Овладел порнозвездой

Осознав происходящее, Влад решил, что проще подчиниться — этого от него и ждут. Он опустился на колени, вглядываясь в удивлённые лица людей, окружавших его. Осторожничать было в его стиле, хотя по личику так и не скажешь. По Череватому было видно, что он обожает риск. Так оно и было: гулять в ночи по заброшенным кладбищам, провоцировать пьяного отца на ещё более сильные удары, смеяться над одноклассниками, зная, что они обеспечат ему ещё пару синяков сверху — обыденное дело. Так было раньше. Сейчас он бы тоже сказал пару ласковых, но там дело скорее всего кончилось бы пулей в лоб. А жить всё ещё хотелось. Незнакомый молодой парень с лысой головой посмотрел в сторону Гецати, спрашивая взглядом, нормально ли это. Константин молча кивнул, и этот человек подался к Владу первым. Череватого подхватили сзади за волосы и потянули назад. На секунду парень задумался о том, что пора стричься, ведь такие жесты он не любил. Тот же человек наклонился к нему, поглаживая по щеке: — Ты в курсе, зачем ты тут? Влад посмотрел по сторонам настолько, насколько ему позволяла зафиксированная голова. Хотя смысл этого понятен не был: вокруг него несколько крепких взрослых мужчин, сам он раб без денег, документов, а теперь и практически без одежды — к чему его удерживать? При всём желании никуда не сбежит. — Ублажать вас, — ответил Череватый, слегка жмурясь от тянущей боли в волосах. Лысый усмехнулся, и эта ухмылка показалась Владу предвестником чего-то отвратительного. Однако, как ни странно, отпустив его волосы, парень отошел назад, уступая место следующему. Череватому дали подняться с колен. Видимо, хотели от него не этого. Влад чувствовал, как по телу пробегает мелкая дрожь: то ли от боли в зафиксированном положении, то ли от страха. Он старался не смотреть в глаза окружающим, сосредотачиваясь на какой-то точке на полу, но краем глаза все равно видел их лица — смесь любопытства, брезгливости и… предвкушения? Ему не нравилось это предвкушение. Влад машинально поправил куски рубашки, висевшие на нём, понимая всю тщетность этого жеста. Смирение, вот что ему нужно. Смирение и умение угождать. Он ведь для этого здесь, разве нет? Очередной мужчина, на этот раз с татуировкой на шее, приблизился к нему. Этот был старше, но казался подозрительно равнодушным ко всему происходящему. Догадок почему — не было. Он протянул руку и коснулся губ Влада. Череватый приподнял голову, смотря на мужчину из-под прикрытых век. — Не бойся, — прохрипел человек. — Все будет хорошо. Если будешь хорошим мальчиком. Влад не ответил. Он знал, что это ложь. Ничего хорошего здесь не будет. Будет лишь боль, унижение и отчаяние. Но он стоял, покорно ожидая своей участи. Потому что у него не было выбора. Хотелось лишь вернуться обратно к Матвееву. Как бы его не осточертел его бордель, там было безопасно. Случайные люди не могли им воспользоваться просто так. А здесь могли. Мужчина отступил, и к Владу подошла женщина. Странная смена лиц вокруг нагоняла ещё больнее тревоги. Ее лицо, скрытое под слоем косметики, казалось маской, а взгляд — холодным и оценивающим. Она обошла его кругом, словно выбирая товар на рынке, и остановилась напротив. — Раздень его, — приказала она кому-то за спиной Влада. Две грубые руки схватили его за рубашку и принялись рвать ткань уже до конца. Влад зажмурился, чувствуя, как рубашка расползается под их пальцами. Стыд жёг его кожу, но он не сопротивлялся. Он уже давно перестал сопротивляться. Когда Череватого оставили абсолютно раздетым, женщина окинула его еще одним взглядом и кивнула. Её звали Викторией. Влад не помнил, почему он так решил, но ему казалось, что кто-то её так позвал. — Пойдет, — сказала она. — Начинайте. Череватый снова опустился на колени, сложив руки друг на друга за спиной. Внимание приходилось распылять на двух мужчин, которых Виктория впоследствии ласково называла Юлик и Тëма. С кого всё начнется — предполагать было сложно. Тот, что Артём, лысый, сразу развернул Влада лицом к себе. — Руки за спину. Череватый закатил глаза. — Я уже. Не видно? Следом за этими словами последовал сильный удар по лицу. Он пришёлся как-то неумело и частично попал по правому уху, отчего то покраснело и начало гореть. Артём явно не был профессионалом в подобных делах. Юлик, тот, что постарше, с нескрываемым интересом наблюдал за происходящим, словно он именно этого и ждал, чтобы, наконец-то, увлечься ситуацией. Грёбанные садисты. Влад стиснул зубы, стараясь не показывать ни боли, ни страха. Он знал, что любое проявление слабости лишь усугубит ситуацию. Артём схватил его за подбородок, грубо поворачивая лицо в свою сторону. От него пахло дешёвым одеколоном. — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — прорычал он. Влад подчинился, устремив взгляд в его пустые, ничего не выражающие глаза. Он пытался найти в них хоть какую-то искру человечности, но видел лишь холод и равнодушие. Артём ухмыльнулся, словно прочитав его мысли, и отпустил его подбородок. — Ну что, готов развлечь нас, мальчик? Влад промолчал. Он знал, что любой ответ будет неправильным. Артём