им никак помочь. Хотя бы потому, что я в Москве, а они все почти что в Припяти. Похоже, Пашка был не в курсе дел лучшего друга. Но его реакция на новость о том, что он и Настей и Гошей снова едут в Чернобыль будет однозначной – надо ехать за ними. Тем более, что и Аня тоже где-то там. Но я не была уверена, что это хорошая идея. Особенно, вспоминая предыдущую поездку. Тогда нас тоже умело заманивали туда…Сергей… На миг сердце подскочило к горлу. Но я заставила себя выдохнуть. И взяла себя в руки. Всё! Сергея больше нет со мной. Какой смысл устраивать драму с заламыванием пальцев. Сейчас нужно было понять, что делать дальше. Итак - я сосредоточилась на проблеме. Даже если мы туда и сорвемся, то где их там искать? Конечно, можно будет позвонить и сориентироваться на месте. А дальше? Не могу же я взять хворостину и погнать этих малолеток домой? Все происходящее было похоже на какой-то театр абсурда, в котором я никак не могла разглядеть конечную цель. Зачем Киняеву ребята? Рабочий день закончился и я, подхватив сумку, вышла из офиса. На мгновение прилетело воспоминание, как Сергей стоял здесь на парковке, прислонившись спиной к своему черному внедорожнику. Ждал меня. Руки дрогнули на секунду. Я сморгнула воспоминание и направилась к своей машине. Села в кресло, бросила сумку рядом, поставила в держатель телефон. Положила руки на руль и на мгновение позволила себе расслабиться, отдаться мыслям о нем. Ощутить боль. Но только на мгновение. Потом глубоко вздохнула, успокаивая быстро застучавшее сердце. «Всё, Лера. Домой…» Внезапно в стекло постучали. Сердце подскочило к горлу. Я резко дернулась и посмотрела в окно. Рядом с машиной стоял Пашка. - Ты дверь то открой мне! – сказал брат, дергая ручку с пассажирской стороны. Я разблокировала замок. Пашка плюхнулся на сидение. - Пашка, какого черта? Ты мне чуть инфаркт не устроил! – вырвалось у меня. – Ты что здесь делаешь? - Решил заехать - надо решить что делать. Аня так и не звонила и телефон теперь отключен. «Час от часу не легче»,— подумала я, выезжая с парковки и вливаясь в поток машин. Надо было как-то рассказать Пашке о друзьях. Но не хотелось. Понимала, что он насядет на меня с поездкой туда. Но эта мысль мне претила. В отличии от них всех, у меня инстинкт самосохранения работал хорошо и сейчас кричал о том, что это западня. Только вот для кого и с какой целью? Я не успела ничего ему ответить. Экран телефона на держателе ожил и в динамиках машины прозвучал сигнал вызова. Номер не определился. Это было неприятно. Я не любила такие звонки. Но, нажала кнопку приема вызова на руле. - Слушаю. - Добрый вечер, Валерия, - раздался по салону машины вкрадчивый голос Киняева. В животе мгновенно скрутился холодный комок. Я сжала руль. Задержала дыхание. Посмотрела на Пашку и ответила, стараясь, что бы мой голос звучал ровно. - Дмитрий Александрович! Какими судьбами? - Валерия, вы великолепны в своей железной выдержке, -  воскликнул он. - Переходите к делу, - сказала я, сворачивая на тихую улицу и паркуя машину у тротуара. Ехать я сейчас не могла – руки тряслись. Я чувствовала, что произошло что-то очень плохое. Глянула на брата и приложила палец к губам. - Хорошо, к сути, - его голос стал жестким. – Захочешь увидеть своих юных друзей – жду тебя в Припяти. - В Припяти? – переспросила я. - Если хочешь увидеть живыми всех четверых, приедешь сама и привезешь мне брата. - Пашку? – от ужаса в горле пересохло. - Его, - усмехнулся Киняев. Так вот кто ему был нужен – Пашка! Я посмотрела на него. Он сидел напряженный, лицо белое, как мел. - Этого не будет, - твердо сказала я, хотя у самой тряслись руки. – Отпусти ребят! - Павел должен быть в Припяти завтра, - жестко припечатал Киняев. – Или этих четверых найдут в канаве.  