Колыбель

      Следующий день встретил Сонхуна солнцем, пусть и холодным, но таким долгожданным после ночи, проведённой в лапах урагана. Когда он вышел из палатки, то увидел, что многие уже вовсю собираются в дорогу. Большую часть пути они уже преодолели, осталось совсем чуть-чуть. Во всяком случае, так говорили каменные человечки, которые суетились больше всех.       На Сонхуна взвалили новую корзину с припасами, и они отправились в путь.       Как и положено, колонну возглавлял генерал. Рядом с ним в своих человеческих обличиях шли Джимин и Минджон, тихо о чём-то беседуя. Сонхун мог лишь улавливать некоторые знакомые слова, в остальном же, как он понял, девушки спорили о различных тактиках ведения ближнего боя.       Йеджи и её сестра Рюджин шли рядом с лекарем в середине колонны на тот случай, если им понадобится помощь.       На самом деле, сложно было поверить в то, что грядёт настоящая бойня. Страшно было даже подумать о том, сколько жертв она принесёт. Что готовит день грядущий — загадка, но не всё ли предопределено? В этом мире всё подчиняется богам, но даже они не властны над судьбой, иначе исход битвы был бы уже решён. Тогда никто бы не воевал. Разве можно разрушить столько жизней только ради игры? Сонхун надеялся, что идёт за правое дело. Иначе какой во всём этом смысл?       В таких размышлениях он провёл всю дорогу, пока не увидел за поворотом красные флаги с белым тигром посредине.       Кто-то сбоку похлопал его по ноге. То оказался командир отряда.       — Слушай, малец, — начал он, — я понимаю, что ты у нас недавно и не знаком с нашими обычаями, поэтому дам тебе дельный совет.       — Какой? — спросил Сонхун.       — Как только мы встретим Мирыка, ты должен преклонить колено перед ним. В вашем мире когда-то правили короли, им тоже так оказывали почтение. Ах, да! И голову! Голову опусти вниз, пока Мирык сам не попросит подняться. Уяснил?       — Да.       — Вот и славно. Погоди, вот ещё что. — карлик замешкался, — я так и не отблагодарил тебя, как следует. Поэтому вот, держи. И лучше спрячь куда-нибудь.       — Что это такое? — Сонхун рассматривал склянку с прозрачной жидкостью, которую ему протянули.       — Зелье, способное залечить любую рану. Но помни: надо пить всё и сразу. Залпом! Только тогда оно подействует.       — Поразительно. — Сонхун не верил своим глазам, — а что, прям любую рану вылечит?       — Даже если ты одной ногой в могиле.       — Спасибо, дядюшка!       — Какой я тебе дядюшка, малец?! Эй, ты куда?!       В следующую секунду Сонхун уже вприпрыжку побежал вперёд, чтобы показать Хабэку свою находку.       — Ну и молодёжь пошла, — улыбнулся карлик и пошёл дальше.

