Мисс Конгениальность

POV Эмма. Сцена конкурса была похожа на поле боя — только вместо оружия здесь блестели короны и лакированные улыбки. А я всё ещё не знала, где именно спрятан враг. Три дня оставалось до финала, и я чувствовала: что-то надвигается. Слишком много камер. Слишком мало искренних улыбок. И слишком часто возле Голда появлялась его ассистентка — Белль Френч. Белль была другой. Спокойной, почти мягкой, как ветер перед грозой. Когда я впервые увидела её — с планшетом в руках и чашкой кофе — я подумала: «не из их породы». Слишком настоящая для этого глянца. А потом поняла — под этой мягкостью кроется острая внимательность. Белль видела всё. — Мисс Мэн? — её голос прозвучал за спиной, когда я репетировала выход. Я обернулась. — Да? — Мистер Голд просил передать вам — вы выступаете третьей. И... — она сделала короткую паузу, — он советует держаться подальше от сцены, пока не закончится проверка оборудования. Я всмотрелась в неё, пытаясь прочесть, предупреждает ли она меня… или просто передаёт приказ. — Проверка оборудования? Прямо перед финалом? Белль пожала плечами. — Сказала бы, что это стандартная процедура. Но вы ведь не поверите. Что-то в её взгляде заставило меня насторожиться. — А вы верите Голду? — спросила я. — Я работаю на него, — просто ответила она. — А значит, верю ровно настолько, чтобы знать, когда молчать. И с этим ушла. Позже, в зале для генеральной репетиции, воздух был густой, как перед дождём. Дэвид бегал по рации, отдавая распоряжения команде, а я следила за каждым движением Голда. Он улыбался всем — типично, липко, фальшиво. И только раз его взгляд стал ледяным, когда Реджина появилась в зале. Реджина Миллс — глава жюри, символ строгости и идеала. Сегодня она выглядела как буря в человеческом облике: чёрное платье, волосы собраны, губы — красные, словно предупреждение. — Мисс Мэн, — произнесла она, подходя ближе, — не думала, что вы останетесь после репетиции. Обычно вы первая сбегаете. — Наверное, начинаю любить сцену, — ответила я, не отводя взгляда. Она слегка прищурилась. — Осторожнее. Сцена любит только тех, кто умеет играть. Словно по сигналу, где-то за кулисами вспыхнула искра — резкий треск, дым, крик. Я метнулась туда, на автомате. Кто-то кричал «короткое замыкание!», кто-то хватал огнетушитель. Я успела сорвать провод, прежде чем пламя успело перекинуться на декорации. Пульс бился в висках. Руки дрожали. Когда всё стихло, я почувствовала чей-то взгляд — и встретилась глазами с Реджиной. Она смотрела не как судья. Как человек, увидевший то, что не укладывается в правила конкурса. — Вы знали, что это произойдёт? — тихо спросила она, подходя ближе. — Я просто была рядом, — сказала я. — Слишком вовремя, мисс Мэн.