Black box (сборник драбблов)

      Женщина аккуратно обвивает шею Вениамина руками, смотря в его глаза самым проницательным взглядом, который он только встречал за всю его жизнь. Ухоженные пальчики женщины нежно пробегают по его затылку и шее, даря ощущение давно забытой ласки. Он изголодался по прикосновениям, изголодался по нежным женским рукам в своих волосах, так соскучился по ощущению заботы и любви. Она видит его насквозь, знает - он не отпустил свою жену, до сих пор ждёт её, не хочет подпускать к себе никого. Но её подпустил. Она для этого делала всë, из кожи вон лезла, отгоняя тех, кто пытался отобрать его у неё. И получилось, теперь Вениамин полностью в её распоряжении, кудрявый, чуток сутулый, ужасно милый и сильный, а самое главное почти разведённый. Почти её. Ирина, можно сказать, заставила его подать на развод с Дашей, как только начались их отношения.       Они встречаются официально для всех, и Ира не скроет - ей нравится ловить все эти взгляды членов его семьи полные ненависти. Особенно широко она скалится, видя тётю Люду, ведь именно эта женщина в детстве говорила ей, что будь она её матерью - высекла бы. У Якушевой была только одна проблема, сын не обрадовался тому, что предмет его воздыханий, Соня, потанциально может стать его сестрой, пусть и сводной. Ирина воспитала его слишком правильным и хорошим мальчиком, чтобы он мог пренебречь нормами морали. Но женщине ничего не стоило сделать грустное личико, всегда действующее на Игоря, ведь он терпеть не мог, когда его мать расстраивается. "Грустное личико" когда-то позволяло Ирине избегать наказний родителей, а теперь служит отличным инструментом для воспитания сына. Если подобное вообще можно назвать воспитанием. На самом деле казалось, что малыш-Игорь, сейчас уже молодой человек, был ответственным взрослым, а его мать - незрелая девочка-подросток. К сожалению или к счастью, Игорю пришлось быстро повзрослеть, а Ирине нужно было после развода почувствовать себя хоть немного счастливой, поставить на первое место себя.       На данный момент Вениамин даже не может грубо убрать её руки со своих плеч, как он обычно это делает, когда она начинает пытаться залезть, куда не следует. Ирочка сегодня болеет, сегодня ей можно всë, но вот завтра уже будет нельзя, завтра она поправится, ведь деньги и клиентки важнее какого-то там здоровья. Сегодня Веник должен делать ей чай с сахаром, приносить пирожные в постель, забывая про все её диеты. Веник должен нежно гладить её по волосам за каждую выпитую таблетку, покорно пропуская мимо ушей все ужасные фразы, вылетающие из её рта, проклинающие горький вкус таблеток, головную боль и весь мир. Она тянется за очередным поцелуем, даже не смотря на высокую вероятность заразить многодетного отца.       — Ты может хочешь мне что-нибудь рассказать? — голос у Якушевой был хриплым, совсем не привычным. Веник на вопрос отвечать не хотел, он только приложил руку к её лбу, чтобы сразу понять насколько плачевное у женщины сейчас состояние, — А я и так всë знаю. Ты меня просто не любишь. — заключила Ирина, нежно поцеловав своего возлюбленного в щёку. Она была мастером разводить драму.       Васильеву хотелось подскочить с кровати и громко крикнуть "Да!", но он не мог. Совесть не позволяла, да и отступать после всего пройденного, можно сказать, по головам родственников пути было бы донельзя глупо. Вениамин никогда не будет чувствовать себя рядом с ней полноценно, мужчина просто хочет немного заткнуть пустоту после ухода Даши. Тоже сделать ей больно, отплатить той же монетой. И получается, он впитывает всю недостающую женскую ласку, нагло используя ту, что ни за что не дала бы себя использовать.       