Я вижу, но какова цена?

*** Этот день был... Волшебным. Дрим не только светился, но и сам по себе излучал тепло не просто живого тела, а ещë и какое-то духовный огонь, согревающий что-то холодное и голодное внутри него. События ночи почти превратились в кошмар. Голос в голове молчал в тряпочку и казалось, будто его никогда и не было, но вот окружение... Везде, куда бы не ступала нога Мечтателя, тени расступались, пропуская его вперëд. Вся та гниль, кишащая в его комнате, оказалась простыми дворняжками, боящимися обжечься об это светило. На диване было необыкновенно удобно, а брат, казалось, был ещë мягче, но позволить себе прикоснуться к нему Мар не мог. Он банально ощущал страх перед ослепительным светом, который запросто мог сжечь в нëм зачатки того, что позволяло ему хоть как-то видеть этот мир. Дрим что-то бубнил про фильм, но Кошмар его почти не слушал. Он думал, что «зрение» не позволит ему видеть изображение на телевизоре, но... Очертания, силуэты... Это всë уже было как счастье для того, кто мог только воображать какого это - видеть. Вслушиваясь в голоса, Мар впервые мог представить себе лица. То, как двигаются чужие губы и то какие морщинки появляются на лицах актëров. Теперь это были не тактильные ощущения, а полноценный образ. Будто он, будучи скульптором без глаз, основывался только на свои руки, но потом внезапно прозрел и понял как выглядят те морщинки, складки, формы... Нечто совершенно волшебное и абсолютно не пугающее. Так думал Найтмер пока фильм, который они включили, внезапно не прервался на «важные новости». - Срочное включение. В ночь с хх на хх был зверски убит человек на улице У. Очевидцы утверждают, что убийство может быть результатом нападения стаи диких собак. В недавних новостях мы освещали тему закрытого питомника для собак «Счастье», сотни бездомных животных были выгнаны на улицу и вот к каким последствиям это привело... Полиция города призывает жителей сидеть дома до выяснения обстоятельств дела. В ближайшее время все все бездомные псы будут отловлены, ну а для получения большей информации мы обратимся к моей коллеге... - Дрим выключил звук, явно не желая, чтобы младший брат продолжал слышать нечто подобное, но теперь Найт ещë и видел. Новостной канал явно зацензурил всë тело, потому что... Живого места на нëм не было. Большой квадрат не позволял силуэтному восприятию брюнета отчëтливо разглядеть пострадавшего, но... Неожиданно на плечо опустилась рука. Вопреки яркому свету, тепло чужой ладони было абсолютно таким же, как и температура человеческого тела. Абсолютно ничего необычного.  - Это ужасно. Я всегда ненавидел управление нашего города за то, что оно топит все малые бизнесы... Этот питомник был ещë и ветеринарной клиникой. Страшно представить, сколько бешеных псов было выброшено на улицу бродить в поисках таких вот жертв, - поверну голову в сторону блондина, Кошмар чуть удивился, когда понял, что яркий свет вокруг него потускнел, позволяя увидеть благородный профиль. Интересно, Найт имеет такой же? Но почему сияние вдруг расступилось? Да, Дрим не выглядит из-за этого менее богоподобным, но всë же...  «Его свет - результат спокойствия души. Сейчас он обеспокоен - свет тускнеет. Но от этого он не менее притягателен. Нечисть как мотыльки, слетаются на сияние и убивают по пути, желая не пойми чего от этого самого сияния», - но Кошмар его уже не слушал. Его не сильно интересовал факт того, что монстр внутри него уже дважды проявил интерес к его брату. Ему были не важны новости и тот приют с дурацким названием «Счастье», будто усыпление бешеных бродяг хоть сколько-нибудь приводит мир к подобию этого состояния души. Ему было важно то, что Дриму не хорошо. Он подавлен из-за новостей о смерти какого-то левого человека, он зол на правительство, которое к этому привело, от него пахнет скорбью. Кажется, даже за зацензуренным квадратом и немому репортажу в телевизоре можно было прочувствовать весь спектр эмоций и ужаса. Может ли быть, что Сон может читать по губам и теперь непрерывно смотрит в экран, потому что хочет знать подробности? Возможно, на какое-то мгновение он увидел тело без цензуры? Может быть, у него настолько хорошее воображение, что тот уже во всех красках представил, как это было? - Боже... - Мар вновь прислушался к чужому голосу. Он ему не понравился. Что-то больно кольнуло в груди от слов старшего.  - Что-то не так? - руки уже не могли лежать на месте. Парень поднял их и потянул к тëмным очертаниям лица, желая наконец вновь почувствовать его эмоции. Чужое лицо послушно повернулось к нему. У Дрима не было глаз... Его губы были словно тонкая линия, прочерченная гениальным художником, а волосы вились и казались такими мягкими... Найтмер никогда не позволял себе прикасаться к волосам.  - Это произошло... В том районе, где я работаю. Прямо рядом с моим маршрутом. Если бы только меня вызвали на смену... Я мог не вернуться домой, - от этих внутри всë как-то странно похолодело. Сначала Мар подумал, что это из-за слов, сказанных Дримом о собственной смерти, но потом... Сегодня ночью... Он же шëл по тому маршруту, что сказал ему старший брат. Перед мысленным взором, который теперь был больше похож на те самые кадры из недавно просмотренного фильма мелькала то ванная с красными разводами, то его тëмная пижама, то ночной город с его монструозными обитателями, то... Это нечто... Страшная махина без глаз и неестественно крутящейся головой. Его неустойчивые шаги в его сторону и тот страх вперемешку с незнакомым голодом. Но... Это же не мог быть он. Жертва в телевизоре явно была человеком. Перемолотым, рваным, но человеком. Так почему же сейчас его разум так настойчиво вопит об убийстве монстра, ведь это разные существа. Тут человек, а ночью тварь, это не может быть...  «Монстр был поглощëн... » - будто отвечая на вопрос, говорит тьма, а после вновь погружаясь в красноречивое молчание, позволяющее додумать и понять всë то, что произошло в ту ночь. Тело невольно содрогнулось, но, кажется, Дрим расценил этот жест как что-то иное и притянул младшего к себе, прижимая его к тëплой груди. Где-то там, за рëбрами, чуть сильнее и напряжëннее колотилось сердце. Мечтатель был взволнован и Мар это чувствовал. Руки с лица перешли на плечи, младший обхватил старшего под подмышки, обвивая его руками и прижимаясь сильнее. Они до этого... Никогда не обнимались. Кошмар может поклясться, что даже в их далëком детстве он никогда не чувствовал тепла тела, прижимающего к нему. Его вообще никто не обнимал: ни мама, ни отец, ни друзья или знакомые... Были какие-то левые прохожие, которые в попытке помочь или поддержать приобнимали его, но это скорее выводило из себя, недели давало какую-то мотивацию. Сейчас же всë иначе... Сейчас брат прижимает его к себе и радость, которую испытывает Мар не передать словами. Это не правильно, он должен изображать скорбь или страх, но вместе этого лыбится как сумасшедший и прижимается к чужой груди в надежде, что его истинные эмоции так и не увидят за этот недолгий период объятий. К сожалению, он и правда длился недолго. Дрим отпустил его, а Найт ещë какое-то время просто не хотел отстраняться.  - Я позвоню на работу и сообщу о том, что не выйду в ближайшую неделю... Думаю, все заведения, которые находятся в непосредственной близости от того места, будут закрыты. Так что... Незапланированный отпуск?  - Незапланированный отпуск, - довольно протянул Найтмер, а в глубине сознания червëм проедает мозг мысль, что это его заслуга. Что брат наконец-то нормально выспаться, что он будет рядом и наладит режим, и всë это благодаря одной жертве подложенной в нужное время в нужном месте. Это и не человек был. Найт будет повторять себе это снова и снова, пока сам не поверит в реальность данных слов. Убили не человека, это была тварь, угрожающая его жизни. Всë то, что произошло - всего-лишь результат самообороны. Не более и не менее.