снова замахнулся, но на этот раз его остановила Виктория. — Не трогай его лицо, — процедила она сквозь зубы. — Он нам еще пригодится. Артём недовольно буркнул что-то себе под нос, но отступил. Виктория подошла ближе и опустилась на корточки перед Владом. Её лицо было совсем рядом, и он мог рассмотреть каждую морщинку, каждую пору на её коже. — Не бойся, — прошептала она. — Если будешь хорошим мальчиком, все будет хорошо. — Я и не боюсь, прекрасная женщина, — Влад довольно замурчал, покорно глядя на женщину. Очевидно, она нравилась ему больше. Виктория довольно хмыкнула и устроилась прямо за его спиной, аккуратно массажируя плечи. Череватый за секунду прикрыл глаза, но его тут же толкнули навстречу Артёму. Он подался бёдрами вперёд. Влад стянул джинсы с бёдер, и открыл рот, медленно вбирая в рот член мужчины. Артём надавил на затылок, заставив парня поперхнуться. Привыкнуть ему не дали, ведь Виктория, находившаяся за его спиной, внезапно оказалась рядом и принялась поглаживать уже член Череватого. Уже давно не знавший ласки, за исключением встречи с Ангелиной, парень моментально возбудился и простонал. — Смотри, да ему нравится, — смеётся Артём, снижая темп, но не уменьшая грубости действий. Влад бы ответил что-нибудь язвительное, если бы его рот не был занят. Пока ответ был только в голове. Слева от него устроился Юлий и, взяв Влада за руку, положил её на свой член. У парня закружилась голова, своё возбуждение очень мешало концентрации. Он старался адаптироваться к происходящему, как мог. Тело привычно реагировало на прикосновения, выделяя смазку, но сознание отчаянно сопротивлялось. Он продолжал делать то, что от него требовали, стараясь отключиться от реальности и не думать о том, что происходит. Виктория что-то шептала ему на ухо, то ли подбадривая, то ли давая указания. Ее слова смешивались с приглушенными стонами Артема и возбужденными вздохами Юлия. Владу было жарко, дыхания не хватало, он чувствовал, как пот струится по спине. Череватый понимал, что кончит, если Виктория не остановится, но остановить это было не в его власти. А данная ситуация могла наоборот не понравиться и только усугубить и без того плачевное положение Череватого. На секунду он даже задумался, что Дима оставил его тут насовсем. В какой-то момент Артём отстранился, тяжело дыша. Влад ожидал, что его оттолкнут, но вместо этого Артём схватил его за плечи и развернул к Юлию. Тот смотрел на него с нескрываемым вожделением, и Владу стало страшно. О своём возбуждении речи уже не шло. Он не понимал, чего ожидать от второго мужчины, но нутром чувствовал, что ничего хорошего. Юлий повалил его на пол, наваливаясь сверху. Влад попытался вырваться, но силы были неравны. Он зажмурился, готовясь к худшему, но вместо боли почувствовал лишь легкое прикосновение к своим губам. Юлий нежно целовал его, словно пытаясь развеять весь ужас, который он пережил. Влад открыл глаза и посмотрел на него с недоумением. — Все будет хорошо, — прошептал Юлий, глядя ему в глаза. — Я не сделаю тебе больно. Ещё большее недоумение пронзило его, когда мужчина аккуратно вошёл в тело Череватого, нежно поглаживая по спине. Влад не знал, верить ему или нет. После всего пережитого он разучился доверять людям. Но в глазах Юлия он видел искренность и сочувствие, и это давало слабую надежду. Он расслабился, позволяя Юлию делать то, что он хочет. Его движения были медленными и нежными, словно он боялся причинить боль. Влад чувствовал приятное тепло, разливающееся по телу, и на какое-то время забыл обо всем, что произошло. Но блаженство длилось недолго. Вскоре Юлий начал двигаться быстрее, и нежность сменилась грубостью. Влад застонал, чувствуя боль, но Юлий не обращал внимания. Он продолжал двигаться, пока не достиг пика и не излился в него. Влад лежал неподвижно, чувствуя себя опустошенным. Юлий слез с него и отвернулся, не говоря ни слова. Виктория подошла к Владу и помогла ему подняться. Ее глаза были полны жалости, которую она скрывала за нахмуренными бровями. Но Влад знал этот взгляд. Иногда он промелькивал у некоторых сентиментальных клиентов. В том числе, на секунду его видел Влад и на лице Ангелины. Интересно, думает ли она сейчас о нём? А, может быть, не только думает, но и жалеет бедолагу? Но сейчас он не в квартире колдовки, а в логове самого Гецати, откуда, возможно, ему больше нет выхода. Череватый оказался прав, и Виктория действительно испытывала жалость к молодому мальчику. Она знала, что это его жизнь, и он должен приспособиться. Но всё равно, хотелось хоть как-то облегчить его пребывание здесь. Пусть и временное. Виктория протянула ему полотенце и указала на душ. — Иди помойся, — сказала она. — И не думай, что мы закончили. Влад благодарно улыбнулся. — Как прикажете, прекрасная женщина. Череватый взял полотенце и пошел в душ. Спустя несколько минут осознание происходящего накатило исторической волной. Он стоял под горячими струями воды, пытаясь смыть с себя всю грязь и унижение. Но он знал, что это бесполезно. Эта грязь останется с ним навсегда. Даже, если ему когда-то удастся отсюда выбраться.