Виридиан: Зеленый путеводитель

Шота усилил захват и сильнее прижал злодея к стене: «Сопротивляться нелогично, просто скажи мне то, что мне нужно знать». «Чувак, это всего лишь наркотики!» — сказал злодей. «Если тебя это беспокоит, то, может, тебе стоит чаще выходить из дома. У меня есть пара образцов, которые отлично подойдут для первого раза». Шота закатил глаза: «Да, предложи продать наркотики герою, который тебя арестовывает. И, честно говоря, если бы это были просто наркотики для вечеринки, мне бы, наверное, было всё равно, но это же Триггер, так что я спрошу тебя ещё раз: где ты берёшь наркотики?» «Иди на хуй!» Шота вздохнул: «Ладно, будь по-твоему». Он набрал номер Цукаучи и подождал, пока в трубке не раздался полусонный голос детектива. «Не могли бы вы прислать машину? Мне нужно привести преступника для оформления и допроса».

***

Цукаучи оторвался от бумаг, когда Ластик вошёл с только что арестованным злодеем. Вероятно, этот парень был мелким торговцем, как и остальные, которых привел Ластик, но всегда оставалась надежда, что следующий злодей узнает, кто стоит за Триггером. «Комната для допросов номер восемь открыта, Ластик. Можешь завести его туда». Ластик хмыкнул в знак согласия и потащил бандита в дальний угол участка, пока Цукаучи наливал им обоим кофе. Ему придётся допросить парня позже, поскольку он был одним из детективов, расследующих дело Триггера, но это можно было немного отложить, пока не будут оформлены документы. В любом случае, позволив бандитам подождать несколько минут, он помог взять ситуацию под контроль. Шота наконец сел за другой конец стола, взял кофе и поморщился: «Цукаучи, ты не упомянул, что на станции заменили кофе на растворитель для краски». Цукаучи только рассмеялся: «О, ты просто злишься, что в Мусутафу нет твоего любимого кошачьего кафе». «Что сказать, братья Хотта варят отличный кофе», — пожал плечами Шота. «У тебя есть эти бланки? Я хочу поскорее с этим покончить». Цукаучи покачал головой, но выхватил из ящика справа форму для приёма злодеев и передал её Шоте, который начал её заполнять с раздражением и скукой одновременно. Бумажная работа была совсем неинтересной , и Шота предпочёл бы патрулировать улицы в поисках информации для расследования «Триггера», но бюрократия была частью жизни, так что ему приходилось с ней мириться. Они продолжали работать в дружеском молчании в течение нескольких минут, пока двери станции снова не распахнулись, и в комнату не вбежал Усилитель со злодеем и не отвела его прямиком в камеру предварительного заключения. «Почему она такая громкая?» — проворчал Шота. Цукаучи поднял бровь: «Она еще даже ничего не сказала». «Точно. Даже её присутствие достаточно громкое, чтобы привлечь внимание, это раздражает». «Ой, не порти всем настроение, Ластик», — ухмыльнулась Усилитель, хватая стул и садясь рядом с ним. «Ты просто злишься, потому что тебя даже крыса не заметила бы». «Знаешь, это специально», — сказал Шота, когда Цукаучи передал Усилителю анкету злодея. «Люди не замечают меня, пока я сам этого не захочу» . «Может быть, именно поэтому вы до сих пор не столкнулись с нашим маленьким проводником-мстителем, — сказал Усилитель. — Он просто не знает о вашем существовании». Шота закатил глаза: «Я думаю, гораздо более вероятно, что UA находится вне своей зоны комфорта, а поскольку я всегда придерживаюсь этой зоны, если только не иду по наводке, у нас просто еще не было возможности столкнуться друг с другом». «Конечно», — усмехнулся Усилитель, — «как скажешь, Ластик». «Этот злодей был одним из Зеленого Проводника?» — спросил Цукаучи. «Это зависит от вашего определения», — сказал Усилитель. «Если вы имеете в виду, привёл ли он меня к парню, то да, но если вы имеете в виду, сам ли он его