Якушева ждёт, когда же Веник наконец-то нависнет над ней, чтобы снова поцеловаться, а может, пока Игорь в школе, и сделать нечто большее, на что она уже давно успела его искусить. Его мужское начало давало о себе знать каждый раз, когда Ира скидывала с себя одежду, не стесняясь, казалось бы, вообще ничего. Она лишь помогала заткнуть пустоту, что так мешала Вениамину спокойно жить, заставляя с головой окунаться в давно позабытое прошлое. Иногда Веник представлял свою Дашеньку вместо Ирины, ему становилось лучше, кошки прекращали царапать душу, ощущение измены своей супруге улетучивалась.       В квартире новой возлюбленной было спокойно, Вениамин там прятался, для него это лишь временное укрытие, из которого рано или поздно прийдется выйти и отправиться прямиком на поле боя, к себе домой. А пока время не кончилось можно взять свою женщину за талию, приподнимая для неположенного женатому мужчине тактильного контакта, переходящего все границы между их телами. Веник чувствал себя свободно, кандалы семейной жизни постепенно спадали с него, заставляя чувствовать полную безнаказанность рядом с Ириной.       На самом деле она заприметила его ещё много лет назад, тогда Даша впервые привела его чтобы выиграть их очередной дурацкий спор. Милый умный паренёк ей сначала не слишком понравился, но и отрицать, что в ней что-то шевельнулось, она не станет. Якушева ненавидела проигрывать, особенно, когда на кону стоял её здоровый желудок, поэтому снова встретив его на выпускном хотела убить очкастого студента-физика. До того, как, стоя рядом друг с другом в толпе, они заговорили, Веник посмеялся с её тупой шутки про хоккеиста на сцене. Эта нелепая улыбка четко отпечалась в воспоминаниях девушки и пару недель совсем не выходила из её головы с почти идеальной укладкой.       Сейчас Ирина дрожит под ним, но совсем не от страсти, кипящей где-то в глубинах души, а от мерзкого озноба, причиной которого является простуда. Её подташнивает не от переполняющих нежных чувств, желающих выйти наружу, ей просто плохо. И без того горячее тело с температурой выше нормы, постепенно покрывается обжигающими поцелуями мужчины, они ненадолго прогоняют ощущение холода. Якушева довольно улыбается, хоть состояние её рядом с Веником и не улучшается, внимание переключается на процесс взаимных недо-нежностей, которые прекратятся тогда, когда это решит сам Веник. И он решает это. Просто молча уходит.       Ирина лишь обессилино смотрит в потолок, прикладывая прохладное запястье к своему разгоряченному лбу и борясь с противной болью в носоглотке. Вениамин часто так вскакивает и уходит, так что ничего странного не произошло. Ире отчасти обидно, но она его не винит, проявляя великое снисхождение по отношению к четырём дочкам, к которым скорее всего и пошёл мужчина.       А, нет, вот он. Идёт с горячим чаем с сахаром, симптоматическими таблетками и спреем от горла. Вениамин даже о Якушевой заботится, как о родной, хоть она и считает, что всё же будет легче подышать над картошкой, чем лечиться по-нормальному. Присаживаясь рядом, он строго смотрит на Иру, чтоб она наконец нормально села и забрала из его рук хотя бы чашку. Она, не подумав, закатывает глаза и сразу жмурится от мерзкой боли в голове, протестуя против перехода в сидячее положение. Но Ирина не была бы Ириной, если бы не добилась своего и не села, забирая ёмкость с горячим напитком.       Они сидят молча, будто кто-то умер, а может действительно скоро умрёт, например, потихоньку угасающая любовь Веника к его бывшей жене или непоколебимость Ирины, рушащаяся об стену заботливости Васильева и его милейшие кудряшки, преследующие её куда бы она не пошла, даже во снах. Их любовь слегка груба, но участники и не против, они могут в любой момент отмахнуться друг от друга, серьезно обидев. Чего только стоило, как в первый их раз, Вениамин столкнул её с кровати, она потом чуть ли не в полицию собиралась, а он смог заткнуть её поцелуем, а после и не только поцелуем. Он дал ей что она хотела, а она даёт ему то, что хочет он. Вот такая любовь, построенная на выгоде и потребностях… Станет ли это началом истиной и искренней любви или так и останется лишь запасным вариантом. Только время рассудит.