А может, даже и не найдут. И передай брату, что Аню свою он найдет на памятном для них месте. И пусть поторопится, иначе находить будет уже нечего. Павел открыл рот, что бы что-то сказать, но Киняев уже отключился. На какое-то время в машине воцарилась гробовая тишина. Я чувствовала, что руки заледенели. - Лерка, это кто? – спросил Пашка напряженным голосом. В свете приборной панели его лицо было бледнее обычного, глаза — слишком большие. - А это как раз Киняев и есть. Генеральный директор «Глобал Кинтек». Я тебе говорила. Только кто бы меня еще слушал. Раздражение нарастало во мне как ком. Я даже не могла понять на кого конкретно – на Киняева, который оказался куда опаснее, чем я думала? На этих малолетних дибилов, у которых отсутствует здравый смысл и банальный инстинкт самосохранения. На Пашку с его тупыми вопросами? И он, конечно тут же подтвердил это: - Ты слышала, что он сказал? Ну странно было бы не слышать - я сидела рядом, звонок по громкой связи. Тупой вопрос – тупой ответ: - Паш, я ж не глухая. - Лера! Аня у него! Похоже, он услышал только это. Специально, для особо одаренных и слабослышащих уточнила: - Да, а так же Лешка, Настя и Гоша. - В смысле? Нет, это все же приступ тупости. Имя Аня напрочь выбивает пробки, Киняев мог в принципе ничего и не говорить – Пашка все равно половину пропустил. - Ну, ты же слышал, «всех четверых» или ты только про Аню услышал? - Они как там оказались? - Поехали на Гошиной машине за большими деньгами. Никого не напоминает? – язвительно сказала я. – Но это сейчас не важно. - Лерка, надо ехать за ними. Да, да, да… Снова нацепил рыцарские доспехи и сломя голову помчался в неизвестность. Плавали – знаем. - С ума сошел? А учитывая, как ты ему нужен – вообще забудь. Никто никуда не поедет, - отчеканила я. - Лер! Он убьет их! - Паша, это бред! Зачем ему их убивать? Какой смысл? Из мести? Он просто запугивает. Ну, вот не приедем мы и что? Какой Киняеву резон будет убивать подростков? Что бы мы увидели и ужаснулись? И после этого предполагается, что мы тут же приедем в Припять? Да с каких хренов? - А если нет? – Пашка посмотрел на меня. Пора было заканчивать это бесполезный и бессмысленный разговор. - Паша – нет! – резко ответила я, но внутри все сжалось. Здесь не было правильного решения. Надо было выбирать из двух зол. - Лера, - медленно сказал Пашка, глядя на меня, - Надо звонить Костенко. Только он сможет помочь. У меня внутри все замерло, как будто кровь перестала течь по жилам. Я сжала руки в кулаки, так, что ногти больно впились в ладони. Зачем? Зачем он напомнил мне о Сергее? - Нет, - вырвалось у меня почти со стоном. - Лера, почему? – казалось, Пашка удивился. Как можно было объяснить то, что жгло изнутри?  Потому что я уже дважды сломала ему жизнь и пора остановиться? Потому что боялась, что увижу его и не смогу сдержаться? А больше всего потому, что точно знала, что не сможет сдержаться он. Никогда не мог, потому что был уязвим. Нет, я не могла поступить с ним так еще раз. Я не самый хороший человек на этой планете, но даже для меня это перебор. - Потому что он мне слишком дорог. – ответила я. Даже не ему – себе, наконец признав это как факт. Господи, ну зачем он вообще заговорил про него? И так мысли скачут, как бешеные белки. Пашка смотрел слишком внимательно, как будто хотел что-то прочитать в моем лице. Помолчал, а потом, глядя мне в глаза, тихо и очень твердо сказал: - Лер, я все равно поеду. Ты не сможешь меня удержать. Там Аня, там Леха с Настюхой…Гоша. Тебе действительно не стоит ехать, ты ему тоже зачем-то нужна. Но я должен. Что ж, очень доходчиво. По всему выходило – поездка неизбежна. Но, я не представляла, на кой хрен мы туда поедем вдвоем. Какой от этого практический толк. Но обратиться в милицию был не вариант. Даже знакомые менты покрутят пальцем у виска и вызовут санитаров, как только мы начнем рассказывать про Припять. Опять же, территория другого государства. Что они там смогут? Пашка прав, Сергей, возможно, мог бы помочь, но к нему доступ мне был запрещен. - Ладно, хрен с тобой, - сказала я, - сейчас отвезу тебя домой, собирайся и приезжай. И поедем. Все это было безумием и авантюрой чистой воды, но по-другому я не могла. Пашка уедет и без меня, вопрос только, чем это все закончится. А отпустить его туда одного было невозможно.