прикончил, то нет». Шота нахмурился: «Я думал, Зеленый Проводник никогда не расправляется со злодеями в одиночку». Цукаучи вздохнул: «Он не знал, по крайней мере, до вчерашнего вечера, когда мы отреагировали на вызов о попытке нападения, и обнаружили, что преступник уже был без сознания и связан кусками старой футболки. Пострадавший сказал, что это был парень в зелёной толстовке с капюшоном и защитных очках». Шота потёр виски, пытаясь унять надвигающуюся головную боль. Этот проблемный ребёнок его доконает. «Как? Судя по тому, что ты мне рассказал, от него остались кожа да кости. Как он смог справиться с настоящим злодеем?» «Консервной банкой». Шота остановился и уставился на Цукаучи, он, должно быть, неправильно услышал ответ: «...Что?» Цукаучи кивнул: «Вы меня правильно поняли. По словам потерпевшего, Зелёный Проводник начал драться с парнем, но не мог одержать верх, пока не схватил банку фасоли и не начал бить её, словно кастетом. Это было довольно жестоко, но эффективно». Шота не знал, гордиться ли ему за то, как быстро он соображал в критических ситуациях, или злиться за то, что он рванул прямо навстречу опасности. Вероятно, и то, и другое. «Ага!» — взвизгнул Усилитель. «Наш малыш растёт! Сам расправляется со злодеями и всё такое!» Шота нахмурился: «Я не думаю, что это хорошо». «Да, пожалуй, я соглашусь с Ластиком», — сказал Цукаучи. «Пострадавший сказал, что, похоже, попал впросак. Я бы предпочёл, чтобы он продолжал искать героев, чем ввязываться в драки, к которым не готов». «Да ладно!» — простонал Усилитель. «Вы должны признать, что победить преступника, имея только свой ум и консервную банку, — это впечатляет». Шота лишь бросил на нее равнодушный взгляд: «Ничего, кроме ума, консервной банки и , возможно, способности к быстрому бегу». "Ну давай же!" Шота вздохнул: «Ладно, признаю, он сообразительный и, безусловно, хорошо владеет импровизированным оружием, но парню явно не хватает необходимой подготовки. Я не хочу, чтобы он ввязывался в драки, если он всё равно погибнет». «Ну, у Кроулер и Поп Степ тоже не было никакой формальной подготовки, когда они только начинали», — отметил Цукаучи. «Возможно, это правда, но у них также был Наклдастер, который их наставлял и выручал из любых передряг», — возразил Шота. «У Зелёного Проводника даже этого нет». «Ну, тогда, возможно, тебе стоит взять на себя эту роль», — усмехнулся Усилитель. Шота сердито посмотрел на неё: «У меня и так достаточно проблем с детьми в UA, спасибо. Не стоит ещё и учить начинающего». Усилитель пожал плечами: «Просто мысль, Ластик, учитывая, как ты оберегаешь ребёнка, которого даже не видел. Ах да, насчёт имени ребёнка, не думаю, что он больше зовётся Зелёным Проводником». Цукаучи нахмурился в недоумении: «Что? Зачем что-то менять?» Усилитель в шоке посмотрел на них обоих: «Вы что, не видели статью сегодня утром?» Они покачали головами, а Усилительница улыбнулась и достала телефон: «Похоже, женщина, которую он спас прошлой ночью, — репортёр. Поскольку он не дал ей прозвища мстителя, чтобы она могла его называть, она назвала его Виридиан. Заманчиво, правда?» Цукаучи нахмурился: «Как я этого не заметил?» Усилитель пожала плечами: «Возможно, потому что ключевые слова были неправильными. Скорее всего, ваш компьютер настроен на отправку вам пинга, если в новостях упоминается Зелёный Проводник, но поскольку этот репортёр использовал другое имя, это не сработало. Мне всё равно больше нравится Виридиан». « Легче сказать…» «Общественная известность для мстителей — это всегда плохо», — проворчал Шота. «Это ударяет им в голову, и они в итоге подвергают себя ещё большей опасности, чтобы произвести впечатление на своих фанатов ». Он вздохнул. «Парень, наверное, уже впитывает свою славу».