***

      Как только они прошли мимо стражников охранявших границу лагеря, Сонхун замедлил шаг. Первое, что бросалось в глаза — проталины, раскиданные тут и там. Из-под снега показались первые цветы, на деревьях распускались почки, и даже само солнце здесь, казалось, светило ярче и, что самое удивительное, грело. Было тепло настолько, что пришлось снять пальто. Пар костей не ломит, но только не тогда, когда на улице… весна? Да, именно весна встречала их.       Сонхун с неверием смотрел по сторонам, стараясь запомнить каждую деталь. По правую руку стояла небольшая постройка, чем-то напоминающая огромную кузницу. Строили явно на скорую руку, да ещё и криво — мастера явно где-то просчитались. Больше внимания привлекал великан, который вытачивал что-то очень маленькое и остроконечное на наковальне. Походило больше на наконечники от копий — Сонхун раньше видел такие. Рядом, прямо на земле, разлеглись несколько ребятишек очень странной наружности. Они явно не люди, а своими огромными ушами и большими скрюченными носами были похожи на самого кузнеца, который прикрикнул на них, как только дети начали играть в догонялки.       Дальше с двух сторон шла вереница небольших белых шатров, которые располагались в несколько рядов, тянулись по тропе вперёд и не было им конца и края. Некоторые из них были приоткрыты, и можно было увидеть, как многие карлики и духи просто отдыхают, общаясь между собой, играя в ют или читая свитки. Когда всё это осталось позади, взору открылись площадки, на которых тренировались войны. Здесь были и простые пехотинцы, сражающиеся друг с другом на деревянных мечах, и существа, владеющие магией, которые отрабатывали свои навыки в парах. Конюшни расположились чуть дальше.       Хабэк всем по очереди отдавал приказы, и вскоре их колонна опустела — почти все разбрелись кто куда. Йеджи и Рюджин отправились вслед за лекарем.       — Тебя нужно представить Владыке, — сказал генерал.       — Ясно, — натянуто ответил Сонхун.       — Не дрейфь, — улыбнулся Хабэк и похлопал Сонхуна по плечу, — он может и кажется со стороны слишком величественным и недосягаемым, но, на самом деле, он очень добрый и любит всех своих подданных, как собственных детей.       — И всё-таки он бог, — со всей серьёзностью сказала Джимин, — поэтому прояви уважение.       — Ой, да ладно тебе, он же просто душка! — ответила Минджон, — к тому же ещё и настоящий красавец, каких поискать надо.       — А ты только об одном и думаешь, — парировала Джимин.       Дальше Сонхун не слушал. Он волновался, что он сделает или скажет что-то не то. Тогда прощайся с жизнью и поминай как звали. Даже если верить словам всех остальных, Мирык — всё-таки самое могущественное существо наравне со своим братом и может сделать всё, что угодно.       Такие мысли одолевали его до тех пор, пока не зазвенели колокольчики. То был лёгкий перезвон утренней росы, которой играл лёгкий ветерок. На них надвигалась фигура в белых одеяниях. Это был человек в белых, расшитых золотом одеяниях, с длинными чёрными волосами. У него была безупречная выправка, а шаги — медленные и невесомые, будто он не идёт, а парит в воздухе. Его ни с кем нельзя было перепутать — Мирык был поистине величественным.       Все, кто видел приближение Короля Небес, замерли, а после склонили головы в поклоне. Божество легко кивало в ответ всем, кто случайно забрёл в эту часть лагеря.       Генерал встал на одно колено, дожидаясь приветствия Его Величества. Джимин и Минджон перестали препираться и сложили руки перед собой в ожидании поклона. Сонхун же стоял неподвижно в немом изумлении, позабыв все указания своего командира до тех пор, пока Джимин не одёрнула его за рукав. Сонхун посмотрел на Хабэка, пытаясь повторить его позу. Однако Мирык уже подошёл к ним, и все попытки совладать с собственными ногами, оказались тщетны — Сонхун чуть не завалился на бок.       — Не стоит, — мягко сказал Король Небес, — поднимись, дитя.       Было в его голосе что-то мягкое, окутывающее теплом со всех сторон. Сонхун тут же успокоился и встал прямо. Голову он всё же не решался поднять.       — Рад тебя наконец увидеть, Потомок Великой Прародительницы, — продолжал Мирык, — мы тебя заждались. До меня уже дошли вести, какой сложный путь тебе пришлось проделать. Однако могу сказать, что это только начало. Тебе ещё многое предстоит узнать и многому нужно будет научиться.       — Да, господин, — Сонхун говорил со всей серьёзностью, — я сделаю всё, что в моих силах.       — Друзья, — Мирык обратился к остальным, — идите в главный штаб, вас уже заждались.       — Только не говорите, что это тот, о ком я думаю, — настороженно сказала Джимин.       — Он, он самый, — весело сказал Владыка Небес, — Хёнджин серьёзно настроен поспорить насчёт твоей тактики ведения ближнего боя.       — Пусть попробует, — фыркнула Джимин и решительно пошла вперёд вместе со смеющейся Минджон.       Хабэк лишь покачал головой и тоже ушёл.       — Они всегда такие, привыкай, — сказал Мирык.       — Я, кажется, уже, — улыбнулся Сонхун.       — Скоро и ты познакомишься с Хёнжином. Он обучит тебя, как управляться с огненными мечами.       — Разве я такое смогу? — удивился Сонхун.       — Первый шаг — это уже половина пути. Главное, его сделать. Возможно, тебе кажется, что мы сегодня или завтра отправимся в бой, однако это не так. Многие, как и ты, только недавно прибыли в лагерь. Тебя и их нужно обучить. И если с духами, дриадами и подобными им существами всё проще — они умеют управлять своей силой с детства -, то с остальными всё гораздо сложнее. Так что нам потребуется не один месяц.       — А если точнее, то сколько?       — Минимум полгода. Лучше больше.       Как гром среди ясного неба. Сонхун надеялся вернуться поскорее, однако теперь это событие откладывалось далеко и надолго. Даже если в этом мире время текло иначе, полгода — срок немаленький. Что будет происходить там, на земле?       — Бояться — это нормально. Сомневаться — тоже. Однако не позволяй страхам одолеть твой разум, — сказал Мирык, — ты вызвался помочь нашему миру, а я в ответ помогу вашему.       — А если, — Сонхун запнулся, — если мы проиграем?       — Тогда это будет моё последнее желание перед смертью. Я безмерно ценю твою жертву, поэтому моя воля будет касаться именно тебя.       — Как это?       — Мы с братом заключили договор: если один из нас умирает, другой должен выполнить последнюю его волю. Так что если я буду на грани смерти, Сокга обязан исполнить мою просьбу.       — И Вы верите, что он это сделает?       — Придётся. Иначе умрёшь сам. Плата за его смерть — моя жизнь. И наоборот.       — То есть… если мы победим, Вы должны будете исполнить его последнюю волю?       — Именно так. Это соглашение древнее, чем мир и скреплено нашей сестрой.       — У вас есть сестра?       — Была. Её звали Камынчжан.       — Извините…       — Ничего, — грустно продолжал Мирык, — это было так давно. Она просто в какой-то момент перестала существовать. Словно растворилась в воздухе. Причины я не знаю. Однако мы с братом так ею дорожили… Её слово для нас священно. Так что даже Сокга не осмелится нарушить обещание.       — Вот как, — задумчиво протянул Сонхун.       — Но это уже моя забота. А ты настраивайся на работу. С завтрашнего дня приступаешь к тренировкам.       Остаток дня Сонхун бродил по лагерю, не зная, куда приткнуться. Везде он казался чужим и не таким, как все остальные. Кто-то его с любопытством оглядывал, не решаясь подойти, кто-то, казалось, и вовсе не замечал.       Уже смеркалось, когда повсюду начали разводить костры.       Сонхун подошёл к выходу из лагеря и тут же почувствовал холод. Завтра будет долгий день.