***

Изуку был в панике. Он никак не мог выкинуть эту статью из головы, даже бегая по улицам, ведя героев к преступлениям. Когда Изуку увидел статью по дороге домой из школы, ему пришлось бороться с панической атакой, и он чуть не остался на улице в тот вечер. Он не хотел быть знаменитым. Чем больше людей обращали на него внимание, тем больше вероятность, что они поймут, что у него нет причуды, и тем быстрее он мог попрощаться со всей положительной репутацией, которую заработал. Формально он даже не был мстителем, так зачем ему имя? Но, похоже, та женщина, которую он спас, была репортёром? Значит, она написала о том, как он победил злодея, и, похоже, она накопала, чтобы выяснить, что он обычно сам избегал драк. Изуку не заслуживал, чтобы о нём писали, как о героях, поэтому он не мог отделаться от ощущения, что каким-то образом обманул репортёра. Он не пытался убедить её в том, что он не бесполезен, но, видимо, именно это и произошло, раз её статья была такой позитивной. Он просто хотел ей помочь. Именно поэтому он сегодня вечером снова вышел на улицу. Конечно, он не был рад статье, но он не собирался позволить ей помешать ему помогать людям. И он действительно помогал людям! Он помогал героям найти тех, кого нужно было спасти! Он делал доброе дело! Но ему, пожалуй, стоит начать носить оружие, если он когда-нибудь снова решит ввязаться в драку. Занимаясь ранами и всем, что связано со статьёй, он совершенно забыл о том, чтобы прикрепить оружие к костюму сегодня днём, но это не было большой проблемой. Он всё ещё был весь в ссадинах и синяках после вчерашней драки с Молеманом, так что ввязываться в новые драки так скоро было бы не очень хорошей идеей. Оружие ему пока не особо нужно, но всё же неплохо было бы подумать над этим. Он почти подумывал завести бейсбольную биту, но было несколько проблем. Хотя это было бы полезным оружием, похожим на дубинку, оно было слишком громоздким. Он не смог бы бегать, постоянно держа биту в руках, так что это помешало бы ему спасать людей, что было полной противоположностью его желаниям. Не говоря уже о том, что он никогда не увлекался спортом, так что, если бы он пришёл домой с битой, мама задала бы слишком много вопросов, на которые Изуку совсем не хотелось отвечать. Его оружие должно быть небольшим. Его нужно было уместить в карманах, чтобы он мог легко бегать и при необходимости оставаться инкогнито. Поэтому ничего вроде посоха не подходило. Возможно,… Он услышал, как кто-то зовёт на помощь, и, осмотревшись, побежал за героем. Оружие он мог взять позже. Но сейчас Изуку нужно было спасать людей.

***

Когда Изуку вылез из кровати и сразу же начал свой ночной забег, прежде чем облачиться в одежду мстителя. Было ли странно, что середина ночи стала его любимым временем суток? Вероятно, так и было. Каччан, наверное, подумал бы, что он сошел с ума, раз решил выйти посреди ночи и беспокоить героев. Изуку прокрался к входной двери, но замер, вцепившись в ручку. Разве он не решил вчера, что ему действительно нужно взять с собой оружие? Он ещё долго колебался, размышляя о преимуществах того, чтобы снова выйти без оружия. Он ведь всегда мог положиться на то, что найдётся, верно? В прошлый раз всё сработало отлично. Но хотя он и мог так поступить, ему, пожалуй, не стоило. Мама бы его убила, если бы узнала, что он ввязывается в драки без какого-либо оружия или плана действий, и хотя он не собирался, чтобы она об этом узнала, это было делом принципа. Что-то маленькое, что можно спрятать, но при этом быстро схватить, чтобы не слишком отвлекать от своего сегодняшнего мстительного шествия. Хм... отрезать... может, стоит взять какой-нибудь нож? Он включил фонарик на телефоне и пошёл на кухню. Были ли ножи, которые мама не хватала бы? Он, конечно же, не мог взять их из подставки для ножей, их бы сразу хватились. Он, может быть, и смог бы улизнуть, взяв нож для стейка, но... класть нож в карман без какой-либо связки, наверное, не лучшая идея, правда? Он просто порежется, когда попытается позвать героев, а это ни к чему хорошему не приведёт. Ему нужен был нож с какой-нибудь встроенной защитой. Изуку улыбнулся, когда ему пришла в голову идея, и начал рыться в ящике с хламом как можно тише. Ему потребовалось некоторое время, чтобы найти то, что он искал, поскольку они использовали его так редко, и он начал бояться, что они действительно потеряли его, когда его рука сомкнулась на старом канцелярском ноже. Изуку несколько раз потренировался выдвигать и втягивать лезвие, чтобы почувствовать его. Да, порезы будут не очень глубокими, но их будет достаточно, чтобы отвлечь злодея в случае необходимости, чтобы Изуку мог убежать или найти другую возможность. Это было хорошее начало. Теперь о дубинке. Внезапно Изуку сходил в кладовку и схватил банку супа. Бегать с банкой в долгосрочной перспективе было бы не очень-то удобно, ведь она тяжёлая и её трудно держать, но позже он всегда мог заменить её чем-то более удобным. К тому же, в прошлый раз она так хорошо сработала, что Изуку был уверен в её надёжности. Однако банки и канцелярского ножа было недостаточно. Изуку собирался сражаться без причуды против людей с причудами, так что ему, вероятно, нужно было больше оружия, чем большинству мстителей. Он хотел бы иметь что-то вроде тонфы, но не знал, как ею пользоваться, да и она была чуть больше, чем ему было удобно носить в кармане толстовки. Хотя какая-нибудь палка тоже подошла бы, если бы... Изуку быстро подбежал к шкафу в прихожей, где мама хранила свои старые принадлежности для рукоделия. Разве она не делала что-то с деревянными шкантами несколько месяцев назад? Если Изуку повезёт, там ещё останется немного. Он ухмыльнулся, увидев стоящие у стены штыри. Он схватил два коротких, каждый около двадцати сантиметров длиной и трёх в обхвате, но один был чуть короче другого. Изуку надеялся, что эта разница не слишком лишит его равновесия, если ему придётся использовать их в бою. Теперь, когда он наконец почувствовал себя достаточно вооружённым, Изуку выключил фонарик и вышел через парадную дверь. Он был готов.

***

Изуку прижался к стене, чтобы быть полностью скрытым в тени, пока он наблюдал за бандитами. Он услышал повышенные голоса, поэтому побежал в сторону боковой улицы и сейчас прятался в переулке, но бандиты, по сути, ничего не делали . Их было около десяти, и, вероятно, они были членами какой-то банды, но, похоже, они просто шутили и хулиганили, а не совершали ничего предосудительного. «Когда, по словам твоего друга, она приедет?» — спросил один из бандитов. «И почему мы должны были встретить её здесь ? Там же везде мухи, мужик!» «Ой, перестань вести себя как ребёнок». Похоже, этот парень был лидером. У него была зелёная кожа и что-то похожее на шипы на лице, что заставило Изуку задуматься, что же это за причуда. «Она скоро будет здесь». Изуку покачал головой и отвернулся. В его помощи нуждались и другие, ждать здесь не было смысла. Он уже собирался уходить, когда первый бандит закричал от боли, и Изуку резко обернулся, увидев, как тот схватился за шею: «Чёртова муха меня укусила!» Через несколько секунд каждый из бандитов хлопнул себя по шее и закричал. Должно быть, это были какие-то мерзкие мухи, раз они искусали всех, но зачем кусать всех сразу? Изуку следовало бежать, эти укусы выглядели болезненными, и ему совсем не хотелось объяснять маме, как его укусило насекомое, когда он, вроде бы, был дома в постели. Он повернулся, чтобы уйти. «Сука! Я тебя убью!» Изуку в шоке наблюдал, как головорезы начали набирать силу и атаковать друг друга. Что? И у всех были такие мощные причуды! Он думал, что такие мощные причуды редки, и чем сильнее твоя причуда, тем больше шансов, что ты станешь героем, поэтому группа головорезов с мощными причудами была неслыханной. Но они просто сходили с ума, словно были под кайфом или чем-то в этом роде, хотя они даже не курили! В этот момент один из бандитов заметил его: «Мальчики, смотрите, нам нужно раздавить зубочистку!» Изуку замер и с трудом сглотнул, когда все бандиты повернулись к нему. Пора бежать.

***

Шота присел на крышу с видом на барный район. Обычно это была территория Усилителя, но она слегла с гриппом и взяла больничный, поэтому Шота согласился подменить её. Обычно он пытался отследить зацепки по делу Триггера, но в последнее время у него не было никакой новой информации. Всё это начинало его раздражать. Триггер уже много лет находился в Японии, и до сих пор им удавалось арестовывать лишь мелких бандитов и подставных лиц, и они ни на шаг не приблизились к поимке людей, стоящих за Фабрикой Злодеев. Он не признавал этого, но Шота был напуган. Люди ничего не делают просто так, поэтому у наркотиков, временно превращающих обычных людей в могущественных злодеев, должна быть какая-то конечная цель, но Шота её не видел. Триггер сам по себе был плох, но вещество, которое иногда добавляли в него, делало употребляющего агрессивным и склонным к нападению на всех, кто попадался ему на глаза. И это не считая похищенных и изменивших свои тела под более мощные причуды. Оставалось надеяться, что люди, стоящие за «Фабрикой злодеев», не делали этого, готовясь к крупному нападению, но узнать наверняка было невозможно. Дилеры ничего не знали о производстве наркотика, и даже те, кто стоял выше в цепочке поставок, ничего не знали о похищениях. Шота просто ждал, когда это дело поскорее закончится, ему надоело ничего не знать. Слева от него раздался грохот, и Шота обернулся и увидел мальчишку, мчавшегося со всех ног от толпы усиленных злодеев. На мальчишке была зелёная толстовка с капюшоном и защитные очки, он постоянно оглядывался по сторонам, словно кого-то искал. Неужели об этом ему рассказал новый мститель, Усилитель? Должно быть, но разве Виридиан не приводил героев к злодеям , а не наоборот? Когда группа приблизилась, Шота решил, что это не имеет значения. Нужно было остановить их, прежде чем пострадают мирные жители, что в районе баров было вполне вероятно. Чёрт возьми, трудный ребёнок, почему он не мог оставить злодеев там, где они были? Шота спрыгнул вниз, напугав Виридиана, который уставился на него широко раскрытыми глазами, которые Шота едва мог видеть за своими очками, затем споткнулся и приземлился на живот, заставив Шоту фыркнуть. «Не вмешивайся в драку, малыш», — сказал он. «Я сам с этим разберусь». Он отменил причуды злодеев, а затем начал окутывать как можно больше врагов своим оружием захвата, сталкивая их друг с другом и об стены, чтобы дезориентировать. Он больше не видел Виридиана, так что, надеюсь, у парня хватило ума убежать. Изуку широко раскрытыми глазами наблюдал, как Сотриголова сражается с головорезами. Сотриголова! Он пытался поймать Усилитель, в основном потому, что она была ближе всех, а причуды головорезов очень мешали Изуку опережать их, но Сотриголова был ещё лучше. Его причуда была такой крутой! Изуку мог определить, куда смотрит, просто по тому, чья причуда активируется, а чья нет. А ещё его волосы! Была ли у него вторичная причуда левитации, или в парящих волосах было что-то, необходимое для этой причуды? Может быть, это было встроено в его причуду, чтобы они не попадали ему в глаза? Если бы это было так, если бы Сотриголова висела вниз головой и активировала свою причуду, взлетели бы его волосы вверх, словно бросая вызов гравитации, как когда он стоял, или же, подчиняясь законам физики, остались бы лежать, чтобы не попасть ему в глаза? Что, если… Изуку был так увлечён, наблюдая за причудой Сотриголовы, что не заметил, как один из головорезов выскользнул из поля зрения Сотриголовы и посмотрел прямо на него. Изуку вскрикнул, когда щупальце обхватило его лодыжку и потянуло к ухмыляющемуся злодею, у которого, по-видимому, была причуда кальмара, превращавшая щупальца в волосы. Изуку поспешно сунул руку в карман и схватил принесенный с собой канцелярский нож, нащупал его, вытаскивая лезвие, и полоснул щупальце. Злодей закричал и отпустил, когда из раны хлынула тёмная кровь. Он зарычал на Изуку, который держал нож перед собой, словно спасательный круг, а затем запустил в него сразу несколько щупалец. Изуку рубил и уклонялся так быстро, как только мог, благо, что привык уклоняться от взрывов. Ему удалось отрезать довольно много щупалец, которые атаковали его, но канцелярский нож был недостаточно длинным, да и Изуку не особо этого хотел. Если он их отрежет, вырастут ли они снова, или они будут как рука, которая, будучи отрубленной, исчезнет навсегда? Ему действительно нужно было перестать отвлекаться на интересные причуды, потому что как раз когда он начал входить в ритм, сражаясь со злодеем со щупальцами, появился другой и ударил его между лопаток, сбив на землю и выронив канцелярский нож. Он поднял взгляд и увидел злодея с накачанными мускулами, возвышающегося над ним. Это было не к добру. Ну, у него не было оружия дальнего боя, но, пожалуй, лучшим вариантом были палки, раз уж он потерял нож. Сердце Изуку сжалось, когда он выхватил деревянные палки из кармана толстовки. Казалось, против причуды силы они мало чем помогут. Мужчина снова бросился на него, но Изуку увернулся, а затем обрушил обе палки ему на затылок. Они сломались. «О-о». Изуку сглотнул, когда мужчина медленно обернулся и сердито посмотрел на него. Вот оно. Вот как он умер. Погоди... он что, сдулся? «Я думал, я сказал тебе убираться отсюда, малыш!» Внезапно мужчина оказался закутан в шарф Сотриголовв и отстранён, открывая взгляду самого героя, который с раздражением смотрел на Изуку. Ладно, вот так. Вот как он умер. «П-простите, Ластик, сэр. Я п-просто…» Изуку заметил движение позади Сотриголовы, и он понял, что злодей с щупальцами ещё не повержен и собирается схватить Сотриголову! Изуку даже не успел подумать, как бросился вперёд. Его штифты, может, и сломались, но при этом раскололись, что сделало их больше похожими на колья. Ему не нужно было полностью побеждать злодея, достаточно было лишь обездвижить его на время, достаточное для того, чтобы Сотриголовы стирала его причуду. Он нырнул под руку Сотриголовы и обрушил колья на два щупальца, пригвоздив их к земле и заставив злодея закричать от боли. Через несколько секунд мужчину потянуло к нему, а щупальца втянулись обратно в голову. Изуку оглянулся и едва разглядел проблеск красного за золотыми очками. Сотриголова подождал несколько секунд, чтобы убедиться, что злодей не встаёт – должно быть, он потерял сознание от боли, когда его причуда исчезла, – а затем обратил свой гневный взгляд на Изуку. «Вы, должно быть, Виридиец». Изуку поморщился: «Я не просил эту статью, клянусь! Прости меня, Ластик, я как раз собирался взять Усилитель, когда эти ребята вдруг начали сходить с ума, но потом один из них увидел меня, и тогда я…» «Подожди, ты сказал, что они внезапно сошли с ума?» Изуку кивнул и слегка съёжился, увидев, как хмурое выражение на лице Сотриголовы стало ещё ярче. Он наблюдал, как Сотриголова опустился на колени, перевернул злодея со щупальцами на спину, затем открыл ему рот и вытащил язык. «Хм, чёрный. Понятно». «Почему цвет его языка так важен, Ластик?» — нерешительно спросил Изуку. «А может, это просто часть его причуды? Разве у некоторых видов кальмаров не чёрные языки от природы?» Ластик оценивающе посмотрел на него: «Верно, но почему бы тебе не проверить кого-нибудь из других злодеев? Сомневаюсь, что ты сможешь оправдать то, что у всех них от природы чёрные языки». Изуку медленно подошёл к одному из потерявших сознание злодеев и посмотрел на его язык. Он, конечно же, был чёрным, но… «Цвет выцветает». Сотриголова кивнул: «Это наркотик. Он называется «Триггер». Сразу видно, кто подсел, потому что язык остаётся чёрным. Эти ребята, должно быть, только что укололись один раз». «Но они не кололись», — сказал Изуку. Ластик замер: «...что?» Изуку заёрзал под его взглядом: «Хм, я за ними наблюдал. Они не использовали иглы или что-то подобное, прежде чем сошли с ума. Они даже не курили». Ластик нахмурился: «Странно…» «Э-э, Ластик, сэр?» — Изуку снова заёрзал. «Мне, э-э, жаль, что я вам помешал». Ластик вздохнул: «Зови меня просто Ластиком, малыш, и хотя я бы предпочёл, чтобы ты не ввязывался, ты сумел постоять за себя. Не ввязывайся в драки, малыш, ты же не хочешь умереть». Изуку, вероятно, ждал слишком долго, прежде чем кивнуть и убежать.

***

Изуку вернулся в постель, обработав свои раны перед сном, и подумал об этих странных головорезах. Ластик сказал, что это какой-то наркотик, но как они к нему подцепили? Изуку покачал головой. Расследование нужно оставить Ластику и полиции, он будет только мешать. Засыпая, он вспомнил, что сказал один из головорезов, прежде чем сойти с ума: « Всюду мухи . Разве мухи не должны спать по ночам?» Хм, странно.